Глава 20: Глава 20

Тео ухмыльнулся, глядя на совершенно ошарашенную Гермиону.

— Но вы только познакомились, — сказала она, возможно, уже в пятнадцатый раз.

— И что? — сказал Тео. — Вы с Драко, кажется, обожаете друг друга, хотя вы…

— Мы знаем друг друга с одиннадцати лет, — раздражённо сказала Гермиона. — Это не одно и то же.

— И он всё это время был с тобой таким милым, — сказал Тео. — Кстати, где этот придурок?

— Он не придурок, — сказала Гермиона. — И он навещает мать. Я решила с ней не встречаться.

Тео усмехнулся ей, откидываясь на спинку сиденья в их любимом тайском ресторане. Слон над его головой, казалось, разделял его самодовольное веселье, и Гермиона раздражённо переводила взгляд с изображения на брата.

— Но жениться? — снова спросила она, уходя от неудобной темы Нарциссы Малфой и возвращаясь к брату и кольцу на его руке — кольцу, которое, как она была почти уверена, купили в магазине игрушек. — На Луне?

Тео отпил чаю и теперь уже серьёзно сказал:

— Ещё поколение назад я мог бы впервые встретить её у алтаря.

— Да, ну конечно, это прекрасная причина скорее пожениться. Потому что раньше людям приходилось терпеть браки по сговору. — Гермиона закатила глаза. — Ты ведь не всерьёз рассчитываешь, что я сочту это убедительным доводом?

— И я её обожаю, — сказал он. — Она… знаешь, как большинство людей волнуют имя Ноттов и деньги Ноттов?

— К моему вечному раздражению, да, — сказала Гермиона, ожидая, когда он перейдёт к сути.

— А её — нет, — просто сказал Тео.

Гермиона несколько мгновений изучала его.

— Я просто хочу, чтобы ты был счастлив, — наконец сказала она. — И если Луна делает тебя счастливым, я приду.

Она съела ложку супа.

— Если меня пригласят.

Съела ещё ложку и добавила с дразнящей интонацией:

— Кстати, где вы составили список подарков? В лавке волшебного старья Крэнвилла Квинси?

— Список подарков?

Тео посмотрел на неё непонимающе.

— Ну, магазин, где вы оставили список вещей, которые хотели бы получить на свадьбу? — сказала Гермиона, растерявшись не меньше. — То есть я не думаю, что вы действительно составите его в лавке старья. Просто поддразнивала тебя: Луна такая необычная, что едва ли выбрала бы обычный магазин товаров для дома.

— Это магловская традиция? — спросил Тео одновременно с вопросом Гермионы:

— У волшебников такого нет?

Когда она кивнула, он пришёл в ужас.

— Маглы действительно перечисляют, что ожидают получить в подарок? Возможно, это самая безвкусная вещь, о которой я когда-либо слышал. Скажи, что ты не всерьёз.

Увидев её ошеломлённое лицо, он вздохнул.

— Ты всерьёз, да?

— А как делают волшебники? — спросила она. — То есть смысл в том, чтобы подарить людям необходимое для нового дома.

— Обычно галеоны, — пожал плечами он. — И какую-нибудь вещицу, выбранную с душой, что-то, что напомнило тебе об этой паре. Что вы подарили Рону и Лаванде?

Она улыбнулась.

— Маленькую аметистовую вазу, — сказала она. — Драко выбрал, купил на каком-то художественном аукционе. И, видимо, чек? Наверное? Он вложил что-то в записку и велел оставить ему утомительные вопросы свадебного этикета.

— Галеоны и вещица, — одобрительно сказал Тео.

— По-моему, та ваза была немного больше, чем просто вещица, — сказала она. — Я помню цену.

— Но она ведь не была чем-то полезным, верно? Не сервиз и не что-нибудь столь же безвкусное?

Гермиона рассмеялась. В ответ на озадаченный взгляд Тео она лишь сказала:

— Иногда столкновение культур кажется мне очень смешным. В магловском мире сервиз — как раз вполне подходящий свадебный подарок.

Тео покачал головой, поражаясь странным магловским обычаям, и спросил, не хочет ли Гермиона поесть мороженого, прежде чем он вернётся за Луной. Та сейчас пыталась убедить «Пророк» опубликовать серию размытых фотографий, которые сделала и которые, как она была совершенно уверена, доказывали существование одного из загадочных существ. Оставив деньги на столе ресторана, они ушли под руку, а Тео задавал всё новые вопросы о магловских правилах дарения подарков и с каждым ответом недоумевал всё сильнее.

Когда они добрались до Косого переулка, вездесущий фотограф вскочил со скамейки у фонтана и сделал снимок, предварительно убедившись, что Пэнси с ними нет. Гермиона сердито посмотрела на него, но тот поспешил скрыться, прежде чем она успела конфисковать плёнку или отобрать фотоаппарат.

— Ненавижу этих стервятников, — пробормотала она Тео. — Уже вижу заголовок: «Наследница Ноттов и её брат продолжают существовать».

— «Когда женится наследник Ноттов?» — предположил Тео, и в его голосе прозвучала явная горечь. — «Снова замечен на прогулке, но прекрасная девушка под руку с ним — всего лишь его сестра».

— Не собираешься приглашать прессу на бракосочетание? — спросила Гермиона, сжимая его руку.

— Нет. Ни в коем случае.

Тео даже слегка хихикнул, прежде чем добавить:

— Это будет традиционная свадьба.

Гермиона несколько раз моргнула.

— Очень традиционная.

— О, — сказала она, затем: — О.

— Она этого хочет, — пожал плечами Тео, придерживая дверь кафе-мороженого. — После тебя, сестрёнка.

Гермиона передала Драко мороженое — уже второй за день набег на него, — и тот погрузил в него ложку. После визита к матери он вернулся мрачным и не желал говорить почему, так что она применила то же средство, которое испробовала на Джинни, когда та раздражающе ныла о Блейзе: сахар и молоко.

Кажется, помогало.

— Не то чтобы я её не любил, — наконец сказал он.

— Конечно, любишь, — сказала Гермиона. — Она твоя мать.

— И не то чтобы её детство было усыпано розами, — продолжил он. — То есть её родители действительно отреклись от её сестры за то, что та вышла за гряз… маглорождённого.

— Знаю, — сказала Гермиона. — Гарри ведь крёстный Тедди.

Она толкнула его ногой.

— Я знаю, что у твоей семьи своя история.

— Можно и так назвать, — сказал Драко.

Он съел ещё ложку мороженого и добавил:

— Просто она ведёт себя так, как умеет. То есть уверен, у отца тоже были дерьмовые родители.

— Обычно так и бывает, — согласилась Гермиона. — Люди передают дальше свои предубеждения и воспитывают детей так же, как воспитывали их самих.

— Я не буду, — сказал Драко. — Если у нас будет ребёнок и он захочет жениться на маглорождённой, я и слова не скажу. Не стану придираться, если оценки у него будут хуже, чем у маглорождённой, и уж точно, блядь, не убью его собаку.

Гермиона, прислонившаяся к подлокотнику дивана, резко выпрямилась.

— Что?

Драко не поднял глаз, только снова сунул ложку в коробку.

— Он так делал. Если я к чему-нибудь привязывался, а потом не оправдывал ожиданий, он это забирал. Игрушки. Книги. После этого у меня больше не было животных. Я не хотел. Я не идиот. Даже фамильяра не завёл, когда уехал в Хогвартс. — Он шумно выдохнул. — Я даже завидовал Лонгботтому с его дурацкой жабой, но знал, что случится, если заведу свою.

— Драко.

Гермиона, кажется, не находила слов.

— Всё нормально, — сказал Драко, по-прежнему глядя только на ложку в руке. — То есть я понимаю, что это было ненормально, конечно. Он был… он был плохим отцом. Но со мной всё нормально.

Его рука слегка дрогнула, когда он добавил:

— Не превращай это в разговор о том, что со мной что-то не так.

— О, с тобой всё в порядке, — сказала Гермиона. — Вот с твоим отцом, когда я с ним закончу, не будет. А с тобой всё в полном порядке.

Драко сглотнул, прежде чем спросить:

— Как думаешь, я мог бы познакомиться с Тедди? То есть он… он вроде как мой кузен, и…

Гермиона кивнула, а когда он встретился с ней взглядом, заморгала, прогоняя слёзы, чтобы он их не увидел.

— Я могу это устроить, — сказала она. — Ты же знаешь Молли. Она любит кормить людей и любой повод собрать вокруг малышей. Если я скажу, что ты никогда с ним не встречался, она…

— Не думаешь, что м… моя тётя Андромеда будет против? — голос Драко был старательно бесстрастным, несмотря на лёгкую запинку. — Знаю, они с матерью так и не помирились.

— Думаю, она будет очень рада познакомиться с тобой, — сказала Гермиона. — Думаю, очень, очень рада.

Она помолчала и как можно более непринуждённо добавила:

— Я хотела бы познакомиться с твоей матерью.

Драко впервые с момента своего прихода начал улыбаться.

— Ты ведь знаешь, что она считает тебя идеальной маленькой чистокровной принцессой?

— Жаль, — сказала Гермиона. — Потому что я всё та же маленькая я, у которой на всё своё мнение.

— У Пэнси тоже на всё своё мнение, — пробормотал Драко.

— Тогда, может, я не так уж потрясу мамочку, — сказала Гермиона. — Раз она проводила время с Пэнси, должна быть привычна к чистокровным принцессам, которые не следят за языком.

Драко стоял чуть в стороне в кругу дубов, стараясь не выглядеть таким неловким, каким себя чувствовал. Когда Тео сказал, что Луна хочет «традиционную свадьбу», он предполагал, что это будет… ну, не это. Он не отрывал глаз от носков своих туфель, пока совершенно голая невеста и совершенно голый жених обменивались клятвами под лунным светом.

Гермиона его не предупредила, и он намеревался ныть об этом несколько дней. Недель. Несколько недель он будет ныть о том, что она знала: её брат собирается жениться с голой задницей, — и не предупредила. Сообщила лишь, что всё будет скромно.

— Они уже оформили документы, — сказала она. — А мы будем единственными свидетелями их клятв. Ты знаешь, как Тео ненавидит, что всем нужно что-то от него только потому, что он Нотт.

— По-моему, это ты ненавидишь, — сказал Драко.

— Он тоже, — ответила она. — Просто теперь ему легче в этом признаваться.

Она выглядела самодовольной.

— Гарри и Пэнси помогают. Они так твёрдо…

— Ты имеешь в виду, Пэнси так твёрдо.

— …не позволяют собой пользоваться, и это влияет на Тео.

— Никогда бы не подумал, что Гарри Поттер и Тео так подружатся, — признал Драко.

Теперь, любуясь тем, как лунный свет падает на листья, он на мгновение пожалел, что Гарри и Пэнси здесь нет: разделённая неловкость — уменьшенная неловкость. Потом подумал о Пэнси и решил, что всё-таки стоит быть благодарным за то, что здесь только он и Гермиона. Гермиона, по крайней мере, кажется, решила справляться с ситуацией, всё время глядя на брата и его невесту выше пояса, и не давала никаких комментариев о гениталиях Тео, что Пэнси наверняка сделала бы.

Он слушал, как они произносят клятвы, и думал: уж теперь-то всё, правда? Теперь, когда они поженились, наденут мантии или что-нибудь, да?

Нет.

Луна вприпрыжку побежала к какой-то корзинке, которую спрятала за пределами круга, и вернулась с кувшином…

— Кто-нибудь хочет лимонада? — спросила она. — У меня ещё есть печенье, но, возможно, немного несвежее.

— Ты принесла стаканы? — спросил Тео, который, как отметил Драко, всё ещё был совершенно голым.

— О. — Луна на мгновение смутилась. — Забыла стаканы. Можно что-нибудь трансфигурировать или…

— Можем просто пить из одного кувшина, — сказал Тео, обнимая её. — Почему бы не полениться?

Луна поднялась на цыпочки и поцеловала новоиспечённого мужа в нос. От этого движения её тело вытянулось, а грудь качнулась так, что смотреть на жену друга стало непозволительно заманчиво.

— Вы можете надеть мантии? — наконец выговорил Драко. — Пожалуйста.

Луна склонила голову набок и улыбнулась.

— Гермиона, — заныл Драко, когда они вернулись, — там даже алкоголя не было. Если я иду на голую свадьбу, там обязательно должен быть алкоголь.

Она рассмеялась, и он зарычал на неё.

— Я серьёзно, — сказал он. — Это было несправедливо. Недобро. Не… ещё много всяких «не». Неодето. Гермиона, мне пришлось смотреть на жену Тео без одежды.

— Разве ты не рад за Тео? — спросила она, подходя к шкафу, который служил баром, и доставая бутылку «Лучшего огневиски Огдена». — Луна идеально ему подходит.

— Конечно, рад. Просто роман какой-то стремительный, — пробормотал Драко, с благодарностью принимая протянутый стакан. — Они только познакомились.

— Когда знаешь, то знаешь, — пожала плечами Гермиона, увлекая его обратно к их дивану. — Хочешь такую свадьбу?

Драко сел рядом с ней и фыркнул, когда она легла, положив голову ему на колени, и вытянула ноги за край дивана.

— Подумай только, сколько денег сэкономим, — поддразнила она. — Ни еды на заказ, ни фотографа, ни программок, ни портрета…

— Тео сказал, что она заказала портрет, — сказал Драко. — Уже после того, как они наконец надели мантии, а мы пили тот совершенно безалкогольный лимонад. Правда, кажется, собираются повесить его в спальне, потому что она на нём голая и, э-э, совсем не стесняется.

Он отпил из стакана и провёл рукой по кудрям Гермионы.

— И я не собираюсь жениться голым.

— Это традиция, — сказала Гермиона с таким блеском в глазах, что он простонал.

— А ты такая традиционная девушка, — парировал он. — Когда я думаю «Гермиона Грейнджер», на ум сразу приходит: «закостенелая приверженка традиций».

— Можем устроить историю с французскими стихами, — сказала она.

— Теперь ты пытаешься меня пытать, — сказал Драко. — Это часть твоей продолжающейся мести за семь лет, когда я был законченным придурком? Потому что она работает.

— Или, — сказала Гермиона, — можем просто оформить документы в Министерстве, произнести клятвы в государственном кабинете, уехать куда-нибудь в свадебное путешествие и никому не сказать.

Драко облегчённо вздохнул:

— Если хочешь.

— Следующий вторник вписывается в твоё расписание? — спросила она.

— Тебе не нужно работать?

Она пожала плечами, не поднимаясь; от этого движения её плечи потёрлись о его бёдра.

— Ты богат. Я богата. Работа у меня неинтересная. Может, некоторое время побудем бесстыдно обеспеченными. Попутешествуем. Привезём Блейзу горчицы со всего мира. Побудем не в Британии, где каждый поход за мороженым заканчивается фотографией в газетах.

— Правда? — спросил Драко.

— Правда, — ответила она. — Как только навестим твоего отца.