Глава 19: Глава 19

Гарри Поттер заколотил в дверь в восемь утра, и Гермиона, делая вид, что понятия не имеет, что происходит, перевернулась в постели и толкнула Драко.

— Иди разберись, — велела она. — Чистокровной принцессе нужен сон для красоты.

— Блейз откроет, — простонал он и накрыл голову подушкой, пока стук продолжался.

— Он у Джин, — сказала Гермиона. — А кто бы там ни был, уходить он не собирается.

— Ладно, — наконец сказал Драко.

Он с ворчанием выбрался из постели, натянул брюки и протопал к двери.

Гермиона приподнялась на локте, прислушиваясь.

— Поттер? — Из голоса Драко мгновенно исчезла вся сонливость. Она слышала, как он надевает маску, как в голосе появляются высокомерие и самомнение, которыми он защищался. — Чего тебе?

— Мерлин, ты только что встал? — Гарри не пытался скрыть веселье. — К счастью, игра начинается только через час, так что успеем зайти за кофе и пончиками.

— Игра? — спросил Драко. — Какая игра? О чём ты вообще, Поттер?

— Квиддич, — сказал Гарри. — Одевайся, бери метлу и пойдём.

Гермиона прикрыла рот ладонью, пытаясь удержать смех, когда Драко сказал:

— Что?

Она на цыпочках подошла к двери и выглянула. Гарри прислонился к стене; очки, как обычно, сидели криво, а волосы выглядели так, словно он даже не пытался их расчесать. В одной руке он держал стаканчик навынос с чем-то, что, как предположила Гермиона, было горячим шоколадом. Драко в одних брюках смотрел на него.

— Просто собираемся поиграть в квиддич. Ты в моей команде, что, признаю, не слишком удачно для тебя, потому что Джинни Уизли и Джордж сегодня собираются играть против нас. Так что нам, скорее всего, надерут задницы, но победители покупают выпивку за обедом, поэтому всё складывается неплохо.

— Поттер, — сказал Драко, — никто не станет играть со мной в квиддич. Пожиратель смерти. Помнишь?

— Вероятно, самый жалкий Пожиратель смерти в истории, — сказал Поттер. — Если бы существовал Зал славы зла, Малфой, тебя бы туда не выбрали, поверь. Ты в мире Пожирателей смерти мальчик, который воду подносит. Ребёнок, которого папа записал в спортивную секцию, потому что сам хотел стать тренером, а не потому, что у ребёнка были способности.

— Странным образом мне кажется, что я должен оскорбиться, — сказал Драко.

— Но квиддич, — продолжил Гарри, — в квиддич ты играешь хорошо. Уж я-то знаю.

— Бери метлу, — сказала Гермиона из дверного проёма.

Драко резко повернулся к ней.

— Давай, — сказала она. — Никто тебе не откажет, Драко.

— Мне всегда отказывают, — сказал он.

— Он всегда так медленно соображает? — спросил Гарри, глядя через комнату на Гермиону. — И наденьте одежду. Что это? Пип-шоу Малфоя и Грейнджер? Один без рубашки, другая в одной футболке…

— И трусиках, — сказала Гермиона. — Не преувеличивай.

— …Как будто мир меня ненавидит.

— Поттер, — сказал Драко, — никто не станет со мной играть. Просто… это мило с твоей стороны, хоть и странно до чёртиков, пригласить меня, но если я приду, игры не будет.

— Тогда будем мы с тобой против Уизли, — пожал плечами Гарри. — Они, наверное, всё равно нас обыграют, зато счёт за обед будет меньше.

Драко не двинулся, и Гарри добавил с добротой, которую было почти невозможно вынести:

— Ты не понимаешь, Малфой? Тот, кто не хочет играть с тобой, нам не нужен.

— Бери метлу, идиот, — сказала Гермиона. — Увидимся после обеда у меня, и ты сможешь до смерти наскучить мне разговорами о квиддиче.

Она добавила:

— А у нас с Блейзом кофейное свидание.

— Кофейное не-свидание, — поправил Блейз, протискиваясь мимо Гарри в квартиру. — Джинни выгнала меня полчаса назад. Вы разве ещё не должны были уйти?

— Ты не играешь? — спросил Драко.

— В такую рань? — Блейз театрально содрогнулся. — Нет, спасибо. Гермиона, почему ты не одета? Мы не можем пойти пить кофе, если ты будешь выглядеть так.

Кофе, который не был свиданием, в основном состоял из сочувственных звуков Гермионы, пока Блейз вопрошал, за что она проявила такую жестокость и вообще познакомила его с Джинни. Несправедливо встретить идеальную женщину, которую интересует только секс.

Не то чтобы секс был плохим, поспешил заверить её Блейз. Совсем наоборот.

— Знаешь, — сказала Гермиона, — наверное, есть вещи, которыми тебе не полагается делиться? Правила чистокровных и всё такое?

— Мне не полагается иметь что-либо, чем можно поделиться, — сказал он. — Но она великолепна.

— Забавно, — сказала Гермиона. — Она говорила о тебе примерно то же самое.

Блейз подался вперёд через стол, явно надеясь на подробности, но Гермиона лишь рассмеялась.

— Можешь попробовать спросить её саму, не заинтересует ли её что-нибудь помимо твоего…

— Стоп, — сказал Блейз, поднимая руку. — Я не вынесу, если сестра Тео произнесёт некоторые слова в разговоре со мной. Даже если у вас с Драко будет бегать дюжина кудрявых белобрысых сорванцов, я буду делать вид, что вы каким-то образом зачали их непорочно.

— Тебе когда-нибудь говорили, что ты очень странный? — спросила Гермиона.

Джинни вытянула ноги перед собой и снова погрузила ложку в коробку мороженого.

— Дело не в этом, — вздохнула она. — Я не ожидала, что он мне действительно понравится, понимаешь? То есть ожидала хорошего секса, потому что, видит Мерлин, у него полно опыта, и… но он такой очаровательный. Эта смешная суетливая озабоченность приличиями через десять минут после того, как его рот был у меня на…

— Некоторыми подробностями делиться не нужно, — заметила Гермиона.

Джинни рассмеялась.

— Ладно. А эта история с кофе? Я подарила ему кучу дикой горчицы, которую мама выдернула из сада, потому что в этом году она разрослась, как проклятая, а он отреагировал так, словно я сложила к его ногам все богатства мира. Это просто самое… но ты знаешь, как он относится к чистокровным.

Она снова зачерпнула мороженое и сунула ложку в рот, прежде чем продолжить слегка приглушённо:

— У него в голове всё это разделение на хороших и плохих девочек, и ты знаешь, к каким отношусь я.

Гермиона вздохнула и выдернула у Джинни мороженое.

— Ты можешь прямо сейчас пойти к нему и всё это сказать? Потому что за кофе мне пришлось слушать, как он жалуется, что тебе нужен только его член, а теперь ты ноешь, что хочешь не только член. И, ради Мерлина, если вы двое поговорите друг с другом о чём-нибудь кроме члена, может, тебе не придётся съедать целую пинту мороженого, ни с кем не делясь.

— Мы делаем что?

Гермиона прищурилась, глядя на Драко с чем-то похожим на недоверие. Она не знала, что произошло на квиддичном матче, но он пришёл к ней домой, едва не подпрыгивая от счастья. Взял оставленную Джинни на столешнице коробку мороженого и выбросил, не особенно замечая, что делает, потому что без умолку рассказывал о каком-то приёме, который никогда не удавался ему в школе. Но он всё-таки сделал это и передал какой-то там мяч Гарри — не Поттеру, отметила она, — а тот сделал обманный манёвр… К этому моменту Гермиона перестала слушать, просто подтянула ноги на диван и смотрела, как он рассказывает.

Смотрела, как он счастлив.

Это было приятно видеть.

Она предвидела, что в будущем ей предстоит много раз ободряюще мычать «м-м», пока он говорит об этой нелепой игре, а она думает о чём-то другом. И всё же иногда невнимательность выходила человеку боком. Особенно когда жених говорил нечто, подозрительно похожее на:

— Мы идём ужинать с Гарри и Пэнси. Полагаю, ты не против.

— Пэнси? — спросила она. — С Гарри и Пэнси?

— Она была на игре, — сказал Драко, то ли проигнорировав её тон, то ли не заметив. — Они всё ещё вместе, и она предложила присоединиться к ним, а я подумал, тебе понравится…

— Мы идём на двойное свидание с Гарри и Пэнси?

Драко замолчал и несколько раз моргнул.

— Мне не стоило соглашаться? — спросил он.

Гермиона вздохнула и потёрла лицо ладонью.

— Нет, всё нормально. Куда?

— Какое-то новое место, «Пенсамьенто». Кажется, испанская кухня. Она была очень довольна, что сумела заказать там столик, так что, полагаю, место модное и популярное.

Гермиона начала мысленно перебирать вещи, которые можно было счесть модными и которые при этом закрывали бы колени и плечи.

— Сегодня вечером, — пробормотала она. — Мы идём сегодня вечером. Через несколько часов.

— У нас были другие планы? — спросил Драко.

Она вздохнула: какие же мужчины глупые.

— Пойду вымою волосы и попробую придумать, что надеть. Просто… почитай или что-нибудь.

Драко выглядел растерянным, пока она уходила, бормоча о модных ресторанах, правилах чистокровных и невозможности совместить одно с другим.

Она остановилась на серебристых капри, футболке и кожаной куртке, чтобы защититься от вечерней прохлады. Драко посмотрел на неё и сказал:

— Блестит.

— Металлик сейчас в моде, — сказала она.

— Как скажешь, — пробормотал он, придерживая для неё дверь.

Реакция Пэнси оказалась куда приятнее. Она окинула Гермиону взглядом и сказала:

— «Вог». Три месяца назад. Хорошо. По крайней мере, мне не будет стыдно показаться с тобой на людях.

— Блестит, — снова сказал Драко.

— Полагаю, ты держишь его рядом не за тонкую наблюдательность, — сказала Пэнси Гермионе, прежде чем сорвать фотоаппарат с шеи мужчины, прятавшегося в кустах у ресторана. — Кажется, мы уже это обсуждали.

Она открыла фотоаппарат, сожгла плёнку, а потом швырнула на бетон, где камера разбилась на несколько частей.

Фотограф возмущённо вскрикнул:

— Это уничтожение моей собственности!

— А преследование — преступление, — сказала Пэнси. — И мой адвокат лучше твоего. А теперь иди и приставай к кому-нибудь достаточно глупому, чтобы тебя терпеть.

Она посмотрела на Гарри, на лице которого застыло озадаченное веселье.

— Ну, ты откроешь мне дверь или нет, Поттер?

— Конечно, — сказал Гарри.

Он открыл чёрную дверь, вделанную вровень с чёрным крашеным фасадом ресторана без окон.

— Это место выглядит так, словно его взяли из хэллоуинской истории, — пробормотал Драко Гермионе, глядя на кроваво-красные буквы названия — единственную подсказку о том, что может находиться внутри. — Мы уверены, что сюда не заманивают людей, чтобы высосать кровь для какого-нибудь вампирского сборища? Уверены, что это ресторан?

— Мерлин, какой же ты консервативный, — сказала Пэнси, прежде чем прошествовать к метрдотелю и назвать своё имя.

Она обернулась.

— Позволь себе немного пожить, Малфой.

Внутри ресторан был таким же чёрным, как снаружи: чёрные стены покрывали чёрно-белые фотографии Испании, а при тусклом освещении прочитать меню было бы почти невозможно, если бы Пэнси не подозвала официанта властным жестом, не выпалила череду, судя по всему, сложных заказов на испанском и не откинулась затем на мягком сиденье, усмехаясь растерянному Драко.

— Честное слово, Гермиона, он всегда такой степенный? — спросила она. — Знаешь, за пределами кафе-мороженых и чинных французских заведений тоже есть жизнь.

— Дай ему передышку, — сказал Гарри, глядя на приближавшегося с бутылкой красного вина официанта с видом человека, который застрял на необитаемом острове и наконец заметил спасательную лодку. — Он к тебе не привык.

— Должен был бы, — сказала Пэнси. — Он знает меня с тех пор, как ещё мочился в штаны на приёмах.

— Теперь я ещё больше благодарен за то, что познакомился с тобой уже приученным к туалету, — сказал Гарри.

Официант налил немного вина ему на пробу. Гарри передал бокал Пэнси, она отпила, кивнула и, пока официант всё ещё ждал вердикта Гарри, сказала:

— Можете наливать остальным. Поттер не отличит хорошее испанское красное от коробочного вина из «Теско», а Драко всё ещё приходит в себя от мысли, что его девушка лучше разбирается в моде, чем его мать.

— Невеста, — поправила Гермиона.

— Вы сделали всё официально? — спросила Пэнси. — То есть это был лишь вопрос времени, но я ожидала, что ты заставишь этого ублюдка помучиться подольше. Ты позоришь свою вагину.

Гарри издал сдавленный звук, поставил бокал и несколько раз моргнул.

Пэнси продолжила, словно он не издал ни звука:

— Сфотографируете лицо Нарциссы, когда ей скажете? Интересно, кончит ли она прямо на месте от новости, что её малыш женится на принцессе. Знаешь, какое-то время она боялась, что он гей, потому что в школе без конца говорил о тебе. — Она отпила вина и сердито посмотрела на официанта. — Вы всё ещё здесь?

Тот поспешно удалился.

— Она думала, что я гей? — ошеломлённо спросил Драко.

— Ну, так она сказала моей матери. Хотя с тем, как эти старые кумушки сплетничают, кто знает, действительно ли она так думала. В детстве ты и правда мог бесконечно нудеть о Поттере. — Пэнси посмотрела на Гермиону. — Не хочешь попробовать вчетвером? Всегда было интересно, лучше ли девушки в этом плане. А Малфой и правда, кажется, был неравнодушен к…

— Ты пьяна? — спросила Гермиона, перебивая её.

— Пока нет, — жизнерадостно сказала Пэнси. — Дай время, и буду.

Она подняла бокал.

— Прекрасный год, но, как всё хорошее, это нужно употреблять с энергичным удовольствием, а не чопорными маленькими глоточками.

Щедро отпила и добавила:

— Так что скоро я буду весьма пьяна.

Драко посмотрел на Гарри и одними губами спросил: «Ты уверен?» — кивнув в сторону Пэнси. Тот посмотрел на неё с почти обожающим выражением, и Драко простонал.

— Лучше ты, чем я, — пробормотал он.

Официант, нервно поглядывая на Пэнси, поставил на стол блюдо с поджаренными ломтиками хлеба, мисочку анчоусов и мисочку нарезанных помидоров.

— Это ты связался с Гермионой, — сказал Гарри, потянувшись за закуской. — Спроси её как-нибудь о домовых эльфах.

Гермиона взяла ломтик хлеба и изобразила, что собирается бросить его в Гарри, а Драко подавил смех.

— Ты собираешься бросаться едой? — спросила Пэнси, пока Гарри накладывал начинку на хлеб и протягивал ей. — Это какая-то магловская невоспитанность?

Она откусила и мурлыкнула.

— Так вкусно. Почти лучше секса.

— Рад, что только почти, — сказал Драко, пробуя свою закуску. — Потому что, если бы ты проигрывал закуске, Поттер, я, пожалуй, просто обрадовался бы, что не был в тебя по-настоящему влюблён в школе.

— Моё сердце разбито, — ответил Гарри. — И всё же я постараюсь жить дальше.

— Я думала, хорошим чистокровным девушкам нельзя заниматься сексом до свадьбы, — сказала Гермиона.

Пэнси уставилась на неё, потом пнула Драко под столом.

— Что ты наговорил этой бедной девушке? — потребовала она ответа. — О, Мерлин, Гермиона. Хорошие чистокровные девушки делают всё, что хотят. У нас есть власть и деньги, а остальные могут идти к чёрту. Мы просто не попадаемся. Ты не умеешь накладывать противозачаточные чары?

— Умею, — сказала Гермиона, отпивая вина. — Просто на меня обрушилось несколько многовато истерик Блейза…

— Ах, Блейз, — сказала Пэнси так, словно это всё объясняло. — Ну, у него проблемы.

— И Тео…

— Он твой брат. Нельзя ожидать, что он станет поощрять тебя прыгать к Малфою в постель. Это было бы крипово.

Она выжидающе протянула руку, и Гарри передал ещё один маленький тост с помидорами и анчоусами.

— Почему ты не делаешь эти маленькие тостики для меня? — спросила Гермиона Драко.

Тот вздохнул и начал накладывать начинку на ломтик хлеба для неё.

— У меня сложилось впечатление, что любой мужчина, к которому я хоть прикоснусь на людях, может отправиться к Тео и потребовать брачный контракт, — сказала Гермиона.

Пэнси пожала плечами.

— Потребовать может. Но тебе-то что? «О нет, — произнесла она нелепым плаксивым голосом, — я задела чувствишки бедного маленького Грэма Монтегю. Что же мне делать, бедняжка думает, что я дала ему надежду».

Она фыркнула.

— Некоторым из этих патриархальных идиотов не помешал бы хороший пинок по их предубеждениям.

Драко вздохнул.

— Пэнси, — сказал он, передавая Гермионе закуску, — Тео, возможно, не оценит необходимость драться на дуэлях, защищая её честь. Нам с ним и без того с трудом удалось уговорить её хотя бы попытаться соблюдать правила. Ты не могла бы…

— О, не будь нелепым, — сказала Пэнси. — Никто уже не настолько жалок, чтобы всерьёз настаивать на дуэли. А если и найдётся такой, Тео способен за себя постоять. Помнишь, когда он…

— Довольно, — сдавленно сказал Драко. — Всё это бессмысленно, потому что, если Грэм Монтегю начнёт к ней приставать, я лично врежу ему в его жалкую рожу.

— Какая жестокость, — сказала Пэнси. — Твоя воспитанная маглами буянка плохо на тебя влияет.

Она усмехнулась ему.

— Мне нравится.

— Что сделал Тео, о чём Драко не хочет, чтобы ты мне рассказывала? — спросила Гермиона, отпивая вина.

Пэнси ухмыльнулась ей, подаваясь вперёд и опираясь на локти. Гарри выглядел заинтересованным, Драко — испуганным.

— Сколько ты готов заплатить, чтобы я держала рот на замке? — спросила она Драко. — Потому что фотографии у меня всё ещё есть.

Как раз тогда официант принёс большое блюдо и тарелки, и все ненадолго отвлеклись: пришлось передвигать бокалы, освобождая место, и раскладывать еду. Когда официант ушёл, Драко прошипел:

— Я знаю о Маркусе. Если ты не закроешь рот, я тоже не стану молчать.

Пэнси блаженно улыбнулась.

— Тео ничего не делал, — сказала она. — Я просто дразню Драко.

Она попробовала еду.

— Гермиона, — сказала она, — нам стоит как-нибудь пройтись по магазинам. Только нам, девочкам.

— Пэнси, — предупреждающе сказал Драко.

— Что? Я меняю тему. Честное слово, некоторым невозможно угодить. — Она тряхнула волосами. — Слава богу, Поттера я могу осчастливить просто…

— Пэнси! — сдавленно сказал Гарри.

— Как прошёл квиддич? — спросила Гермиона, отчаянно стремясь не узнать ничего о сексуальной жизни Гарри и Пэнси.

Драко с энтузиазмом ухватился за спасательный круг, как и Гарри, и до самого десерта они без остановки обсуждали непонятные квиддичные правила.