Глава 10: # Глава 10: Объятия лечат всё
# Глава 10: Объятия лечат всё
83
0
Кабина центрального лифта плавно остановилась на безопасном жилом этаже Тунов со знакомым и до безумия уютным звуком *«ДЗЫНЬ!»*. Двери медленно разъехались в стороны.
Губ и Скрапс буквально выползли наружу, оставляя на блестящем чистом паркете дорожку из белого пуха и чёрных чернильных капель. Они напоминали двух Тунов, которых сначала долго жевал гигантский пылесос, а потом выплюнул обратно в реальный мир. Брат и сестра молча, на автопилоте доплелись до своей комнаты под номером 12, перешагнули через порог и с тихим щелчком заперли за собой дверь на все три замка.
Они были истощены до предела. Лоскутки Скрапс в нескольких местах сильно погнулись, её картонный хвост выглядел так, будто его использовали в качестве веера на рок-концерте, а левое ухо замялось назад. Губ же пострадал ещё сильнее — его некогда идеальный, белоснежный плюшевый живот был покрыт жирными чернильными разводами. Мех наэлектризовался, растрепался и стоял дыбом во все стороны. Губ сейчас напоминал огромный, переживший стирку на режиме «Ультра-отжим» меховой шар, у которого изрядно поубавилось веса, но прибавилось боевого опыта.
Скрапс без единого слова доковыляла до своей кровати и мешком рухнула на край одеяла. Её маленькие лапки всё ещё мелко подрагивали от пережитого смертельного ужаса. Картонные уши были плоско, до предела прижаты к голове. Вся её утренняя гиперактивность, желание бегать кругами, воровать клей у Денди и строить хитроумные ловушки полностью испарились. Ей было просто страшно. Стоило ей закрыть глаза, как перед ней снова возникала жуткая чернильная пасть Искажённого Пэббла.
Губ молча посмотрел на сестру своими круглыми глазами. Он тяжело, со свистом вздохнул, отчего с его ушей улетели последние утренние ворсинки. Не говоря ни слова, он медленно, тяжело переваливаясь с боку на бок, подошёл к её кровати. Он не умел говорить красивых речей, не знал сложных психологических терминов для снятия стресса и не умел читать лекции, как Денди.
Но он знал одну простую истину: у него есть самые большие, самые мягкие и самые тёплые лапы в этом безумном Мире Денди.
Губ широко раскрыл свои пушистые объятия, пахнущие лавандовым мылом, неоновой пряжей и совсем немножко — пластиковой рыбой, и аккуратно, но невероятно надёжно прижал Скрапс к своему тёплому боку.
В ту же секунду бумажная кошка полностью исчезла под гигантским слоем плюшевого меха. Снаружи остался торчать только кончик её помятого хвоста. Всё её внутреннее напряжение, паника, дрожь в лапах и страшные воспоминания о красной сирене растаяли за долю секунды, уступив место абсолютному, монументальному чувству безопасности. Внутри этого пушистого кокона Ихор не мог её достать. Никто не мог её достать.
— Эй, Скрапс... — тихо, очень ласково и по-доброму пробасил Губ, ещё сильнее укутывая сестру своим мягким корпусом. — Давай поиграем? Но только в самую спокойную, самую лучшую игру во Вселенной... Давай поиграем в обнимашки?
Из глубины меховой горы сначала раздался тихий шорох, а затем послышалось нарастающее, невероятно довольное и громкое кошачье мурлыканье, от которого пух Губа начал мелко вибрировать.
— Ладно, — наконец приглушённо согласилась Скрапс, полностью расслабляя своё помятое картонное тело и закрывая глаза. — Так и быть, пушистик. В эту игру ты всегда выигрываешь со счётом один-ноль. Придётся признать твоё тактическое превосходство... Но только в этот раз! И вообще... даже не думай меня отпускать до самого утра.
— И не подумаю, — улыбнулся Губ, закрывая глаза и засыпая прямо на ходу под уютное мурлыканье своей старшей сестры.
За окном их комнаты Мир Денди продолжал жить своей странной, порой опасной жизнью, игроки бегали по этажам, а Денди подсчитывал убытки от сломанного стеллажа с мерчем. Но в комнате под номером 12 царил абсолютный покой. Ведь когда брат и сестра держатся друг за друга, никакие чернильные монстры им не страшны.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!