Глава 11: Глава 11: Тайна

— Как Министерство поняло, что это ты?
Вопрос прозвучал раньше, чем она успела его остановить. Они сидели на полу лаборатории — она с чашкой чая, он с блокнотом формул, который просматривал без всякой цели. Свет лампы был тёплым. Тишина — уютной.
Драко замер.
Рука с пером остановилась над страницей. Он не поднял головы. Секунду. Две. Три.
— Сова, — сказал он.
— Что?
— Они перехватили сову. — Он отложил перо. Посмотрел на неё. — Ту, которой я отправлял зелья в Мунго. Я не думал... — Он сжал челюсть. — Я думал, что анонимно. Всегда отправлял через разных сов. Но одну, видимо, отследили.
— Когда?
— Неделю назад. — Он усмехнулся. Криво. Без веселья. — Письмо от Министерства пришло в тот же день. Я не понял тогда. Думал — просто предложение. А они уже знали. Уже знали, что это я.
Гермиона поставила чашку.
— Значит, Гарри знает.
— Поттер?
— Он в аврорате. Если Министерство знает — он знает.
Драко молчал. Смотрел на неё. Что-то в его глазах — что-то, что было спокойным последние дни, — снова напряглось.
— Ты думаешь, он придёт?
— Не знаю. — Она встала. — Мне нужно в редакцию.
— Зачем?
— Узнать, не дошло ли это до «Пророка». Если информация утечёт...
Она не закончила. Он понял.
— Иди, — сказал он тихо.
Она наклонилась. Поцеловала его в висок. Быстро.
— Я вернусь.
Он кивнул.
Она вышла.

--

В редакции было тихо.
Слишком тихо — как бывает перед бурей. Гермиона вошла через боковую дверь. Прошла мимо стойки. Кивнула секретарше. Поднялась на третий этаж.
Её кабинет был пуст. Стол — завален бумагами. На подоконнике — мёртвая герань. Всё как всегда.
Она села. Огляделась. Прислушалась.
Ничего.
Ни шёпота. Ни взглядов. Ни срочных вызовов к Барнаби. Ни слухов.
Тихо.
Она открыла блокнот. Посмотрела на страницу. На статью — почти готовую. «А. Корвус: неизвестный спаситель». Без имени. Без зацепок. Она всё сделала правильно.
Но что-то было не так. Что-то висело в воздухе. Что-то, чего она не могла назвать.
Она просидела час. Два. Ничего не произошло. Никто не пришёл. Никто не позвонил.
Она встала. Собрала вещи. Пошла к двери.
На пороге остановилась.
Гарри стоял в коридоре.
— Нам надо поговорить, — сказал он.
Она не стала спрашивать, о чём. Знала.

--

Они вышли на улицу. Не в кабинет — на воздух. Лондон был серым. Люди шли мимо. Машины гудели. Обычная жизнь.
Гарри шёл рядом. Молчал. Долго.
Потом остановился у парка. Сел на скамейку. Она — рядом.
— Ты знала, — сказал он.
Это не был вопрос.
— Да.
— Как давно?
— Недели три. Может, больше.
Он кивнул. Медленно. Смотрел перед собой — на детей, играющих в мяч. На матерей с колясками. На нормальную жизнь, которая шла мимо.
— Я не понимаю, — сказал он. — Почему ты не сказала мне?
— Потому что ты аврор.
— И?
— И потому что ты должен был его арестовать. Или доложить. Или... — Она замолчала. — Я не знала, что ты сделаешь.
Гарри повернулся. Посмотрел на неё. Долго.
— Ты думаешь, я бы его арестовал?
— Не знаю.
— За что? — спросил он. Голос был ровным. Слишком ровным. — За то, что он варит зелья? За то, что он спас сотни людей? За то, что он прячется в собственном доме и не хочет никого видеть?
Она молчала.
— Гермиона. — Он вздохнул. — Он отсидел. Он заплатил. Он не делает ничего плохого. Я не собираюсь его арестовывать.
— Тогда почему ты здесь?
— Потому что ты мне не сказала. — Он смотрел на неё. В его глазах — что-то, чего она не видела раньше. Обида. — Мы друзья. Двадцать лет. И ты скрывала от меня что-то важное.
Она опустила голову.
— Прости.
— Дело не в том, что ты нашла его. — Гарри наклонился вперёд, локти на колени. — Дело в том, что ты... — Он замолчал. Подбирал слово. — Ты изменилась. Ты странно себя ведёшь. Я думал, что-то случилось. Что ты болеешь. Что у тебя проблемы.
— У меня нет проблем.
— У тебя есть он.
Она замерла.
Гарри смотрел на неё. Внимательно. Слишком внимательно — так, как умел только он.
— Ты к нему... — Он замолчал. Потом сказал: — Ты его защищаешь. Не как журналист. Не как свидетель. По-другому.
— Гарри...
— Я не спрашиваю, — сказал он. — Не хочу знать. Это твоё дело. Но я должен сказать тебе одно.
Она смотрела на него.
— Информация о том, что А. Корвус — это Драко Малфой, сейчас в Министерстве. Внутри. Не в «Пророке». Пока. — Он помолчал. — Я прослежу, чтобы она не вышла за пределы. Насколько смогу. Но рано или поздно...
— Рано или поздно это случится, — закончила она.
— Да.
Она закрыла глаза. На секунду.
— Спасибо, — сказала она.
— За что?
— За то, что не сдал его. И за то, что сказал мне.
Гарри смотрел на неё. Долго. Потом улыбнулся — слабо, но по-настоящему.
— Ты всё ещё та Гермиона, которая защищала его на суде.
Она не ответила.
Он встал. Протянул ей руку. Она взяла.
Они обнялись.
Крепко. Долго. Так, как не обнимались много лет. С тех пор, как война закончилась и жизнь развела их по разным дорогам.
— Будь осторожна, — сказал он.
— Буду.
Он отпустил её. Посмотрел в глаза. Кивнул. Ушёл.
Она стояла в парке. Смотрела ему вслед. Потом развернулась и пошла в Косой переулок.

--

Магазин был старым.
Тёмный. Пыльный. С книгами от пола до потолка. Хозяин — сухой старик с очками на носу — сидел за прилавком.
Гермиона вошла. Осмотрелась.
— Мне нужна книга по реставрации портретов, — сказала она. — Магической. Но старой. Очень старой.
Старик посмотрел на неё. Внимательно.
— Портреты — это сложно, — сказал он. — Живые — особенно. Если краска облупилась, если связь потеряна...
— Я знаю. Поэтому и ищу.
Он кивнул. Встал. Ушёл в глубину магазина. Вернулся через несколько минут с книгой — тяжёлой, в кожаном переплёте, с выцветшим золотым тиснением.
— «Восстановление утраченного», — прочитала она. — 1647 год.
— Редкость, — сказал старик. — Последний экземпляр.
— Сколько?
Он назвал цену. Она заплатила. Не торговалась.
Взяла книгу. Прижала к груди. Вышла.

--

В мэнор она вернулась вечером.
Ворота открылись сами. Она вошла. Прошла по гравийной дорожке. Толкнула парадную дверь.
Драко стоял в холле.
Не в лаборатории. Не у котла. В холле. У лестницы. Ждал.
Она остановилась.
— Ты здесь, — сказала она.
— Я здесь.
Он смотрел на неё. Потом на книгу в её руках. На переплёт. На тиснение.
— Что это? — спросил он.
Она замерла.
Секунду. Две. Три.
— Книга, — сказала она. — По зельям. Старая. Редкая. Думала, тебе будет интересно.
Он смотрел на неё. Долго. Внимательно.
— По зельям, — повторил он.
— Да.
Он не сказал ничего. Но что-то в его глазах — что-то, что было спокойным, — изменилось. Стало настороженным.
Он знал, что она врёт.
Он не сказал.
— Ладно, — сказал он. — Пойдём вниз.
Он повернулся. Пошёл к лестнице в подвал.
Она пошла за ним.
Книга жгла ей руки.