Кровь. Её слишком много. Руми больше не чувствует боли — только лезвие в дрожащих руках и его глаза, холодные, как клинок у горла. Джин всегда умел разрывать её на части одним взглядом. Ненавидеть его так же естественно, как дышать. Любить — так же неизбежно, как умирать.
Когда мир взрывается пламенем, а его последние слова тонут в огне, она понимает: они оба знали, чем это закончится. Но даже демоны иногда молятся — и её молитва звучит как проклятие:
«Вернись. Убей меня снова.»
