Глава 37: Глава 37. Недостатки

Драко остановился в своем шаге, чтобы снова посмотреть на часы, выругавшись себе под нос, когда понял, что его длинная стрелка едва сдвинулась на два деления с прошлого раза.

Он возобновил свои взволнованные шаги, шагая взад и вперед по длине спальни, словно загнанный в клетку дракон, и с таким же огнем, обжигающим кончик языка. Прошло почти полчаса с тех пор, как Гермиона так резко отослала его из кухни, чтобы остаться наедине с Уизли, и жар обиды раздувался внутри него, как волдырь, готовый лопнуть. Скрежеща зубами и гадая, сколько еще минут он сможет вытерпеть ожидание, он был уже готов снова прокрасться вниз по лестнице и ворваться в их маленькое воссоединение, когда дверь открылась.

Его голова дернулась вверх, когда Гермиона проскользнула в комнату с вызывающе поднятым подбородком, ее твердый взгляд скользил по нему, анализируя его, словно одну из ее книг. Его рот уже был открыт, готовый разразиться яростной тирадой, но она повернулась к нему спиной, закрывая дверь, бормоча заклинания себе под нос и медленно взмахивая палочкой Беллатрисы.

— Какого черта ты делаешь?

— Запираю дверь и накладываю Заглушающее заклинание, чтобы никто не слышал, как я буду на тебя орать, — деловито сказала она. — Почти закончила…

— Ты собираешься на меня орать? — фыркнул он. — Ты была совершенно не в себе!

Она развернулась с оскорбленным выражением.

— Я? Я была не в себе? Как, черт возьми, ты пришел к такому выводу?

— То, как ты, блядь, отшила меня! — резко рявкнул он. — Ты выставила меня идиотом!

Она закатила глаза.

— Ты отлично справился с этим сам.

— Не смей мне покровительствовать…

— Я совершенно серьезна! — яростно закричала она, шагнув к нему и ткнув пальцем ему в грудь. — Ты вел себя как ребенок! Я серьезно. Перебранки, как у детей, и начало жалких драк, и ты…

— Эй! — прервал он. — Это Уизли начал заводиться…

— О, отличный способ опровергнуть мой довод о твоей ребячливости, Драко, сказав, что Рон начал первым!

— Он кричала на него так же, как кричишь на меня? — внезапно спросил он. — Нет, конечно же, нет! Ты нянчишься с Поттером и Уизли, и это чертовски нелепо!

— Я НЕ нянчусь с ними! — возразила она. — Это мои лучшие друзья, Драко! Мы присматриваем друг за другом…

— О, да брось, Грейнджер! Я знаю, что ты не била Уизли по барабанным перепонкам так, как бьешь по моим!

— Я относилась ко всем одинаково! — строго защищалась она. — Я использовала одно и то же заклинание на тебе, Тео, Гарри и Роне! Я больше злюсь из-за того, как ты повел себя, когда я попросила тебя оставить меня с Роном наедине! У тебя была истерика…

Драко резко вдохнул.

— У меня НЕ было истерики! — рявкнул он. — То, как ты отмахнулась от меня, выставило меня чертовым инструментом, и это было возмутительно!

— Это не из-за твоей гордости! — упрямо парировала она. — Мне нужно было поговорить с Роном, и я попросила тебя уйти, а ты отказался…

— Конечно, я, блядь, отказался!

— Без веской причины! — возразила она, снова ткнув его в грудь. — Ты должен доверять мне достаточно, чтобы быть спокойным, когда я разговариваю с моими друзьями наедине!

— Это не имеет ничего общего с доверием к тебе! — закричал он, выдохнув раздраженный вздох. — Конечно, я, блядь, доверяю тебе! Знаешь, при всей твоей всезнайке, ты иногда такая же тупая, как Лонгботтом!

— О, — понимающе вздохнула она. — Так это классический аргумент «ты не доверяешь ему рядом со мной»?

— Да блядь, Грейнджер, конечно, я не доверяю Уизли! — рявкнул он. — И да, я собственник, и я всегда буду относиться к Уизли с подозрением рядом с тобой, но это не главное!

— Тогда какого черта твоя главная мысль?

— ТЫ ВЗЯЛА ЕГО СТОРОНУ! — закричал он, проводя руками по волосам. — Ты сбила меня с ног, и сделала это перед ним!

— Я не делала этого!

— Да, сделала! И ты даже не подумала на мгновение, что Уизли сам спровоцировал драку! Ты просто вошла туда, а затем… — его голос утих, и он отстранился, чтобы провести взглядом от ее пальцев ног до макушки. Он задержался на милом, красном румянце, окрасившем ее щеки, и на огненной искре в ее расширенных зрачках, чувствуя вспышку жара в животе, прежде чем снова посмотреть вниз на ее ноги. — Подожди минутку…

— Даже если Рон и начал спорить, ты не должен был так отвечать! — продолжила Гермиона, не замечая испытующего взгляда Драко. — И еще кое-что…

— Ты идешь, — остановил он ее, указывая на ее ноги. — Ты снова все чувствуешь?

— Я… что? — заикнулась она, моргнув, когда до нее дошло. — О, да. Да, я приняла зелье и чувствую себя лучше… в любом случае, слушай, Драко, ты вел себя как полный…

Но она была прервана, когда он практически набросился на нее, врезавшись в нее своим телом с неловким от спешки ударом, который сбил ее с равновесия и сбил с ног. Но это было нормально. Стена поймала ее спину, и Драко прижал ее на месте, его руки грубо схватили ее бока, прежде чем его рот припал к ее, целуя ее жестко и неистово между неглубокими вдохами. Его губы были горячими и влажными от их ссоры, и она чувствовала его стучащее сердце, гудящее напротив ее собственной груди, пока он прижимался к ней так сильно, как только мог, пока она не подумала, что стена может рухнуть под силой их столкновения.

Она схватила его за предплечья, ее пальцы впились в напряженные мышцы под рукавами его футболки, и она бессознательно задумалась, оставят ли ее ногти полумесяцевидные вмятины, несмотря на то, что толстая ткань лишила ее того контакта кожа к коже, которого она внезапно так жаждала. В его поцелуе была проклятая отчаянность, которую было слишком остро сопротивляться, словно они не целовались месяцами, и она догадалась, что так и было. Не так. Не так, словно они были вихрем похоти, с их конечностями и губами, запертыми друг на друге, и просто тонущими в порыве момента.

— Подожди, — выпалила она, отрывая свой рот и пытаясь вернуть часть своего раздражения к нему. — Подожди, я все еще зла на тебя…

— Ты всегда зла на меня, помнишь? — пожал он плечами, опуская рот к ее шее. Он расстегнул нижнюю половину ее халата и положил руку на ее внутреннюю часть бедра, согнул пальцы и провел ногтями вверх, пока не почувствовал, как она вздрогнула. — Ты это чувствуешь?

— Драко, — сказала она прерывисто. — Мы обсуждали…

— Ты это чувствуешь?

Она сглотнула.

— Да, но я…

— Оставь это, Грейнджер, — пробормотал он. — Если ты действительно так намерена устроить мне разнос, то ты можешь…

— Боже, ты чертовски неисправим, — сказала она ему, но наклонила голову, чтобы поцеловать его в висок, и ее пальцы снова впивались в его плечи.

— По крайней мере, я могу это написать, — усмехнулся он, отстраняясь, чтобы полюбоваться ее розовыми щеками и неровным подъемом и падением ее груди. — Ты все еще злишься на меня?

— В ярости, — сказала она.

— Хорошо, — усмехнулся он, поглаживая ее бедро еще раз, а затем ее ногти практически вонзались в его плечи, когда ее тело напряглось. — Ты раскрепощаешься, когда злишься.

Гермиона одарила его одним из своих упрямых взглядов, ее брови сошлись в вызове, и на мгновение Драко подумал, что она действительно может оттолкнуть его и возобновить крик на него, но затем она снова врезала их ртами друг в друга. Ее пальцы были в его волосах, ногти царапали его кожу головы и собирали его волосы в маленькие кулаки, притягивая его так близко, как только физически возможно. Драко естественно поддался неистовым рывкам ее губ, и его руки нашли завязку ее халата, развязывая ее, а затем стягивая одежду с ее плеч, пока он не услышал, как она упала к их ногам. Теперь одетая лишь в маленькие шорты для сна и мешковатую майку, кожа Гермионы молила о прикосновении, и Драко не терял времени даром.

Он провел руками по длине ее рук, а затем просунул их под ее топ, скользя костяшками по ее грудной клетке и нижней стороне ее грудей. Он почувствовал, как ее дыхание перехватило в горле, и он изменил положение головы, чтобы пососать ее линию челюсти, когда она издала тихий звук удовольствия. Этот маленький звук был как катализатор, посылая волну горячей крови к его паху, и его действия стали более срочными и тяжелыми. Рывком стянув ее топ через голову, он снова расплавил их губы вместе, схватил ее за талию и поднял, шагнув в сторону, пока ее задница не оказалась на шатком комоде рядом с кроватью.

Шаткий предмет мебели заскрипел и застонал, когда Драко направил ее ноги, чтобы они упали по обе стороны от него, и встал в пространство между ними, ударяясь коленями о дерево, пытаясь подобраться к ней как можно ближе. Он помог ей снять его футболку и хрипло выдохнул, когда она поцеловала его грудь, задержавшись, чтобы проследить языком линию его шрама от Сектумсемпры. Бессознательно задев зубами шрам на ее плече, он почувствовал, как ее лодыжки вонзились в заднюю часть его бедер, чуть ниже ягодиц, заставляя их таз соприкоснуться, и они оба застонали от трения. Эрекция Драко была полной и опухшей, натягиваясь против его свободных брюк и потираясь о ее точку, пока они терлись друг о друга, ведомые инстинктом и интенсивной статикой, искрящейся между ними, как горячие лучи молний.

Когда Драко заправил большие пальцы под кромки ее шортов и нижнего белья, она обвила руками его шею и приподнялась, чтобы он смог стащить их вниз по ее ногам. Его действия были быстрыми и импульсивными, но когда он снова провел пальцами вверх по ее внутренней стороне бедер, ей показалось, что каждое движение было значительным и выверенным, чтобы попасть в нужные нервы и нарастить предвкушение. Она случайно прикусила его нижнюю губу, когда его пальцы наконец погладили выпуклость ее клитора, и Драко обвел свободной рукой ее талию, когда она дернула бедрами вперед.

Он снова прервал поцелуй, держа их лица достаточно близко, чтобы чувствовать, как ее ресницы соприкасаются с его между морганиями.

— Ты это чувствуешь, да? — спросил он, просовывая пальцы внутрь нее. — Ты это чувствуешь?

— М-м-м, — удалось ей с кивком. — Я все чувствую.

И она действительно могла. Она не знала, было ли это из-за блокировки конечностей, или из-за того, что ее не ласкал Драко таким образом месяцами, но каждое интимное прикосновение было как мощный толчок ощущений, и ее внутренности горели через несколько минут.

Она издала тихий скулящий звук и дернула его голову вниз, чтобы возобновить их поцелуй, жаждая контакта, пока ее возбуждение раздувалось, как теплое и покалывающее пузырь. Его большой палец быстро терся по ее клитору, а два пальца внутри нее двигались внутрь и наружу с преднамеренным узором и скоростью. Она сместила таз, и движение против руки Драко послало мощный шок удовольствия вверх по ее позвоночнику, и она уронила голову назад на стену, чтобы издать сдавленный стон, наблюдая, как Драко смотрит на нее сквозь полузакрытые глаза.

— Кровать, — сказала она между вздохами. — Кровать, Драко.

Он одарил ее самодовольной ухмылкой, приостановив толчки своих пальцев, чтобы снова поднять ее, направив ее ноги, чтобы они обхватили его торс, и его эрекция снова терлась о нее. Он осыпал ее грудь, плечи, грудь и шею затяжными поцелуями, неся ее через комнату, уронив ее на кровать немного грубее, чем намеревался, прежде чем он выбрался из своих брюк и боксеров.

Накрыв ее тело своим, он расположился между ее ног и втолкнул свой член в ее тугую и влажную теплоту. Он почувствовал, как ее бедра сжались вокруг него, и ее спина выгнулась с кровати с теми первыми несколькими толчками его бедер, и он зарылся лицом в изгиб ее шеи, чтобы заглушить стон. Он знал, что долго не продержится; его тело просто слишком долго не гудело так, чтобы он мог физически сопротивляться реакциям на ощущения, текущие по его крови и мышцам. Вот почему он позаботился о том, чтобы она была близка к взрыву, прежде чем искать какое-либо удовольствие для себя, и судя по ее тяжелому дыханию и коротким спазмам, начинающим трепетать вокруг него.

Драко замедлил свои неистовые толчки, когда его охватило странное побуждение, и он нежно провел тыльной стороной пальцев по ее щеке, изучая ее приоткрытые губы и похотливые глаза. Она смотрела в ответ и почти улыбнулась, потянувшись вверх, чтобы провести кончиками пальцев вдоль его челюсти, вытянув шею, чтобы снова расплавить свой рот в его.

Темп их занятий любовью снова возрос, когда Драко входил и выходил с настойчивым ритмом, и звуки потной плоти, шлепающейся друг о друга, смешивались с их громкими стонами и вздохами. В смелый момент спонтанности с ее стороны, Гермиона задрала ноги немного выше, и толчки его эрекции ощущались глубже и гораздо более концентрированно. Она держалась за него так, словно от этого зависела ее жизнь, когда эти последние несколько мощных толчков отправили ее в полет, и ее мышцы стали тугими и жесткими, а затем она затряслась без контроля, дрожа и содрогаясь, когда жар блаженства утонул в ее кровотоке и пронесся по всему ее телу. Она наполовину промурлыкала, наполовину заскулила на пике оргазма, и когда он утих, она почувствовала легкое головокружение, но совершенно удовлетворенной.

Рябь ее мышц вокруг его длины приблизила Драко к его собственному оргазму, и он подождал, пока она впитает все, что могла, от своего освобождения, прежде чем дернуть бедрами один, два и третий раз, прежде чем его сердцебиение загрохотало в ушах, и он тоже затрясся. Он хрипло зарычал ей в ухо и бессознательно чмокнул губами ее висок, прежде чем вся энергия покинула его, и он осторожно перекатился на бок. Закинув руку ей на талию, он притянул ее к себе, положив подбородок на ее лоб, когда она начала бессознательно чертить круги на его груди, пока их дыхание начало возвращаться к норме.

— Дай мне немного, и мы продолжим, — хрипло выдавил он.

Она наклонила подбородок, чтобы бросить на него любопытный взгляд.

— Откуда ты знаешь, что я не намерена продолжать наш спор?

— Давай, Грейнджер, не ссы на мой костер, — вздохнул он. — Кроме того, разве мы не договаривались, что как только ты полностью поправишься, мы будем трахаться, пока наши кости не заболят?

— Что? Нет, я так не думаю.

— О, — пожал он плечами. — Должно быть, это было у меня в голове.

Она тихо рассмеялась и поцеловала его грудь, чувствуя, как ее губы бьются о его пульс.

— Хорошо, никаких споров об Уизли. Но ты сдержишь свое слово, да? Ты воздержишься от конфронтаций?

— Если Уизли будет держать дистанцию, я буду держать свою, — угрюмо согласился он. — Доволен?

— Очень, — улыбнулась она. — Спасибо. Я люблю тебя.

Он нахмурился и облизнул губы в раздумье, притягивая ее чуть ближе к своему телу. Это было не время, но потребность что-то сказать заставила его язык чесаться.

— Грейнджер, — нерешительно начал он. — Ты знаешь, что я…

— Я знаю, Драко, — заверила она его. — Все в порядке, я знаю.