Глава 7: Глава 7

"Эй, Даф. Мне нужно сделать задание по маггловедению, в котором мы составляем семейное древо. Ты знаешь полные имена наших кузин? Хочу убедиться, что я записал их правильно, и не думаю, что мама с папой смогут ответить совой достаточно быстро".

Драко сидел в своей спальне, ожидая ответа Дафны. Он стащил блокнот из сумки Астории ранее в тот день и надеялся вернуть его ей до того, как она заметит. Ему нужно было узнать имена их кузин, и он знал об этом задании от Тео, который тоже посещал этот класс; он только надеялся, что Астория уже не задала Дафне этот же вопрос, иначе она заподозрит неладное. Вероятно, было бы проще просто довериться Дафне насчёт инициалов и спросить о её семье по этой самой причине, но она была сплетницей, так что вскоре все остальные узнали бы о его делах, особенно если бы она рассказала Пэнси.

"Я знаю это только потому, что мне пришлось делать то же задание несколько лет назад.

Тимоти Саймон Гринграсс

Хелена Присцилла Гринграсс

Маргарет Джоан Гринграсс

Надеюсь, это поможет. Люблю тебя".

Драко выругался. Ни одно из имён не совпадало с инициалами на его запястье. Он рассеянно почесал его, ворча себе под нос, но не забыл написать ответ Дафне, поблагодарив её за помощь.

Если бы только вторые имена Хелены и Маргарет были поменяны местами, тогда вся эта история закончилась бы, и он мог бы наконец думать о чём-то другом, кроме чёртовых букв, которые сейчас украшали его кожу.

Как будто ему нужно было что-то ещё, отмечающее его так или иначе, горько подумал он про себя.

Убедившись, что больше переписки нет, он стёр разговор в блокноте, что, как он знал, девочки всё равно делали, на случай, если блокнот попадёт в чужие руки. По-видимому, секреты между сёстрами были священны.

Взглянув на время, он отметил, что скоро ужин, так что он сможет легко подсунуть блокнот обратно Астории в Большом зале. Или, если его поймают с ним, он мог сказать, что просто нашёл его.

Собрав несколько других книг для чтения позже в библиотеке, он вышел из спальни и направился к дверному проёму из гостиной.

Как раз когда он собирался выйти, Грейнджер влетела в дверной проём, и они оба врезались друг в друга, заставив предметы, которые они держали, упасть на пол.

— Молодец, Грейнджер, — пробормотал Драко, закатывая глаза и начиная подбирать свои вещи.

— Прости, — пробормотала ведьма с пышными волосами, опускаясь на колени, чтобы собрать свои вещи. — Я спешила, чтобы оставить кое-какие вещи в спальне перед ужином. Эй... это ведь блокнот Астории?

Она подняла упомянутый блокнот, чтобы получше рассмотреть, но Драко выхватил его у неё из руки.

— Ага, ну, будь внимательнее к своему окружению, — сказал он, избегая её вопроса.

— Почему у тебя блокнот Астории? — снова спросила Гермиона, на этот раз строже, скрестив руки перед собой.

Драко пожал плечами.

— Я его нашёл.

Она сузила на него глаза.

— Врёшь. Дай его мне. Я отнесу ей.

Драко фыркнул и закатил глаза.

— Нет.

Гермиона потянулась за книгой, как инстинкты Драко и знали, что она сделает. Поскольку он был добрых сорок сантиметров выше её, он просто поднял блокнот над головой, вне её досягаемости.

Гермиона поднялась на цыпочки и даже немного подпрыгнула безрезультатно.

Драко усмехнулся.

— Что такое, Грейнджер? Просто возьми его, если сможешь.

— Хватит вести себя как избалованный гад, Малфой, и отдай. Мне. Этот. Блокнот!

Она тянула его за руку, становясь всё более раздражённой, а Драко почти смеялся. Он забыл, как весело дразнить Грейнджер.

Когда она дёрнула за рукав его мантии, она внезапно остановилась, её глаза расширились от шока.

Его взгляд последовал за её, остановившись на маленьких буквах на внутренней стороне его запястья.

Он быстро отнял руку от неё, опуская рукав.

Она была растрёпана от попыток достать блокнот, но не это бросилось ему в глаза.

Она с любопытством смотрела на него, и он с падением в животе заметил, что она рассеянно чесала внутреннюю сторону запястья.

— Малфой... — начала она.

— Мне нужно идти, — сказал он, быстро проходя мимо неё.

Она схватила его за локоть, останавливая его движение, и спросила:

— Какое... какое у тебя второе имя?

Он не смотрел на неё, но покачал головой, пытаясь вырвать руку из её хватки. Она держала крепко и смотрела на него, и только когда дверь открылась и вошёл Эрни, улыбаясь Гермионе, она переключила внимание с Драко.

— Привет, Гермиона, Джинни тебя ищет.

Драко воспользовался возможностью вырвать руку из её хватки и почти выбежал из гостиной.

Он не оглядывался, направляясь в мужской туалет, едва успев до туалета, прежде чем содержимое его желудка излилось в него.

Нет. Нет, нет, нет, нет, нет... Кто угодно, только не она.

Он сидел на полу кабинки, обхватив голову руками, пока воспоминания о том, как Грейнджер пытала его тётя Беллатриса, нахлынули на него.

Кто угодно, только не она...

Гермиона шла в Большой зал в туманном замешательстве. Она едва слушала, что говорила Джинни; что-то о приезде Гарри, и она была... взволнована? Она не могла понять почему, и, честно говоря, сейчас ей было всё равно.

Осознав наконец, что означали буквы на её запястье, она задалась вопросом: что значит, что инициалы Драко были на её запястье? Почему её были на его?

Ей хотелось одновременно и вырвать, и рассмеяться.

Сев за гриффиндорский стол, она машинально наложила еду на тарелку, только чтобы ковырять её вилкой, слушая разговоры вокруг.

Светловолосая фигура села рядом с ней, и она на мгновение подумала, что это он, но синий и бронзовый галстук, который она уловила периферийным зрением, успокоил её, и она переключила внимание на Асторию.

— Я всё ещё не нашла его, — простонала когтевранка, беря булочку из середины стола и начиная её грызть. Она с надеждой посмотрела на Гермиону. — А ты? Пожалуйста, скажи, что ты его нашла.

Гермиона открыла рот, но снова закрыла и покачала головой, отводя взгляд, чтобы новая подруга не увидела, как её лицо вспыхнуло от лжи.

— Чёрт... полагаю, мне придётся ещё раз пройти по своим следам. Я уже проверила все места, где была сегодня. Я знаю, что он был у меня вчера вечером, потому что мы с Даф переписывались перед сном. Может, он упал под мою кровать... — Она откусила ещё кусок булочки, прежде чем встать. — Увидимся завтра, Гермиона! — крикнула она через плечо.

— Кто это был? — спросила Джинни. — И что это всё значило?

— Астория Гринграсс. Седьмой курс. Она потеряла блокнот и ищет его. Передашь тыквенный сок?

Она съела четверть своей еды, прежде чем решить, что закончила, и направилась обратно в спальню, беря книги, взятые из библиотеки, и снова начала их изучать.

Часы спустя, всё ещё безуспешно в поисках информации, Гермиона ворочалась в постели. Сбросив одеяло, она схватила мантию и убедилась, что никого нет рядом, когда тихо вышла из гостиной и пошла по пустынным коридорам к территории. Оказавшись на улице, она направилась к озеру, надеясь, что свежий воздух поможет очистить голову и скоро убаюкает её.

Она шла бесцельно, и возвышающиеся трибуны квиддичного стадиона показались в поле зрения. Она нахмурилась в замешательстве; она не собиралась идти этой дорогой. Идя дальше, она увидела на трибунах фигуру Драко Малфоя, сидящего в раздумьях. Он поднял голову, когда она вошла на поле, и один раз кивнул — будто ожидал её.

Медленно она поднялась по трибунам и села рядом с ним.

Не говоря ни слова, она достала палочку и сняла чары-макияж со своего запястья. Она подняла его между ними.

Драко взглянул на них и вздохнул, задирая рукав правой руки и поднимая его рядом с её.

ХДГ... ДЛМ

— Что это значит? — тихо спросила она.

Она ждала его ответа, хотя почти думала, что он не ответит.

Он втянул воздух и закрыл глаза.

— Это значит... мы родственные души.

Воздух из лёгких Гермионы вышел.

В ушах зазвенело,

Всё вокруг стало нечётким.

Она уставилась на пустое квиддичное поле, неподвижная, позволяя словам Малфоя впитаться.

Соулмейты.

Что это вообще значило?

Она потерялась в своих мыслях, пока рука с длинными пальцами не помахала перед её лицом, возвращая её в настоящее, и она наконец сделала вдох.

Она повернула голову и несколько раз моргнула на Драко.

— Прости... можешь объяснить? — медленно спросила она.

Драко издал усталый вздох и задумчиво посмотрел на поле.

— Есть заклинание — одно, которое сейчас мало используется, но наши родители, бабушки и дедушки, прабабушки и прадедушки подвергались ему.

— Какое заклинание? — тихо спросила Гермиона, тоже предпочитая смотреть на поле вместо мужчины рядом.

— Оно называется заклинанием родственной души, — он остановился и мрачно усмехнулся себе. — Оригинально, да? Оно должно отметить тебя инициалами твоей родственной души. Это был метод гарантировать предыдущим поколениям, что у них будет цель в жизни, передать свою магию следующему поколению, и так далее. К тому времени, когда мои родители стали взрослыми, оно было уже не так распространено, но по какой-то причине они всё равно его сделали... на мне.

Гермиона сглотнула, её горло сжалось.

— Как оно работает?

— Заклинание накладывается на младенца или ребёнка, и оно вступает в силу в его день рождения семнадцать лет спустя, когда инициалы его родственной души появляются на его запястье. У его родственной души тоже появятся инициалы. Мои родители спорили, пока мне не исполнился год, прежде чем наложить его. — Он посмотрел на своё запястье. — Они появились в мой восемнадцатый день рождения... и мои инициалы появились на твоём запястье в тот же день.

Она позволила его объяснению омыть её.

— У нас есть выбор во всём этом? — тихо спросила она, наконец глядя на него.

— Не совсем, — так же тихо ответил он и встретил её взгляд.

— Так... так мы должны быть вместе? — спросила она, слегка паникуя.

Выражение её лица заставило его почувствовать тошноту, и ему пришлось отвести взгляд.

— Ты можешь попробовать встречаться с другими, но теперь, когда заклинание активировано, никто не сделает тебя счастливой, кроме твоей родственной души. Чем сильнее ты стараешься, тем больше тебе будет противен этот человек.

— Что?! Вот почему меня физически тошнило каждый раз, когда я была с Роном? Это... это против моей свободной воли! Разве я не должна иметь возможность решать или выяснять сама, с кем мне быть?

— В этом и смысл заклинания. Помочь тебе узнать раньше, чтобы ты не тратила время на неправильного человека.

Гермиона посмотрела на него в неверии.

— Почему ты не более расстроен этим!? — воскликнула она. — Почему ты не пытаешься найти выход?!

— Нет смысла, — сказал он с нажимом, подчёркивая каждое слово. — Заклинание подбирает наши магические ядра, или души, к человеку, который лучше всего их дополняет. По-видимому, это мы. — Он посмотрел на неё. — Моя мать сказала, что заклинание родственной души просто помогает вещам продвинуться, но даже если бы заклинание не было наложено, мы всё равно оказались бы вместе. Так работают магические отношения, верят люди в это или нет.

Гермиона покачала головой.

— Нет. Нет никакого способа, чтобы мы... — она указала между ними, — ...когда-либо были вместе. То есть, ты меня ненавидишь. Я всё, что ты рос, учась презирать и смотреть свысока. Как, чёрт возьми, такие отношения будут работать?

Драко снова посмотрел на поле.

— Я не ненавижу тебя, Грейнджер, — сказал он почти неслышно.

Гермионе пришлось контролировать стук сердца, которое, казалось, переместилось в уши.

— Ты... ты не ненавидишь?

Он покачал головой.

— Больше нет. Я ненавидел, когда был ребёнком, по тем самым причинам, которые ты упомянула, но даже я не мог отрицать, насколько блестящей ведьмой ты была, магглорождённая или нет, по мере того как шли годы. И после всего, что случилось, я понял, каким идиотом был, веря во всю эту чушь о превосходстве крови.

Рот Гермионы слегка приоткрылся, и глаза расширились от изумления при его заявлении. Она смотрела на него с открытым ртом мгновение, прежде чем наконец покачала головой, чтобы прийти в себя.

— Я не... не знаю, что на это сказать, — честно сказала она.

— Ну, это, должно быть, впервые, — сказал он. Потом усмехнулся. Драко Малфой действительно усмехнулся, будто абсурдность всего этого наконец дошла до него.

Гермиона не могла не рассмеяться нервно вместе с ним.

Когда их смех стих, неловкость вернулась.

— Не думаю, что я готова... — наконец сказала она.

— Готова к чему? — спросил он.

— К отношениям. Не только с тобой, — поспешно выпалила она, видя, как он напрягся. — Но с кем угодно. Я хочу сосредоточиться на учёбе. Сдать ЖАБА. Я не хочу жонглировать отношениями и браком и...

— Ого, ого, — сказал Драко, поднимая руки, чтобы остановить её. — Во-первых, я тоже не готов к этому шагу. Нам не нужно жениться в ближайшее время. Нет спешки, нет ограничения по времени, на это — он указал между ними, как и она, — неизбежное между нами. Мы можем полностью игнорировать друг друга остаток учебного года, если хочешь. Всё, что делает это заклинание, — сообщает тебе, с кем ты будешь, сейчас или когда-то позже.

Гермиона нахмурилась и обдумала его слова.

— Не думаю, что хочу этого. Игнорировать тебя, то есть.

Драко поднял бровь от удивления.

— Правда?

Гермиона кивнула, мягко улыбаясь.

— Правда. Может, мы можем начать с того, что станем, не знаю... друзьями? Поработаем над этой частью отношений, прежде чем даже думать о других шагах.

Драко издал облегчённый вздох.

— Думаю, это отличный план.

Гермиона изобразила шок.

— Мои уши меня обманули, или Драко Малфой только что сказал, что у меня отличный план?

Драко сверкнул на неё взглядом без злобы.

— Замолчи.

Гермиона широко, искренне улыбнулась ему; этот акт заставил Драко улыбнуться в ответ, совсем слегка.

— Нам стоит вернуться, — сказала она.

Драко кивнул в согласии, и они вдвоём спустились с трибун, пока не оказались на уровне земли.

Они шли молча рядом друг с другом, каждый потерявшись в своих мыслях, пока Драко не заговорил.

— Как тебе удалось скрыть буквы? — с любопытством спросил он.

— У меня есть специальный макияж, который скрывает шрамы и другие постоянные отметины. Изначально я использовала его для... — она осеклась и указала на левую руку.

Драко остановился и напрягся.

— О.

— Она сделала это проклятым клинком, иначе я могла бы от него избавиться...

— Мне жаль...

— Это не твоя вина.

— Я знаю... но мне всё равно жаль.

Гермиона посмотрела на него из-под ресниц и слегка улыбнулась.

— Спасибо.

Они продолжили идти и направились к входу в замок.

— Думаешь, у нас будут неприятности за то, что мы не в постели в такой поздний час? — спросила Гермиона, оглядываясь в поисках Филча или миссис Норрис.

— Вероятно, — сказал он, накладывая на них обоих чары дезиллюминации.

Они тихо шли по коридору к своей общей гостиной, но не видели ни признака сквиба, ни его кошки.

Когда чары дезиллюминации были сняты и они остались одни в гостиной, неловкость снова вернулась, и Гермиона теребила рукава рубашки.

— Что ж... доброй ночи, Малфой.

— Доброй ночи, Грейнджер, — сказал Драко, кивая ей, когда она пошла к спальням девочек.

Он знал, что должен последовать её примеру и тоже лечь спать, но было что-то, что ему нужно было сделать сначала. Взяв запасной лист пергамента с одного из столов, он быстро что-то нацарапал, потом пошёл в свою комнату и нашёл там Геркулеса, чистящего перья.

— Письмо маме, — сказал он сове.

Геркулес поднял лапу, чтобы Драко привязал маленькое письмо, и улетел, как только оно было закреплено.

В Париже, Франция, Нарцисса проснулась от стука в окно спальни. Она потянулась и схватила палочку, открывая окно для совы сына.

Взглянув на время, она поняла, что это должно быть важно, раз он отправил сову в такой поздний час.

Она развернула маленький свиток и тихо ахнула от трёх слов, написанных на нём.

"Это Гермиона Грейнджер".