Глава 49: Глава 20

Глава 20

581

0

Aот adelfa
Поделиться

Это просто меланхолия сжала грудь,
Это просто догорают в огне листы,
Что-то главное течет между строк, как ртуть,
Потому что главное – это…

Лора Бочарова "Романс Люциуса Малфоя"

Лето вступило в свои права. На пустоши перед домом МакКиннонов зацвел вереск. Но в душе Лили была пустота. Она не знала, что ей теперь делать. В связи с произошедшими кадровыми перестановками в Министерстве Магии вопрос о том, кто будет назначен ее опекуном, до сих пор не был решен. Да и перспективы оказаться у Мунроков или, того хуже, у Малфоев, казались ей совершенно не привлекательными.

Лили знала, что Мэгги тоже подала в Министерство просьбу об опекунстве, но вот только сама девочка мало надеялась на ее удовлетворение. Формально Мэгги была все лишь подругой ее матери, хотя и было известно, что последняя воля Селены была оставить дочь с миссис Грюм. Кроме того, Лили понимала, что леди Селеста с этим никогда не согласится. Потерять наследство Блэков, оставить внучку с подругой грязнокровок... Хотя... Сейчас после падения Темного Лорда все его бывшие сторонники чувствовали себя более чем неуверенно.

И все же и леди Селеста, и леди Малфой продолжали писать ей письма, в которых выражали надежду на то, что Лили скоро будет с ними. Сама же Лили уже привыкла и к семье Мэгги, особенно к малютке Марен, и к "ненормальному" барану Энгусу, который на деле оказался умнейшим животным, и даже к пустошам Шотландии. В Англии у нее не осталось ничего, точнее никого, потому что недвижимости и денег как раз хватало. Фамильный дом Блэков, маленький домик Снейпа в Паучьем тупике... И везде она будет одинока, никому не нужна. Где ныне все, кто ей клялись, что любили?..

Лучиком света были для Лили письма Невилла, которые он ей часто писал после битвы за Хогвартс. Он рассказывал ей обо всем: о том, как гибли его друзья, о том, как Гарри узнал всю правду, о том, как он пошел один на смерть... Но самое главное о том, что в тот момент, когда он вытащил из шляпы меч Гриффиндора, он вдруг подумал, что здорово было бы ей об этом рассказать. Так нелепо - в момент, когда решается судьба, думать о ней. Или нет. Может быть, именно в такие моменты понимаешь, что тебе действительно важно.

А еще Лили получила письмо от Гарри. Сначала она хотела выбросить конверт, даже не открывая. Она была очень зла на Гарри за все: за то, что он не признавал ее дочерью Сириуса, за то, что ненавидел ее мать, за то, что плохо думал о Снейпе... К тому же в глубине души ей было очень обидно, что самые дорогие ей люди, ее родители, предпочли пожертвовать собой ради Поттера. Они мертвы, они не с ней, и никогда уже не будут с ней! А он живет...

Но письмо Лили все же не выбросила. Через несколько дней она решилась прочитать его, из чистого любопытства, как уверяла она сама себя.

Милая Лили,

я знаю, что долгое время относился к тебе несправедливо. Сейчас я очень сожалею об этом. Я ничего не знал о тех людях, которые меня окружали, о том, что они были рядом лишь для того, чтобы оберегать меня, помогать мне выполнить то, что я должен был совершить. Я благодарен профессору Снейпу, он был одним из благороднейших и храбрейших людей, каких я знал...

Лили смяла письмо. Слишком поздно... Он только сейчас понял, каким человеком был ее отец... Гарри ни разу не выслушал ее, относился к ней, как к пустому месту, а сейчас он вдруг узнал, что был неправ. Решил все исправить. Уж не потому ли, что она дочь Сириуса? Говорят, он безумно был привязан к своему крестному. Все равно! Ей не нужно запоздалое раскаяние.

* * * * *

В середине лета в дом МакКиннонов пожаловала сама леди Селеста. Хотя Министерство еще так и не вынесло официального решения по поводу передачи опекунства ей, леди Мунрок не стала больше откладывать решение этого вопроса и приехала забрать внучку в Англию.

Леди Селеста совсем не изменилась. Хотя поражение Темного Лорда отразилось на ее семье. Один ее сын погиб во время битвы за Хогвартс, еще один, Абракас, названный в честь единственного мужчины, которого она была способна любить, находился в Азкабане. Домой сумели вернуться только младший сын Гарольд и ее муж. В разгар битвы, когда стало ясно, что Поттер не умер, Гарольд, который никогда до конца не был предан идеалам Пожирателей, предпочел найти своих сыновей и покинуть Хогвартс вслед за Малфоями. Также он захватил с собой и раненного лорда Мунрока. Однако все эти трагические события не сломили леди Селесту: в ее волосах не прибавилось ни одного седого волоса, на лбу не появилось ни одной новой морщинки. Сердечные волнения не могли растопить тот слой льда, которым она укутала свои чувства много лет назад.

Леди Селеста стояла у калитки и смотрела на дом МакКиннонов. Привязанный во дворе Энгус настойчиво пытался освободиться, низко опускал голову с тяжелыми рогами, грозно сверкал глазами и хрипел. Леди Мунрок презрительно обвела взглядом дом, забор, черного барана, чья шерсть местами свалялась.

- Разорви меня горгулья, что за хлев! Не хватило денег на породистого пса, так решили барана на привязь посадить...

- Тихо, Энгус! - на пороге дома появилась Лили.

Увидев леди Селесту, она застыла. Неужели опекунство над ней передали Мунрокам. Разорви гиппогриф всю их семейку! Лучше одичать среди вересковых пустошей Шотландии, чем стать жертвой одержимости леди Селесты. В своих последних письмах она подозрительно часто писала Лили о Драко Малфое. Ох, неспроста это! Раньше она все время сводила мать с лордом Малфоем, неужели теперь она возьмется за Лили.

- Лили, похоже, ты совсем утратила манеры в этой глуши! Ты не пригласишь меня войти?

Леди Селеста окатила внучку волной ледяного недовольства. От этого Лили еще меньше захотелось быть с ней рядом.

- Думаю, нет... - тихо сказала она. - Это не мой дом, я не могу здесь распоряжаться.

- Разорви оборотень здешних хозяев! Ну и воспитание! Что ж, придется мне войти самой, несмотря на то, что мне, кажется, совсем не рады! Но, должна заметить, я и сама не восторге от того, что мне приходится находиться в такой дыре. Как только ты соберешься, мы немедленно покинем это место...

- Соберусь? Но я не хочу уезжать!

- Не хочешь? Вот это новость! Леди Блэк хочет прожить остаток дней в шотландском хлеву! Да твои предки сейчас переворачиваются в своих могилах!

Две женщины - бабушка и внучка, зрелая и совсем юная - стояли лицом к лицу: они были совсем разные и вместе с тем похожие больше, чем они могли себе представить. И у каждой в этот момент была своя правда!

Их ссора раззадорила Энгуса. Теперь он орал не переставая и был близок к тому, чтобы сорваться с привязи. Внезапно дверь дома распахнулась, и на пороге появилась Мэгги.

- Лили, что происходит? Почему Энгус орет, как безумный? Сидеть, Энгус! Он же не дает Марен заснуть...

Она посмотрела на растерянную Лили, а затем на стоящую за калиткой даму, одетую в дорогую дорожную мантию. Прямая осанка, надменное лицо, унизанная тяжелыми перстнями рука, опирающая на верхнюю часть калитки...


- У нас гости...

Лили вспыхнула и затараторила:

- У нас не гости! Это леди Селеста! Она приехала за мной... Но я с ней не поеду! Когда меня оставят в покое, когда обо мне уже наконец забудут!

Мэгги нахмурилась.

- Лили, успокойся, тебя еще никто не забирает...

- Конечно, забирает! Разорви меня оборотень, я не зря тащилась в такую глушь! Леди Блэк здесь не место!

Глаза Мэгги сверкнули сталью, от нее теперь веяло тем же холодом, что и от самой леди Селесты, холодом зимних шотландских ветров. Она подошла ближе к калитке.

- Вероятно, вы знаете, где подходящее место для леди Блэк? И у вас есть право ее забрать? Министерство назначило вас опекуном?

Леди Селеста смерила ее недобрым взглядом. Мэгги была целую голову ниже благородной леди, и та безо всякого труда смотрела на нее сверху вниз.

- Да, знаменитое шотландское гостеприимство: дикие горцы держат гостей за порогом!

- Так я вас в гости и не приглашала...

- Ну что ж! Я и не стремлюсь заходить в этот сарай, наверняка вы спите вместе со скотиной, раз уж держите барана вместо пса.

Мэгги сжала зубы.

- У вас есть решение Министерства?

- Нет, но Лили моя внучка и все остальное...

Мэгги усмехнулась и решительно перебила леди Мунрок.

- Тогда вам точно не следовало тащиться в нашу глушь, здесь ведь и впрямь могут оборотни разорвать, неровен час! Или барана могут спустить!

- Ты мне угрожаешь?! Разорви тебя горгулья, маленькая нахалка!

Мэгги достала палочку.

- Довольно! Я больше не позволю вам меня оскорблять! Убирайтесь с моей земли! Вам здесь не рады, вам здесь нечего делать! И на Лили у вас пока нет никаких прав! И, клянусь Мерлином, не будет!

На лице леди Селесты появилась презрительная ухмылка. Она тоже достала палочку.

- Значит, угрожаешь мне, мерзавка! - прошипела она. - Думаешь, можешь со мной тягаться?! Со мной?! Наследницей Певереллов, Слизеринов, Мраксов! Со мной, Селестой Мунрок?!

Леди Селеста в этот момент была ужасна и в то же время пугающе прекрасна, она как будто сбросила с себя груз прожитых лет, как будто ненависть и желание причинить боль влили в ее вены новую кровь, придали ей сил. На долю секунды Мэгги вспомнила, как, обливаясь слезами над залитым кровью телом Аластора в Отделе тайн, она краем глаза видела Селену, покидающую поле боя. Та была также бесстрашна и полубезумна в своем желании отомстить! В этот момент Мэгги увидела, насколько были похожи мать и дочь...

- Угрожаю! Для меня ничего не значат произносимые вами имена! Сейчас я просто мракоборец, а вы Пожирательница смерти, в последний момент отрекшаяся от своего Господина, но не изменившая своей сущности! Бывших Пожирателей не бывает!

В тот момент, когда она произносила эти слова, ей показалось, что за спиной у нее стоит Аластор. Это придало ей сил: она выпрямилась во весь рост и подняла палочку.

- А если, не дай Мерлин, я не справлюсь, то, утопи меня кельпи, есть кому вступиться за меня. Мой дед будет рад встретить достойного противника у себя дома! Он давно сетует на то, что времена былых битв миновали...

Леди Селеста сверкнула глазами. Она медленно опустила палочку.

- Я уйду... Но не надолго! Рано торжествуешь! И когда я вернусь, ты пожалеешь... А вернусь я очень скоро! И заберу свою внучку!

Мэгги повернулась к ней спиной и пошла к дому.

- Сомневаюсь, - бросила она через плечо.

* * * * *

Жизнь в Малфой-Мэноре постепенно входила в привычное русло. Нарцисса пыталась забыть, что долгое время именно в ее доме была штаб-квартира Темного Лорда. Они отказались от него, покинули поле битвы. Конечно, до конца очистить свое имя у них не получится, но и Азкабан их скорее всего не ждет! У Министерства есть дела и поважнее: некоторые Пожиратели до сих пор сопротивляются, пытаются объединиться, несмотря на то, что Темный Лорд пал, погиб. Но ни к ней, ни к ее семье это уже не имеет никакого отношения! Хватит играть...

Удивительно, но ее тетка тоже вышла сухой из воды. Воистину Мунроки непотопляемы! Конечно, леди Селеста потеряла еще одного сына на поле боя, другой сидит в Азкабане... Но тем не менее, семья Мунроков не подвергается преследованию со стороны аврората. Конечно, Гарольд, этот хитрый лис, тоже покинул Хогвартс и отца с собой прихватил. Что ж! Теперь Мунроки уже неопасны для Нарциссы. Ее соперница давно мертва. Хотя Люциус явно продолжает на что-то надеяться, но это уже неважно. Для того, чтобы сохранить семью, она готова смириться с его причудами: она готова принять дочку Селены у себя дома, тем более к девочке Люциус не испытывает никаких чувств, это очевидно. Он лишь повторяет, что хочет видеть рядом дочь Селены. И еще, кажется, надеется, что она сойдется поближе с Драко! Бред! Нарцисса этого не допустит! Да и сам Драко слишком хорошо помнит то унижение, которое испытал в тот день, когда в дом пришла Селена. Он никогда не полюбит ее дочь, никогда...

Сам же лорд Малфой сейчас на самом деле стал более спокойным. Он стал снова общаться с женой и сыном, хотя по-прежнему проводил долгие часы в кабинете наедине с собой. Кроме того, он часто бывал с визитами в доме Мунроков, но это тоже не пугало Нарциссу. В конце концов он забудет о своей потере, он вернется к ней. Хотя он уже так давно не переступал порога ее спальни... И лицо его при взгляде на нее оставалось равнодушным. Но Нарцисса верила, что все еще можно вернуть. Она готова была простить мужа, лишь бы не потерять его.

* * * * *

Лорд Малфой снова был главой своей семьи. Он покинул поле боя, и Министерство обещало простить все заблуждения и ошибки прошлого. Его даже обещали оставить в совете попечителей Хогвартса: слишком многие семьи понесли невосполнимые потери, слишком многие лишились всего, а Малфои оставались богаты и влиятельны. Однако при том, что новым директором Хогвартса должна была стать старая шотландская стерва Минерва Макгонагалл, Малфой не ожидал многого от сохранения этой должности за собой. Декан Гриффиндора и раньше славилась своими пристрастиями к грязнокровкам! Но это неважно, он все стерпит. Главное, он сможет позаботиться о маленькой Лили Блэк. Блэк! Чтоб этот шелудивый не обрел покоя! Лучше бы девочка продолжала носить фамилию Снейпа, смириться с этим было бы гораздо легче. А еще лучше, чтобы она носила его фамилию... Если бы Селена пришла тогда к нему...

Но все еще можно исправить: можно женить Драко на наследнице Блэка. О, это будет сладкая месть! Сириус перевернется в гробу, это уж точно! Лорд Малфой расплылся в довольной улыбке, представляя, как перекосилось бы лицо его ненавистного соперника, узнай он об этих планах.

Малфой сделал глоток виски и посмотрел на игру света в янтарной жидкости. На руке, сжимающей бокал, было надето массивное кольцо, украшенное простым темным камнем с вертикальной трещиной посередине. В этом камне была вся его надежда, вся его жизнь. Обладание этим сокровищем успокоило его душу: он снова стал вести нормальный образ жизни - спать, есть, следить за собой. О пережитом напоминали только серые нити седины в платиновых волосах и искры безумия, до поры затаившиеся на дне глаз цвета осеннего тумана.

Один раз он уже пытался вернуть Селену, и теперь точно знал, что магия камня работает. Она будет с ним, пусть не сразу, но он убедит ее, заставит! На этом свете у него больше нет соперников, все мертвы...

Люциус попытался вернуть ее через два дня после возвращения из Хогвартса, с великой битвы. Он заперся у себя в кабинете сразу после ужина, за которым он не смог проглотить ни кусочка. Его трясло, как в лихорадке: желание получить наконец свою мечту сводило с ума. Нарцисса что-то бесконечно долго говорила, стенала о погибшей репутации, о смерти сестры. Драко сидел на другом конце стола бледный, как призрак, ни разу не разомкнул тонких губ. В конце концов, Малфой сорвался из-за стола и, не слушая вопросов жены, ушел к себе.

Едва заперев дверь, он достал из кармана Камень. Тогда он еще не был вставлен в массивную серебряную оправу (золото и платину он сразу отверг, кольцо должно быть простым, почти грубым - знак первобытной силы). Малфой прижался губами к разлому в камне и прошептал имя Селены, затем три раза повернул его в левой руке. Какое-то время ничего не происходило. Отчаяние и черная тоска завладели его душой, до боли зажав камень в кулаке, Люциус упал на колени. Голова склонилась на грудь, из глаз на щеки пролились злые слезы - столько надежд обернулись прахом, ложью, тленом!

Сколько он так простоял, Малфой не знал, просто вздрогнул, услышав знакомый голос. Душа снова жила, парила.

- Люциус... Значит, это ты позвал меня...

Селена стояла всего в нескольких шагах от него, прекрасная, живая. Она была бледнее, чем при жизни, и, пожалуй, только это указывало на то, что теперь она всего лишь гостья из мира теней. Малфой на коленях подполз к ней, с жадностью схватил ее руки и начал покрывать их поцелуями. Ее пальцы были ледяными - их коснулось дыхание смерти, но на запястье его губы ощутили течение крови в венах. Сердце девушки билось вновь, Камень повелевал ей жить!

- Селена... Ты со мной! Я вырвал тебя у Смерти! Я обманул всех! Их всех!

Она стояла, не вырывая у него рук, грустно глядя на полубезумного мужчину у ее ног.

- Обманул?

- Обманул! Блэка, Снейпа... Я вечно должен был делить тебя с ними, но теперь их нет. И ты только моя!

Селена провела рукой по его щеке.

- Бедный Люциус! А ты действительно меня любишь... И ты не можешь жить со своей болью, ты не умеешь смиряться...

- Разве я не твердил тебе год за годом о своей любви?

- Я думала, это лишь твоя гордыня... Но Камень возвращает нам только тех, кого мы любили всем сердцем. Мне жаль...

Малфой поднялся на ноги. Теперь он стоял перед ней и смотрел ей в глаза.

- Не надо меня жалеть! Теперь у меня есть все, чего так жаждет мое сердце.

Селена снова грустно улыбнулась. Затем в ее глазах промелькнуло удивление, она нахмурилась.

- Так ты действительно хочешь, чтобы я осталась? Осталась с тобой? В этом мире?

Люциус схватил ее за талию и притянул к себе. Неужели он не сможет ее согреть?

- А ты этого еще не поняла? Это единственное, что мне нужно, от остального я могу отказаться...

- Люциус, вспомни про Кадмуса, он первым воскресил свою любимую, но...

- У меня будет другая история... - он прошептал эти слова, обжигая ее холодные губы своим горячим дыханием. Сердце билось с удвоенной силой, страсть воспламеняла кровь. - Другая!

- Нет... - пошелестела она. - Пойми, я также буду слышать их голоса - голоса мертвых, они будут звать меня. Я никогда не буду только твоей... Они зовут меня вернуться.

Селена закрыла глаза, как будто прислушиваясь к одной ей слышному зову.

- Отпусти меня, умоляю! Мне нет здесь жизни...

В ответ Люциус страстно прижался губами к ее губам, не давая продолжить. Этот поцелуй вернул его к жизни, вырвал из пучины безумия, позволил дышать, чувствовать. Он не думал о том, насколько сильно и даже грубо его руки сжимают ее, насколько яростно его губы впиваются ей в рот, он думал о себе, он возвращал себя!

- Отпусти...

Он отстранился, немного разочарованно глядя на нее. Затем довольно улыбнулся. Теперь у него была власть над ней, теперь она принадлежала только ему.

- Отпущу! Но я снова позову тебя, чтобы ты осталась со мной навсегда. Запомни это! Со мной навсегда!

- Я никогда не буду тебя любить... Я не смогу! Я люблю...

- Нет, это я люблю тебя! Я! - безумие горячей волной снова врывалось в его существо. - И ты будешь любить меня! А пока иди...

Затем он взял камень в правую руку и вновь повернул его. Селена вздохнула и исчезла...

Малфой подошел к огню. Глядя на пламя, он обретал силу. Он вновь до боли сжал в руке камень.

- Это значит, надо мной больше нет господ...

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

49 из 50