Глава 77: Глава 15.

Глава 15.

872

0

Aот adelfa
Поделиться

— Селена, дорогая…

Дамблдор лишь махнул рукой в сторону кресла, а затем прикрыл глаза и приложил ладонь к лицу. Он выглядел, словно… жизнь уходила из него. Глубокие морщины как-то сразу избороздили знакомое с детства лицо, голос звучал слабо и глухо, будто каждое слово дается с трудом. Правая рука усохла настолько, что терялась в широком рукаве мантии.

Волшебник взял со стола кубок и сделал глоток, по его лицу пробежала судорога, он несколько раз тяжело вздохнул, и… Морщины стали менее заметными, в глазах светился ум и решимость, как раньше.

— Зелье помогает, но его действие заканчивается все быстрее. Мне осталось совсем недолго. Могу я быть уверен, что у Северуса будет время выполнить то, что я возложил на него? Вы с ним…

— На пороге смерти не стоит так деликатничать, профессор! — Сама удивилась тому, как говорит. — Вашими молитвами и моими стараниями он побывал в моей постели. И, полагаю, ему там не понравилось.

— Хвала Мерлину!

— Мерлину? Благодарить надо Мэгги! И мой чудесный дар! Оказывается, я многое умею.

— Мэгги?.. А, Маргарет МакКиннон… Теперь уже Грюм… Странная штука любовь, самая ускользающая магия — непокорная, непостоянная! И да, дорогая, если вы поймете суть своей силы жрицы, вы способны на многое. Можете творить великие дела!

— Затаскивая в постель того, кого вам будет нужно в ней увидеть! Хотите получить, армию Обреченных, профессор? Леди Гвиневра рассказала, что такое было раньше… очень давно… Но я могу! Это ведь так просто — дать им ту, кого они хотят.

Дамблдор вгляделся в ее лицо.

— Вы дали ему… Лили? Это великодушно! Великий дар быть с тем, кого любишь…

— Великодушно? Нет! Я не думала о нем — о себе! Гораздо проще спрятаться за чужим обличием, позволить себе не быть собой, совершая то, чего не хочешь. А я его не хотела, все во мне противилось этому!

— Леди Гвиневра сказала, что вы предназначены друг другу. Такие вещи спаивают людей крепче…

— Крепче? Да я с Люциусом была охотнее! Моргана, кем я стала…

— Но не Люциус написан вам по судьбе. Как не был и Сириус. Вы видели…

— Профессор, вы всегда твердили о странностях любви. Так вот, может быть, не будь на этом свете Лили и Сириуса, возможно, однажды… Но они были! Были! — Небо за окном потемнело. — И я никогда не буду связана с другим прочнее!

— Любовь… — Дамблдор повернулся к окну, прислушиваясь к далекому раскату грома. — Вам надо контролировать свою силу, дорогая. Хотя в это время года грозы питают зелень. Закон жизни… А, впрочем, я не за этим пригласил вас.

— Вы еще что-то хотели от меня?

— Да, дорогая. Чтобы вы помогли тому, за что погиб Сириус.

Губы дрогнули. Боль все та же…

— Опять?

— Опять. И еще, и еще — пока мы наконец не победим! Скоро Северус должен будет убить меня. И я не хочу, чтобы кто-то ему помешал. Он муж жрицы, и ваше присутствие рядом придаст ему сил.

— Хотите, чтобы я увидела вашу смерть?

— Хочу, чтобы это сделал он, а не те, кто захочет ему помешать.

— И все же почему я? Уверена, другие члены Ордена, например, мистер Грюм…

— О нет! Аластор не доверяет Северусу. Без конца повторяет, что бывших Пожирателей не бывает. Его постоянная бдительность выдаст нас. Мы не можем допустить, чтобы хоть одна живая душа заподозрила в вашем муже двойного агента. После моей смерти наши враги станут безмерно ему доверять…

— Но остальные будут клеймить его! Сочтут его предателем, который всегда был на стороне Темного Лорда.

— Это лишь во благо! Именно поэтому обо всем знаете лишь Северус и вы. Поэтому, моя дорогая, я прошу вас о помощи. Когда все будет решаться, я призову вас. Вы поймете благодаря этому, — он протянул ей маленький серебряный кулон. — Он позовет вас.

В нерешительности протянула руку.

— Как я попаду в Хогвартс? Я могла бы трансгрессировать в Хогсмид, но добраться оттуда… Слишком долго…

— Трансгрессируете туда, где буду я.

— Но здесь это невозможно!

— Не для жрицы. — Он поставил на стол крошечный хрустальный флакон, наполовину заполненный жидкостью. — Жрица может быть везде, где есть ее стихия. Тут вода. И она всегда будет со мной. Мне нужна лишь капелька вашей крови…

— И тогда я…

— Прошу вас, Селена. Мне и так осталось недолго. Моя смерть сейчас будет милостью, черная магия подтачивает меня изнутри. Мне тяжело и больно. Но я не могу позволить, чтобы Бузинной палочкой завладел кто-то другой…

Селена подняла флакончик. Вода — дар и проклятие! Она вновь стала крошечным экраном. Зрачки расширились от ужаса: Дамблдор падал вниз с Астрономической башни. Она видела его смерть! Флакон выскользнул из ослабевших пальцев. Директор проявил удивительную для больного расторопность — флакон не разбился.

— Видение? — Вероятно, его реакция отняла у него много сил, морщины снова проступили глубокими бороздами. — Про меня?

— Я видела Астрономическую башню…

— Прекрасное место, чтобы умереть! Оттуда открывается потрясающий вид.

* * * * *

Шел ведь — был уверен, что убьет! Рука палочку сжимала, словно от этого вся жизнь зависела. Да и не палочка это была, продолжение его. И вот сейчас стоит, смотрит, а не в силах сделать ничего. Будто чужая воля удерживает! Дери горгулья! Что же это за наваждение?!

— Люциус? Доброго дня желать тебе не буду. Зачем… А-а! Понимаю. Пришел сказать, что спал с моей… Мерлин, язык не поворачивается! Женой… Так опоздал — мне об этом на хвосте сова давно принесла! Так что проваливай!

— Странно ты встречаешь старого друга, Северус. Еще и гонишь! Не я к тебе в гости пожаловал, ты у меня в доме.

— Меня призвал Темный Лорд. С тобой я не обязан общаться!

— Неужели ты ревнуешь? Позабыл свою грязнокровку?

— Еще раз откроешь свой поганый рот!

А нервы-то у Снейпа совсем не к черту! Убить бы его!

— И кого мне ревновать? Эту великосветскую шлюху?!

Убить! Определенно убить! Только почему руки не слушаются?!

— Ты просто бесишься, Северус! Понимаешь ведь, почему она за тебя вышла. Жрице нужен муж! И только… И она выбрала того, кто ей не будет мешать делать то, что она пожелает. Тебе никогда не получить такую женщину! Не пережить с ней то, что пережил я!

Хохот Снейпа неприятно резанул — и будто эхо осталось внутри.

— Да уж, этого мне точно не пережить! До сих пор плююсь! Думаю, как бы отмыться после этого супружеского долга!

— Так почему бы тебе просто не сдохнуть? И не отдать ее мне?

— А не слишком ли тебе хорошо будет?! Тем более, ты сам сказал, жрице нужен муж. Твоя кандидатура для этого не годится. Ты у нас и муж, и отец!

— Это поправимо!

— О, готов стать женоубийцей! Эк тебя! За душу свою не боишься?

Расхохотался в свою очередь.

— Поздно ты стал печься о моей душе. Хотя ты грешен не меньше, чем я. Наши палочки насквозь кровью пропитаны. И сейчас ты стоишь на моем пути к той, кто мне желаннее всех.

— Грешен и не каюсь. Вот только мне не грозит стать Обреченным!

* * * * *

Понял сразу.

Облупившаяся дверь скрипнула привычно, защитные чары на месте, прихожая встретила холодом. И все-таки — понял.

Шаг, другой.

Уже давно нет знакомого сырого запаха. Но нет и того, другого, к которому едва-едва — почти — стал привыкать. Горячего чая, горячего теста…

Темно и тихо.

Но не пусто.

Рука сама нашарила в складках мантии.

— Палкой можешь в меня не тыкать.

Дьявол!

Темнота шевельнулась и клацнула железной ногой.

— Что вы здесь делаете?

— Да вот поглядеть решил на нашего героя. Кругом ведь, дери меня тролль, герои одни. И заждался я тебя, парень. Что, вечеринка в Мэноре затянулась?

— Я вас не приглашал. Как вы вообще…

Темнота усмехнулась.

— Пароли надо посложней выбирать.

Дьявол! Мерзкий старый дьявол.

Пальцы стиснули палочку.

— Убирайтесь вон из моего дома.

Темнота глядела круглым магическим глазом.

— Уютно у тебя тут, нечего сказать. Мог бы хоть ковер наколдовать. Не для жены, так для девочки…

— Когда мне понадобятся ваши советы, мистер Грюм, я дам вам знать. А пока — сделайте одолжение…

— А то что? Вышвырнешь меня? Попробуй! Хотя где уж тебе. Ты же у нас только с беззащитными женщинами дерешься.

— Что?!

Темнота резко дернулась и схватила за ворот.

— Что слышал! Ублюдок сраный! Ты что себе возомнил? Думаешь, если ты раз в месяц приятно проведешь вечерок в компании своих старых дружков Пожирателей, все с тобой будут носиться, жизнь твою драгоценную беречь?

Темнота держала крепко. Но палочка уже вскинулась, уперлась прямо в отвратительный рубец на щеке.

— Уберите руки.

Темнота прищурилась маленьким, светло-голубым глазом. Почти весело.

— Заставь меня! Ну давай! Раскаявшийся Пожиратель! Эти сказочки ты для нашего святого директора побереги. А по мне, ты как был трусливым дерьмом, так и остался!

Палочка стукнулась об пол. Пальцы сами сжались. Взлетели вверх и ушли в темноту. В пустоту. В воздух.

Как это вышло — сам не знал.

Пальцы нащупали холодные, голые доски пола.

Темнота клацнула и сухо хмыкнула.

— Драться-то научись сперва. Сопляк.

На губах что-то горячее. Липкое. Железом пахнет.

Нос вытер кулаком.

Как в детстве.

— И запомни. Жена твоя для тебя же, неблагодарного ублюдка, старается. Только я не Селена! И не Дамблдор, цацкаться не стану. Тронешь ее хоть пальцем — будешь иметь дело со мной. Герои, мать их!..

Темнота буркнула ирландским, хлопнула и растворилась.

Дьявол!

И защитные чары снял?..

* * * * *

— Ох, Мерлин! Селена! Я… мне так…

Щеки пунцовые — даже веснушки пропали.

— Это я виновата! Я обещала тебе никому не рассказывать, но… Аластор…

— Ничего. В конце концов, он — твой муж.

— Мне очень жаль! Правда! Прости…

Нашла худенькие пальцы, сжала.

Подумалось: она ведь и сама мужу всё… всегда…

Мужу.

— Сириус…

— Что?

— А? А… Нет. Я не сержусь, Мэгги.

— Мне так стыдно! Он… он его… сильно?

Поглядела в глаза и вдруг — сама не зная, почему — хмыкнула.

— Сколько заслуживал.

Серые глаза не сдержали улыбку.

— Ну… раз уж ты здесь… давай хоть кофе попьем!

* * * * *

Гладкая поверхность медальона на глазах становилась кроваво-ржавой. Сам он тяжелел, внутри будто глухо билось сердце, отсчитывая последние минуты жизни. Медальон должен позвать ее. Целый месяц она с ужасом прислушивалась к весящей на шее «безделушке», но он молчал. И теперь — это ли его зов?

Трансгрессировала. Голова кружилась, мутило. Похоже, все-таки защита Хогвартса сыграла свою роль, сопротивляясь вторжению в пределы школы. Понять бы где, если все плывет перед глазами. Зажмурилась, несколько раз глубоко вдохнув. Открыла глаза — лестница Астрономической башни, несколькими пролетами ниже верхней площадки.

Пошла наверх, ориентируясь на свое видение и боясь его. Шаг за шагом, удар сердца за ударом. Замерла. Голоса…

— Драко, опустите палочку! Это неразумно, мальчик мой!

Надтреснутый смех, будто напоказ, а в голосе дрожь.

— Я не ваш мальчик! Глядите! Я служу Темному Лорду, он посвятил меня. Он избрал меня…

— Чтобы убить меня? Полноте! Вы и в самом деле думаете, что способны убить Альбуса Дамблдора?

— Вы просто больной старик!

— И к тому же очень сильный волшебник! И ваш директор!

— Мне плевать на школу!

— Возможно, но я остаюсь вашим директором. И я очевидно сильнее не закончившего обучение шестикурсника, возомнившего себя Пожирателем смерти. Вы и правда думаете, что сумеете одолеть меня?

— Да…

— Я слышу сомнение в вашем голосе, Драко. Опустите палочку! Подумайте, какое горе вы причините своей матери…

— Она будет мной гордиться!

— Или оплакивать вашу разбитую душу. Если вы сможете вернуться к ней живым…

Кто-то коснулся ее плеча. Обмерла.

— Явилась?

— Северус…

— Иди вниз!

Скользнул мимо. Наверх по ступенькам. Оставалось слушать.

— Что вам моя душа? Вы просто тянете время, заговаривая мне зубы всякой чепухой. Ой!

— Драко, вы можете подобрать свою палочку и уйти добровольно. Я не держу на вас зла.

— Вы… вы…

— Не надо смущаться, Драко. Слезы вовсе не признак слабости.

— Я не плачу! Я все равно…

— Мистер Малфой, — голос Снейпа звучал как приговор, — вы достаточно утомили директора своей глупостью! Ступайте к себе!

— Но…

— Никаких «но»! Я здесь закончу сам!

Шаги вниз, прямо к ней. Все ближе, и замерли.

Еще шаги. Кто-то поднимается по лестнице. Еще один поворот — ее обнаружат. Мерлин, только бы Северус успел! Неужели она молится об убийстве?!

— Гениальная идея с исчезательным шкафом, — голос Люциуса. — Теперь я смогу помочь сыну.

Шагнула навстречу. Столкнулись лицом к лицу. Даже не стремилась рассмотреть того, кто был у Малфоя за спиной.

— Люциус…

— Селена, — колебался. — Пришла посмотреть, как я убью старика? И стану Обреченным! Такое не каждый день увидишь. Ты же не собираешься мне мешать?

Всего несколько ступеней разделяет.

— Мешать тебе? Нет, милый.

Расстояние преодолела в два удара сердца. Глаза такие близкие, в них истома и отражение его страсти.

— Милый?

— Просто у меня на тебя свои планы. — Обвила руками шею. Можно ведь еще ближе. — Ты же не против?

Конечно, он не мог сопротивляться. Любит. И приворожен. Её запах, её прикосновения... Его воля расплавилась, в венах вместо крови текла она.

— Нет.

— Вот и славно.

Губы соприкоснулись. Полыхнуло огнем. От него. Безумная страсть. В такой благодатно сгорят неприятные воспоминания о брачной ночи, очищая сознание. Все-таки хорошо, когда не одна! И тут же отстранилась, будто душа в тело вернулась.

И чей-то крик! И топот ног. Снейп тянет за собой Драко. Презрительный взгляд — она все еще в объятиях Малфоя.

— Что ж, дорогая женушка, я спас души обоих!

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

77 из 97