Глава 2: Глава 2. У каждой розы есть шипы

Глава 2. У каждой розы есть шипы

425

0

Fот FieryFlame
Поделиться

На следующее утро Маринетт проснулась от непринятых звонков и сообщений от Роберта.

Когда ее первая волна горя схлынула прошлой ночью, Аля усадила ее и несколько часов говорила о том, какие шаги стоит предпринять дальше.

Их верным спутником в это время стало огромное количество мороженого.

Маринетт никак не удавалось собрать мысли в кучу — она просто не могла понять, в какой момент их с Робертом отношения начали рушиться.

Сначала она подумала, что все пошло наперекосяк, когда он забыл об их первой годовщине, но Аля остановила ее одним выразительным взглядом.

— Он начал забивать на тебя с того самого момента, как увидел нас за обедом. Нас четверых.

— Аля, он же знал о встрече.

— Ну, я видела, как он посмотрел, когда случайно наткнулся на нас со своей светловолосой моделькой. Даже неважно, что она держалась за его руку. Ему не понравилось, как тебе было с нами легко, Маринетт. Назови это журналистской чуйкой, — Аля раздраженно цокнула языком.

Маринетт смутно помнила, как после встречи с друзьями написала Роберту.

Он отвечал коротко и холодно, и ей ничего не оставалось, кроме как навестить его в агентстве во время обеденного перерыва.

Встретив его у офиса, она сразу заметила, что он был особенно отстранен. В хорошие дни он хотя бы обнимал ее или целовал в щеку. А тут — еле заметное мычание в ответ на ее вопросы.

Ее сообщение с уточнением о следующем свидании так и осталось непрочитанным, хотя в соцсетях он оставался активным.

Аля буквально по пунктам разложила перед ней все тревожные сигналы, которые Маринетт до этого отказывалась замечать.

— В начале он был таким хорошим ко мне, — сквозь слезы призналась Маринетт. — Я не понимаю, что сделала не так.

— Девочка, это не ты, — Аля крепко сжала ее плечи. — Это Роберт тобой манипулировал. Он пользовался твоей добротой и щедростью.

— Я не знаю, как с ним расстаться, — уныло пробормотала Маринетт, зачерпывая ложку мороженого и позволяя сладости растекаться по языку.

Аля бросила на нее понимающий взгляд — тот, от которого у Маринетт снова подкатывало к горлу. Она прикусила язык, чтобы сдержать рыдания.

Когда они легли спать, Аля крепко ее обняла:
— Я всегда рядом, ясно? С Робертом разберемся утром.

Маринетт кивнула и легла, но уснула только спустя три часа.

Теперь, глядя на спящую рядом Алю, свернувшуюся к ней спиной, Маринетт осторожно выбралась из кровати.

На цыпочках прошла в ванную, чтобы привести себя в порядок, надела светло-розовое платье в горошек и повернула ключ в двери квартиры.

Она вышла из квартиры, и, ступив на холодный пол подъезда, направилась к выходу — навстречу летнему воздуху.

Слева послышался смех детей, и она с нежностью посмотрела на ребят, чья беззаботность тронула сердце.

Иногда ей хотелось хотя бы на миг вернуться к тому наивному состоянию.

Телефон завибрировал. Она выдохнула, прежде чем перевести звонок Роберта в беззвучный режим.

Позже.

Я перезвоню ему позже.

Впервые за долгое время она позволила себе идти без цели.

Время вдруг потекло иначе — без спешки, без цели. Это было непривычно, но в этом странном спокойствии скрывалась свобода.

Она это заслужила. Спокойствие и передышку.

Маринетт закрыла глаза, слушая легкий свист ветра. Шорох листвы привлек ее внимание, и взгляд остановился на кустах — вместе с ним всплыла одна теплая память.

— Ты никогда не задумывалась, что листья могут общаться друг с другом? — спросил Адриан, едва касаясь кончиков куста пальцами.

— Нет, — рассмеялась она. — И как же?

Он одарил ее своей ослепительной улыбкой:
— Я представляю, что они как соседи по дому. Каждый лист — это жилец, каждая ветка — этаж. Они растут вместе, потому что стараются быть лучшими соседями.

У него всегда была буйная фантазия, и это восхищало ее.
И она ему так и сказала, наслаждаясь его присутствием и заразительным смехом.

Маринетт свернула на незнакомую улицу и замерла — перед ней оказался маленький сад с розами.

Присев, чтобы рассмотреть цветы поближе, она позволила себе полюбоваться каждым изгибом лепестков.

Даже пятна на них казались ей как истории, и несмотря на изъяны, все это складывалось в самую красивую весеннюю картину. Она осторожно коснулась одной из роз и прошептала слова восхищения.

Возможно, Адриан был прав.

Это успокаивало.

Когда она выпрямилась, то с удивлением увидела Адриана напротив.

— И вот она восстала, как богиня любви!

Она моргнула, приоткрыв рот — и от его игры слов, и от безупречного тайминга.

— Адриан?

— Ваш единственный и неповторимый, — картинно поклонился он.

Сдерживая смех, она покачала головой и оглядела его.

Он был одет в простую рубашку цвета слоновой кости и синие джинсы, подчеркнутые серебристым ремнем. Волосы чуть растрепаны, отдельные пряди падали на глаза. Он выглядел свободным. И взгляд у него был легкий.

— Что ты тут делаешь в такую рань?

— Ты забыла, что я ранняя пташка, Маринетт?

— Ах да. Прошу прощения, ваше высочество Агрест.

Он ухмыльнулся. Между ними повисло взаимопонимание.

Маринетт позволила себе легкую улыбку.

Она почти забыла, как ей нравилось подшучивать над ним.

В колледже это было почти ежедневным ритуалом — дразнить его и чтобы он подшучивал в ответ.

Это был единственный способ скрывать свои чувства к нему.

Сейчас, оглядываясь назад, она понимала, что влюбленность заслонила от нее то, какой он был на самом деле.

У всех были ожидания от сына Габриэля Агреста. Если не четкие, то хотя бы образ в голове. Она сама видела, как люди толпились вокруг него, восхищаясь брендом его отца или последней фотосессией. Любой, кто видел его впервые, видел в нем знаменитость. Красивую, безупречную. Так просто было вознести его на пьедестал.

Маринетт сама стала жертвой этого.

До тех пор, пока не узнала, что сын модельера обожает каламбуры и мультфильмы.

— Все хорошо, — бодро сказал Адриан.

Он наклонился, чтобы заглянуть ей в глаза. Она чуть не забыла дышать.

С ним было так просто.

Не как с Робертом. Даже подобрать наряд рядом с ним стало нервотрепкой.

Пытаясь казаться «идеальной парой», Роберт все сильнее навязывал ей свои вкусы, свои взгляды, свой образ жизни.

Нужно было отстраниться, чтобы понять, насколько он ее подмял.

Теперь она знала: если не вырвать его из своего сада, то его сорняки прорастут везде.

Конечно, она бы выжила, останься с ним и позволь ему «ухаживать за ее садом» как ему вздумается.

Но тогда исчезло бы все, что делало ее… ею.

Все, что она вложила в работу, в себя, — все могло быть перечеркнуто одним росчерком его воли.

Маринетт гордилась своей фамилией. Дюпен-Чэн. Если бы осталась с Робертом — позволил бы он ей ее сохранить?

Сердце подсказывало: нет.

Мысли прервались, когда Адриан бережно обхватил ее за плечи.

— Маринетт, эй, — он вглядывался в нее, а она напомнила себе дышать. — Все в порядке?

— Да! — слишком бодро ответила она. — А почему должно быть не в порядке?

Он изучающе повернул ее в одну и другую сторону, нахмурившись, будто пытался считать с ее лица правду. Она старалась не выдать слишком много. Уже было тяжело все рассказать Але — и принять это.

Дыра внутри немного стянулась после сна, но она не была готова заново пережить это с Адрианом.

Она не знала, как он отреагирует.

Спустя несколько минут он, кажется, понял, что она не готова делиться. Отступил с легкой улыбкой. От этой улыбки ее кольнуло — ей хотелось разгладить морщинку между его бровей.

— Я скажу, когда все прояснится, — тихо сказала она.

Может, хоть это его немного успокоит.

Он чуть пошевелил пальцами, и она перевела взгляд на его руки.

— Обещаешь?

Она кивнула, надеясь, что он увидит ее искренность.

Он, кажется, расслабился и убрал руки.

— Иногда мне просто хочется помочь, — прошептал он.

Улыбка Маринетт застыла.

Что?

Воздух наполнился тишиной. Пальцы на телефоне сжались, сердце сдавило.

Когда она в последний раз слышала такие слова от своего партнера?

Глаза заслезились от нахлынувших чувств. Она заставила себя просто идти рядом с ним дальше.

— А как у тебя дела? — задала она общий вопрос, не глядя на него.

Хотя их совместные обеды раз в пару недель держали ее в курсе, Маринетт знала, что в индустрии моды все меняется стремительно.

Без их ежедневной переписки она почти не представляла, где он бывает и чем живет последние две недели. Наверняка он жил в бешенном ритме, едва успевая держать все под контролем.

Часть ее задумывалась, не слышал ли он о Роберте и его блондинки модели.

Хотя она была в индустрии меньше двух лет, слухов было достаточно. Многое из этого оказалось просто спекуляциями. Но она все еще хотела верить, что Роберт сблизился с коллегами по работе не просто так.

Адриан заметил ее натянутую улыбку и отвел взгляд.

— Нормально. Занят.

Голос стал холоднее, сдержаннее, но Маринетт поняла, что он не направлен на нее.

Откуда она знала? Годы знакомства с ним дали ей это понимание.

Адриан никогда не злился в открытую.

Интуиция подсказывала: он знает о Роберте гораздо больше, чем говорит.

И хотя она сама была частью этой индустрии, многие разговоры проходили за закрытыми дверями. Просто так это не доходило до всех.

В мире, где важен только внешний вид, многое скрывают. Потому что удобнее сохранить топ-модель, чем потерять ее из-за «скандала».

Маринетт не знала, как подступиться к Адриану сейчас, когда он явно хотел уберечь ее от всей грязи.

Но прогулка была приятной. А его присутствие — утешало.

Поэтому она решила остаться в моменте.

Просто идти рядом с ним.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

2 из 5