Глава 15: Часть 15

Часть 15

286

0

Kот KatyaKallen2001
Поделиться


Лето быстро кончилось и наступил сентябрь.

— Интересно, что нам ожидать в этот год? — задумался Том.

— Успехов в учёбе, — высказал Люциус.

— И это наследник древней чистокровной семьи? Мерлин, как же ты мелко мыслишь!

Не знаю, как ты общаешься. Для меня, по крайней мере, учёба не главное, ибо у меня идеальные оценки по всем предметам без исключения.

Я хочу открывать магические тайны, совершать что-то важное, создавать, изменять, — искренне признался Том.

На его „Не знаю, как ты общаешься“, Люциус ни капли не обиделся. Реддл часто посмеивался над малолетними Пожирателями Смерти, но реально обидеть не позволял никому.

— Глобально, — справедливо заметил Тео.

— А что ты ожидал? — на лице Тома расцвела гордая улыбка.

— Но для этого нужно приложить усилия, — Люц произнёс фразу, которые так любят давать взрослые малолетним.

— Разве ты замечал у него безделье? — неожиданно заступилась Белла.

— Беллатриса в своём репертуаре. Ты влюбилась, Блэк? — усмехнулся подошедший к друзьям блондин-шестикурсник.

— Эйдан, — брюнетка начала злиться.

— Что? Кто меня звал? Расслабься, это типичный я, — ослепительно улыбнулся Эйдан.

„А ведь как ты прав, насчёт меня и Тома“, — подумала Белла.

„Это ожидаемо. Ты не единственная поклонница“, — мысленно заключил Эйвери, прочитав мысли девочки. Он был старше и давнее знаком с Реддлом.

— Кстати, вы тут говорили про усилия, — загадочно начал Мортимер Джагсон.

— Это подойдёт близнецам Кэрроу! Вот уж кто обленился по зельеварению! — закончил за него Эван.

Шестикурсники переглянулись. Все быстро уловили подвох.

— Привет! — появилась компания с чемоданами.

— Белла, дурочка, почему в Абхазию не поехала? Все лето в школе провела, — всплеснула руками огненно-рыжая Алекто.

— Уважаемая мисс Кэрроу, ходячая причина данного события находиться здесь и слышит все, — еле слышно прошептал Тео.

Брюнетка оглянулась на Тома Реддла, тот ей подмигнул, от чего мисс Беллатриса Друэлла Блэк расплылась в улыбке.

Подошёл ещё народ.

— Привет Пожирателям Смерти!

Пожалуй, пора в Большой Зал.

Скоро произойдёт церемония распределения. Интересно, куда отправится Андромеда? — Эван изобразил глубокие раздумья.

— Я был у них и заметил, что эти две сестры совершенно разные по характеру, — проинформировал Том.

— Ты был у Беллы? — загадочно улыбнулся Малфой.

— Люциус, я знаю Запрещённую магию, — намекнул Том.

— Идём в Большой зал. Сейчас скоро толпа из первокурсников придёт, — перевёл тему Мортимер.

***


— Андромеда Блэк! — вызвал Дамблдор, когда началось распределение.
Беллатриса напряжённо взглянула на сестру.
— Гриффиндор! — крикнула шляпа, сломав последние надежды.
— Забери Моргана! — огорчилась Белла, закатив глаза.
— Вот это уж точно. Ничего, удар. А как бы она отнеслась к нашей организации? — осведомился Тео.
— Она предпочитает грязнокровок и магглов, — подавленным голосом пояснила Белла.
— Не повезло с сестрёнкой, — только и сказал Эйдан.

Белла тяжело вздохнула.

— Том, твоя сова! — воскликнул Джагсон.
Действительно, огромный желтоглазый филин на всех парах летел к хозяину и так спешил, что упал в кашу.

— Это надо было видеть! Наградить бы Валета за хорошую шутку, — обрадовался Тео.

— Спасибо, бери деньги, лети отсюда! Не ты, Нотт, Валет.
Так-так-так, письмо от Министра, надо же! — Том был приятно удивлён и быстро распечатал конверт.

« Министерство в курсе всех событий во время сражения с Геллертом Гриндевальдом в школе чародейства и волшебства „Хогвартс“, но Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор идеально смыслит в политике и он считает, что газеты должны говорить о его „победе“. Согласитесь, это выглядит более естественно.
С глубоким уважением к вам, Министр Магии Корнелиус Освальд Фадж»-гласило письмо.
— Что за бред Кащея?!
Почему это Альбус Дамблдор — идеальный политик? Ведь он даже ничего не делает для мира, для облегчения жизни.
Ходят слухи, что он редактирует сказки Барда Биддля, но наши дети достойны более достойного времяпровождения.
Я ничего не имею против книг, но эти требуют серьёзной критики.
А Министр ещё пишет „с уважением“.
Я не вижу его, уважения. Знаете, будь в правительстве место для меня, я бы все решал по справедливости.
Ничего, они ещё ответят, за все ответят, — письмо резко снизило Тому настроение.

— Мы поможем, — заверила его Белла. Наследник Слизерина мягко улыбнулся.

***

Том действительно любил книги и сейчас набирал очередную стопку.
Неожиданно, из одной книги выпал листок.
— „Это заклинание — крестраж“, — прочитал юноша. — Интригующе, — заметил он.

***

— Но зачем это тебе? — изумилась Белла.
— От любопытства кошка умерла. Серьёзно, Белллатриса, поменьше вопросов и побольше действий, будет лучше.
Вас устроит ответ, что мне крайне интересно узнать, какой силой обладает это заклинание? — невозмутимо осведомился Том.

***

Ответ искали долго, две недели.
— Ни в одной из книг о заклинаниях нет слова „Крестраж“, Мерлином

клянёмся, — говорили Эйдан и Мортимер.

— Никто из наших не знает его, — пожимала плечами Беллатриса.
— Я был в Запретной Секции, но меня чуть не словили, — признался Тео.

— Благодарю, попытаюсь выяснить сам, — решил Том, но подумал по-другому.

«От них бесполезно требовать что-нибудь стоящее.
Найдут отговорку. Даже Белла. А как ответила-то „Никто из наших не знает“.

Наши это Пожиратели Смерти. Неужели она имеет в виду малолеток? Но кажется, есть человек, умнее этой компании», — мысленно заключил Том.

У него был план.

***


— Сэр, а правда ли, что профессор Вилкост уходит в отставку?
— Том, Том, если бы я и знал это, то был бы не вправе сказать вам, — ответил Слизнорт, укоризненно поводя покрытым сахарными крошками пальцем, хоть одновременно и подмигивая.

— Должен признаться, я был бы не прочь выяснить, откуда вы
черпаете ваши сведения, юноша; вам известно больше, чем половине преподавателей.

Реддл улыбнулся, шестикурсники, будучи и Пожирателями Смерти, рассмеялись, бросая на своего лидера восхищённые взгляды.

— Что до вашей сверхъестественной способности узнавать то, чего вам знать не положено, равно как и до осмотрительной лести, с коей вы обращаетесь к людям, от которых многое зависит… Кстати, спасибо за ананасы, вы совершенно правы, это моё любимое…

Юноши засмеялись снова.

— …лакомство. С уверенностью предрекаю вам, что лет через двадцать вы подниметесь до поста министра магии. Через пятнадцать, если так и будете присылать мне ананасы. У меня в Министерстве великолепные связи, —

Том Реддл лишь улыбнулся, смех остальных был достаточно громким. За исключением Тома и Эйдана. Из-за той ситуации, в которую Министр ввёл лучшего друга Эйвери, он терпеть не мог всего, что связано с магическим правительством.

— Не думаю, что политика — моё предназначение, сэр, — сказал Реддл, когда утих смех.

— Прежде всего, моё происхождение не из тех, какое необходимо для подобной деятельности.

Эйдан Эйвери и Эван Розье обменялись самодовольными ухмылками.

Обоим пришла в голову распространённая в их кругу шуточка, явно относящаяся к тому, о чём они знали или догадывались — к наличию у их предводителя прославленного предка.

— Глупости, — коротко отозвался Слизнорт, — яснее ясного, что вы, с вашими-то способностями, происходите из славного рода волшебников. Нет, вы далеко пойдёте, Том, я в своих учениках никогда ещё не ошибался.

Маленькие золотые часы, стоявшие на столе Слизнорта, отзвенели одиннадцать.

— Батюшки мои, неужто так поздно? — удивился Слизнорт. — Вам лучше идти, юноши, а то наживёте неприятности. Лестрейндж, я рассчитываю получить от вас завтра утром письменную работу, иначе мне придётся задержать вас в классе. То же относится и к вам, Эйвери.

Мальчики гуськом покидали комнату. Слизнорт выбрался из кресла и перенёс пустой бокал на письменный стол. Звук какого-то движения за его спиной заставил Слизнорта обернуться: посреди кабинета так и стоял Реддл.

Он был готов добиться своей цели и мысленно торжествовал.

— Живее, Том. Вы же не хотите, чтобы вас в неположенное время застали вне спальни, вы всё-таки староста…

— Сэр, я хотел спросить вас кое о чём, — вежливо пояснил брюнет. Он мог очаровать любого, даже Снежную Королеву.

— Так спрашивайте, мой мальчик, спрашивайте…

— Сэр, я хотел бы знать, что вам известно о… о крестражах? — взволнованно осведомился Том. Вот она, та информация, за отсутствие которой все Пожиратели получили бы „Круцио“.

Слизнорт уставился на него, рассеянно поглаживая толстыми пальцами ножку бокала.

— Пишете самостоятельную работу по защите от Тёмных искусств, не так ли?

— Не совсем так, сэр, — искренне ответил Реддл. — Я наткнулся на этот термин, читая кое-что, и не вполне его понял.

— Вам пришлось бы приложить изрядные усилия, Том, чтобы найти в Хогвартсе книгу, содержащую подробные сведения о крестражах. Это материя очень Тёмная, Тёмная по-настоящему, — сказал Слизнорт.

„Ах вот как. Хорошо, значит, они действительно не виноваты, но к Теодору Нотту, именуемому царём всея Англии и рыжеволосым юмористом, у меня до сих пор масса претензий. Мальчишка был в Запретной Секции. Он знает чары Невидимости. Наверняка отговорка. Ничего, Тео, у меня великолепная память“, — мысленно рассудил брюнет.

— Но вам-то, разумеется, известно о них всё, сэр?
Такой волшебник, как вы… Простите, возможно, вы не имеете права говорить об этом. Просто я понимаю, что если кто и способен о них рассказать, так это вы… Вот и решился спросить…
Колебания, небрежный тон, в меру лести и ни единого перебора, ни в чём.

Действительно, Том был идеальным актёром и давно получил бы премию „Оскар“.

— Ну что ж, — произнёс Слизнорт, не глядя на Тома, но поигрывая ленточкой, украшавшей крышку коробки с засахаренными ананасами,
— разумеется, если я предоставлю вам сведения общего характера — просто ради истолкования этого термина, — вреда никому не будет.
Словом „крестраж“ обозначается материальный объект, в который человек прячет часть своей души.

— Но я не совсем понимаю, как это можно сделать, сэр, — признался Том.

Своим голосом он управлял очень умело, но на самом деле Реддл волновался.

— Ну, видите ли, вы раскалываете свою душу, — сказал Слизнорт, — и прячете часть её в объект, находящийся вне вашего тела. После этого, если на тело кто-либо нападёт или даже уничтожит его, вы всё равно умереть не можете, поскольку часть вашей души остаётся привязанной к земле, неповреждённой. Правда, существовать в подобной форме…

— Немногие согласились бы на это, Том, очень немногие. Смерть могла бы казаться куда более предпочтительной.
Владевшая Реддлом жажда узнать как можно больше была видна сторонним наблюдателям; профессор легко заметил пристальный взгляд прекрасных карих глаз.

— Но как же раскалывается душа? — Том желал узнать все и сейчас.

И к тому-же, надо бы знать, за что выдать царю всея Англии пару „ласковых“.

— Что ж, — ответил, поёжившись, Слизнорт, — вы должны понимать, что душа мыслится как нечто неповреждённое, целостное. Расколоть её — значит совершить противное природе насилие.

— Но как его совершить?

— Посредством злого деяния, высшего деяния зла. Убийства. Убийство разрывает душу. Волшебник, задумавший создать крестраж, использует это увечье к собственной выгоде: он заключает оторванную часть души…

— Заключает? Как? — интерес пробуждался в юноше все сильнее.

— Для этого существует заклинание, только не спрашивайте меня о нём, я его не знаю! — ответил Слизнорт, встряхивая головой, точно старый слон, которого одолели москиты. — Разве я похож на человека, который опробовал его? На убийцу?

— Нет, сэр, разумеется, нет, — поспешно сказал Том. — Простите, я не хотел вас обидеть. Его взгляд стал до боли умоляющим.

— Что вы, что вы, какие обиды, — хмуро откликнулся Слизнорт. — Интерес к подобным вещам естественен… Для волшебников определённого калибра эта сторона магии всегда была притягательной.

— Да, сэр, — сказал Реддл. — Я, правда, одного не понимаю… Мне просто любопытно, много ли проку от одного-единственного крестража? Не лучше ли, чтобы обрести побольше силы, разделить душу на несколько частей? Ну, например, разве семь — не самое могучее магическое число и разве семь…

— Клянусь бородой Мерлина, Том! — возопил Слизнорт. — Семь! Неужели мысль об убийстве даже одного человека и без того недостаточно дурна? Да и в любом случае… разделить душу надвое — уже плохо, но разорвать её на семь кусков! ..

Теперь Слизнорт выглядел совсем растревоженным, он смотрел на Реддла так, словно никогда прежде его не видел, и Том, читая мысли профессора, понимал — Слизнорт сожалеет о том, что вообще ввязался в этот разговор.

Для Реддла же это ничего не значило.

— Разумеется, — пробормотал он, — наша беседа всего лишь гипотетична, не правда ли? Чисто научное…

— Да, сэр, конечно, — поспешно ответил шестикурсник.

— И всё-таки, Том, сохраните сказанное мной в тайне, — ну то есть тему нашего разговора.

То, что мы поболтали немного о крестражах, вряд ли кому понравится. Понимаете, в Хогвартсе эта тема под запретом.
Особенно лютует на сей счёт Дамблдор.

„Как же я хочу разозлить его, довести, причинить зло. Сделать все, чтобы Альбус-дальше-не-проговорю-Дамблдор ощутил все то, что из-за него перенёс я, на себе“, — мстительно подумал Том.

— Никому не единого слова, сэр, — пообещал он и покинул кабинет профессора, торжествуя победу.

Вполне возможно, через несколько лет, ему понадобится данное заклятие, но Том, к счастью, и не думал применить его сейчас.*

Главное, он раскрыл это слово, которого не указывали в большинстве волшебных книг.
Крестраж.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

15 из 29