Глава 7: Глава VII. День третий: Утро

Глава VII. День третий: Утро

156

0

Mот Molwe
Поделиться

День третий: утро

. . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Земля всё ещё была мокрой, но дождь, по счастью, прекратился за ночь. Скользкие стены расщелины блестели, когда утреннее солнце наконец поднялось достаточно высоко, чтобы пролиться вниз и осветить пространство.

— ...восемьсот девяносто восемь, восемьсот девяносто девять, девятьсот, — устало и монотонно считал вслух Драко. Он легонько боднул головой спящее лицо Гермионы. — Вставай и сияй, Грейнджер.

Гермиона застонала во сне и откатила голову от его. Драко закатил глаза.

— Вставай, — громче сказал он, толкая её плечом. — Пора размять эти хорошенькие ножки.

— Прекрати, — захныкала она, — всё ещё устала.

— Ага, ты и я оба, — сказал он. — Теперь вставай. Мне нужно отлить, а потом, думаю, нам стоит начать кричать.

Гермиона медленно повернула голову обратно и мрачно посмотрела на него сквозь тяжёлые от сна веки.

— Что?

— Сначала ноги, — сказал он, укоризненно подняв бровь.

Гермиона снова застонала и слегка покачала головой, моргая, чтобы прогнать сон.

— Хотела бы я больше тренироваться перед этим, — проворчала она, с трудом поднимая каждую ногу так высоко, как могла, несколько раз. Она расслабила кричащие мышцы бедра с болезненным вздохом. Драко просто смотрел на неё.

— Ты закончила? — спросил он. Она покачала головой.

— Погоди, — сказала она, дёргая свои влажные шорты. Она быстро облегчилась, а потом проделала те же движения, чтобы позволить это и Драко. Когда они закончили, Гермиона зевнула и выжидающе посмотрела на него.

— Так что там насчёт криков? — спросила она.

Драко обвёл взглядом всё ещё влажные стены.

— Нам стоит снова попробовать кричать о помощи. Дождь прошёл, а грязь всё ещё влажная, так что от эха наших голосов не поднимется облако.

Гермиона нахмурилась на эту идею.

— Никто не будет здесь сразу после таких гроз, — сказала она, — особенно не так рано утром.

Драко нахмурился в ответ.

— Как это тебя распределили в Гриффиндор? — спросил он. — Разве вы все не про храбрость и никогда не сдаваться, или типа того?

— Нежелание тратить ту драгоценную малость энергии, что у нас осталась, на крики в пустоту не равняется отсутствию воли или храбрости, — ответила она. — Это простая логика.

— Вот тебе логика: если бы кто-то нас услышал, нас бы спасли, и уровень энергии не имел бы значения, — огрызнулся он.

Гермиона вздохнула.

— Тогда ори как банши, — сказала она. — Разбуди меня через пятнадцать.

Она снова опустила голову и закрыла глаза. Драко грубо тряхнул её за плечо, встряхнув её.

— Нет, — твёрдо сказал он, — вчера мы проспали большую часть дня. Сегодня нам нужно придумать, как выбраться отсюда к чёртовой матери.

Гермиона подняла голову с тяжёлым вздохом.

— И что ты предлагаешь? Кричать, пока не потеряем сознание и не умрём?

Драко прищурился.

— Мы могли бы чередовать крики с попытками освободиться.

— У тебя есть какие-нибудь практичные идеи? — спросила она обречённо-протяжно.

— Вообще-то, да, — серьёзно ответил он, отчего брови Гермионы заинтересованно поднялись.

— Какие? — потребовала она.

— Мы могли бы попробовать аппарировать.

Лоб Гермионы сморщился от этого предложения.

— Мы почти наверняка расщепим себя, и сильно. В нашем состоянии я сомневаюсь, что мы переживём обратную сборку... Это если мы вообще сможем аппарировать. Во-первых, нам пришлось бы делать это беспалочково, что даже с отдохнувшими ядрами сложно. А во-вторых, у нас плохая опора, чтобы сосредоточить поворот. Ты честно чувствуешь в себе достаточно уверенности, чтобы попробовать?

Драко разочарованно надулся.

— Нет, полагаю, нет. Но у меня есть другая идея.

— Какая? — подтолкнула она.

Драко обвёл взглядом расщелину, отвечая.

— Тандемное колдовство. Вместо согревающих чар... Мы могли бы левитировать себя.

Плечи Гермионы поникли.

— Это не сработает, — пробормотала она.

Драко посмотрел на неё.

— Нет, сработает, — настаивал он. — Это простое заклинание.

— Малфой, — сказала Гермиона раздражённым тоном, — мы слишком тяжёлые. Опять же... Было бы трудно поднять себя на такую высоту даже с палочками и на полной силе. А так... Мы, может, поднялись бы на пару дюймов, прежде чем сдали бы под нагрузкой.

— Мы могли бы делать это по несколько дюймов за раз, — попытался убедить он её. — Мы поднимаем себя чуть-чуть, потом останавливаемся и упираемся освобождёнными руками. Потом двигаемся ещё немного, когда ядра восстановятся. Или мы могли бы даже попробовать карабкаться.

Гермиона печально посмотрела на него.

— Это была хорошая идея, — сказала она.

— Ты даже не попробуешь? — сердито спросил Драко. Гермиона искривила губы, мгновение рассматривая его.

— Что с этой новой решимостью выбраться? Вчера вечером ты смирился с мыслью, что мы обречены.

Драко нетерпеливо скривился.

— Ну, может, я просто решил, что больше не хочу умирать в яме, ладно? По крайней мере, мне нужно знать, что мы действительно приложили усилия, чтобы попытаться выжить.

Глаза Гермионы искали его глаза, и она снова вздохнула при искренности в них.

— Ладно, — согласилась она, пожав плечами. — Давай попробуем.

Драко открыл было рот, явно готовясь спорить с ней, но резко закрыл его при её согласии. Он подозрительно сузил на неё глаза.

— Ты... ты попробуешь это со мной? — спросил он.

— Мои надежды на успех невысоки, — честно сказала она, — но ты прав насчёт попытки... если это даёт шанс выжить, мы должны попробовать.

Драко мгновение моргал на неё, потом внимательно осмотрел стены прямо над ними.

— Да, да. Это может сработать, — сказал он, будто убеждая себя. Он снова посмотрел ей в глаза. — Это сработает.

Гермиона просто смотрела на него в ответ, и он сделал решительное лицо.

— Ладно, для начала нам нужно подняться ровно настолько, чтобы освободить руки. Как только мы упрёмся руками, мы прекращаем скандировать. Потом можем отдохнуть и подняться ещё немного, — сказал он, и его глаза были одновременно полны надежды и отчаяния, пока он объяснял план.

— Тогда когда будешь готов, — тревожно сказала Гермиона, наклоняя голову к его. Драко сделал то же самое и прижался щекой к её щеке.

— Это сработает, Грейнджер, — попытался он заверить её. Он закрыл глаза. — Это должно сработать.

— Тогда «Вингардиум»? — тихо спросила Гермиона. Драко кивнул, прижавшись к ней, не открывая глаз, и она закрыла свои.

— На счёт три, — сказала она, и он снова кивнул. Гермиона сделала огромный вдох и начала считать. Когда она дошла до «трёх», оба начали скандировать. Они сразу почувствовали тягу заклинания, пытающегося поднять их, но не сдвинулись с места.

— Чёрт! — выругался Драко, и Гермиона начала отводить голову. — Нет, нет, нет, — крикнул он, — пробуем снова!

Он заставил свою голову прижаться к её и закричал заклинание.

— Вингардиум левиоса! Вингардиум левиоса! Говори, чёрт возьми!

Гермиона поморщилась, но подчинилась, и её голос присоединился к его, когда они попробовали снова. На этот раз они начали медленно подниматься. Скандирование Драко стало лихорадочным, когда он заёрзал правой рукой, как только давление его тела на неё ослабло. Он выдернул её.

— ЧЁРТ! — заорал он в агонии, когда кровь хлынула в конечность. С разрушенным заклинанием они оба упали на те несколько дюймов, что поднялись... а потом продолжили падать.

— А-а-ах!!! — испуганные вопли Гермионы присоединились к ругательствам Драко, пока они скользили дальше вниз по расщелине. Их ноги отчаянно били по стенам, пока ступня Гермионы не зацепилась за выступ, резко остановив их.

Гермиона страшно дрожала, пытаясь успокоиться, пока Драко продолжал ругаться.

— Мать твою! — крикнул он, склоняя голову от боли. — Вот чёрт!

— Прекрати, — практически взмолилась Гермиона. — Успокойся.

— Болит, — выдавил он, — Мерлиновы яйца, как же болит!

— Что болит? — шмыгнула она носом от невольных слёз, вызванных падением.

Драко поднял голову, его лицо исказилось.

— Мои руки, — сказал он. Он попытался поднять правую руку, а затем сразу уронил её, закатив глаза от боли.

— Она была зажата за тобой два дня, — заметила Гермиона, — потребуется время, чтобы она снова почувствовала себя нормально.

— К чёрту нормально, — прохрипел он, глядя вниз, — я просто хочу, чтобы она не чувствовалась как кусок горящего свинца.

Гермиона посмотрела на руку, которая теперь безвольно висела рядом с её собственной левой рукой, тоже освободившейся.

— Как твоя не болит? — спросил он, когда заметил её руку.

— Моя не была зажата так, чтобы ограничивать кровоток, — объяснила она. — Тебе повезло, что твоя рука не отмерла.

Драко сжал правую кисть и поморщился. Гермиона протянула освободившуюся руку и схватила его за руку.

— Что ты делаешь? — испуганно спросил он.

— Успокойся, — тихо сказала она, начиная осторожно массировать его покалывающую конечность. — Просто нужно, чтобы кровь снова распределялась равномерно.

Драко закрыл глаза и прикусил губу, позволяя ей сжимать и разминать руку вверх и вниз, пока болезненное покалывание не перешло в тупую боль. Он открыл глаза и виновато посмотрел на неё, но она не поднимала глаз от его руки.

— Спасибо, — сказал он, когда она наконец отпустила его и уронила руку. Она подняла лицо и легко кивнула, но вдруг болезненно сморщилась.

— Что такое? — срочно спросил Драко. Гермиона подняла руку и потянулась за голову.

— Моя голова ударилась о стену, пока мы падали, — сказала она, морщась, ощупывая затылок. Она вытащила руку обратно. Она была в крови.

— Дерьмо, — обеспокоенно сказал Драко, заметив кровь, которая теперь сочилась по бокам её шеи, добавляя ярко-красные полосы к её испачканной грязью рубашке, — дай посмотрю.

Она вытянула шею вперёд, укладывая лицо ему на плечо, и он поднял руку к её голове. Он несколько раз сжал пальцы, а потом начал раздвигать её пропитанные кровью локоны, пытаясь увидеть рану.

— О, боги, — прошептал он, увидев глубокий порез на затылке.

— Всё плохо? — приглушённо спросила Гермиона ему в рубашку. Он не ответил, пока его пальцы продолжали разгребать её волосы. — Малфой...?

— Оно... — его голос сорвался.

— Малфой, насколько всё плохо!? — потребовала она. Драко тяжело сглотнул, моргая на рану.

— Я, эм... Кажется, я вижу кость, — дрожа сказал он. — И... Оно, эм, сильно кровит.

Гермиона ничего не сказала, и Драко слегка встряхнул себя, прижавшись к ней.

— Грейнджер?

— Я... Я в порядке, — тихо сказала она, — Я... Я просто. Тебе придётся мне помочь.

— Да, — сказал Драко, кивая, — да, просто... скажи мне, что делать. Грейнджер, ты должна сказать мне, что делать.

— Собери как можно больше моих волос и прижми их к ране, — спокойно направила она.

— О... ладно, — тревожно сказал он. Его глаза метнулись по её голове, пока он пытался собрать её буйные кудри в кулак. Он прижал горсть к порезу.

— Вот... вот так? — спросил он.

— Тебе нужно давить сильнее, — сказала она. — Дави так сильно, как можешь, и не ослабляй хотя бы пятнадцать минут. Считай, как ты делаешь, когда я сплю.

Драко сильнее прижал руку к её волосам.

— Сильнее, — сказала она.

— Я не хочу причинять тебе ещё больше боли, — настороженно сказал он.

— Не будет никакого толку, если я потеряю сознание от кровопотери, Малфой. Дави сильнее, — приказала она, поднимая свою руку и надавливая поверх его.

Драко тоже усилил давление по её подсказке и виновато надулся, когда она всхлипнула.

— Боги, прости, — прошептал он. — Я правда надеялся... правда думал, что сработает.

— Это моя вина, — предложила Гермиона. — Мне следовало понять, что освобождать руки будет больно.

— Ну, только одна смогла...

Он осёкся, когда наконец посмотрел на свою левую руку. Его замутило.

— Малфой? — встревоженно спросила Гермиона. — Малфой, ты в порядке?

Он покачал головой, его снова замутило, и он попытался сдержать желчь, подступающую к горлу.

— Почему тебя мутит? — спросила она, услышав снова этот звук рвотного позыва.

— Моя... Моя... Рука. О, боги, — ответил он.

Лицо Гермионы исказилось от боли и беспокойства, когда она почувствовала, как Драко трясётся, продолжая сильно давить на её затылок.

— Что с твоей рукой?

— Она, о чёрт, она... Она снова зажата и... — Он быстро отвернул голову и снова содрогнулся в позыве.

— Не вырви! — предупредила его Гермиона. — Не смотри на неё, если всё плохо. Сосредоточься на чём-то другом. Сосредоточься на счёте.

Драко закрыл глаза и сделал несколько успокаивающих вдохов, прежде чем начать считать.

— Один, два, три...

Гермиона присоединилась к нему, считая вслух. Когда они наконец дошли до девятисот, Драко очень осторожно убрал руку с её затылка и раздвинул пальцами её локоны, чтобы проверить рану.

— Ну? — тревожно спросила Гермиона.

— Похоже, кровотечение в основном остановилось, — сказал он, слегка поморщившись на её слипшиеся от крови волосы, — но выглядит всё ещё мерзко.

Гермиона очень медленно подняла голову и осторожно приложила руку к затылку, чтобы продолжать прижимать липкие волосы к порезу.

— Ощущается мерзко, — согласилась она с гримасой. Она взглянула на его левую руку. — О боже.

— Ага, — только и смог сказать Драко в ответ, рискнув снова взглянуть на свою руку. Гермиона сделала отвращённое лицо, изучая его конечность. Его рука застряла в том же положении, что и раньше, но была вывернута под чуть более серьёзным углом, и кожа драматично разошлась у локтя от силы и трения при скольжении о камень во время падения. Теперь это была буквально кость о камень.

— Малфой... — выдохнула она, уставившись на обнажённые сухожилия и мышцы, явно не зная, как его утешить.

— Не надо, — сказал он, закрывая глаза и откидывая голову, — просто... просто помоги мне отвлечься от этого, чтобы я не потерял сознание.

— Хорошо, — сказала она, отрывая глаза от месива, — эм... мм...

— Вот момент, когда ты говоришь «я же говорила», — фыркнул он.

Гермиона слегка нахмурилась.

— Я не собираюсь этого говорить.

Драко приоткрыл один глаз на неё.

— Почему нет? Ты была права... Как обычно, — неохотно протянул он. — И теперь из-за меня мы на двадцать футов глубже с нашими чёртовыми костями наружу.

— Я не хочу ссориться, — почти прошептала Гермиона. — И это не твоя вина.

Драко не ответил, и двое погрузились в неловкую тишину, пока Гермиона снова не открыла рот.

— Хо... Хочешь попробовать покричать сейчас? — спросила она, всё ещё сильно прижимая руку к затылку. Драко безнадёжно посмотрел вверх на отверстие расщелины и покачал головой.

— Нет смысла, Грейнджер. Теперь нас никто не услышит, — тихо сказал он с полной обречённостью в голосе. Они посмотрели друг на друга сквозь заметно более тусклый свет, читая сожаление и раскаяние в глазах другого, пока Драко не отвёл взгляд.

— Прости, что ты пострадала, — сказал он. Гермиона смотрела, как он пытается скрыть боль на своём лице, а потом толкнула его ногу своей.

— Расскажи мне о квиддиче, — сказала она, когда он поднял на неё озадаченное лицо. Он издал короткий смешок.

— Ты, должно быть, ударилась головой сильнее, чем мы думали, — сказал он. Она улыбнулась.

— Я пытаюсь отвлечь нас от наших травм, — признала она. — Теперь расскажи мне о всех твоих лучших моментах в роли Ловца, если только ты не хочешь, чтобы я начала рассказывать тебе о своих взглядах на домовых эльфов.

Драко ухмыльнулся ей. Искренне, довольно ухмыльнулся.

— Командирша, — сказал он. Гермиона лишь шире улыбнулась, и он начал говорить.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

7 из 14