Глава 2: Часть 2

На следующий день Аллен вновь оказалась у того же манекена с костюмом супер-героя. Циско вздохнул и снова подкатил к приятельнице, выяснять, что за проблемы у той на личном фронте.

— Нет, Барри, ты какая-то грустная! Колись! Мне можно рассказать.

— Есть в этом что-то неправильное, — задумчиво протянула Аллен, глядя на свой костюм. — С каждым днем мне все труднее его надевать.

— Костюм садится? — всполошился изобретатель. — Что же ты не сказала?! Это замалчивать и забрасывать нельзя! Для того, чтобы ты во время бега не поранилась, одежда должна быть максимально комфортной! Где трет? Где мешает? Если стыдно признаться — не трясись, не хочу оставить брата моей девушки без его девушки!

— Циско, Циско, хватит тараторить! — улыбнулась Барри. — Все и без того подозревают, что у тебя в родне была Фелисити. Нет, с костюмом все хорошо. Плохо со мной. Я чувствую, что это… Не для меня. Когда я вместо того, чтобы останавливать преступника, варю ему кофе и готовлю бутерброды, пока он продумывает план преступного налета. Ну неправильно это, когда я получаю сообщение от своего же парня с содержанием вроде: «Скарлет, солнышко, купи крыло индейки, я сегодня работаю до вечера. Но не волнуйся, вернусь часам к десяти, если не будет погони и приготовлю суп». Бред, если послушать! А ведь я иду, покупаю, прихожу домой, обнаруживаю на столе омлет, съедаю его и ложусь спать с глупой улыбкой вместо того, чтобы мчаться задерживать вора.

— Моральные страдашки подкатили… — понимающе вздохнул Циско. — Мне тоже по-началу было дико. Вот передо мной сидит Золотой Глайдер, а я вместо того, чтобы звать Флэша на помощь, покупаю ей кофе и пирожное. Ты свыкнешься, подружка.

— Буду надеяться, — уныло вздохнула Аллен.

Когда Барри вернулась домой, в уютную квартиру в одной из высоток чуть ли не в самом центре города (Снарт любил жить комфортно, хотя и существовать по-спартански умел отлично), сам хозяин квартиры уже сидел, склонившись над какими-то планами.

Бартоломея тяжело вздохнула. Последние несколько дней Лен спал по два-три часа и вставал из-за стола, только чтобы принести себе кофе. Самое обидное, что, по мнению Барри, в преступнике пропал знатный бариста — готовить кофе криминальный авторитет умел, как немногие. Более вкусного кофе Аллен в жизни своей не пробовала. Но себе Снарт каждый раз просто заваривал крутой кипяток и растворимый порошок, на вкус напоминающий поролон.

Барри поставила на стол пакет с продуктами, которые позже превратятся в ужин на двоих, и решительно направилась к своему увлекшемуся парню.

— Лен, тебе надо отдохнуть.

Аллен положила руки на плечи преступника, разминая их. Тот не шелохнулся, продолжая смотреть прищуренными глазами на разложенные перед ним бумаги, медленно обводя тонким пальцем какие-то непонятные Барри закорючки.

— Лен!

— Скарлет, ты знаешь, что я не люблю, когда меня отвлекают, — несколько агрессивно отозвался Снарт, резким взмахом руки проводя маркером по карте и изображая стрелку, а потом подписывая «23:13».

— Я знаю, но если ты продолжишь в том же духе, заработаешь горб, станешь некрасивым, и я тебя брошу.

Палец Аллен скользнул по позвонкам, четко прощупывающимся под тонким слоем мышц и футболкой. Снарт передернул плечами, но все-таки по-кошачьи выгнулся, утыкаясь затылком в живот Барри и глядя в ее глаза снизу вверх. Взгляд у него был крайне недовольный, но Аллен на это только фыркнула и наклонилась, чтобы поцеловать своего парня. Как обычно, шершавые губы и легкая щетина.

— Лен, вставай!

— Малышка, может быть, лучше, когда я вломлюсь в банк, повторим тот опыт? Мне понравилось…

— Снарт! — Аллен легко хлопнула мужчину по лбу.

Но спустя пару минут надутая, как индюк, Барри сидела за своим ноутбуком, нацепив наушники и изо всех сил прижимая их к ушам, а не лежала на диване, давясь стонами.

Если Леонард был занят, он никому не позволял мешать. Разрешил девушке пару раз поцеловать себя, а потом отогнал ее и протянул руку к ноутбуку. В привычке Холода было включать тяжелый рок, когда он был недоступен для внешнего мира и желал, чтобы этот мир в лице Барри его не трогал. Сам Лен наушники не терпел, а колонки в доме были мощные, так что спидстер страдала. Не в первый и не в последний раз. За тот месяц, что она провела в квартире мужчины, девушка успела возненавидеть и «Rammstain», и «Skillet», и «АС/DС», и… Короче, все, что привык включать Лен. И сколько бы Барри ни просила выключить или сделать потише, Снарт выключал музыку только тогда, когда считал необходимым.

Наконец, поздно вечером Леонард встал и, мимоходом чмокнув надутую Аллен в макушку, шутливо скомандовал:

— Ну все, Скарлет, не жди, ложись спать без меня. Буду поздно, там еще остались отбивные.

— Вообще-то у меня свои планы на вечер, — обиженно дернула головой Барри. — Я хотела сходить в бар выпить.

— Ясно, — В голосе Снарта зазвучал лед, Барри вздрогнула. Так мог говорить Капитан Холод, но не её Лен.

— Ясно! — вызывающе отозвалась героиня, плюхаясь на диван.

— Ну и ясно, — Холод хлопнул дверью, выходя из дома.