Глава 8: Визерис. Последний Дракон

— Дейнерис! — разнесся по замку громкий голос короля Визериса. — Где же ты, женушка моя? Ты снова решила поиграть со мной в прятки?

Король был не в духе, и вся прислуга старалась в этот момент не попасться ему на глаза. Даже десница короля, Виллем Дарри, в такие дни, как этот, мало что мог сделать.

Началось все с того, что мейстеры поставили Дейнерис неутешительный диагноз — бесплодие. Виной всему оказалось то, что в раннем детстве девушка упала в море и сильно простудилась, но никто и подумать не мог, к каким трагическим последствиям приведет то роковое событие. Став женой своего брата Визериса, как было принято у Таргариенов, Дейнерис молилась, чтобы Боги послали ей детей, которые скрасили бы ее тоскливое существование. Поначалу супруги все-таки надеялись и верили, что диагноз мейстеров ошибочен, ведь Дейнерис даже удавалось зачать детей, но, увы, на ранних сроках беременность прерывалась. С каждым последующим выкидышем у жены, Визерис становился все мрачнее, и из года в год надежды короля на наследников таяли, словно утренний туман, и их с супругой жизнь превратилась, в конце концов, в сущий кошмар.

Король винил во всем Дейнерис, неоднократно срывая на ней свою злость, а затем шел к очередной шлюхе, каждую из которых он звал именем сестры. Поговаривали, что у Визериса было уже около сорока бастардов, но Виллем знал, что это не так. Их было ровным счетом пять — трое мальчиков от года до пяти лет, и две белокурые девочки-двойняшки, милые, словно ангелочки. Королева тоже знала о их существовании и даже помогала этим несчастным детям, не желая, чтобы они росли в нищете. Десница вздыхал и качал головой всякий раз, когда молодая королева вновь отправлялась в Блошиный Конец навестить бастардов мужа, но понимал, что ничего не может поделать — таким образом королева скрашивала свое одиночество и хоть ненадолго могла почувствовать себя матерью, ведь родным матерям чаще всего до детей не было никакого дела, и ребятишки росли, как сорная трава.

В эту ночь, выпив больше вина, чем обычно, Визерис вновь решил выместить свою злость на несчастной жене, и направился разыскивать ее по всему Красному замку. В который раз Виллем посетовал, что король Эйрис вместе с супругой и старшим сыном погибли во время той страшной эпидемии, которая унесла половину населения Королевской Гавани. Если бы не тот страшный мор, сейчас все было бы по-другому.

— Где же ты, жена? — орал Визерис писклявым голосом, услышав который все придворные шарахались и прятались, куда придется. Все в замке знали — в таких случаях лучше держаться от короля как можно дальше, иначе не миновать очередной беды. В памяти каждой судомойки и фрейлины еще были свежи воспоминания о том, как в одну из таких ночей их король зарезал восемь служанок, так неудачно оказавшихся у него на пути. Виллем тогда был в полном отчаянии, и даже хотел покинуть пост десницы, но Дейнерис, со слезами на глазах, уговорила его остаться. Виллем и сам понимал, что кроме него у королевы никого не осталось, но даже он не в силах был помочь ей. Все, что ему оставалось, это утешать бедняжку после безумных выходок Визериса и залечивать ее раны. На счастье, со своей женой Визерис обращался не с такой жестокостью, как со слугами, но синяки на теле королевы не заживали еще очень долго. Так продолжалось три года, но в какой-то момент Визерис не смог найти жену, а Дени поведала деснице о том, что отыскала место, в котором отсиживалась до тех пор, пока Визерис не успокоится.

— Дейнерис! — вновь закричал Визерис, на этот раз с истеричными нотками в голосе. — Где она? Я должен научить ее уму-разуму! Дейнерис! Ты моя жена и должна родить мне сына! Слышишь меня, Дейнерис?

Десница короля, сидя в своей башне, молился Семерым, надеясь, что молодая королева знает, что делает. Она не открыла ему своего потайного уголка, но раз муж ни разу ее не нашел, значит это было надежное укрытие.

Внезапно Виллем услышал пронзительный крик короля, полный отчаяния и боли, а затем все стихло. Отворив дверь своей башни, он спустился по винтовой лестнице и направился вдоль темного коридора, освещенного лишь несколькими факелами. Небо разрезали оранжевые всполохи молний — собиралась гроза. Сердце десницы бухало в груди, в предчувствии чего-то ужасного, руки дрожали, а в горле пересохло.

— Вы слышали это? — шептались слуги, выходя из-за колонн или из маленьких комнатушек. Они недоуменно переглядывались, не понимая, что происходит. — Это кричал король?

— Да, я тоже слышала, — отозвалась свистящим шепотом Даная, горничная королевы. — Но где же наш король?

Виллем, в сопровождении толпы слуг, спустился во внутренний двор и обнаружил, что там собралось уже достаточно много народу.

— Пропустите, — проталкиваясь сквозь людское море, говорил Виллем. — Что стряслось?

Когда люди, наконец, расступились перед ним, взору Виллема предстала ужасающая картина — король Визерис лежал на спине, его безжизненные глаза смотрели в небо, руки и ноги неестественно вывернуты, на губах застыла усмешка.

— К-как это произошло? — прочищая горло, еле слышно спросил Виллем, не сводя взора с мёртвого короля.

— Он упал с балкона, — послышался тихий, но уверенный голос Дейнерис. — Склонился, чтобы позвать меня, но не удержал равновесия и упал.

Резко повернувшись, десница увидел её.

Дейнерис стояла недалеко от мраморной колонны, держа за руку маленького светловолосого мальчика пяти лет от роду, похожего на Визериса как две капли воды. Повернувшись к собравшимся придворным, она громко проговорила:

— Приветствуйте нового короля — Дейриса Таргариена. Да правит он долго.