Глава 2: Часть 2. Отец и сын

К исходу года Малфой, все-таки, ухитрился приволочь в школу Пожирателей Смерти. Северус зубами скрежетал от злости, но Дамблдора грохнул с превеликим удовлетворением. Вот только Гарри пришлось наблюдать за этим. Северус мог себе представить, что почувствовал его сын при виде убийства человека, которого обожал и практически обожествлял. Впрочем, это только разозлило сильнее.
Битва в коридорах Хогвартса перенеслась в поле, возле хижины Хагрида. И вот здесь Северус не выдержал, просто не выдержал, когда Гарри заорал ему вслед:
— Сражайся ты, трус!
Словно что-то лопнуло в груди, залив яростью, злостью на всех, кто лишил его родной крови, заставил сражаться во имя решенной смерти его сына. Северус отразил удар Гарри и швырнул его на землю, прижав ладонью.
— Трус? — выдохнул он, глядя в обезумевшие зеленые глаза. — А теперь слушай меня, Гарри… Снейп. Сейчас ты…
— Что?! — взвизгнул мальчишка, пытаясь вырваться.
— Что слышал! — рявкнул потерявший терпение Северус. — Марш обратно в замок! Приду, все объясню! Даю слово!
Гарри смотрел на него дикими глазами, открывая и закрывая рот. Северус коснулся палочкой его груди, наложив Конфундус и слегка подправив воспоминания о гибели Дамблдора. Только так… пока только так. Помет докси тебе в глотку, Альбус, и земля вулканической лавой! Черная метка не оставляла ему возможности своевольничать, но теперь у него есть сын… и никто не отнимет у него его мальчика!
Подождав, пока остальные Пожиратели уберутся, он позвал Хагрида, стоявшего у горящей хижины, из которой только что вынес бесчувственное тело пса, и велел отвести оцепенелого Гарри в замок.
Дальнейшее бегство и последующее возвращение в замок были ознаменованы всеобщим трагическим настроением. Брезгливо поморщившись, Северус пошел искать Гарри, который обнаружился в госпитале, сидящий у кровати со старшим сыном Уизли. Лицо рыжего здорово пострадало, и Северусу стало не по себе при мысли о том, что в школе появится еще один оборотень.
Помфри что-то говорила, но он слышал только слова девчонки Тонкс и Гарри.
— Кто его убил?
— Беллатрикс Лестрейндж, — прошептал Гарри, задыхаясь от скорби, — я видел заклятие…
Он сидел, съежившись, и слезы катились по его щекам. Сейчас лицо его, искаженное горем, напоминало Северусу его собственное лицо в отражении темного стекла, когда он пришел в дом к Поттерам. Во власти сочувствия Северус подошел к Гарри и положил руку ему на плечо. Он ждал чего угодно, вплоть до того, что парень бросится на него с кулаками, но не того, что случилось. Гарри вздрогнул и вдруг прижался виском к боку Северуса, так устало и обреченно, что у Снейпа сердце сжалось. Он осторожно положил на руку на голову сыну, задохнувшись от ощущения внутренней силы.
Макгонагалл, одарившая его острым взглядом, подошла к Поппи, о чем-то тихо расспрашивая ее. Северус скользнул ладонью по щеке Гарри и сжал его плечо.
— Идемте со мной, — сказал он, поднимая парня с табурета, — мне надо расспросить вас.
Гарри поднялся без возражений. Слезы все еще текли по его лицу, искаженному болью и горем, но он упрямо выдвинул вперед челюсть и поджал губы. Совершенно снейповская мимика! А он-то, дурак, еще злился! Воистину, больше всего мы ненавидим наши отражения!

В кабинете директора Северус первым делом установил завесы на все портреты прежних директоров, затем извлек из кармана припасенное успокоительное зелье и влил в мальчишку двойную порцию, одновременно невербально наложив заклятие “Древо Разума”. Мальчишка успокоился почти сразу и уставился на Северуса огромными глазами.
— Сейчас я кое-что сделаю… Гарри, — Северус подошел к Омуту Памяти, — ты знаешь, что это. Видел в моем подземелье.
Гарри настороженно смотрел на него, видимо, не зная, чего ожидать. Северус решил поставить на кон все, что было возможно и невозможно, начиная с посещения Минервы и заканчивая ее признанием. Про себя он решил, что немного правды не повредит, хотя открывать сознание и память кому бы то ни было, он ненавидел.
Да, мальчику будет больно и тяжко, но лучше перетерпеть боль, чем умереть.
— Я не слепой, — угрюмо сказал Гарри, — я вижу, как вы меня в последнее время обхаживаете. Какого черта вам от меня надо, профессор?
Северус молча сцедил нужные воспоминания в Омут и отошел к столу, пытаясь собраться с силами.
— Угу, — сказал Гарри за его спиной, — в прошлый раз вы мне чуть голову не оторвали и банкой с тараканами запустили. А в этот раз…
— А в этот раз ты просто просмотришь то, что я отдаю добровольно, — ответил Снейп, не оборачиваясь, — если боишься, то можешь позвать Минерву, она присмотрит, чтобы я не… навредил.
— Было бы неплохо, профессор, — в голосе мальчишки было столько змеиного яда, что Северусу бы на зелья до конца года хватило, — если вы не возражаете.

Пришлось ждать, пока мальчишка приведет Минерву, взъерошенную и заплаканную. Она бросила на Северуса острый взгляд, но промолчала.
— Минерва, — Снейп кивнул на Омут Памяти, — я бы хотел попросить вас с Гарри заглянуть в мои воспоминания. Обоих. Это место достаточно защищено от стороннего влияния, потому здесь мы можем говорить безопасно. Потом мне придется попросить вас кое-о чем, а заодно подкорректировать мои воспоминания.
Макгонагалл выглядела удивленной, но без колебаний взяла Гарри за руку и подвела к Омуту. Две головы, тщательно причесанная, с гладким узлом волос на затылке, и лохматая черная, одновременно склонились над чашей.
Северус удобно расположился в кресле, подавив закономерное желание раскурить сигарету с Золотым корнем, лежавшую в кармане. Слишком сильным было перенапряжение. Да и как еще воспримут его воспоминания, для них ведь старый козел был царем и богом!
— Твою ж… Моргану! — выдохнула Минерва, выныривая из Омута. Следом показалась голова бледного, точно известка, Гарри. Парень выглядел так, что Северус едва не подорвался с места. Но вместо этого просто взмахом палочки придвинул два кресла, молча приглашая сесть. Гарри тяжело рухнул, моргая слезящимися глазами, его ощутимо потряхивало. Минерва быстро взяла себя в руки, но благородная бледность не спешила покидать ее лик .
Северус, все-таки, вытащил сигарету, разжег заклинанием Малого огня, как следует затянулся и протянул Макгонагалл. Та возмущенно мяукнула, но подношение взяла.
— Гарри тоже дай затянуться, — Северус устало отер выступивший на лбу пот, — думаю, ему не помешает сейчас.
Мальчишка взял сигарету, сунул в рот и сразу же закашлялся. Но лицо его стало поспокойнее. Северус и сам чувствовал волну успокоения, расслабляющую сведенную спину. Подумал, что надо будет сделать запас самокруток, благо Золотой корень еще оставался.
— Ну Альбус… — Минерва покачала головой, глаза ее метали молнии, — Северус, как ты? На тебе лица нет.
— А как ты думаешь? — он криво усмехнулся. — По сути он принес в жертву всех, и Гарри, и его друзей, и меня. Да Мордред бы со мной, но своего сына я не позволю…
— Так это правда? — Гарри, наконец, отмер, поднял на него огромные глаза, в которых стояли слезы. — Вы… вы действительно мой отец?

Северус кивнул, забрал у него сигарету и как следует глотнул ароматного сладкого дыма.
— Спасибо Минерве, она решилась признаться мне, — ответил он, — хотя знай я даже без этого, что уготовил тебе Альбус, отказался бы участвовать.
Он немного полукавил, но в целом был недалек от истины.
— И вам… не все равно? — тихо спросил мальчик, глядя ему в глаза.
Северус пожал плечами.
— Как видишь, Гарри. Я хотя бы частично постарался исправить те ошибки, что совершил. Я не требую, чтобы ты немедленно возлюбил меня сыновней любовью, но надеюсь…надеюсь, что однажды твоя ненависть уйдет.
Гарри шмыгнул носом, ресницы его были мокрыми.
— Но то, что придумал Дамблдор, — сказал он, вскинув голову, — это нужно сделать. Неважно, останусь ли я жив или умру. Если это позволит победить Вол…
Северус метнулся, накрыв его рот ладонью.
— Забыл сказать, — спокойно произнес он, — на имя Темного Лорда наложены чары. Любой, произнесший его, призовет его и его слуг.
Северус снова опустился в кресло, не зная, куда девать руки.
— Возможно, очень скоро мне нужно будет вернуться к Лорду, — сказал он, — потому придется подкорректировать наши воспоминания так, как нужно. А это значит, что придется еще и продолжать в видимости учеников и учителей относиться к вам так, как я относился прежде. Теперь это жизненно необходимо, и вы знаете, почему.
— Вы… сотрете мне память? – тихо, с какими-то болезненными интонациями произнес Гарри.
— Я должен, — кивнул Снейп, — хотя Альбус был уверен, что Темный Лорд не сунется больше твое сознание, но я не собираюсь рисковать.
— Ну так научите меня! — яростно вскинулся мальчишка. — Научите! Прошу вас! Тебя… Прошу, профессор… отец! Я не хочу забывать!
Северус на мгновение перестал дышать, оглушенный даже не криком, а тем отчаянным желанием отцовской любви, которое прозвучало в голосе Гарри.
— Боюсь, — сказала Минерва, до сих пор молчавшая, — что времени не будет для этого. Ты должен вернуться, Северус, если мы хотим иметь своего человека с той стороны. И должен постараться, чтобы именно тебя назначили директором Хогвартса.
Не бойся за Гарри, я сделаю все, что нужно. Я не такой хороший легилимент, как ты, но кое-что, все-таки, могу.
— Погодите, — сказал Гарри, вытаскивая что-то из кармана, — я должен прежде рассказать, зачем я был в той пещере. Вы что-то знаете о такой штуке, как крестражи?
Северус уставился на него с неприкрытым ужасом. Вот, значит, как!
— Разумеется, — ответил он, постаравшись говорить спокойно, — самая темная магия из всех возможных.
— Во… Темный Лорд, — поправился Гарри, — разделил свою душу на части, это то, что я успел понять из объяснений профессора Слизнорта. То, что я видел в ваших воспоминаниях… судя по всему кольцо было крестражем. И еще… на втором курсе… — он запнулся, — дневник Тома Реддла… думаю, это тоже был крестраж. Так что, как минимум две штуки уже уничтожены. Еще один скорее всего в змее, не зря Дамблдор предупреждал вас насчет нее, а другой во мне. И еще тот, что…
Он вдруг напрягся, уставившись на Снейпа огромными глазами.
— Что? — хором спросили Макгонагалл и Северус.
— Я, кажется, знаю, где настоящий медальон, — ответил Гарри, и глаза его загорелись мрачным светом, а лицо стало вдруг таким, что даже если бы Северус сомневался в своем отцовстве, в этот миг абсолютно бы уверовал в него.
— Молчите об этом даже здесь, — поспешно сказал Снейп, — ищите, делайте, что должно. Но помните, что окклюменция у вас в приоритете. Если только Темный Лорд узнает, кому я служил на самом деле…
Гарри помотал головой.
— Я не позволю, — сказал он, глядя на Снейпа, — не позволю никогда! Не теперь!