Глава 1: Вольный ветер

Луч больного, бледно-желтого солнца тихо шарил по выкрашенным унылым серым цветом стенам административного корпуса женской тюрьмы. За столом в кабинете начальника тюрьмы сидела девушка. Она вполне бы могла сойти и за ребёнка. Рост её был около ста шестидесяти сантиметров. Черные глаза смотрели с интересом, бледная то ли от природы, то ли от нехватки витаминов кожа. Изящные руки были чопорно сложены на коленках. Даже в тюремной серой форме она выглядела леди. Её не смогли испортить ни уродливая серая юбка до середины голени, ни бесформенная блуза. Когда её вызвали из тюремной больницы, где она была сиделкой, к начальнику тюрьмы, она даже не удивилась. Ей было всё равно. Уже шесть лет она провела здесь, надеяться на чудо она перестала уже четыре года назад. Прийти к ней на свидание никто не мог. Единственный кто верил в её невиновность, был её дедушка, но он скончался два месяца назад. Поэтому двадцатичетырехлетняя Меган Смит просто тихо сидела и ждала, что ей скажут.

Дверь открылась, и в комнату вошел Саймон Олдридж. Это был тот самый прокурор, который шесть лет назад предъявил ей обвинение в хранении и торговле наркотиками. Тогда он свято верил, что эта с виду невинная девушка цинично и хладнокровно торгует смертью. Доказательства были на лицо. Сотрудники полиции, приехавшие по вызову соседей на слишком шумную студенческую вечеринку произвели обыск. Нашли несколько пакетов с героином у Меган в сумке. Ничего не понимающую девушку доставили в ближайший участок. Она до последнего момента верила, что это чудовищная ошибка, но на пакете были обнаружены отпечатки её пальцев, а несколько человек студентов были в состоянии наркотического опьянения.
Возможно, если бы семья девушки подняла шум, то собранных доказательств оказалось бы не достаточно для приговора, но отец Меган, всегда дорожил своей репутацией, а сцены ареста попали в газеты, и Джастин Смит решил «осудить» поведение непутёвой дочери. Тем более, что она была не единственным ребёнком в семье. Был ещё младший брат, которого всегда ставили в пример Меган. Тот всегда слушал авторитарного отца, никогда ему не перечил и не имел собственного мнения. Единственным, кто мог бы помочь тогда девушке, был дед, но он был в командировке в Штатах. Из участка Меган позвонила отцу. Тот явился сразу, с адвокатом и, просмотрев материалы дела, решил, что дело проигрышное. Джастин Смит решил спасти лицо семьи. Ну, а то, что ради этого пришлось пожертвовать дочерью, так это мелкие издержки.
Джастин никогда не одобрял поступления дочери в медицинский колледж. Он говорил, что это не доведёт до добра, по его мнению Меган должна была выйти замуж, за того человека, на которого он укажет. Девушка же пошла характером в деда, упрямая, пробивная и очень умная.

К тому моменту, как дед узнал о случившемся, суд уже состоялся. Меган была осуждена на десять лет. Вернувшийся из Америки Брайан Смит прямо из аэропорта кинулся в тюрьму. И первый вопрос, который он задал, когда увидел исхудавшую внучку был:
— Кто тебя подставил? Есть какие-нибудь предположения?
— Нет, — тихо ответила девушка, — так ты мне веришь?
— Ну конечно! Любой нормальный человек в первую очередь верит близким, а уж потом всем остальным! — дед обнял девушку, и та впервые с момента суда заплакала.
— Не плачь, тише. Я вытащу тебя отсюда. Вытащу, чего бы мне это не стоило.

По возвращении домой, Брайан Смит сразу же вызвал на ковер своего сына Джастина. Пока тот добирался, Смит старший думал, где же он так ошибся. Сам Брайан Смит, совладелец нефтяного концерна, вырос в небогатой семье в рабочем квартале. Своего положения, статуса и богатства он добился исключительно благодаря уму, таланту, работоспособности и честолюбию. Он поздно женился и до смерти обожал жену. Счастье было недолгим, Сильвия умерла при родах, оставив Брайана с сыном на руках. И Смит сделал всё, чтобы воспитать Джастина достойным человеком. Тот с детства получал лучших гувернеров, лучший детский сад, а впоследствии и частную школу. Джастин Смит закончил Оксфорд и очень хотел сделать политическую карьеру. Он всегда очень ценил мнение окружающих. Как не прискорбно было осознавать, но его сын просто струсил и пожертвовал дочерью ради достижения своих целей. Именно об этом Брайан и заявил своему отпрыску, когда тот вошёл в рабочий кабинет отца.
— Ты не понимаешь. Я всегда на стороне закона. Я собираюсь идти в политику. Я очень люблю Меган, но она должна понести суровое наказание, иначе люди будут считать, что я потакаю своей семье, а я должен быть требовательным!
— Ты же видел дело, — отец потихоньку начал злиться на сына, — там слишком много несостыковок.
— На пакете нашли отпечатки пальцев Меган, я не должен быть с ней слишком мягким.
— Что? Опомнись, это же твоя дочь? Ты хоть раз навестил её в тюрьме?
— Отец, мы не можем жертвовать репутацией семьи. Да и связи твоего строительного концерна…- Джастин осекся. Его отец встал в полный рост и указал сыну на дверь. Как только дверь захлопнулась, Брайан опустил голову на руки и простонал:
— Господи, мой сын мерзавец. Где же я ошибся? — небеса тактично промолчали, хотя это не значит, что его не услышали.

Сколько усилий было потрачено на то, чтобы получить доступ к материалам уголовного дела. Сколько частных детективов было нанято, чтобы разыскать всех участников вечеринки и допросить их как следует. Сколько административных барьеров пришлось преодолевать. На все ушло почти шесть лет. Все шесть лет дед поддерживал внучку. Ходил в тюрьму, приносил сигареты и сладкое. Меган не курила, но дед научил её угощать местных «авторитетов», поэтому Меган в тюрьме не обижали. Именно она могла достать сигарет, шоколад, а иногда и спиртное.
Брайану Смиту удалось сделать невозможное, он нашел наркоторговца, который в тот вечер тоже был на вечеринке. Он нашел молодого и честолюбивого следователя, который взялся за это дело. Все же интереснее, чем дела о мелких хулиганствах. А если дед прав и внучка его ни в чем не виновата, то повышение по службе ему гарантировано. Дед ничего не рассказал Меган, чтобы не давать ей пустых надежд.
Брайан Смит умер от сердечного приступа в день пересмотра дела. Последней его мыслью было то, что он вовремя успел составить завещание. За внучкой должен был приглядеть его старый друг, адвокат Эндрю Уиллис, а начатое поможет завершить Линда Моллиган, поверенная его семьи.
Девятнадцатого декабря было проведено закрытое заседание апелляционного суда, на которое Меган даже не позвали, по просьбе Линды Моллиган. Зато на нем присутствовал отец Меган, который выслушивая вновь открывшиеся обстоятельства, понимал, что такое пятно с репутации не смоешь ничем. Лучше бы уж она и вправду была виновна, думал Джастин бледнея. Теперь если всплывет, что я не помог невиновной дочери, то моей политической карьере точно конец.

Эндрю Уиллис, тоже присутствовавший на суде, иногда с интересом смотрел на сына своего лучшего друга и смеялся про себя. Джастин ещё не знал, какую шутку сыграл над ним ныне покойный отец.
Суд постановил Меган Смит оправдать, выплатить ей компенсацию и признать за ней право на реабилитацию. За исполнением решения должен был проследить Саймон Олдридж.
За всю прокурорскую карьеру ему не было так стыдно. Когда Меган только задержали, он пожалел её и очень хотел ей помочь. Он поверил слезам перепуганной девчонки, но когда приехавший отец не стал заступаться, он усомнился и решил, что это не первый раз. Просто до этого девчонке везло, и она не попадалась. Ну не мог же он подумать, что сын главы крупной нефтяной компании окажется просто трусом. Олдридж был хороший служака, ему было очень стыдно, за допущенную ошибку и сейчас он готовился к истерике, крикам и слезам. Он мог бы послать кого-нибудь другого, для вручения соответствующих документов, но за свои поступки привык отвечать сам. Меган смотрела на Олдриджа, не понимая, что вообще происходит. Дверь в кабинет открылась, и в комнату вошли Эндрю Уиллис, хороший друг деда, Линда Моллиган, которая всегда занималась финансовыми вопросами её деда, какой-то незнакомый парень, и тот, кого она меньше всего желала бы видеть. Последним в комнату зашел её отец.
— Теперь, когда все в сборе, — Олдридж откашлялся, — я от лица Великобритании хотел бы принести извинения мисс Меган Смит. — Меган удивленно посмотрела на него. Саймона передернуло от взгляда холодных синих глаз, но он продолжил. — Вы официально признаны невиновной во всех инкриминируемых вам преступлениях. Вам будет выплачена компенсация за все шесть лет, проведённые вами в тюрьме. Олдридж ожидал чего угодно. Истерики, криков, угроз и проклятий, но то, что произошло дальше, он запомнил надолго.
— Вот значит как, — спокойно сказала Меган, — где мои вещи?
— Я всё тебе привез, доченька, — от фальши и натуги в голосе отца Меган передернулась.
— От Вас мне ничего не надо, — девушка посмотрела на Эндрю Уиллиса и спросила. — А Вы, какими судьбами здесь, неужто встретить?
— Твой дедушка и я сделали то, чего не сделал представитель закона, — адвокат косо посмотрел на представителя прокуратуры. — Мы добились пересмотра дела и отмены приговора. А здесь у меня есть ещё одно дело. Во-первых, я хотел бы принести вам свои соболезнования, по поводу кончины вашего деда. — Меган кивнула в знак благодарности. — А во вторых, завещание ещё не было оглашено. Поскольку наследников только двое — вы и ваш отец, я предлагаю огласить его сейчас. Господин начальник тюрьмы и прокурор Олдридж, я думаю, не откажутся быть свидетелями.
— Конечно, конечно, — залебезил начальник тюрьмы, радуясь в душе, что никогда не обижал девчонку. Нажить во враги внучку одного из богатейших людей Британии он не хотел.
— Так вот. Нефтяная корпорация Смита, особняк в Хемпстеде и все банковские счета, — Уиллис выдержал эффектную паузу, — отходят мисс Меган Смит, так же как и место в совете директоров компании.
— То есть как? — спросил Джастин Смит. — Выходит мне отец не оставил ничего?
— Ох, ну что вы! Совсем забыл! Уж простите старика, — адвокат полез в дипломат и достал оттуда что-то, запакованное в плотную оберточную бумагу. — Вот. Это вам. Отец Меган развернул бумагу, и все увидели книгу. «Отверженные» — Виктор Гюго. — Брайан говорил, что это вам полезно почитать, может быть, что и поймёте.
— Добрый день вам, — к Меган подошел тот самый незнакомый парень, — я ваш шофер и телохранитель. Меня зовут Марк Донован. Позвольте, я отвезу вас домой? — Меган кивнула и подала руку Марку.
— Я всегда буду видеть тебя дома, — попытался исправить прошлое Джастин Смит, — чтобы не случилось, ты всегда сможешь на нас рассчитывать.
— Точно, особенно в последние шесть лет вы меня так поддерживали. Дай Бог вам отец, чтобы в трудную минуту жизни Вас поддержали ровно так же, как и вы меня.
— Я надеюсь… — попытался разрядить обстановку Олдридж, но Меган холодно перебила его:
— Нет такого правового понятия как надежда. Вопросы компенсации и урона нанесенного вашими действиями моей деловой репутации мы будем обсуждать в суде. Я пришлю вам своего адвоката. А теперь соблаговолите выйти, я переоденусь.

Через полчаса от ворот тюрьмы отъехал черный джип, навсегда увозя Меган из этого мрачного места. Если бы так же легко можно было избавиться от всех тяжелых воспоминаний.
— Куда едем? — спросил девушку Марк.
— На кладбище, — тихо ответила Меган, — я с дедушкой попрощаюсь. В машине воцарилась тишина. Помимо юной мисс Смит в машине ехали адвокат Уиллис и Линда Донован.
— Какие у вас будут распоряжения, — мягко, чтобы не травмировать девушку спросил Эндрю.
— У меня нет официального образования, — минуту помедлив, сказала Меган, — наймите, пожалуйста, мне репетиторов по экономике, праву, нефтяному бизнесу. На следующий год я буду поступать в университет. А сейчас я хочу немного отдохнуть, Меган устало прикрыла глаза, силясь поверить, что это всё не сон.
— Возьми, милая, — Линда сунула в руку Меган пластиковую карту. — Здесь десять тысяч фунтов. Тебе просто надо отдохнуть недели две. Посмотри за окно, скоро Рождество, обязательно случится что-нибудь хорошее.
Машина подъехала к кладбищу. Эндрю отвел девушку на могилу своего друга. Стоя над небольшим надгробием Меган разрыдалась. Адвокат обнял её как маленькую и начал успокаивающе гладить её по голове:
— Ты поплачь, поплачь, девочка. Так легче станет. Видишь, всё уже кончилось. Теперь всё у тебя будет хорошо, а я пока жив, присмотрю за тобой.
— С-с-с-спасибо, — заикаясь и всхлипывая, поблагодарила Меган. Она положила алые розы на надгробье и прошептала:
— Спасибо, дедушка, - а, потом, не оборачиваясь, пошла к машине.

— Так куда едем теперь?
— В магазины за вещами, в косметологический салон, потом в ресторан, а затем в офис. Я ознакомлюсь с документами.
— Хорошо, — машина мягко тронулась с места.

Когда-то юная и наивная Меган любила платья, юбки и высокие каблуки. Теперь ей хотелось практичности и удобства. Перемерив кучу безбожно дорогих вещей, она остановила свой выбор на черных брюках, черной жилетке и молочно-белой блузке. И без того худенькая фигурка стала почти прозрачной, узкое лицо приобрело немного хищное выражение.
— Я возьму этот комплект. Также два костюма, которые мерила до этого, обувь всю, что примеряла и ещё…вот это чёрное пальто.
— Оно мужское, — робко возразила продавщица.
— Я интересовалась вашим мнением? — Меган изящно подняла бровь.
— Нет мисс. Прошу прощения, — продавщица виновато опустила голову и сжалась.
— Прощаю, — коротко бросила Меган. Ей понравилось запугивать продавщицу. Она не могла забыть презрительный взгляд людей. Когда шесть лет назад конвоиры выгружали их из автобуса, у ворот тюрьмы собралась толпа. Люди судачили, тыкали в них пальцами. Как же ей хотелось тогда спрятаться или убежать. Даже самые последние пьяницы или сплетницы чувствовали себя королями, ведь они были свободны в отличие от этих женщин. Теперь, несмотря на её судимость, все они стали бы заискивать перед ней. У Меган были и деньги, и власть. Душа некогда доброй и наивной девчонки покрылась толстым слоем льда.

Покончив с покупками, Меган поехала домой. Особняк, доставшийся от деда, не мог не радовать. Хороший двухэтажный коттедж. Огромный прилегающий к нему сад, обнесенный кованой чугунной решеткой.
В доме было шесть спален, две на первом этаже, и четыре на втором. Большой рабочий кабинет, обшитый резными дубовыми панелями. К кабинету примыкала бильярдная. Кухня поражала глаз обилием бытовой техники. Гостиная была обставлена с большим вкусом. Весь особняк был выдержан в викторианском стиле.
Меган тихо прошла по дому. На неё нахлынули детские воспоминания, и она снова заплакала. Меган присела на ступеньку лестницы, ведущей на второй этаж, и уткнулась лбом в колени.
— Ну что вы! Что вы! — послышался над ухом голос Марка, — Так нельзя! Что сказал бы ваш дедушка. Он ведь так просил… — Марк осёкся, не зная, стоит ли продолжать.
— Что просил дедушка? — голос Меган звучал глухо.
— Он просил поберечь вас, проследить, чтобы все было хорошо. Я обещал, и слово своё сдержу.
— Спасибо, — Меган всхлипнула как-то уж совсем по-детски. А затем прижалась к присевшему рядом Марку.
— Вы кино любите? — неожиданно спросил телохранитель.
— Очень! Я почти шесть лет… — Меган чуть опять не разревелась.
— У меня в ноутбуке, правда, только фильмы Марвел, но ведь это лучше, чем ничего? Будем смотреть?
— Давай, — кивнула девушка.
— Тогда я закажу нам пиццы, — сказал Марк, расчехляя ноутбук.
— Давай, только я плачу.
— Нет. За пиццу заплачу я. Не обеднею. Вы же не хотите меня обидеть?
— Нет, что ты! — Меган успокаивалась. Пока Марк звонил в службу доставки, на мониторе замелькали первые кадры. Название гласило «Тор». Всю ночь Меган и её телохранитель смотрели кино, ели пиццу и смеялись. Ничего романтического в этом не было. Меган просто хотела снять стресс, а Марк искренне хотел помочь девушке.
В итоге спать девушка легла только в пять утра, но была собой довольна. Фильмы были хорошие и легкие, актеры запоминающиеся. Спецэффекты прекрасные. Поднявшись к себе в спальню, девушка нырнула к себе в кровать и заснула спокойным сном. Последняя мысль была только одна: «наконец-то одна. Своя спальня, никого рядом. Как же хорошо».

Как только девушка скрылась из виду, Марк перестал улыбаться и с облегчением выдохнул. Он достал из кармана мобильный телефон и набрал номер Эндрю Уиллиса.
— Шеф, это Марк, — тихо сказал он в трубку, как только ему ответили. — У нас всё хорошо. Мы смотрели кино, ели пиццу. Похоже, все обошлось.
— Глаз с неё не спускай. Ни на шаг от неё не отходи. Мой знакомый врач говорил, что после таких ужасных стрессов возможны суицидальные попытки. Я не переживу, если с ней что-нибудь случиться. Брайан ведь был моим лучшим другом.
— Я понял, шеф. Всё исполню. — И Марк повесил трубку.