Глава 32: Глава 32

В конце концов он проспал целую вечность.

Ведьма пыталась разбудить его, чтобы перенести в кровать, а потом ещё раз — сообщить, что уходит на работу. Оба раза он оказывался слишком измождённым, чтобы ответить, и мгновенно проваливался обратно в сон.

Когда он наконец проснулся, возле кровати стояли две тарелки с остывшей едой. На одной громоздился завтрак: бекон, сосиски, яйца, жареный картофель, помидоры и тосты. На другой лежали бутерброды с ростбифом и хреном.

Он проглотил всё мясное, а затем, всё ещё голодный, съел и остальное, после чего вылизал тарелки. Ему по-прежнему казалось, что он способен целиком сожрать кролика. Он слизал жир с пальцев и лица, а затем некоторое время просто сидел, пока мысли медленно ворочались в голове.

Ведьма спала на маленьком диване; там до сих пор валялась груда одеял.

Это было странно.

Вот уже несколько месяцев они спали вместе.

Она оставила ему стопку одежды. Некоторое время он изучал вещи, так и не решив, что с ними делать. Затем походил по комнате, разминаясь и потягиваясь, и посмотрел на себя в зеркало ванной.

Отражение показалось ему жутким, и он поспешно отвернулся.

Он по-прежнему выглядел неправильно. Тело было вытянутым, непропорциональным, слишком тяжёлым в верхней части и при этом повсюду чересчур тощим. Ни шерсти, ни когтей.

Если на него когда-нибудь нападёт барсук, от него останется фарш.

Он прикоснулся к книгам ведьмы.

У неё не было ни украшений, ни почти никакой мебели. Комната была настолько аскетичной, что больше напоминала камеру.

Казалось, с тех пор, как он в последний раз видел что-нибудь прекрасное, прошло сто лет, и глаза болезненно тосковали по красоте. У ведьмы не было ни единственной роскошной мантии, ни гобелена, ни даже шкатулки с драгоценностями.

Это было почти непостижимо.

Вдруг за дверью кто-то появился.

Он насторожился и бесшумно подкрался ближе.

Раздался тихий шорох, и под дверью показался уголок фиолетового пергаментного конверта. Драко схватился за ручку, резко распахнул дверь, ухватил ошеломлённого волшебника снаружи и втащил его в комнату.

Было приятно швырнуть его спиной на дверь, с грохотом захлопнув её. Драко был гораздо крупнее и сильнее другого волшебника, и это приносило удовлетворение.

— Мерлиновы ноги! — воскликнул тот.

Он вскинул руки между их телами и упёрся ладонями в обнажённую грудь Драко. Затем уставился на него и отчаянно покраснел.

— Значит… — пискнул волшебник, переводя взгляд то на пол, то на потолок — куда угодно, лишь бы не смотреть на Драко. — Заклинание сработало.

— Сработало? — прорычал Драко. — Я выгляжу нормально?

Волшебник издал неопределённый согласный звук, по-прежнему избегая его взгляда. Драко схватил его за лицо и заставил наклонить голову.

— Смотри! — приказал он. — Мне нужно знать это до возвращения моей самки.

Волшебник, похоже, был способен произносить лишь слово «Мерлин», которое и повторял, пока Драко нетерпеливо на него смотрел.

— Да что с тобой такое? — наконец раздражённо выпалил он. — Ты же меня знаешь, Невилл.

— Ты знаешь моё имя, — выдохнул Невилл.

Он выглядел так, словно вот-вот лишится чувств, поэтому Драко положил ладонь ему на грудь, удерживая у двери на случай обморока.

— Что с тобой такое? — повторил он.

— Меня буквально швыряет по комнате огромный голый мускулистый мужчина, — слабым голосом ответил Невилл. — Я фантазирую об этом с тех пор, как Грегори Гойл на пятом курсе пнул меня по яйцам.

— Ну так прекрати, — озадаченно велел Драко. — Я тебе угрожаю.

— Я заметил, — сказал Невилл. — Поверь мне.

— Скажи, нормально ли я выгляжу, — прорычал Драко.

— Ты выглядишь превосходно! — поспешно заверил его Невилл. — Великолепно. Никакого дальнейшего осмотра не требуется.

— В таком виде ведьма сочтёт меня привлекательным? — настаивал Драко. — Я собираюсь сделать её своей самкой.

— Ты имеешь в виду Гермиону? — осторожно уточнил Невилл.

— Нет, — непонимающе ответил Драко. — С чего бы?

— Тогда я не знаю, о какой ведьме ты говоришь, если это не Гермиона, — сказал Невилл.

Драко рассеянно сжал в кулаке ткань его мантии, наслаждаясь ощущением ткани и кожи. Это напоминало вылизывание чужой шерсти.

Невилла это тоже, похоже, успокаивало: он стоял очень, очень неподвижно.

— Ведьма, которая вернула мне прежний облик. Ведьма, которая обо мне заботилась. Твоя самка, — терпеливо объяснил Драко.

— Это Гермиона Грейнджер, — подтвердил Невилл. — Раньше ты над ней издевался. Если честно, ты издевался над многими.

— Я это знаю, — раздражённо солгал Драко. — Но если бы тебе не нравилось, когда над тобой издеваются, ты бы сейчас так не возбудился.

Невилл покраснел ещё сильнее.

— Ты тоже «возбуждён», — защищаясь, заметил он.

— Разумеется. Я побеждаю, — пренебрежительно ответил Драко.

— Мерлин! Как тебе удаётся одновременно говорить совершенно как прежде и совсем иначе?

— Хочешь со мной поиграть? — с любопытством спросил Драко.

— Не сейчас, — несколько слабо ответил Невилл.

— Волшебники так делают? Друг с другом? — заинтересовался Драко.

— Некоторые делают, — признался Невилл. — Я делаю. Но не… эм…

— Этого я не помню, — признался Драко. — А вы целуетесь?

— Мы можем… просто сесть? Я не знаю, как вести этот разговор, пока ты прижимаешь меня к двери.

— Можно посмотреть на твои татуировки?

Драко просунул руки под его мантию.

— Эй! — вскрикнул Невилл, пытаясь вывернуться.

Драко наклонился и поцеловал его, желая выяснить, понравится ли ему.

Другой волшебник застыл, а через секунду начал отвечать на поцелуй.

Драко определённо понравилось.

С Гермионой будет ещё лучше, решил он.

Он отстранился, одним прыжком перемахнул к дивану и нетерпеливо посмотрел на Невилла.

Тот наконец выпрямился и нетвёрдым шагом подошёл ближе, после чего сел на приставной столик рядом с диваном. Бледный он был, как сова.

— Малфой, не целуй Гермиону так, хорошо? — наконец произнёс Невилл.

— Если захочу, то поцелую, — раздражённо ответил Драко. — Теперь она моя самка.

— Не думаю, что она смотрит на это так же, — сказал Невилл. — Эм… Человеческие брачные ритуалы немного сложнее, чем просто повалить кого-нибудь и трахнуть.

— Если я сейчас повалю и трахну тебя, разве ты не станешь моей парой? — насмешливо спросил Драко.

— Ладно, у меня есть некоторые… особенности, — быстро проговорил Невилл. — Это мы уже установили. Но Гермиона постоянно путается в том, хочет ли она что-то сделать или считает, что обязана это сделать. Поэтому нужно уважать её границы и обращаться с ней по-доброму.

— Я буду ею дорожить, — нетерпеливо сказал Драко.

— Ты собираешься меня слушать или нет? — строго спросил Невилл. — Потому что я уже состою с Гермионой в отношениях и, вероятно, знаю, как это делается. Не находишь?

— Я тебя выслушаю, — нахмурился Драко. — Но сначала покажи татуировки.

Волшебник ещё долго колебался. Драко уже начинала утомлять вся эта суета.

— Для меня сегодня очень странный день, — сказал Невилл и принялся снимать мантию.