Глава 3: Глава 3
Глава 3
310
0
Сидя по-турецки на кровати в посредственном гостиничном номере, Драко ковырялся в чипсах со вкусом начос, ради которых она потребовала заглянуть в магловский Лондон. Цвет у них был просто омерзительный, и он не совсем понимал, что это за оранжевая пыль, но на вкус они оказались вполне сносными. С «Лучшим от Огдена», бутылку которого они передавали друг другу, этот вкус сочетался отвратительно, однако приятный гул в голове позволял без труда закрыть на это глаза.
Даже в самых безумных фантазиях он не мог представить, что окажется в подобной ситуации: займёт половину кровати Уизли рядом с совершенно пьяной Грейнджер, которая в бальном платье развалилась на подушках возле него. Главным событием вечера до сих пор оставалось неохотное признание Грейнджер, что он и вправду был прав: тот огневиски действительно оказался дерьмом.
Они даже немного посмеялись — а это было самое нелепое занятие, которому Драко Малфой предавался за последнее время. И хотя когда-то он поставил бы неприличное количество галлеонов на то, что смех Грейнджер будет действовать ему на нервы, ничего подобного не случилось. Кажется, он ему даже нравился.
Она зевнула, высоко потянув руки над головой.
— Я официально устала. Подашь мне сумочку?
Он протянул её, прищурившись, когда она запустила руку по самый локоть в крошечный клатч и достала оттуда два маленьких флакона и шёлковую ночную сорочку цвета слоновой кости, почти не оставлявшую простора воображению.
Драко сглотнул.
Скатившись с кровати, Грейнджер направилась в ванную.
Покосившись на оставленные ею флаконы, он отметил, что она носила с собой отрезвляющее и противозачаточное зелья. Отрезвляющее было разумным решением: оно определённо поможет прояснить голову; через час она уже должна чувствовать себя почти нормально и завтра благополучно избежит похмелья.
Второй флакон сперва заставил его распахнуть глаза, но потом он решил, что это, вероятно, просто привычка. Он слышал, что противозачаточные зелья действуют лучше, если принимать их ежедневно, так что она, скорее всего, просто предохранялась от выводка маленьких Уизли.
Драко поднялся, расстегнул уже измятую белую рубашку и вытянул галстук из-под воротника. Позволив ткани соскользнуть с плеч, он поймал рубашку ладонями и уже собирался аккуратно её сложить, но передумал и небрежно бросил к изножью кровати. Брюки отправились следом.
Щёлкнула дверь, и он обернулся. Грейнджер вышла босиком; волосы были собраны на макушке в небрежный узел, а сорочка на тонких бретелях свисала с её стройной фигуры, едва удерживаясь на груди. При виде выступающих сосков у него скрутило живот, и он поспешно отвёл взгляд, тяжело сглотнув. Но этот образ упрямо лез обратно в сознание, и теперь он был опасно близок к тому, чтобы натянуть бельё стояком и тем самым выдать Грейнджер свои непристойные мысли.
— Ничего себе, — выдохнула Грейнджер, обходя его по широкой дуге.
Её шоколадные глаза прошлись по всей длине его почти обнажённого тела, и горячий румянец пополз от шеи до самых кончиков ушей.
Он сердито посмотрел на неё, изо всех сил пытаясь вернуть прежнюю уверенность. Стыдиться ему было нечего.
— Пялиться невежливо, Грейнджер.
— Ты… — Она умолкла; губы изогнулись в улыбке, когда она шагнула ближе. — Ты всегда таким был?
— Ты вообще о чём?
— Ой, да ладно, ты прекрасно понимаешь! — Она подняла палец, неопределённо обводя им его фигуру. — Кубики, бицепсы — вот это всё. Я всегда считала тебя тощим, как жердь, а ты, оказывается, очень подтянутым.
Драко ни единого дня в жизни не страдал от неуверенности в себе, и это новое ощущение ему совершенно не нравилось.
— Прекрати так на меня смотреть!
— Я просто сказала. — Она рассмеялась и примирительно подняла ладони. — Кто бы мог подумать? Долговязый маленький Драко Малфой с прилизанными волосами превратился в такого красавчика. — Она прищёлкнула языком, продолжая его дразнить, и забралась в постель.
— Когда ты пьяна, ты особенно невыносима, ты знала? — С пересохшим горлом он обошёл кровать и лёг рядом, вытянувшись на спине и уставившись в потолок, хотя она лежала на боку лицом к нему.
— Я серьёзно, ты хорош. Придурок, конечно, но хорош! — Она хихикнула, потянувшись за двумя флаконами и чуть выше подтянула колени.
Драко не поддастся и не станет смотреть на обнажившиеся несколько дюймов сливочно-белого бедра. Не станет.
Она зевнула, и поднесла первый флакон к губам.
— Но если серьёзно, спасибо, что согласился на это, Малфой. Я знаю, это незрело и нелепо. Знаю. Просто я была так… — Её голос дрогнул, и он понял, что она вот-вот расплачется.
Чувствуя себя совершенно не в своей тарелке, Драко попытался представить, что в такой ситуации сделал бы хаффлпаффец, и в итоге неловко похлопал её несколько раз по колену.
— Не стоит благодарности, Грейнджер.
Кровать слегка задрожала от её смеха, и она села, держа второй флакон между пальцами. Внезапно задребезжала дверная ручка, заставив их обоих вздрогнуть. Грейнджер ахнула и прижала обе руки к груди.
— ГЕРМИОНА! Я знаю, что ты там! — Уизли. Колотит в дверь посреди ночи, как последний влюблённый идиот. — Прости меня, любимая! Ты же знаешь, это ничего не значит; она для меня ничего не значила!
Глаза Гермионы округлились, плечи задрожали от нового приступа тревоги. Несколько мгновений она неподвижно слушала бессвязную болтовню Уизли, но наконец свесила ноги с кровати.
Драко охватило совершенно незнакомое, почти защитническое чувство, и он резко протянул руку, останавливая её.
— Я сам разберусь. А ты притворись, что спишь.
Она вскинула на него взгляд, затем заметно расслабилась и беззвучно прошептала губами: «Спасибо». Быстро откинувшись на подушку, она растрепала волосы ещё сильнее, а ночная сорочка сбилась набок. Ухмыльнувшись про себя, Драко протянул руку и спустил бретель с её плеча. Не открывая глаз, она улыбнулась.
Поднявшись на ноги, Драко слегка напряг мышцы живота — приятно было знать, что Грейнджер оценила их по достоинству, — упёрся одной рукой в стену, а другой приоткрыл дверь.
На пороге стоял Уизли: глаза опухли от давно высохших слёз, а при виде другого мужчины в своём номере рот так и остался открытым.
— Ах ты сук…
— Тс-с-с, тише, Уизел. — На губах Драко заиграла злая усмешка, и он быстро оглянулся через плечо.
— Я тебя, черт возьми, убью.
С обезумевшими, пьяными и полными ярости глазами Уизли порывисто шагнул к двери — и заметил свою ведьму в постели.
— Потише, невоспитанное ты животное. Мы ведь не хотим, чтобы мне пришлось вызвать охрану, правда? Кажется, мусор отсюда выносят только утром; не хотелось бы заставлять их делать для тебя особое исключение.
— Гребаный пожирательский отброс, как ты посмел её тронуть?!
Ярость вскипела в Драко, но он тут же её подавил. Губы на мгновение растянулись в тихом оскале, прежде чем снова сложиться в натянутую улыбку.
— Уж извини, но моя ведьма слегка утомилась после наших недавних приключений. Не мог бы ты заглянуть утром? Спасибо, приятель.
Он подмигнул и быстро захлопнул дверь.
Грёбаный ублюдок.
Выждав долгую минуту, Драко пересёк комнату и рухнул на кровать рядом с Грейнджер.
— Спасибо, — прошептала она, по-прежнему не открывая глаз.
Заложив руку за голову, он тяжело вздохнул.
— Он придурок, Грейнджер. Ты заслуживаешь лучшего.
Больше они не разговаривали. В конце концов её дыхание выровнялось, и она начала ворочаться во сне. Бретель, и без того едва державшаяся на плече, теперь сползла ещё ниже, открывая мягкую округлость груди. Отвести взгляд стоило ему почти физических усилий.
Здравый смысл подсказывал, что теперь он вполне может уйти: Уизли был унижен, Грейнджер благополучно уложена в постель. Но Драко не ушёл — и сам толком не понимал почему.
Драко снился самый чудесный сон. Мягкие губы скользили по его ключице, добрались до впадинки у основания шеи, а затем до уха.
Его окутывал запах жасмина и огневиски, непослушные кудри щекотали щёку — глаза распахнулись.
Гермиона Грейнджер сидела верхом на его бёдрах, прижавшись мягким телом к его груди.
Значит, не сон.
Словно по собственной воле, его ладони легли на верхнюю часть её бёдер и скользнули выше, к изгибам таза.
— Грейнджер, — сдавленно выговорил он, — нам не следует, ты же совершенно…
Её язык скользнул по его челюсти, пробуя кожу на вкус, пока она медленно приближалась к его губам. Из груди Драко вырвался стон, бёдра приподнялись ей навстречу.
— Мы не можем.
Казалось, его рот и разум действовали совершенно независимо друг от друга: ладони снова скользнули к округлостям её ягодиц и крепко сжали их.
Она тихо рассмеялась, её губы коснулись уголка его рта.
— Отрезвляющее зелье, Малфой. — Выпрямившись, она посмотрела на него сверху вниз: веки отяжелели, губы приоткрылись. — Но десять очков Слизерину за неизменное благородство.
Его член дёрнулся, в паху заныло; на поверхность хлынула целая лавина грязных подростковых фантазий, когда она задвигала бёдрами у него на коленях.
— Всё же…
Одна бесстыдная рука скользнула вверх по изгибу её талии, большой палец погладил мяглую округлость груди сквозь шёлковую сорочку.
— Ну же, Малфой. — Она улыбнулась ему сверху вниз, а её пальцы опасно зарылись в его чёлку. — Поживи немного. Это всего одна ночь.
Последние остатки его решимости увяли и умерли. Он резко сел, прижимая её тело к своему. Одна рука обхватила её за талию, другая зарылась в её кудри, а он накрыл её рот своим.
Черт, она оказалась даже лучше, чем он представлял.
Их языки соприкоснулись в безумном танце, пока она вращала бёдрами и обвивала его руками.
А потом они, словно сорвавшись с цепи, заметались друг с другом — толкаясь и притягивая, цепляясь зубами и ногтями. Быстрым движением он перевернул её на спину и устроился между её ног, прижимаясь к её центру, пока она высоко подтянула колени к его бёдрам. Его руки не переставали блуждать, изучая новые изгибы её тела, пока её спина выгибалась над матрасом, а ткань ночной сорочки поднималась всё выше.
Её возбуждение испачкало его белье, заставляя напрячься до болезненной твёрдости. С отчаянной поспешностью, которой сам от себя не ожидал, они избавились от одежды. Единственное, о чём он сожалел, — что не мог позволить себе время как следует насладиться видом обнажённой и извивающейся под ним Гермионы Грейнджер, когда прижался к входу в нее.
Их взгляды встретились. Её грудь быстро вздымалась и опускалась.
Казалось, это был важный момент — тот, после которого всё необратимо изменится. Он заслуживал паузы. Её глаза сверкнули, и она пошевелилась под ним, тонкие пальцы обвились вокруг его ягодиц и потянули его внутрь.
С его губ сорвался низкий стон, веки затрепетали и закрылись, когда тепло и давление её плоти сомкнулись вокруг него.
Черт, он долго не продержится.
Он задвигался внутри неё, резко подаваясь бёдрами вперёд, а она приподнималась над матрасом, двигаясь ему навстречу.
— Драко, — протяжно застонала она, проводя длинными ногтями по его спине и заставляя его поморщиться.
Он просунул руку между их телами, нащупал вершину её складок и коснулся её уверенным, целенаправленным движением, пока она не сжалась вокруг его члена, не достигла пика и не рассыпалась под его прикосновениями.
Когда её тело расслабилось, он с облегчением застонал и вошёл в неё с новой силой, отчаянно желая кончить внутрь.
Ощущение её груди, прижимающейся к его груди, и её губ, сомкнувшихся на его шее, окончательно лишило его самообладания. Он излился в неё, впиваясь пальцами в её задницу и находя её рот своим.
Когда силы покинули его, он перекатился на бок и рухнул рядом, пытаясь восстановить дыхание.
Чёрт, он только что трахнул Гермиону Грейнджер.
Справа от него она выглядела совершенно довольной собой: прикусила губу, сдерживая улыбку, придвинулась ближе и свернулась рядом с ним.
Он рассеянно провёл пальцем вверх и вниз по её позвоночнику, пока её ноги еще переплетались с его.
Она ведь приняла второе зелье?
Разумеется, приняла.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!