Глава 1: Часть 1

Ночь. Свет двух взошедших лун освещает планету, на которой снова установился мир. Надолго ли? Падме сидит на широком подоконнике, притянув колени к подбородку и смотрит вниз. Недавно были похороны Квай-Гон Джинна. А до этого — смерти многих мирных граждан ее планеты. Она знала, что эта война изменила ее — а как иначе? Четырнадцатилетняя девочка столкнулась с несправедливостью и жестокостью, с миром, который был совсем не похож на ее идеалы. Миром, в котором не было справедливости.

«Республике было все равно». Она крепко зажмурилась, снова вспоминая Сенат и равнодушие окружающих. Страдания отдельной планеты для них ничего не значили. Правильно ли она поступила, выдвинув вотум недоверия Валоруму? Теперь она не знала. Та Падме еще верила в какую-то справедливость. А эта… нет.

— Справедливости нет, — прошептала она одними губами. Она не может сказать это никому — даже близким подругам. Королева не должна сомневаться — это закон. И остается только ночь, чтобы переживать в одиночестве, чувствуя собственное бессилие и беспомощность перед всей галактикой. Но…

«— Мама, ты же сама говорила, что все проблемы в этой галактике от того, что никто никому не помогает, — светловолосый мальчик умоляюще смотрит на молодую еще женщину в простой одежде. И Падме удивляется, видя гордость на ее лице. Гордость за сына».

Падме будто очнулась. Конечно, как она могла забыть! Шми Скайуокер, мама Энакина, все еще в рабстве. А она в долгу перед Энакином. И… освободить ее будет справедливо. И правильно. Юная королева впервые за долгое время искренне улыбнулась, принимая решение. Даже если вся галактика несправедлива, она сделает то, что правильно. Ради себя и своего народа, который надеется на нее. И ради Энакина.

***

Она хотела сама отправиться на Татуин, первой увидеть Шми, но… Панака встал насмерть. Начальник охраны так категорично возражал, что у Падме не хватило духу настаивать. Особенно после того, как она вспомнила, что в прошедшей войне погиб его брат.

— Тогда я надеюсь на тебя, — только и смогла сказать она, смиряясь с неизбежным. Панака слегка скривился, но тут же склонился в поклоне, прижимая к груди правую руку.

— Я не подведу вас, Ваше Величество, — Падме смотрела, как он исчезает за дверью и понимала, что так и будет. Несмотря на недовольство, он выполнит приказ. Королева задумчиво посмотрела в окно.

«Надеюсь, что Шми понравится Тид». Она любила свой город и свою планету. И даже сейчас не жалела о том, что сражалась за них. Она могла погибнуть — легко — но смерть уже не казалась ужасной.

Королева Амидала уселась поудобнее, готовясь к новому дню, заполненному государственными делами. Она сделает все, чтобы ее планета процветала.

***

Встречать Панаку, который возвратился с Татуина, Падме сбежала тайком. Естественно, в одежде служанки — чтобы никто не догадался. Ну, и чтобы не смущать Шми — та ведь считала ее простой девочкой и Падме почему-то не хотелось, чтобы та относилась к ней по-другому.

— Подождите здесь, госпожа Скайуокер. За вами придут, — судя по голосу, Панака был немного раздражен. Падме немного удивилась — ее строгий начальник охраны всегда контролировал свои эмоции и она могла вспомнить считанные разы, когда он выходил из себя. Девушка дождалась, когда его шаги стихнут в отдалении и скользнула к входу в комнату.

И замерла на месте. Шми Скайуокер сидела на низком диванчике, выпрямив спину и глядя прямо на нее. У Падме мелькнула мысль, что она услышала ее шаги — несмотря на мягкую обувь. Но потом мысли вылетели из головы. Этот взгляд, такой пронзительный… у девушки вдруг закружилась голова и она оперлась рукой о стену, чтобы не упасть.

— Падме? Это ты? — услышала она удивленный голос женщины и в следующее мгновение почувствовала, как чужие руки подхватывают ее и ведут куда-то в сторону. Опустившись на мягкую поверхность дивана, Падме непроизвольно вздохнула и почувствовала себя лучше.

— Я так рада видеть вас, Шми! — еще на Татуине они привыкли общаться более непринужденно. И сейчас девушке не хотелось ничего менять. Она увидела удивленную улыбку на лице женщины.

— А я-то думала, что это значит, — Шми покачала головой, смотря на Падме. И тут на лицо набежала тень тревоги. — А что с Энакином? Он… в порядке?

— Ваш сын настоящий герой, — Падме искренне улыбнулась. Вспоминать об Энакине было приятно. Тем более, она и ее планета обязаны ему за победу в войне. — Он помог победить нам в прошедшей войне. Вы можете им гордиться.

— Я и так горжусь им, — Шми снова улыбнулась. Слова Падме явно успокоили ее. — А где он? Я думала, что он станет джедаем, как обещал Квай-Гон Джинн.

— Мастер Джинн погиб, — молодая королева погрустнела. Она еще не могла привыкнуть к мысли о том, что многие из ее знакомых погибли. — Но Энакин стал учеником джедая — падаван Квай-Гона стал его учителем. Они улетели с Набу десять дней назад.

— Вот как, — Шми замолчала, что-то обдумывая. Падме тихо сидела рядом, вспоминая прошедшую войну. Если бы не Энакин, все могло бы закончиться хуже. Она хотела хоть чем-то отплатить ему.

— Шми, я хотела поблагодарить Энакина за все, что он сделал, — Падме наконец решила все объяснить сидящей рядом женщине. Может, она сможет понять ее… — Поэтому я отправила Панаку выкупить вас. Вы теперь свободный человек.

— Спасибо, Падме, — Шми тепло посмотрела на нее. Казалось, она совсем не удивилась ее словам, хотя Падме точно помнила, что не говорила о том, кто она такая. Может, Панака рассказал? — Я так рада, что Энакин помогает людям. Для меня это очень важно.

— Тогда… может, вы согласитесь остаться? Во дворце есть работа, и мы сможем общаться, — Падме вдруг поняла, что хочет, чтобы Шми осталась рядом с ней. Может, как воспоминание об Энакине или просто, как человек, с которым можно поговорить…

В этот раз Шми Скайуокер молчала дольше, смотря на нее. А потом… улыбнулась. И Падме поняла, что все будет хорошо. Потому что справедливости в этом мире стало больше.

— Спасибо, Падме. Я согласна.