Глава 17: Глава 16

— Ты долго, — Палпатин даже не повернулся, услышав шорох открываемой двери. Зачем? Он и так знает, кто там. Раздался негромкий вздох.

— Не придирайся. Ночь только началась, — Энакин прошёл в комнату и сел на диван. Учитель все так же стоял, рассматривая ночное небо. Иногда Скайуокера раздражала эта его привычка. Но он опять ничего не сказал. — Я же пришёл.

— Хамишь, ученик, — голос Дарта Сидиуса лязгнул металлом. Он наконец повернулся и посмотрел на юношу в упор. Энакин опустил глаза. Учитель всегда требовал абсолютного послушания. И его методы запоминались надолго.

— Простите, учитель, — без раскаяния. Но с почтением в голосе. Дарт Сидиус удовлетворено кивнул. Уже хорошо.

— Хорошо, — вслух сказал он. — Я прощаю тебя.

Энакин вздохнул про себя. Он еще не был готов бросить вызов своему Мастеру. Но именно в такие моменты ему хотелось познавать глубины Силы более ревностно — чтобы быть свободным…

— Я позвал тебя, потому что у нас возникла проблема, — Палпатин говорил так, будто ничего не заметил. Хотя это, конечно, было не так. Старый ситх видел и понимал слишком многое. — Точнее, у Падме Амидалы.

— Падме? — Энакин вскинул голову, стараясь рассмотреть выражение глаз учителя. Но полутьма комнаты помешала ему. Молодой ситх в волнении сжал кулаки. Раньше учитель никогда не говорил о Падме таким тоном. Что же изменилось? И он так и не успел с ней поговорить…

— Это политика, ученик, — Палпатин сел на стул и оперся локтями рук о столешницу, переплетая пальцы. Знакомый жест немного успокоил Скайуокера. Юноша расслабил напрягшиеся мышцы.

— Я не политик, — заметил он. И это была правда — несмотря на искусство общения, молодой человек так и не смог овладеть мастерством интриги.

— Я знаю, — усмехнулся Сидиус. — Но дело не в этом. Новый законопроект, который она продвигала под моим руководством встретил оппозицию. И теперь ей грозит лишение полномочий сенатора — в лучшем случае.

Энакин замер. Если Падме уйдет из политики, то ей придётся вернуться на Набу. И их отношения прекратятся — учитель не отпустит его. Да и он сам — уйдёт ли? Юноша закусил губу.

— И что вы решили? — осторожно спросил он. Теперь все зависело от решения учителя.

— Ситуация непростая, — Сидиус говорил размеренно, будто озвучивая вслух свои мысли. — Любое решение практически будет признанием вины. А это угроза и моему положению как канцлера Республики.

— Этого достаточно, чтобы объявить вотум недоверия? — Энакин помнил, как учитель сам пришёл к власти. Неужели, нашёлся кто-то, кто сможет это повторить?

— Нет, — Палпатин слегка улыбнулся. — Более того, у меня есть компромат на этих заговорщиков.

— Тогда в чем проблема? — не понял Скайуокер. Сначала учитель говорит, что все плохо, а теперь — все можно решить. Зачем? — Если все можно решить так, зачем вы сказали…

— Потому что необходимо решить вопрос с Падме Амидалой, — оборвал Сидиус. Он наблюдал за лицом Энакина — тот сначала покраснел, затем побледнел. И тогда он продолжил. — Это подходящий момент решить вопрос ее лояльности ко мне.

— Но ведь она и так на нашей стороне, — немного удивился Скайуокер. Ему показалось, что учитель слишком уж мудрит.

— Она на моей стороне как канцлера Палпатина и только пока есть выгоды для Набу. Она знает, что я ситх, но пока закрывает на это глаза, — уточнил Сидиус. — Но эта ситуация хороший повод решить этот вопрос раз и навсегда. Мне нужна ее личная преданность.

— Ну и как этого добиться? — Энакин улыбнулся, припомнив слова учителя. — Ведь нельзя же заставить быть преданным силой?

— По-настоящему — нельзя, — согласился старый ситх. — Вот поэтому я тебя и позвал. Ты должен предоставить ей выбор. Или она с нами, или… нет.

Энакин понял. И снова почувствовал дурноту. Как оказалось, к такому радикальному решению он готов не был. В отличие от Палпатина. И ведь никуда не денешься!

— Почему я? — он уже знал ответ. Учитель все делал вовремя. И давно уже намекал ему о том, какой выбор ученик должен сделать.

— Ты знаешь… Дарт Вейдер.

Да, он знал. Дарт Вейдер молча поклонился и стал с дивана, направляясь к двери. У него оставалось совсем немного времени, чтобы подготовиться…

Палпатин проводил его взглядом. Ситхи обучали своих учеников очень жестко. Но это всегда приносило только пользу. И потому старый ситх не волновался.

***

Их место. Одинокая площадка на Верхнем Уровне. Отсюда открывался самый лучший вид на Корускант. Именно здесь они впервые решили быть вместе.

— Энакин, что это? — Падме с восторгом смотрела на город, который заходящее солнце окрасило золотистыми цветами. Даже живя на Корусканте несколько лет, она не видела такого вида. Это было… завораживающе.

— Я нашёл это место неделю назад, — семнадцатилетний юноша довольно улыбался, видя реакцию Падме. Именно такого эффекта он и добивался. — Когда летал по городу…

— И улетал от дорожной полиции? — лукаво улыбнулась молодая женщина. Она знала манеру езды приёмного сына канцлера.

— Возможно, — ухмыльнулся тот, не отпираясь. Скайуокер подошел к ней и стал сзади, любуясь не только городом, но и красотой Падме. Она смутилась, заметив его восхищенный взгляд.

Энакин уже говорил ей комплименты и даже намекал на то, что они могли бы встречаться… Падме льстило его внимание. К тому же, они давно знали друг друга. Но она пока ничего не говорила ему в ответ.

— Падме… — он вздохнул, набираясь решимости. Сердце заколотилось быстрее. — Давай встречаться!

— Эни… — она отвернулась, смотря на роскошный вид. Только теперь не замечая его. Предложение юноши неожиданно взволновало ее. — А как же твой отец?

— Он не будет против, — убеждённость в его голосе подкупала. Женщина поняла, что ей хочется ответить. В конце концов, почему бы и нет? Они же давно знакомы…

— Да, — она широко улыбнулась, видя восторг на его лице. И, не выдержав, счастливо засмеялась, слыша, как ей вторит его смех.

Падме улыбнулась, вспомнив ту сцену. Да, это было больше года назад. И за это время она ни разу не пожалела об этом решении. Хотя, наверное, она стала слишком эмоциональной — Палпатин прав. Все же странно, что Энакин оказался ситхом… она оборвала мысль. Сегодня они выяснят все до конца. И станет ясно, будет у них будущее или нет.

Тонкий звук подлетающего спидера привлёк внимание. Так и есть — Энакин. И снова лихачит. Крутой вираж — и спидер аккуратно опустился на площадку рядом с ней. Юноша сразу выпрыгнул из кабины.

— Падме! — она подалась ему навстречу, обнимая. И чувствуя, как его руки сжимаются вокруг нее. Мелькнула мысль — хорошо бы это мгновение не кончалось. Но Энакин уже немного отстранился, держа руки на ее плечах. — Я рад тебя видеть.

— Я тоже, — улыбнулась она. Потом молодая женщина вздохнула. — Эни, мне нужно тебя спросить…

— Да? — он отступил на пару шагов назад, убирая руки. И взгляд… будто о чем-то догадываясь.

— Я говорила с Палпатином, когда ты уезжал, — она ненадолго остановилась, но юноша молчал. И продолжила. — Эни, скажи, ты — ситх?

— Вот оно что… — Энакин криво улыбнулся. Случайно ли учитель забыл сказать ему об этом? Или нет? Он посмотрел на Падме — молодая женщина ждала его ответа, от волнения закусив губу. Он склонил голову набок. — А если да?

«Да». Хотя она ждала этого, все равно ответ ошеломил. Падме обхватила себя руками, чувствуя внезапную дрожь. И злясь на себя — почему только с Энакином она ведёт себя как глупая девчонка?

— Ты думаешь, что я не могу любить? — голос раздался совсем рядом. Она и не заметила, как Скайуокер подошел к ней вплотную. И положил руки ей на плечи. Падме почувствовала, как по телу прокатилась волна тепла.

— Это правда, — почти прошептала она. Энакин владеет Силой. Но… Падме вскинул на него глаза, когда последние слова дошли до сознания. — Если ты ситх, то не можешь…

— Могу, — он сжал пальцы. — Но по-другому.

— По-другому? Что это значит? — удивилась женщина. Энакин говорил так серьезно… и непонятно. Хотя она чувствовала, что в его словах ей какой-то особый смысл.

— Это значит, что я не могу выбирать между тобой и Силой. Но если ты будешь со мной, выбирать не придётся, — именно это он и решил. Он не оставит Падме. Если она не оставит его. Так просто…

— Но… я же и так с тобой, — не поняла она. Но Скайуокер качнул головой.

— Ты готова быть со мной, зная, кто я? Несмотря ни на что?

Падме замерла. Теперь она поняла. Любовь ситха… эгоистична. Он требует от нее всей любви, без остатка. Женщина в замешательстве опустила голову. В голове проносились обрывочные мысли, оставляя чувство растерянности. Она поняла, что не знает.

— Я… не знаю, — Амидала вздрогнула, почувствовав, как пальцы Энакина больно впились в ее плечи. Она вскинула голову, но сказать ничего не успела. Его глаза заслонили окружающий мир. И мир потемнел.

Энакин бережно подхватил женщину, потерявшую сознание, и аккуратно положил на сиденье ее спидера. Отступил на шаг, любуясь.

— Когда я впервые тебя увидел, то подумал, что встретил Ангела, — прошептал он, чувствуя, как сжимается сердце. Он видел ее мысли глубже, чем она сама. И знал, что она не сможет принять его сейчас тем, кем он является. Но… он все равно сохранит ее для себя.

Он повернулся и пошёл к краю площадки. Воспоминания о проведенном времени с ней мелькали перед глазами, укрепляя его решимость. Энакин Скайуокер сел в свой спидер и резко стартовал, не оглядываясь.

***

— Сенатора от Набу Падме Амидала доставили в частный медцентр три часа назад. Медики не могут определить причины комы, но прогноз неутешительный…

Он щёлкнул кнопкой и изображение репортёра погасло.

— Я удивлен, — Палпатин смотрел прямо на ученика. Энакин сидел прямо, смотря на выключенный голо-визор. О чем он думал не составляло труда понять. — Все же, ты оставил ей шанс.

— Смерть — не всегда лучший выход, — Энакин прикрыл глаза, чувствуя, как бурлит Сила вокруг него. Теперь он стал на шаг ближе к своей цели. Путь ситха. А когда он достигнет вершины… она встанет рядом с ним.

— Ты прав, — неожиданно согласился Сидиус. Он довольно улыбнулся. Ученик все же смог перешагнуть эту преграду. — И я доволен тобой.

— Спасибо, учитель, — Вейдер наклонил голову, выражая уважение. Теперь, когда он лучше понимал путь Темной Стороны, действия учителя не казались ему несправедливыми. Наоборот, он чувствовал благодарность. Он посмотрел на Палпатина. — И что будет теперь?

— Теперь? — канцлер покрутил в руках стило, делая вид, что раздумывает. — Политически все нейтрально. Оппозиция заморозит проект Падме. И мне придётся это допустить — ещё не время конфронтации.

— А кто входит в оппозицию? — небрежно спросил Энакин. Но рука сжалась, выдавая волнение.

— Хм, — Палпатин задумался. Стоит ли ему говорить? Но решился. — За всех говорил Бейл Органа.

— А остальные? — прищурился юноша. Учитель явно не хотел говорить всего. Догадался?

— Они мне еще нужны, — усмехнулся Сидиус. Энакин разочаровано поджал губы. Неужели учитель считает, что он настолько примитивен? Но возражать не стал. Он может начать и с Органы.

— Спасибо, учитель, — они ещё некоторое время сидели, наслаждаясь тишиной. И строя планы.

***

Оби-Ван стоял на одном из многочисленных балкончиков Храма. Но отнюдь не для того, чтобы полюбоваться на закат. А чтобы подумать в тишине.

А подумать было о чем. Недавно в его жизни произошло много событий. И Сила свела его с разными людьми.

Энакин Скайуокер — приёмный сын канцлера. На поверхности типичный мажор и представитель «золотой молодежи». Любитель лихачить за рулём и весёлый парень. Но в глубине… мечтатель, стремящийся к своей цели. Умелый боец и, возможно, хороший друг. Оби-Ван хмыкнул, поймав себя на последней мысли. Это он хотел, чтобы они стали друзьями. А как оно будет…

Асажж Вентресс. Таинственный инструктор боя на мечах. Владеет Силой. И вообще, очень интересная особа. Он был не против узнать ее немного ближе…

И, наконец, Падме Амидала. Бывшая королева Набу, ныне сенатор. Она несла в себе напоминание прошлого. Воспоминания о том, как изменилась его жизнь. И молодой джедай не хотел снова об этом забывать.

Он вернулся мыслями к тому, что услышал в новостях. «Падме Амидала в коме». Кеноби помнил, как совсем недавно говорил с ней. И она была здорова. Что же случилось? Он понял, что не успокоится, пока не разберётся.

Мужчина задумчиво провел пальцами по комлинку. Но так и не нажал кнопки. Нет, он не будет спрашивать Энакина. Лучше он навестит ее в медцентре. А потом, если Сила подскажет, поговорит со Скайуокером.

Цель придаёт жизни смысл. Ещё недавно у Оби-Вана не было даже маленькой цели. Но теперь все изменилось. Джедай решительно направился к выходу. Если он поторопится, то ещё успеет.