Глава 8: Глава 8 Встреча с тёмной стороной

Когда дверь прошлого вдруг распахнулась перед ведьмой, она почувствовала, как холодный пот выступает у неё на лбу. Вихрь мыслей закружил её в памяти, унося далеко назад — туда, где мир казался ещё целым, уверенным, а доверие было основой отношений. Сейчас же всё разрушилось, словно стекло, разбитое о реальность. Сомнения и злость боролись внутри, но ведьма понимала, что в этой ситуации невозможно остановиться. Прошло два дня, как она раскрыла тайну, которая могла уничтожить всё, чем она дорожила, и сейчас у неё появился единственный шанс — использовать это знание как козырь, чтобы одержать победу или защитить то, что осталось. Она знала, что Рита могла находиться на кладбище, потому что именно туда часто сбегала, чтобы укрыться от тревог или поразмышлять в тишине. Время было глубокой ночью, и большинство людей уже спало, что делало эту встречу ещё более скрытной и опасной. Для девушки такие места не были чужды — в детстве она часто приходила сюда, что сделало её менее тревоженной перед возможным столкновением. На кладбище было тихо, только звёзды мерцали в небе, а воздух пропитывался запахом свежей земли и забвения. Её предсказуемая приёмная мама уже ждала её там. Увидев её, Нова сдерживала желание задушить прямо сейчас, ведь у неё внутри бурлили эмоции, она чувствовала гнев и разочарование. Но, проявив маску безразличия, женщина улыбнулась и приветливо протянула руку, скрывая свои настоящие чувства. Она понимала, что эту встречу нельзя было пропустить, она должна была завязать разговор, чтобы понять всё и подготовиться к дальнейшим действиям.  

— Не ожидала, что ты захочешь встречи, — произнесла женщина. Ее голос звучал спокойно, будто бы она уже заранее знала, что такое может произойти, и уверенность в себе передавалась через каждое слово. Она, как и всегда была уверена в своих силах, держала стержень, несмотря на внезапность ситуации.  

— А где Петар? Давно не преследовал меня, — сказала она, вспомнив о прошлом, и в её взгляде мелькнуло чутье на подвох. Воспоминание о том, как мужчина всегда был рядом, означало возможную засаду.  

 — Он? — на лице женщины промелькнуло удивление, но мгновенно она его подавила, словно скрывая что-то важное. — Я его не видела с тех пор, как он начал выполнять грязные поручения магистериума. Он исчез, как тень, и это меня не радует.  

— Браво! — не сдержавшись, Нова похлопала таланту вранья. — Ты превосходная актриса, но дело вот в чём. Ты почистила своё прошлое, прошлое мамы, но не своего любовника. 

—А ты смышленая. — Хоть какие-то проблески доброты окончательно покинули ведьму, обнажая гнилую душу. —Видимо влияние твоей компашки так помогает, но родная я разочарованна. Жалкий поваришка, который плачет по предательнице ведьм и священник.  

—Предаёшь ведьм только ты. — Призвав энергию, она направила её на оппонентку, а та неожиданно улетела в могильную плиту. Вместо ответной атаки, она поднялась, отряхивая бежевый костюм от грязи, и добавила:  

—Думаешь, переиграешь меня? В тебе мои знания, а значит, без них ты пустышка. Желание стать человеком слишком засело у тебя, а я лишь помогу тебе. — Хоть девушка и не подавала виду, эти слова задели её за живое, и в глубине души она почувствовала, что именно за этим стоит вся её борьба, вся её надежда и страх. 

— Ты не получишь эти силы. — Глаза ведьмы наполнились светом, призывая энергию для очередной атаки. Её голос звучал словно шёпот ветра, пропитанный злом и отмщением. Лучи магической энергии соединились в её взгляде, способном растворить любое сопротивление. В этот момент, кажется, сама природа затаила дыхание, собираясь наблюдать за схваткой двух сильных противников.  

— Как тебе сон? — услышала она внезапный голос ведьмы. Эти слова прорвались сквозь напряжённую тишину и заставили девушку остановиться, словно удар молнии по груди. Колдунья, будто играющая с судьбой, улыбнулась и добавила:  

— Реалистично было? Пойдёшь против меня, и твой благоверный труп!  

Основные слова её сказаний резонировали как смертельная угроза, и Нову охватил холодный пот. В этот момент ведьма исчезла в пелене глубокого тумана, оставляя после себя только ощущение зловещей пустоты. Девушка осталась стоять одна, посреди могил, погружённая в размышления о услышанном. Она понимала, что каждое слово ведьмы — не просто вызов, а напоминание о нежданных опасностях, скрывающихся в тени. Глубоко вздохнув, она подняла голову и решила продолжать путь, зная, что ей предстоит столкнуться с ещё более страшными испытаниями. Могила невинных становилась символом её внутренней борьбы — битвы за свою судьбу и за право жить полноценной жизнью, свободной от страха и теней прошлого. 

Направляясь домой, она медленно шла по улицам, знакомым до боли — каждое здание, каждый камень, каждая трещинка на асфальте были для неё как старая песня, что звучит в сердце. Это место было одновременно родным и чужим — однажды здесь она обрела семью, которая дарила ей тепло и поддержку, а теперь здесь же потеряла их, оставшись сама с воспоминаниями, что порой казались тяжелым грузом. Вдохновленная мыслями, она прошла мимо знакомой булочной, хотя часы показывали уже за полночь. В это время здесь работали круглосуточные пекарни, и запах свежеиспеченного хлеба витал в воздухе. Она купила у них сладкую плюшку — этот небольшой кусочек счастья напомнил ей о простой радости жизни. С улыбкой на губах она подумала, что сейчас она туристка, гуляющая по загадочным улицам Ватикана, мечтая о далёких странах и чудесах. Эта мечта казалась настолько живой, что хотелось верить, будто всё происходит наяву, и каждая её клеточка полна надежды. Очередные шаги привели её к дому, и на его крыльце она заметила Ренато. Он сидел на ступеньках, внимательно рассматривая цветочный сад, словно пытаясь понять что-то важное в его тёмных листьях и ярких цветах. Судя по его виду, он здесь давно и, похоже, именно её ждал. Девушка тихо присела рядом, протягивая ему кусок булки. Парень удивлённо посмотрел на неё, словно не ожидал этого жеста, но всё же взял угощение. В его глазах разгорелся теплый свет, и в этот момент казалось, что всё вокруг замедлилось, чтобы запечатлеть этот момент.  

— Я встретилась с ней, — нарушив тихую идиллию, произнесла девушка, смотря на собеседника. Её голос был полон противоречивых чувств: на одном берегу — разочарование и брезгливость, а на другом — грусть и усталость. Она словно пыталась оправдать свои чувства, показать, что её встреча оставила след в сердце, хотя и был он не самым приятным. В её взгляде читалась внутренняя борьба: с одной стороны — желание выразить свою неприязнь к тому, что произошло, а с другой — понимание, что возможно, всё не так однозначно, и за этим поступком кроются более глубокие мотивы. — Это было мерзко, — добавила она, с вызовом и одновременно с примирением в голосе. Её слова словно подтверждали то, что внутри кипело: разочарование и неприятие ситуации. В её собственных глазах светилась искра боли, ведь встреча с той, кто причинил ей боль, была не просто событием — это был удар по её внутреннему миру, призыв к переосмыслению происходящего. В этот момент она чувствовала себя уязвимой, ведь правда, которую она озвучила, означала признание того, что зло было очевидным, будто бы оно оставило свой след в её душе. 

— Она лишила меня всего, но продолжает считать себя кукловодом, — прошептала девушка, её голос дрожал от накопившейся обиды. В её глазах читалась тень бессилия. Она вновь прокручивала в голове слова её угроз: что Ренато следующий, что она обещала убить его, если она ослушается. Эти угрозы словно острые кинжалы, вонзавшиеся в сердце, заставляли её дрожать и чувствовать себя уязвимой перед лицом опасности. Парень, заметив её состояние, аккуратно приобнял её за плечи, мягко прижимая к себе. Его рука была тёплой и уверенной, а взгляд — полным защиты. Он вложил в свой голос всё тепло и искренность, чтобы убедить её: 

 — Она не навредит мне, обещаю. — Каждое слово было произнесено с искренним намерением дать ей ощущение безопасности, чтоб она смогла почувствовать, что его поддержка — это кирпич, на который она может опереться в трудные мгновения. Однако слёзы по её щекам катились рекой, катастрофически жгучие и чувствительные, словно они выражали всю глубину её вины и страха. Внутри неё боролись опасения и надежда, и ей было сложно поверить в его слова, ведь её разум всё ещё был захвачен мыслями о возможной угрозе со стороны Риты. Она боялась, что обещание не сдержит время, и вся тревога внутри нее не отступит, пока реальность не покажет иное, пока она не убедится собственными глазами. Ответственность за чью-то жизнь, за собственное спокойствие — это тяжкий груз, особенно когда вера в безопасность растает под давлением реальных опасностей и угроз. Она искала в его словах уверенность, но внутри всё ещё звучал голос сомнения, шептавший, что всё может завершиться иначе. 

Помогая подняться, Ренато проводил её в комнату, проговаривая: 

— Тебе нужно поспать, а утром начнём поиски первого камня. — Стоило ему направиться к выходу, как ведьма окрикнула его.  

— Нет, останься со мной, пожалуйста. —  Когда она тихо прошептала эти слова, в комнате воцарилась особая тишина, словно весь мир затаил дыхание. Её голос прозвучал едва слышно, но внутри скрывался такой теплый и искренний посыл, что он словно заполнил каждую частичку пространства между ними. В ее глазах читалась искренность и легкая тревога, ведь она не ожидала, что решится на такой шаг.  

Ренато, слушая её, ощутил, как заполняет внутри легкое волнение, но одновременно — и приятное спокойствие. В его сердце словно зажглась маленькая искра надежды. Он мог понять, насколько важным было для нее это предложение. Он понимал, что даже если это предложение кажется ей неожиданным, он хочет быть рядом. Его ответ прозвучал тихо, с теплотой и уважением:  

—  Всё хорошо. Я останусь. — В этих словах не было ни капли сомнения — лишь уверенность и желание поддержать её, стать её опорой в этот важный момент. 

Они неспеша сняли обувь, мягко скользнули по полу, и каждый нашёл угол на кровати, где мог отдохнуть, погружённый в свои мысли. Взгляд обоих был тихим и тёплым, словно в них скрывалась нежность и понимание. Ведьма любоваться его лучезарной улыбкой, при этом её глаза мягко светились лаской. Она протянула руку, легонько проводя пальцами по его щеке, усыпанной мелкими веснушками, будто запечатлевая этот момент в своей памяти. Он смотрел на её левое запястье — там была отметина, знак той, кем она являлась, — словно подтверждение её истинной сущности. Чтобы не нарушить тёплую гармонию, он едва слышно прошептал: 

 — Можно? Она кивнула в ответ, дать разрешение. Тогда он аккуратно взял её запястье, приблизил его к своим губам и осторожно поцеловал шрам. Этот жест — знак его принятия и уважения к её магии, к её силе и тайнам. Почувствовав его нежность, она ощутила на себе тёплые мурашки по телу, и внутреннее волнение вновь наполнило её сердце: 

— Я погублю тебя.  

— Это нет так. — Священник продолжил, словно в молитве: — Ты мой свет, а не погибель. На мгновение она взглянула на него, и, погруженная в сонные мысли, тихо прошептала: 

 — Доброй ночи, Ренато. Он нежно потянулся к ней — и, прежде чем сон полностью охватил её, поцеловал в лоб, запечатлевая этот момент единения и спокойствия. 

Утром их встретила ехидная ухмылка Хорхе, но тот тактично промолчал, не желая смущать друзей. На столе их ждали горячие тосты, а на доске висела та самая карта с трилистником. Пока ведьма и священник уплетали завтрак, их приятель начал речь:  

— Считаю, что зелёный камень будет более лёгкой добычей. Здесь три церкви. Мы можем обыскать все, но мне не дает покоя мысль. — Он ткнул пальцем на зеленую точку, которая находилась в углу трилистника. — Эта церковь — заброшенная около века, но никто так и не занимался реконструкцией. Я могу быть не прав, но мне кажется, что именно там стоит поискать. 

— Это хорошее место для хранилища, — задумчиво произнёс Ренато. — Тут редко кто просачивается, стены достаточно крепкие, а потайные проходы и скрытые комнаты — идеально для тайника.  Он сделал паузу, положил руку на плечо ведьмы и добавил: — Да и охрана тут минимальна, разве что пара полузаброшенных коридоров, да старинные ловушки. В этом и заключается преимущество — никто не ожидает, что за этими ржавыми дверями что-то спрятано.  

Хорхе, рассматривая карту и вздыхая, достал из кармана пузырёк с ярко сиреневой жидкостью и протянул колдунье.  

— А это тебе, — сказал он. — Патриция говорила, что это зелье не даст другим ведьмам вычислить тебя. Время тут — твой союзник, но меры предосторожности вовсе не помешают. Чтобы твоя чокнутая преследовательница не помешала нам.  

Покрутив баночку с неизвестным содержанием, она сомневалась, но всё же открыла выпив залпом. Хотелось скривиться от противного вкуса, но, чтобы не обидеть друга сдержала порыв.  

Собравшись, они направились по нужному адресу. Волнение охватывало всю группу, но ни старались стать опорой для каждого из них. Прибыв к точке, где стояла злополучная заброшенная церковь, они оглядели окрестности. Никого не было поблизости, поэтому приняли разделиться. 

Собравшись у массивных деревянных ворот, покрытых мхом и паутиной, они осторожно оттолкнули их и вошли в пыльный притвор. Звуки стука их сапог отдавались эхом по всему зданию: разбитые витражи пропускали лишь тусклый свет, играющий на бледных барельефах святых. Внутри раздвоился коридор: налево вела лестница к колокольне, прямо — в главный зал под обвалившейся церковной крышей, направо — узкая каменная дверца в подземный ход. Сердца билось учащённо, каждый из них ощущал прилив адреналина и лёгкую дрожь в коленях.  

Ренато остался в главном зале. Он шагнул на плиточный пол, усеянный осколками камня и коркой пыли. Под одним из поломанных лаков он заметил едва заметную выбоину, словно след от тяжёлого рукоделия. Он опустился на колени, собрал по краям небольшой мусор и свет фонаря выхватил из мрака едва различимую надпись: символ, похожий на круг, перечёркнутый двумя линиями. Сердце подсказывало, что именно здесь может быть подсказка, но руки дрожали от напряжения.  

Хорхе направился к колокольне. По винтовой лестнице, скрипя старыми ступенями, он поднялся всё выше, чувствуя, как холодный ветер проникает сквозь трещины в каменной кладке. На площадке рядом с гигантским ржавым колоколом лежали обломки деревянного поддона, среди которых блестели куски лаковых дощечек. Хорхе достал нож и осторожно приподнял одну из щепок — и под ней обнаружил угольный отпечаток. Он прислонил фонарь, и свет отразился на маленьком ключе. 

 Нова же, смелости которой позавидовал бы любой археолог, спустилась к подземной комнате. Здесь пахло сыростью и гнилью, а тусклый свет фонаря выхватывал из темноты следы ниш в стенах и остатки древних фресок. Она провела рукой по каменным плитам пола и наткнулась на небольшую шахту, закрытую деревянной крышкой. С трудом приподняв её, Нова услышала отдалённый звон — словно от удара металла о камень. Затаив дыхание, она спустилась внутрь и обнаружила узкий ящик, украшенный фигурным орнаментом и покрытый толстым слоем пыли. Похоже, именно здесь и хранится камень. 

Они собрались в зале, где каждый имел свою часть отгадки. Хорхе принёс ключ, Нова шкатулку, а Ренато указал на символ, который скорее всего поможет активировать. Ведьма взяла ключ и шкатулку, положив на символ. Она протянула руки, направляя силу присутствия на артефакт: 

 —  Redi ad radices tuas 

 Покрываясь белым светом, шкатулка, поднялась вверх, а следом последовал ключ. Работая, как слаженный механизм он открыл дверцу, освобождая содержимое. Изумрудный камень высвободился, направляясь в руки к ведьме. 

Пока свет затихал, изумрудный камень всё ещё мерцал в руках девушки, наполняя зал мягким пульсирующим светом. Стены, исчерченные древними рунами, засияли едва заметным золотистым отблеском, словно откликаясь на голос артефакта. Хорхе сдержанно прислонился к мраморной колонне, его глаза не сводились с украшающих камень линий – здесь, казалось, запечатлены какие-то образы прошлого. Ренато же застыл с восхищением, как маленький мальчик увидевший санту.  Нова чуть отодвинула шкатулку с символом, теперь уже не несущим прежней пассивности: светлая искра поднималась вдоль каждой черты, будто помогая изумруду вырваться из своих временных уз. Обернувшись к друзьям, она улыбнулась, сказав: 

— Первая часть у нас!  

— Нова, ты молодец. — отойдя от шока ответил священник. — Я никогда не видел ничего более красивого.  

— Я благородна вам обоим за помощь. — Не сдержав эмоции она обняла их по очереди. Чувство маленькой победы дарило надежду, что вместе они пройдут все испытания. Осталось ещё два камня, но теперь ведьма была уверенна в своих силах.