Глава 8: Кили

Кили

318

0

Эот Эвани
Поделиться

Благодаря эльфийской магии и ацеласу Кили поправлялся буквально на глазах. Пожалуй, еще пару дней, и мы сможем отправиться к Эребору по следам Торина и остальных гномов, на радость Фили, Бофуру и еще одному гному, чье имя я так и не запомнила. Да, вот такая у меня память на чужие имена.

Можно было только представить, о чем думал Бард, хозяин дома, приютивший нашу разношерстную — читай: разнорассовую, — компанию, коротающую время кто за чем. Интересно, а я бы тоже с невозмутимым видом молчала и занималась своими делами, если бы в моем жилище Бофур помогал девчонкам стряпать, Фили с «безымянным» товарищем рассказывали мальчишке про воинское гномское житье-бытье, а выздоравливающий Кили усиленно обхаживал запавшую в сердце девицу — ни много, ни мало эльфийку по имени Тауриэль, которой, кажется, он тоже совсем не безразличен? О своем занятии я благоразумно умолчу, потому что зашивать чужое исподнее, конечно, по-хозяйски полезно, но совсем не героически.

Короче, я тихонечко посиживала в углу, исподволь наблюдая за остальными, а особенно за Кили и Тауриэль. Согласитесь, даже за обычной, ничем не примечательной влюбленной парой интересно наблюдать. Что же говорить о паре с таким необычным составом участников? Всем известно, что гномы с эльфами, в масштабах рас, недолюбливают друг друга, а тут такое исключение из правила. Честно, я даже им немножко завидовала, замечая, каким особым смыслом наполнены их жесты и взгляды, тогда как говорили они, памятуя о присутствии посторонних, на абсолютно нейтральные темы: то Кили благодарил эльфийку за исцеление, то Тауриэль расспрашивала гнома о его талисмане, небольшом черном камушке с высеченными на нем рунами.

По мере того, как на Эсгарот опускались сумерки, общая комната дома Барда пустела. Кто-то ушел по делам, кто-то — устраиваться на ночлег. Внезапно я осознала, что в помещении остались только трое — я и влюбленная парочка. И, кажется, я слишком долго очень тихо сидела в своем углу, потому как Кили и Тауриэль, похоже, начисто забыли о моем существовании, искренне считая, что остались наедине, изредка позволяя себе некоторые вольности. Ничего такого, разумеется, но мне все же было неудобно. Я вам что, стул? Или, может быть, подсвечник? Так я не нанималась свечку держать. Самым разумным мне показалось незаметно ретироваться. Но куда? Разве что на нижний этаж, представляющий собой огороженный настил над озером, вмещающий кладовую, отхожее место и одновременно служащий причалом для лодки. Не самое удачное место, но хотя бы потом, надышавшись свежим воздухом, можно будет, громко потопав на лестнице, вновь попасться влюбленным на глаза, избежав возможных обвинений в подслушивании и подглядывании.

Возле воды сразу стало сыро и холодно, но я решила мужественно потерпеть хотя бы четверть часа, все еще придерживаясь своего плана. Закутавшись в чей-то, должно быть хозяйский, плащ, висевший на перилах лестницы, я присела на кучу старых мешков, которые принадлежали гномам. Они оставили их в доме Барда, получив все новое необходимое от бургомистра Озерного города, польстившегося на возможность поучаствовать в дележе эреборских сокровищ. Я еще подумала, что сумки лежат слишком близко к краю и надо бы оттащить их подальше, вдруг там есть что-то ценное, что потом пригодится, но дальше мыслей дело не пошло. А зря.

Когда отведенное время подошло к концу, и я решила, что достаточно проветрилась и отсырела, то, попытавшись встать, я поняла, что порядком окоченела, а потому от былой ловкости не осталось и следа. И проявилось это в том, что я задела ногой один из гномьих мешков. С громким «бульк» он скрылся в черной воде Долгого озера. О, ужас! Утопленный мешок принадлежал Кили. И я — о, ужас еще раз! — прекрасно знала, что именно в нем лежало. А лежала там его любимая скрипка, игрой на которой он не раз развлекал нас, если для того была возможность.

— И что, ты, правда, умеешь играть на скрипке? — почти тут же раздался из люка у меня над головой звонкий эльфийский смех.

— А то! — вторил ему голос гнома. — Хочешь, сыграю?

Тут меня бросило в холодный пот. Обычно считается, что жернова Эру мелют медленно, но в моем случае божья кара, кажется, настигнет меня гораздо быстрее, чем тех, кто, действительно, этого заслуживает.

— Не сейчас, — бальзамом на душу пролился ответ эльфийки.

— Правильно, Тауриэль, не сейчас… — прошептала я, лихорадочно соображая, как выкрутиться из ситуации. Где в полночь в городе рыбаков можно найти скрипку гномской работы? Желательно забесплатно.

Единственная скрипка, которая приходила мне на ум, была та, что я заметила в ратуше, где гномы в веселом загуле провели ночь перед отбытием к Эребору. Она была без одной струны и в два раза больше требуемого размера, но сейчас мне было не до привередничаний. Или я раздобуду скрипку, или на глаза Кили мне лучше не показываться. По моему виноватому виду он сразу все поймет. Рискуя навлечь на себя еще больший гнев, я отвязала лодку Барда…

— Что это? — Кили, все же уломавший девушку на музыкальную паузу, недоуменно вертел в руках то, что было предложено ему в качестве ЕГО скрипки.

— А может она от сырости разбухла? — сдерживая смех, предположил Фили.

Я в это момент была уже на выходе из Эсгарота. Мало того, что я подложила «свинью», по другому назвать бургомистрову скрипку язык не поворачивался, Кили, так еще и ратушу обокрала. Теперь мне ничего не оставалось, только бежать…



Недалеко же я ушла, прежде чем меня нагнал запыхавшийся Кили. Тауриэль хорошо постаралась, если бы я не знала, что еще позавчера гном был опасно болен, никогда бы не подумала, что это правда.

— За каким Морготом тебя понесло ночью, да еще не в ту сторону? Еле нашел! — выпалил гном, мертвой хваткой вцепляясь мне в руку.

— А мне все равно, в какую сторону, лишь бы подальше, — отмахнулась я со вздохом. - Поверь, ты еще будешь рад, что я ушла.

— Это ты из-за утопленного мешка так расстроилась? — хитро прищурился гном.

— А ты откуда знаешь? — насторожилась я.

— Так Бофур его выловил. Он завязкой за настил зацепился. Двалин, конечно, не обрадуется, что его эльфийский лист намок. Его если высушить, он уже не будет таким крепким, как ширский табак, но мы давно ему намекали, что с курением пора завязывать. Чем не повод? Просто знак свыше!

Не веря своим ушам, я уточнила:

— То есть я не твой рюкзак утопила? Скрипка твоя цела?

— Цела, — улыбнулся Кили. — А то чучело, которое мне кто-то подсунул, мы сожгли по-тихому, чтоб никто не спохватился. Мы — не мы, и отмычки не наши.

— Так я же и подсунула. Я же считала, что твой мешок утопила, — я облегченно всхлипнула.

— И потому сбежала? — гном осуждающе покачал головой. — Ты серьезно полагала, что я тебя за это…

— Ничего я не полагала, — помотала я головой. — Я была твердо уверена.

— Плохо же ты меня знаешь, — усмехнулся Кили и настойчиво потянул меня за собой в сторону города. — Вот Двалин — это да. За эльфийский лист он тебя точно убьет, если узнает.

Тут я снова резко затормозила, но гном поспешил меня успокоить:

— Но мы ему ничего не скажем!

И снова потянул меня за собой.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

8 из 19