Глава 6: Эомер

Эомер

318

0

Эот Эвани
Поделиться

Первое лето после Войны Кольца выдалось жарким и душным. Роханские степи основательно высохли, вынуждая коневодов подтянуть свои табуны поближе к воде и столице. Не было такого человека в Эдорасе, кто посильно не помогал бы табунщикам, чтобы сохранить самый распространенный в государстве промысел и основной источник дохода. Всеобщая забота о племенных жеребцах и кобылах захлестнула даже меня, не коренную жительницу, осевшую в Рохане по… личным причинам. Правда, взять на себя ответственность за многочисленное поголовье я не могла, а вот за одного коня — вполне. Из всей дворцовой конюшни я выбрала Огненога, и выбор этот был не случайным.

Что это был за красавец! Большой, мощный, белоснежный. Если бы я не знала, что гербу Рохана — белому коню на зеленом фоне — много-много лет, то точно решила бы, что на нем изображен Огненог. Он был достоин того, чтобы запечатлеть его для истории. Но, если быть честной, выбрала я жеребца не за красоту и необыкновенную схожесть с государственным символом. Огненог был любимым конем короля Эомера, не раз спасшим ему жизнь во время боевых действий, а поскольку главной причиной моего пребывания в Рохане был молодой правитель, и я уже не знала, каким еще образом его заинтересовать, мои мотивы при выборе становятся понятны.

Эомер привлек мое внимание сразу же, как только я получила возможность как следует его рассмотреть — после битвы у Хельмовой Пади, куда меня стараниями Гэндальфа занесло с частью Братства. Примерно в это же время я свела знакомство и с Огненогом, отнесшимся ко мне, спасибо отцовской науке, на порядок лучше хозяина. Жеребец благосклонно позволял мне трепать его за шею, кормить кусочками моркови и яблока и даже водить в поводу, в то время как его владелец в упор меня не замечал, что бы я ни предпринимала. Пожалуй, только когда я находилась рядом с любимым питомцем тогда еще будущего короля, Эомер смотрел на меня, как на меня, а не как на дерево, стену или пустое место — на выбор. Так что в том, что я решила завоевать внимание мужчины, в которого по уши втрескалась, заботой о самом дорогом ему животном, уход за которым он не доверял никому, кроме себя самого, не было ничего удивительного: это к сердцу любого другого мужчины путь лежит через желудок, к сердцу роханца — через его коня.

Огненог спокойно отнесся к тому, что я одела на него уздечку и, вооружившись щеткой и скребком, повела к реке. Предвкушая купание в прохладной воде, что в столь жаркий день могло обрадовать кого угодно, он довольно похрапывал, нетерпеливо поводил ушами и шевелил ноздрями, издали чуя прибрежную свежесть.

Час стоял не ранний, кроме нас на берегу реки уже никого не было. И все равно я выбрала уголок поукромнее, поскольку всерьез намеревалась составить Огненогу компанию и не хотела в исподнем попадаться на глаза какому-нибудь зеваке. Ну разве что Эомеру… Но король в это время обычно бывал занят государственными делами, а не подглядыванием за купающимися девицами.

До сего момента мне не приходилось купать и чистить лошадей, поэтому опираться приходилось на то, что я когда-либо видела или слышала. Вряд ли я все делала правильно, но, по-видимому, достаточно умело, чтобы королевский жеребец доброжелательно терпел потуги начинающего конюха. Все было хорошо до того момента, как пришла пора выбраться из воды и вернуться в конюшню. Наскоро вытершись полотенцем, я быстренько натянула свою одежду и растерянно уставилась на Огненога. В голове промелькнуло услышанное где-то, что коня после купания тоже нужно обтереть. Но не моим же полотенцем или его попоной! Что же делать? Услужливая память немедленно подкинула мне картинку, где конюхи обтирают лошадей пучками травы. Хоть убейте, не помню, когда я такое видела, но сама бы точно до такого не додумалась. Во всяком случае, тогда я решила, что не додумалась бы, а потому решительно выдрала из земли хороший пучок чего-то, одновременно похожего на крапиву и папоротник, и принялась за работу. Часа не прошло, как Огненог стоял вытертый, с расчесанными гривой и хвостом, покрытый попоной с гербом.

Вернув коня в стойло, я решила остаться поблизости, чтобы Эомеру не пришлось долго искать того, кого он непременно захочет поблагодарить за заботу о любимце, когда придет сделать это сам, как в любой день. Уж я-то приму его благодарность, не постесняюсь. Даже знаю, чего потребую в качестве королевского «спасибо» — романтического свидания. Нет, обычно я не такая хвастливая и корыстная, но в данном случае, уверена, цель оправдывает средства.

Как я, предаваясь мечтам, ухитрилась пропустить момент, когда Эомер вошел в конюшню? Момент его выхода я не пропустила бы, даже если бы захотела. Случалось мне видеть короля в гневе, но в такой ярости, как сейчас, никогда.

— Огненог! Кому ж это жить надоело? — во всю глотку завопил роханский правитель и, кроме шуток, вооружившись оглоблей, припустил вокруг конюшни.

Поскольку направился он как раз от меня, а не ко мне, я не последовала примеру тех конюхов, что поспешили скрыться с глаз разгневанного короля, а вбежала внутрь, чтобы узнать, что же привело Эомера в бешенство. И как я, возвращая Огненога на его законное место, не увидела ничего эдакого.

Заглянув в помещение, так поспешно покинутое Эомером, я издала вскрик удивления: королевского жеребца в конюшне не было. Я еле сдержалась, чтобы не впасть в буйство, подобно роханцу. Столько сил потрачено на то, чтобы добиться его расположения, и все впустую. Какой-то зас… луженный вор Средиземья увел из-под носа мой пропуск в королевские покои.

Но тут мои глаза привыкли к полумраку, царящему в конюшне, и я еще раз вскрикнула. На этот раз от ужаса. Стойло Огненога не было пустым. Конь стоял на месте… но от его белоснежности не осталось и следа. От копыт до ушей, от носа до хвоста жеребец был сочно-зеленого цвета летней травы. Точно в цвет своей попоны.

Вот тут-то я и вспомнила, что за траву использовала для обтирки, и как в свою очередь ее используют роханские ткачи. Поначалу я не знала, смеяться мне или плакать, но потом, услышав крики и топот обежавшего вокруг конюшни, приближающегося ко мне Эомера, поняла, что должна бежать…



К тому моменту, как он настиг меня, Эомер уже не искрился от ярости, но в его глазах все еще горела жажда отмщения.

— Прежде чем вы убьете меня, ваше величество, знайте, что я сделала это не нарочно! — торопливо залопотала я.

— Что ты сделала не нарочно? — осадив лошадь, воззрился на меня роханец.

Я глубоко вздохнула и, заранее зажмурившись и втянув голову в плечи, решительно выпалила:

— Покрасила Огненога в зеленый цвет!

— Так это сделала ты? — голос Эомера звучал так изумленно, что я позволила себе приоткрыть один глаз и посмотреть на него.

— Я… А разве вы гнались за мной не за тем, чтобы выполнить свое обещание?

— Какое обещание?

— Найти того, кто это сделал… и убить, — я позволила себе открыть второй глаз.

Эомер выглядел ошеломленным.

— Я гнался за тобой, потому что ты уехала, не попрощавшись. И как раз в тот день, когда я собирался пригласить тебя на свидание…

Теперь ошеломленной выглядела и я.

— Меня на свидание?

— Да. Следовало бы сделать это давным-давно, но, ты же понимаешь, дела государства и все такое.

— И вы не измените своего решения теперь, когда знаете, кто виновен в том, что ваш конь?.. — я снова опасливо прищурилась.

— Да Эру с ним, с конем! Тем более, когда я отъезжал, Огненога почти отмыли. Конюхи, правда, бурчали, что тому, кто это сделал, ноги и руки повыдергивают, но они же это не серьезно.

— Надеюсь, — я поежилась. — Но можно, на всякий случай, это останется между нами?..

— Только если ты обещаешь немедленно вернуться и составить мне компанию за ужином при свечах, — хитро улыбнулся король Рохана.

Конечно же, я пообещала. И тут же приступила к исполнению обещания.

К нашему возвращению Огненога, действительно, уже отмыли. Он скосил глаз в мою сторону, и я ему подмигнула, придав лицу повинное выражение. Вот только виноватой я себя совсем не чувствовала. Я чувствовала себя довольной, потому что дошла до цели. Пусть и не той дорогой, что планировала.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

6 из 19