Глава 10: Эпилог
Эпилог
203
0
***
Всё в императорском дворце на горе Пяти богов душило её, словно слишком узкое в талии платье.
Распорядок, бесконечные церемонии, манеры, поклоны и вымученные фальшивые улыбки, которые никогда не касались глаз. Сяо Яо постоянно хотелось сбежать. А её шок при виде консорта Цзинь Ан, с которой она случайно встретилась спустя пару дней после своего появления во дворце, было трудно описать словами: Сяо Яо чуть не потеряла сознание, сотрясаясь в беззвучных рыданиях, распластавшись на полу и разбивая руки в кровь о драгоценный мрамор. Отцу пришлось подхватить её на руки и отнести в покои, где она провела в беспамятстве несколько дней, мучаясь кошмарами и яростно отбиваясь от призраков прошлой жизни.
Не утешали и долгие разговоры с Цан Сюанем. Конечно, Сяо Яо была рада снова встретить брата, убедиться, что он в порядке, что смог вырасти, обучаясь у великолепного наставника, и набраться сил. Но они повзрослели. Цан Сюань больше не мог быть просто дорогим сердцу старшим братиком, который плёл венки, катал Сяо Яо на спине среди зарослей деревьев феникса и раскачивал на качелях, заставляя верещать от детского восторга. Он превратился в сильного, амбициозного молодого бога с грандиозными планами в мыслях. И больше не нуждался в её защите. Как и она в его.
Сяо Яо так и не согласилась принять титул старшей принцессы Хаолина, поэтому при всём желании помочь Цан Сюаню на выбранном пути к императорскому трону была не в силах. Их жизни неизбежно последовали разными, параллельными путями, которым незачем было надолго пересекаться.
Она чувствовала, что Цан Сюань хотел видеть её рядом с собой – видела, какой безмолвной мольбой иногда горели его глаза. И, наверное, была единственной, кто хорошо понимал и мог принять его без остатка, с самыми низменными и жестокими порывами израненной души.
Но было уже слишком поздно.
Сердце Сяо Яо постоянно звало её в океан и единственное, чего в тот момент страстно желало – оказаться рядом с Сян Лю. Уткнуться носом в ключицу, вдыхая свежий, чуть солоноватый аромат его кожи. Запустить пальцы в гладкие, словно самый дорогой шёлк, серебристые волосы. И никогда-никогда больше не выпускать из объятий. В продуваемом всеми ветрами шатре, посреди бесплодной пустыни, в затрапезной комнатушке очередного постоялого двора, в горном лесу или на дне бескрайнего океана – Сяо Яо было всё равно. Лишь бы вместе, лишь бы рядом. Лишь бы
навсегда
.
***
Каждый день она пыталась прорваться в приёмную дворца Цао Хуэй, чтобы поговорить с отцом. Но Великий император был настолько занят делами двора и бесконечным потоком указов и прошений, что помимо редких совместных трапез, где невозможно было спокойно беседовать с глазу на глаз, Сяо Яо никак не удавалось провести с ним и пары минут.
В какую бы щель на горе Пяти богов она ни пыталась забиться, сбежать от печали у Сяо Яо не выходило. К тому же, она готова была лезть на стены и бегать по крышам от безделья и скуки. Иногда она пыталась отвлечься приготовлением ядов. Но каждая пилюля, каждый эликсир или 'кондитерский' шедевр заставляли думать о Сян Лю, встреча с которым всё отдалялась, вгоняя в тоску и уныние.
Как-то раз Сяо Яо безразлично дрейфовала на спине в пруду сада Ци Цин, неподвижным взглядом уставившись в небо, которое в тот момент почему-то особенно напоминало ей океан. Проплывая под раскидистыми ветвями дерева, она услышала разговор пары служанок:
— Уже слышала о скандале в Цин Цю?
— Нет, а что там у них опять стряслось?
— Ту Шань Цзин, новый глава клана Ту Шань, женился на служанке. Да ещё и бывшей рабыне! — понизив голос, затараторила одна из них.
— Не может быть! — от неожиданности вскрикнула вторая, поспешно озираясь и зажимая рот ладонью.
— На какой-то дикарке из племени Цзю Ли. Великая госпожа была в ярости! Говорят, она наотрез запретила господину жениться и хотела выставить девчонку вон. Потом даже слегла с какой-то ужасной болезнью за пару месяцев до свадьбы.
— А он всё равно женился?
— Даже откладывать не стал.
— А Старшая госпожа что? Скончалась от горя?
— Куда там. Говорят, новоиспечённая молодая госпожа беременна. Великая госпожа как услышала, так почти сразу и поправилась.
Обе служанки весело засмеялись и торопливо зашагали прочь из сада, оживлённо перешёптываясь.
Сяо Яо довольно улыбнулась. Ей понравился добродушный и приветливый молодой господин Цин Цю. Она была искренне рада, что он сумел обрести своё счастье – слишком уж хорошо Сяо Яо знала, как сложно его достичь, обладая высоким положением. И ещё сложнее – удержать.
***
Проходили недели, Сяо Яо тосковала всё сильнее, подолгу сидя у обрыва на берегу и вглядываясь в размытую силовым барьером линию горизонта. Много раз ей казалось, что она видит серебристую вспышку, мелькнувшую в океане, или слышит далёкий крик Пушистика. Но Сяо Яо отгоняла назойливые мысли, убеждая себя, что просто слишком соскучилась и выдаёт свои отчаянные фантазии за реальность.
В один из таких вечеров Сяо Яо почему-то вдруг вспомнился разговор за пару недель до внезапного отъезда в Хаолин:
— Есть ли место, куда бы ты хотела отправиться, как только мы покинем Нефритовую гору? — негромко спросил Сян Лю, поправляя одну из прядей, выбившуюся из её уже порядком растрёпанной причёски.
— Надо подумать, — лениво протянула Сяо Яо, поуютнее устраиваясь в его объятиях и вычерчивая затейливые узоры на его голой спине кончиками пальцев. — Знаешь, пока я скиталась по Великой Пустоши, никогда не забредала в край Чи Шуй. Потому что… — Сяо Яо на секунду замялась, опустив глаза.
— Да, я помню, — подхватил Сян Лю, ободряюще сжимая её ладонь.
Вздохнув, Сяо Яо продолжила:
— Я избегала Чи Шуй, но слышала истории о зачарованной пустыне посреди зелени на северном берегу реки. О ней ходили странные слухи и мне, конечно, было очень любопытно. Но даже по-настоящему сильные боги никак не могли добраться к персиковому саду, спрятанному в самой глубине, а уж с моими никчёмными силами даже и мечтать о таком не стоило.
— Но теперь духовных сил у тебя более, чем достаточно. На мой вкус, даже слегка многовато, — задиристо усмехнулся Сян Лю и погладил её по щеке.
Сяо Яо боднула его руку, слегка укусила в плечо и губами прижалась к выпирающей ключице, довольно замечая, как быстро начинает биться его сердце.
— Что, Змеюшка, боишься, что я наконец-то стану сильнее тебя и больше никак не получится надо мной издеваться?
— Весь дрожу от страха, Ваше Высочество, — прошептал Сян Лю, округлив глаза в притворном ужасе и накрывая их одеялом с головой.
***
Через три невыносимо долгих месяца, которые показались ей годами, Сяо Яо не выдержала и ворвалась во дворец Цао Хуэй, улучив момент между аудиенциями, когда кто-то из бесконечной вереницы просителей и чиновников чересчур где-то задержался.
Великий император долго и неотрывно смотрел в глаза Сяо Яо, так напоминавшие глаза того демона… Даже взгляды их были схожи.
Она забрасывала отца множеством вопросов. На какие-то из них он отвечал уклончиво, на какие-то предпочитал лишь сдержанно кивнуть или вовсе промолчать. Но самый главный вопрос больше не мог оставаться без ответа.
Сердце Великого императора дрогнуло: его почти совсем уже взрослая дочь, его Сяо Яо, вернулась к нему, чтобы снова покинуть. На этот раз, похоже, навсегда.
Выдержав её полный тревоги пристальный взгляд, он рассказал ей историю А Хэн и Чи Чена, добавив, что знал обо всём с самого начала. И никогда, с момента рождения Сяо Яо, когда нарёк себя отцом, не переставал её обожать. Так же, как и её родители.
Сяо Яо много раз представляла, что будет чувствовать, если когда-нибудь её подозрения окажутся правдой. Гнев? Разочарование? Ярость? Но тихие слёзы и лёгкая светлая пустота внутри говорили о том, что Сяо Яо, похоже, давно смирилась с таким исходом. Поэтому всем, что в ту секунду злорадно промелькнуло у неё в голове было лишь:
«Сян Лю Девять Жизней, никогда больше тебе не представится возможность злорадно дразнить меня 'Вашим Высочеством'!»
Нежно погладив по голове, отец сжал её в объятиях. Несколько минут они стояли молча и неподвижно, пока Сяо Яо не высвободилась, вытирая глаза рукавами. Разрешив ей уйти, Великий император тяжело опустился на трон, устремив застывший взгляд на едва закрывшиеся двери.
И в тот же вечер пришёл в покои Сяо Яо перед сном, когда она стояла у окна с магическим зеркалом в руках и мечтательно разглядывала одно из последних сохранённых в нём воспоминаний.
— Кто это? — заинтересованно спросил Великий император.
— Мой супруг, — пробормотала Сяо Яо, краснея и смущённо опуская глаза.
Заглянув ей через плечо, он увидел спящего юношу с заплетёнными в мелкие косы у лица серебристыми волосами. Взмахнув рукой, Великий император вызвал другое воспоминание: тот же юноша отрабатывал удары мечом, искусно скользя по глади озера. Но вот в зеркале сверкнули наполненные боевой яростью алые глаза с вертикальным зрачком, и Великий император застыл на мгновение, бледнея. В тревоге он повернулся к Сяо Яо и уже хотел заговорить… Но увидев, каким бесконечно-восторженным счастьем сияет её устремлённый на демона в зеркале взгляд, с протяжным вздохом взял себя в руки.
Усадив на кровать и опустившись рядом, Великий император бережно сжал руки Сяо Яо и мягко проговорил:
— Расскажи о нём.
***
Лёжа на излюбленной ветке персикового дерева, которое раскинулось неподалёку от края прибрежной скалы, Сяо Яо мысленно возвращалась к последним строкам письма, которое уже пару дней как лежало у неё под подушкой:
«Теперь, когда силы вернулись, я наконец-то могу себя защитить. У меня есть на кого положиться и есть куда пойти. Всё будет хорошо, когда-нибудь мы увидимся вновь»
.
Уловив странный грохот со стороны океана, Сяо Яо встрепенулась, поднимая настороженный взгляд. И тут же ощутила, как принялось бешено колотиться сердце, так и норовя выпрыгнуть из груди: в сияющих обрывках рухнувшего барьера на волнах покачивался величественный девятиглавый змей. Настолько огромный, что даже сидя на дереве высоко над океаном, Сяо Яо могла смотреть прямо в его рубиновые глаза.
Жемчужно-белая чешуя ослепительно сверкала в лучах весеннего солнца. Бликуя и переливаясь, она отражала глубокую бирюзу океанских волн и словно пылала сине-зелёным пламенем. От восторга у Сяо Яо захватило дух, настолько потусторонне-ошеломительным было это зрелище. Она замерла, не в силах оторвать зачарованный взгляд от Сян Лю и представила, какими на ощупь могли быть чешуйки: жёсткими и прохладными? Тёплыми? Шершавыми? Неуязвимыми, как у дракона или же лёгкими и податливыми, как у змеи? Сяо Яо и раньше предполагала, что демоническая форма Сян Лю должна быть чарующе-прекрасна и красота её ни в чём не будет уступает форме человеческой. Но наконец увидеть это неземное великолепие собственными глазами было самым лучшим подарком.
На глаза навернулись слёзы благодарности.
Спотыкаясь и путаясь в подоле очередного непривычно длинного и неудобного платья, Сяо Яо торопливо вскочила на ноги. Все дорогие сердцу люди когда-то оставили её. Все, кроме Сян Лю. Никогда, будь то ради достижения целей, всеобщего процветания или даже ради её собственного блага, никогда он не покидал Сяо Яо. Не бросил и на этот раз.
Спрыгнув с дерева, она увидела бегущих к ней во главе с Цан Сюанем стражей и опрокинула их одним взмахом руки, не сдерживаясь швырнув мерцающий поток духовной силы. Помчавшись к обрыву, она слышала возню за спиной и уже хотела было обернуться, чтобы отправить в полёт каждого, кто осмелится преградить ей путь, когда откуда-то сверху послышался подобный грому крик Великого императора, пригвоздивший незадачливую погоню к земле:
— Стоять! Никому не прикасаться к принцессе!
Подняв голову, Сяо Яо взглянула на гордо восседавшего на крылатом скакуне отца и благодарно кивнула, получив нежную улыбку в ответ.
— Сяо Яо, прошу тебя! — в голосе Цан Сюаня звенело отчаяние, но она заставила себя отвернуться и смотреть только вперёд. Только в глаза Сян Лю.
— У тебя под ногами океан, — коснулся ушей его глубокий раскатистый голос, сладким трепетом отозвавшись в груди. Голос, который Сяо Яо так давно мечтала услышать и который будто с ног до головы окутал её мягчайшим бархатным покрывалом. Казалось, она вот-вот взлетит к неспешно плывущей по небу перине облаков.
Радостная улыбка озарила лицо Сяо Яо. Не отрывая затуманенного взгляда от пламенеющих алым глаз Сян Лю, она не оборачиваясь шагнула со скалы.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!