Глава 1: Поездка в Каннын

Поездка в Каннын

210

17

��от 𝓚𝓲𝓶 𝓝𝓪𝓻𝓲 ✨
Поделиться

Если бы меня спросили, кого я ненавижу больше всего на свете, я бы не задумываясь назвала его имя. Ли Минхо.

Придурок из 11-Б.
Капитан танцевального клуба.
Любимчик учителей.
И главная заноза в моей заднице с восьмого класса.

Всё началось с дурацкой истории на физре. Он поставил мне подножку на эстафете, я упала на глазах у всей параллели и разбила колено. А он просто заржал и сказал: «Ой, Соён, ты всегда так грациозно падаешь?». С тех пор мы на войне.

Сейчас мы в 11 классе. Школа Совон, Сеул. Выпускной год, и я, Юн Соён, мечтаю только об одном: сдать экзамены и больше никогда не видеть его самодовольную рожу!

Но у вселенной на меня другие планы.

«Так, дети, внимание!» — классная, госпожа Пак, хлопает в ладоши. «В пятницу мы едем на трёхдневную школьную поездку в Каннын. Списки комнат висят на доске. Прошу без драк и скандалов. Особенно это касается некоторых».

И она смотрит прямо на меня. А потом на Минхо, который развалился за задней партой.

Я подхожу к доске с плохим предчувствием. Так и есть.
Комната 307: Юн Соён, Пэ Джису, Ли Минхо, Хан Джисон, Со Чанбин.

Я разворачиваюсь к классу. «ЧТО?! Почему я в комнате с тремя парнями?!»

Джису, моя лучшая подруга, пожимает плечами: «Не с тремя, а с четырьмя. Я тоже там».
«Это не смешно!»

Минхо лениво поднимает голову от телефона. «Расслабься, Ёни. Я тебя не трону. Ты не в моём вкусе».
Он специально коверкает моё имя. Ненавижу.

«А ты в моём тем более, Ли! Я сейчас же иду к директору!»
«Иди», — он ухмыляется. «Скажешь, что боишься ночевать с мальчиками? Тебе 18 лет, Юн Соён. Пора взрослеть».

Класс ржёт. Я сжимаю кулаки. Ненавижу его. Ненавижу.

Директор, конечно, ничего не меняет. «Мест нет, Юн. В женском корпусе ремонт. Это всего на три дня. Потерпите». Потерпите. Легко сказать.

В автобус я сажусь злая как чёрт. Нарочно выбираю место у окна, втыкаю наушники и отворачиваюсь. Джису болтает с Чанбином через проход. Эти двое спелись ещё в 10 классе. Он мой лд, кстати. Со Чанбин. Низкий, громкий, вечно читает рэп себе под нос. Бесит, но по-доброму. Он единственный из их компании, кого я терплю.

«Эй, Ёни, будешь чипсы?» — Чанбин протягивает мне пачку.
«Буду», — бурчу я. Лучше чипсы, чем разговор с некоторыми.

«Эй, не жри всё», — раздаётся сзади голос Минхо. Он сидит прямо за мной с Джисоном. «Оставь парням».
Я даже не оборачиваюсь. «Купи себе, Ли. У тебя стипендия за танцы».
«У меня стипендия за мозг, в отличие от некоторых».
«У тебя стипендия за смазливое лицо и умение прогибаться под учителей!»

Джисон прыскает со смеху. «Хён, она тебя уделала».
«Заткнись, Хан», — огрызается Минхо.

Я чувствую, как он пинает спинку моего кресла. Один раз. Второй.
Я резко разворачиваюсь. «Ещё раз пнёшь — и я тебе эти чипсы в глотку запихну!»
Он наклоняется ко мне через сиденье. Слишком близко. Пахнет мятной жвачкой и его дурацким одеколоном. «Попробуй, Юн Соён».

Мы сверлим друг друга взглядом секунд десять. Водитель автобуса орёт: «Эй, там сзади! А ну тихо!»
Я первая отворачиваюсь. Щёки горят. От злости, конечно. Только от злости.

Пансионат в Канныне оказывается приличным. Море в пяти минутах, комнаты на четверых. Наша — на третьем этаже, угловая.

Как только мы заходим, начинается делёжка кроватей.
«Я у окна!» — орёт Джисон и падает на кровать.
«Я с Джисоном», — Чанбин кидает рюкзак на соседнюю.
Остаёмся мы с Минхо и две кровати у двери.
«Я не буду спать рядом с ним», — говорю я.
«Большая честь, я тоже не горю желанием», — парирует он. «Но Джису храпит, а эти двое во сне дерутся. Выбирай, Ёни».

Джису кивает: «Я правда храплю. Очень».
Предательница.

Первый день проходит в вооружённом нейтралитете. Экскурсия, пляж, ужин. Мы с Минхо не разговариваем. Вообще. Если он идёт направо, я иду налево. Если он берёт кимчи, я беру булгоги.

Проблема начинается вечером второго дня.

После отбоя к нам в комнату вламываются Бан Чан и Феликс из 11-А. «Пацаны, у нас в комнате плесень на потолке. Можно у вас потусить?»
Чан — староста параллели. С ним не поспоришь. Феликс — австралиец, говорит с акцентом и вечно улыбается. Даже я его люблю.
В итоге в нашей комнате набивается семь человек. Мы играем в карты на желание. Проигрываю я. И, конечно, Минхо.

«Так, — Чанбин потирает руки. «Желание для Ёни: ты должна сказать Минхо три комплимента. Искренних».
«Что?! Ни за что!»
«Правила есть правила», — Джисон ржёт.
Я смотрю на Минхо. Он сидит на полу, прислонившись к моей кровати. Смотрит на меня и ждёт. В глазах пляшут чёртики.
Ладно.
«Первое», — цежу я. «Ты... нормально танцуешь».
«Вау, я польщён», — он кривляется.
«Второе. У тебя... не самая ужасная причёска».
Парни воют от смеха.
«И третье, — я набираю воздух. «Ты хотя бы не ябедничаешь учителям. Как некоторые». И я кошусь на Ким Сынмина, который заходил к нам час назад.
Минхо вдруг перестаёт улыбаться. «Язвишь, Юн Соён?»
«Констатирую факт, Ли Минхо».

В комнате повисает напряжение. Чан кашляет. «Так, теперь желание для Минхо...»
«Не надо», — резко говорю я. «Я спать».

Я забираюсь на кровать и отворачиваюсь к стенке. Слышу, как парни ещё минут десять бубнят, а потом расходятся. Свет гаснет.

Я долго не могу уснуть. Слышу, как ворочается Минхо на соседней кровати. Между нами тумбочка, но кажется, что он слишком близко.

«Эй, Ёни», — шепчет он в темноте.
Я молчу.
«Ты правда думаешь, что я только за счёт лица выезжаю?»
Его голос тихий. Без издёвки. Уставший.
Я не знаю, что ответить. Потому что нет, не думаю. Я видела его на отборах в школьную команду. Он пахал три месяца по 6 часов после уроков. У него стёртые коленки и вечные синяки. Но признать это — значит проиграть.
Поэтому я молчу.
Он больше ничего не говорит.

Засыпаю я со странным чувством в груди. Как будто я только что пропустила удар.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

1 из 20