Глава 8: Лёд мазь и бинт
Лёд мазь и бинт
210
17
ГЛАВА 8
Он не мог встать.
Я это поняла сразу, когда он попытался подняться со ступенек у чёрного входа.
Поморщился. Ухватился за перила. И сел обратно.
«Твою мать», — выдохнул он.
«Что?» — я подбежала. — «Колено?»
«Потянул. На том сальто».
Он был бледный. На лбу испарина.
Фестиваль закончился. Все ушли. Вокруг пусто. Только гирлянды мигали.
«Ты дурак», — сказала я. Но голос дрожал.
«Знаю», — он усмехнулся. — «Вызови такси, Ёни».
«Какое такси. Ты идти не можешь».
«Тогда неси меня».
«Я тебя не утащу, Ли Минхо. Ты весишь как шкаф».
Он посмотрел на меня. Усталый. Злой на себя.
«Тогда звони Чанбину».
«Телефон сел».
«Пиздец».
Я огляделась. До автобусной остановки метров 300.
До моего дома 15 минут пешком.
До его — 20.
«Ладно», — сказала я. — «Опирайся на меня. Дойдём до меня. Там обработаем».
«Ты с ума сошла?»
«А у тебя есть варианты?»
Он хотел возразить. Но было больно.
«Ладно», — буркнул. — «Но если упадём — виновата ты».
«Замётано».
*ДОРОГА ДО МОЕГО ДОМА*
Это был ад.
Он тяжёлый. Хромал на правую ногу. Вся тяжесть на мне.
Я обняла его за талию. Он закинул руку мне на плечи.
Мы шли медленно. Очень медленно.
«Больно?» — спрашивала каждые 10 секунд.
«Терпимо».
«Врёшь».
«Знаю».
Люди оборачивались. Какая-то бабулька даже спросила: «Дети, помощь нужна?»
«Нет, спасибо», — сказала я. — «Он просто напился».
«Я не пил», — прошипел Минхо.
«Тихо. Легенда такая».
Когда мы дошли до подъезда, я была мокрая.
Он тоже.
«Ты как?»
«Жив», — он выдохнул и сел прямо на ступеньки. — «Дальше сама».
«Дальше на руках понесу».
«Попробуй».
Я реально попыталась. Не вышло.
В итоге он ковылял, опираясь на стену, а я шла рядом и ловила его если что.
Лифт. 3 этаж.
Моя квартира. Пусто. Мама на ночной.
Я втолкнула его внутрь.
«Садись. На диван».
Он упал на диван и вытянул ногу.
Штанина задралась. Колено опухло. Фиолетовое.
«Пиздец», — сказала я.
«Полный», — согласился он.
*УХАЖИВАТЬ ЗА ЛИ МИНХО*
Я металась по квартире как угорелая.
Лёд из морозилки. Завернула в полотенце.
Мазь. Бинт. Вода. Обезбол.
«Давай ногу», — приказала.
«Командуешь?»
«Да. Не беси».
Он подчинился. Положил ногу мне на колени.
Осторожно.
Я приложила лёд.
Он зашипел.
«Больно?»
«Терпимо».
«Врёшь».
«Знаю».
Тишина.
Только тиканье часов и его тяжёлое дыхание.
«Соён», — сказал он вдруг.
«Чего?»
«Спасибо».
Я замерла.
«Не за что. Ты сам виноват».
«Знаю».
Я намазала ему колено мазью. Аккуратно. Боялась сделать больно.
Пальцы дрожали.
Он смотрел на меня. Сверху вниз.
«Ты чего?» — спросила.
«Ничего. Просто... ты красивая, когда злишься».
«ЧТО?!»
«Правда. И когда ухаживаешь тоже».
«Заткнись, Ли».
«Не могу».
Я забинтовала ему колено. Туго.
«Вот. Теперь лежи. И не дёргайся».
«А ты?»
«А я посижу. Прослежу чтобы не сдох».
Я села на пол. Рядом с диваном.
Спина к дивану.
Он лежал.
Я сидела.
*НОЧЬ*
Прошёл час. Два.
Он не спал. Я тоже.
«Соён», — тихо.
«М?»
«Иди сюда».
«Зачем?»
«Рядом посиди. На диване».
«У меня свой стул есть».
«Соён».
Я вздохнула и забралась на диван.
На самый край.
На расстоянии.
«Доволен?»
«Нет», — он подвинулся. — «Ближе».
«Минхо...»
«Пожалуйста».
И я сдалась. Подвинулась.
Наши плечи коснулись.
«Так лучше», — сказал он.
«Тебе может и лучше».
«И тебе».
Мы молчали.
В квартире было темно. Только свет от уличного фонаря.
«Больно?»
«Уже нет».
«Врёшь?»
«Нет. Правда».
Пауза.
«Соён», — он повернулся ко мне.
«Чего?»
«Можно?»
«Что можно?»
«Вот это».
И он поцеловал меня.
Не как на пляже. Не зло. Не отчаянно.
Мягко.
Осторожно.
Как будто спрашивал разрешения каждым движением.
Я замерла.
Сердце билось в горле.
Потом сама подалась вперёд.
Вторая рука.
Третья.
Мы целовались.
Медленно.
Как будто боялись спугнуть.
Его рука лежала на моём плече.
Моя — на его груди.
Чувствовала как бьётся сердце.
Он отстранился первый.
Дышал тяжело.
Смотрел на меня в темноте.
«Прости», — прошептал.
«За что?»
«За то что без спроса».
«Я... я не против была».
Он улыбнулся. Настоящей улыбкой.
«Врёшь?»
«Нет. Правда».
И снова поцеловал.
Коротко.
В лоб.
В кончик носа.
В губы.
«Соён», — шептал между поцелуями. — «Ёни».
«Заткнись», — шептала я. — «И целуй».
И он целовал.
*УТРО*
Я проснулась от того, что кто-то щекотал мне нос.
Открыла глаза.
Мы уснули на диване. Вместе.
Я лежала у него на плече. Он обнимал меня одной рукой.
Он тоже не спал. Смотрел.
«Доброе утро, Ёни», — тихо.
«Доброе», — пробурчала я.
Колено у него было забинтовано.
Щёки у меня горели.
«Ты как?»
«Нога ноет. Но жить буду».
«А ты?»
«Я... нормально».
Он хмыкнул. «Врёшь».
«Может быть».
Мы лежали ещё минут 10. Молча.
Потом в дверь позвонили.
Я подскочила. «Это мама!»
«И что?»
«А то что ты тут! В моей квартире! В 8 утра!»
Паника.
Он засмеялся. «Прячь меня в шкаф, Соён».
«Идиот».
Я побежала открывать.
Это была Джису.
«Я тут... ооо», — она увидела меня. Растрёпанную.
Потом увидела его. На диване. С забинтованным коленом.
«ТАК», — сказала Джису. — «А ну колитесь. Что тут было?»
А мы сидели на диване.
Рядом.
И молчали.
И краснели.
КОНЕЦ ГЛАВЫ 8
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!