– Прямо… прямо сейчас?! – переспросила Барбара.

– А когда ещё? Сейчас все в сборе. Да и мы все заняты будем среди недели, не думаю, что прям все пятеро из нас свободны будут… – ответила Скирк.

– Ладно. Как получится… Ни у кого записывающего устройства нет случайно? – поинтересовалась Барбара.

– Ой… – Итэр смутился.

– Что значит «ой»? – Барбара встала из-за стула и подошла к Итэру.

– Я хотел купить в магазине, но забыл…

– Ладно. Давайте встанем в круг хотя бы… – предложила Скирк. Ребята встали по кругу. – Готовы?

– Да, Скирк, – ответил Итэр.

– Да, – сказала Барбара.

Линнея кивнула и улыбнулась.

– Линнея, начинай, – скомандовала Лань Янь, – играем негромко, мало ли дети спят… Мы же не монстры?

– Лань Янь права, – кивнула Барбара. – Лин, давай же.

– Хорошо… хорошо… – Линнея начала играть простой бит. Барабан, хай-хэт, малый барабан... Все остальные в помещении молчали. Барбара, стараясь попадать в такт, задаваемый Линнеей, начала играть простую мелодию. Скирк начала бренчать на гитаре. Итэр просто стоял и ждал момента, когда нужно запеть. Но текст он придумывал на ходу.

«Говорят, есть на свете чудеса

Если хорошо открыть глаза

И тёплым сделать своё сердце,

Чтобы…»

Итэр запнулся, не придумав рифму к слову «сердце», но Скирк подхватила.

«Чтобы открыть мечтам своим дверцу,

Чтобы счастьем заплыть,

Ничегошеньки не скрыть.

Чтобы помнили нас облака,

Наблюдали ангелы издалека,

Весёлым сделать свою игру,

Вставать счастливым поутру.

Посмотри, мой друг, на небеса,

Солнце греет, облака плывут.

Пока на Земле случаются чудеса

Люди ещё живут, поют

Приятель, мечтай, твори, люби

Жизнь одна, она жестока, сложна.

Свои желания ты не загуби

Ведь она, жизнь, этому посвящена!!!»

Скирк закончила часть Итэра, после чего Лань Янь начала играть на флейте, Барбара же убрала руки с синтезатора. Итэру было немного стыдно от того, что он запнулся, но если смотреть на всё выступление, то никто бы не заметил этого косяка. Через пару тактов Лань Янь затихла.

 – Скирк, соло! – крикнула Лань Янь.

И покрасневшая Скирк начала играть на гитаре. Она думала, что играла так, как никогда не играла прежде, но с объективной точки зрения она играла как всегда. Но эта игра, сопровождаемая низким басистым голосом Итэра и барабанами Линнеи, приносила Скирк сплошное удовольствие. Хотя девочка не умела играть сверхсложные мелодии, которые играют легенды, но всем было достаточно просто хорошей гитарной игры.

Пальцы Скирк заболели. Девушка замедлилась и стала играть менее активно. Барбара вернулась к синтезатору, а Итэр повторил последние строки Скирк, которые парень ещё слышал, когда был в больнице.

Итэр замолк. Скирк за ним. Оставались только синтезатор и барабаны. Барбара, за всю игру запнувшись лишь два раза, через пару тактов тоже перестала играть, осталась только Линнея. Девчонка всё продолжала палочками бить барабаны и тарелку, в то время как все остальные стояли или сидели и смотрели на Линнею.

– Мы заканчиваем? – спросила Линнея, продолжая играть.

– Да! – крикнули все.

Линнея начала играть всё медленнее и медленнее. Все смотрели на барабанщицу. Через секунд десять после крика «да» Линнея закончила. Её лицо было очень вспотевшим, а руки – красными, в то время как с остальных сошло лишь несколько капель пота. Линнея очень устала, казалось, она вот-вот упадёт на пол от отсутствия сил.

Барбара встала со своего стула и подошла к Линнее.

– Всё хорошо? Выглядишь неважно…

– Мои руки… – Линнея взглянула на свои руки, которые уже не выглядели как руки невинной милой девушки, а как у женщины после пахания в поле.

– Линнея, если хочешь, можешь сполоснуться в душе… – предложил Итэр.

– Я пипец устала… Пожалуйста…

– Иди, солнышко, иди… – подбодрила Барбара.

Линнея встала – она вся была красной и потной, будто её только вытащили из горячей сауны. Лань Янь сначала повела подругу на кухню, чтобы напоить водой, а затем показала, где находится ванная. Линнея там закрылась, а через минуту послышался звук включённого душа. Все остальные встали со своих мест. Кто-то смотрел на свои руки, кто-то в окно, кто-то на своих друзей.

– Мы минут пять играли… жесть!.. – гордо сказала Скирк. – Мы молодцы!

– Линнея в частности, – сказала Барбара, – ей самая тяжёлая роль досталась…

– Почему? Аргументируй? – поинтересовалась Скирк.

– Скирк уже умеет играть на гитаре. Лань Янь с дудочкой аналогично. Я время от времени пианино вижу в торговых центрах и подобных местах и играю. Итэр просто пел. А Лин… Она же первый раз настоящие барабаны видит. Да и задавать один и тот же бит в течение около пяти минут – очень смело. Линнея самая большая молодец, по моему скромному мнению.

– Согласна с Барбарой, – кивнула Лань Янь.

– Тоже, – сказал Итэр.

– Скирк, ты очень классно на гитаре сыграла! – похвалила Барбара.

– Спасибо… Уже не скажу, что пустяки, – улыбнулась Скирк, и глаза её, казалось, заслезились. – Мы – настоящая группа. Спасибо вам всем. Итэр, тебе в частности. Ты же купил недостающие инструменты.

– Угу, спасибо, Скирк, – кивнул Итэр. – Реально круто быть посреди себе подобных.

– Не то слово… – начала Барбара. – С ранних лет я увлекалась прослушиванием музыки. Сначала церковной и классикой, мама говорила, что это лучшее, что придумала музыкальная индустрия. Где-то в десять лет я открыла для себя другие жанры… Теперь я меломан.

– Точнее, просто скачиваешь то, что круто звучит? – хихикнула Скирк.

– Ну, Скирк более точно подметила, чем я, – улыбнулась Барбара. – Опа, душ выключился. Сейчас наша героиня придёт.

– Девчонки! – послышался крик из ванной.

– Да, Лин? – спросила Барбара.

– У меня одежда вся пропотела… Вы же меня не убьёте, если я в потной одежде буду? Другой нету… Я в ловушке теперь… – в голосе Линнеи чувствовались растерянность и немного страха.

– Лин, все свои! – крикнула Скирк. – У нас из мальчиков только Итэр, у него и спрашивай.

– Линнея, всё ок будет! Не парься! – крикнул Итэр.

– Вообще-то, после купания нужно говорить «с лёгким паром», если ты не знал, умник, – подколола Лань Янь. Все в зале, включая Итэра, засмеялись. Линнея за дверью фыркнула, но, казалось, ей самой это было смешно.

– Ладно, сейчас выйду.

Через секунд двадцать из ванной вышла Линнея.

– А ты каким шампунем мылась, дорогуша? – спросила Скирк. – От тебя вкусно пахнет.

– Какой-то ягодный стоял, я его взяла… Итэр, всё хорошо же?

– Ягодный? – переспросил Итэр. – Я его, помню положил летом в ванную…

– Ну, как чувствовал! – улыбнулась Лань Янь.

– Итэр будто все наши будущие действия знает… – задумалась Скирк. – Или ты просто хотел послушать как Линнея купается?

– Скирк, нет! – Итэр покраснел.

– Всё хорошо, наоборот, спасибо Итэру…

– А тебе спасибо за игру! – улыбнулся Итэр.

– Может, на кухне поговорим? – предложила Барбара. – Еды нет, только вода… Я тоже хочу пить, будто из пустыни вышла! Ох, вот она – счастливая усталость…

Ребята пошли на кухню. Внезапно в дверь квартиры раздался стук.

– Кто это? – спросила Барбара. Ей немного было страшно.

– Мы не ждали гостей… – заметил Итэр, после чего глотнул воды.

– Может, соседи?! – Линнея испугалась. – Нам таких звездюлей дадут! Боже… О боже…

– Но почему они пришли только сейчас, спустя пять минут после игры? – подумал Итэр.

– А может… Полиция?! – Линнее, казалось, было совсем плохо.

– Линнея, присядь… – Барбара взяла подругу за руку и усадила последнюю на стул. – Скирк, посмотри кто к нам пожаловал.

– А почему я, а не Итэр? – Скирк возмутилась.

– Посмотрите оба! Всё ещё стучат же!

Скирк и Итэр подошли ко входной двери. Итэр первым посмотрел в глазок – за дверью стояла какая-то девушка с тёмно-каштановыми волосами.

– Вроде школьница… – прошептал Итэр.

– Кто там? – строгим голосом спросила Скирк, после чего посмотрела в глазок.

– Это я, Ху Тао, вы же тут играете музыку? – послышалось из-за двери.

– Ты её знаешь? – спросил Итэр.

– Мы с ней пересекались позавчера… Ну, открою. Она одна вроде.

– Открывай… – сказал Итэр, взяв рожок для обуви как оружие на всякий случай.

– Добрый день, соседи! – поздоровалась Ху Тао, когда Скирк открыла дверь. – С… Скирк? Ты здесь живёшь?!

– У нас тут репетиция была как бы… – Скирк чуть засмущалась. – Это студия Итэр. А ты как поняла, что мы здесь?

– Оу, я прямо под вашей студией живу! – хихикнула Ху Тао. – Повезло с соседями…

– Ты сейчас саркастично или нет? – засмущался Итэр. – Мы не слишком громкими были? Говорят, в этом доме шумоизоляция ужасная…

– Нет, что вы! – Ху Тао чуть опешила. – Всё хорошо. Солнце даже не зашло! Вы соблюдаете комендантский час…

– Ладно, окей, мы поняли, – перебила Скирк. – Тебе что-то нужно, Ху Тао, или ты просто поздороваться пришла?

– Можно на вас посмотреть, пожалуйста? – попросила Ху Тао.

– Итэр, впустим её? – Скирк повернулась к парню и спросила его.

– Ты её знаешь, Скирк.

– Она хорошая вроде…

– Привет, Ху Тао, – Линнея подошла к Скирк и Итэру и поздоровалась с гостьей. – Она моя одноклассница. Я за неё буду ручаться, если разрешишь ей войти.

– Тогда пусть входит, – улыбнулся Итэр.

– Ху Тао, от меня ни на шаг! – скомандовала Линнея. – Будешь со мной ходить…

– Воу, воу, хорошо… – Ху Тао чуть смутилась. – Всем привет! Сколько вас тут?

– Я, Скирк, Итэр, Барбара и Лань Янь. Ты шестая.

– Здравствуй, Ху Тао, – поздоровалась Барбара почти официально.

– Приветики-пистолетики! – сказала Ху Тао Барбаре.

– Ну, привет, певица… – Лань Янь подошла к Ху Тао и приобняла её.

– Ох… Привет, Лань Янь. Давно не виделись.

– Целых два дня, – ухмыльнулась Скирк.

– А можете что-то сыграть для меня? – спросила Ху Тао с умоляющими глазами.

– Прости, но мы слишком устали… – ответила Барбара, – в частности Скирк и Линнея.

– Скирк? Да она живее всех живых! – заметила Ху Тао. – Линнея тоже!..

– Ты не видела её пять минут назад… – ухмыльнулась Скирк. Знаешь, что Линнея делала тогда…

– Скирк, заткнись! – Линнея покраснела и закрыла рот Скирк. Последняя замолчала.

– Воу, Воу, ладно, поняла… – сказала Ху Тао. – Какие у вас инструментики хорошие… Небось в «У Дискича брали».

– А ты откуда знаешь?! – Барбара и Скирк спросили чуть настороженно.

– Ох, а вы будто не знали… – кокетливо сказала Ху Тао, после чего грациозно присела на ближайший диван и закинула правую ногу на левую. – Вы смуглого мужчину на кассе помните?

– Ага, – ответили все.

– Батька Синь Янь.

– Да ну! – воскликнула Линнея.

– Ага, ага…

– А кто это? – спросила Лань Янь.

– Ох, Ланюся… – сказала Ху Тао кокетливым голосом, после чего закинула уже левую ногу на правую. – Не знаешь же ты, кто такие DJ TAO и XY…

– А кто это? Объяните? – попросила Лань Янь.

Линнея рассказала то, что поведала в столовой Скирк пару дней назад: про то, кто такие Ху Тао и Синь Янь, про их альбом и про то, чем они интересны сами по себе.

– Ох, Линнея, ты мне очень хорошо самооценочку подняла, – Ху Тао улыбнулась.

– Я, как редактор школьного медиа, говорю лишь фактами.

– Ух, Ху Тао, да ты маэстро! – улыбнулась Барбара, чуть прижимаясь к Ху Тао справа.

– Ху, а ты же нам… поможешь? – сказала прижимающаяся к Ху Тао слева Лань Янь.

– Так! Я Вам же не дорассказала про «У Дискича»! – заметила Ху Тао. – Так вот. Я в этот магазинчик захожу пару раз на неделе. Смотрю, что нового. Да и папа Синь Янь уже мне больше чем просто продавцом стал…

– И что дальше? – спросила Линнея.

– Не перебивай, – сказала Ху Тао, после чего взяла палочку от барабанной установки Линнеи и начала её вертеть, продолжая свой рассказ. – Он мне сказал, что какая-то группа исключительно из подростков сегодня приходила и покупала инструменты. Я подумала, круто, конечно, новая группа в Темносерске, но в целом значение этому не придала. Потом пошла домой, начала только делать уроки… Как вдруг надо мной начинается целый концерт!.. Сначала бах! Потом бум! Потом мужской голос! Потом женский! Потом соло на гитаре! И так минут пять! Я сосредоточиться на уроках никак не могла, наслаждалась, оказывается, вашей игрой, будто на концерте была!

– Это мы были! – хихикнула Лань Янь.

– А то! Ну, концерт закончился у вас. Не идеально получилось, но мне понравилось! А я же одна в своей студии, планировка которой идентична студии Итэра! – Ху Тао хихикнула. – Знаю я Итэр, где у тебя туалет и спаленка… – сказала Ху Тао шутливо-кокетливо.

– Достижение века, Ху, – ухмыльнулся Итэр.

– Ну-ну… А я же слушала вашу игру, знала, что это кто-то надо мной, но кто именно идей не было. Ну и решила прийти. Вот таким вот незамысловатым образом я оказалась здесь.

– Хорошая история, Ху, – похвалил Итэр.

– Так вот. Раз я уже с Синь Янь выпускала альбом и мы вошли в чарты Темносерска и даже нескольких других городов России… Не хотите ли, чтобы я вам помогла?

– Как именно? – поинтересовалась Линнея. Ху Тао заметила искренность в глазах своей старой подруги, поэтому ответила абсолютно честно.

– Ну… На первый раз вы сыграли хорошо. Не идеально, немного дисгармонии было, но… я могу вам помочь с этим. Потом я предлагаю вам записать альбом перед поездкой на БВФ, и как раз на форуме вы сыграете? Нравится? Результаты гарантирую! – спросила Ху Тао, желавшая помочь «Ледяным звёздам».

– Мы за, конечно! – улыбнулась Линнея. – Но тебе какой прок от этого?

– Ну… Во-первых, вы меня укажете где-то у себя в титрах. Во-вторых, вы будете песни выпускать на лейбле папы Синь Янь, он будет очень рад! И заплатит хорошо… В-третьих, небольшая плата сейчас, я же бедная школьница, живущая одна…

– Сколько? – поинтересовался Итэр. – Для «Ледяных звёзд» нет никаких денежных преград. Здесь один за всех, и все за одного!

– Ну… Если каждый день проводить тренировки по часу в среднем… Где-то двадцать пять часов тренировок, думаю… Десять тысяч рублей?

– Ничего себе! – воскликнула Лань Янь.

– Не многовато ли? – спросила Линнея, выросшая в детдоме и почти никогда не видевшая так много денег вживую.

– Пятнадцать тысяч, но, во-первых, ты будешь проводить индивидуальные консультации, если кто тебя найдёт на перемене в школе и ты будешь не против побеседовать, и, во-вторых, ты нам поможешь с лейблом и прочей макулатурой. Станешь менеджером нашим, так сказать. Если поможешь первый альбом записать, или даже сингл – двадцать тысяч.

– Сколько-сколько?! – у Ху Тао полезли глаза на лоб. Она уже представляла, как потратит эти деньги: классная еда, модная одежда, новые крема для кожи. – Я… Итэр… Я это…

– Не слишком ли дорого, Итэр? – спросила Барбара. – Двадцать тысяч за тренера!

Ху Тао покраснела, ощущая себя примерно как девушка, которую купили на ночь, ведь таких денег за, казалось бы, простую работу она не могла ожидать. Какое счастье, когда столько денег вот-вот свалится тебе на голову! Лань Янь и Линнея переглядывались между собой, а Скирк стояла у окна и наслаждалась происходящим: новая девчонка, которая прямо будет влиять на «Ледяные звёзды» и с которой Скирк уже пересекалась два дня назад.

– Если за двадцать тысяч рублей и пару десятков часов усилий можно получить известность, признание и счастье – то всё было не зря, – сказал Итэр уверенно, даже слегка гордо.

– Я… Я готова… – Ху Тао кивнула. – Завтра в школу договоры принесу, а ты – деньги. Остальные пусть никому ни слова не говорят! А ты, болтушка-Линнея, в частности! Пишешь статью только после БВФ!

– Хорошо, хорошо… – все кивнули.

– Ну и отлично… – сердце Ху Тао билось очень сильно, ведь наконец-то она сможет поесть что-то вкуснее гречки. – Завтра увидимся. Пока-пока!

– Пока, Ху Тао! – попрощались все.

Итэр и Линнея проводили Ху Тао.

– У нас теперь свой менеджер! – хихикнула Барбара.

– Формально пока не менеджер. Вот завтра будет менеджером, если договор принесёт хороший, – сказал Итэр.

– Мы правда это делаем… – Линнея чуть ли не заплакала. – Я сейчас заплачу… – Барбара приобняла Линнею и последняя положила голову на плечо подруги.

– И что теперь делать будем? – спросила усталая Лань Янь.

– Как что? – сказал Итэр. – Сейчас все идут отдыхать. Завтра же разберёмся с договором Ху Тао, определимся с лэйблом и решим прочие вопросы! Вы готовы?

– Да! – ответили все хором.

Для самопознания необходимо испытание: никто не узнает, что он может, если не попробует.
Луций Анней Сенека, "О провидении", 4

[POV: Ху Тао. 14 октября 2007, воскресенье – за день до выезда на БВФ. Звукозаписывающая студия]

Маленькая комната с хорошей звукоизоляцией. Скирк сидела у микрофона, а позади неё сидела девушка в синей форме – видно, сотрудница этой студии.

– …И погаснет Солнце в последний раз, но мечта моя мне как алмаз… – пела Скирк. – Ух!... О боже! – воскликнула она, как только запись завершилась.

– Скирк, а можешь ещё раз перепеть куплет? – спросила девушка.

– А что на этот раз не так? – поинтересовалась Скирк.

– Понимаешь… – девушка чуть засмущалась, – нам нужно несколько вариантов того, как ты поёшь куплет. И выберем лучший.

– Ох, не знала, что записывать песни так тяжело…

– Ничего, – девушка улыбнулась. – Вы оплатили студию на весь день, а сейчас только десять утра. Я буду помогать вам.

– А можно я подругу позову? – спросила Скирк.

– Да, конечно, какую?

– Ху Тао.

Девушка в синей форме открыла дверь.

– Ху Тао, тебя зовут!

За дверью послышались приближающиеся к Скирк шаги.

– Да, милая? – спросила Ху Тао.

– Можно она просто рядом посидит в этой комнате? Мне это мотивацию даёт…

– Если Ваша подруга не будет издавать лишних звуков, то да.

– Скирк, помни всё то, чему я тебя учила последние три недели! – выкрикнула Ху Тао.

Скирк вздохнула и снова спела куплет. Когда она закончила, Ху Тао подошла к ней и взяла Скирк за руку.

– Ты молодец! Горжусь тобой! – улыбнулась Ху Тао. – Поёшь прям так же как и я!

– Спасибо тебе за уроки… – поблагодарила Скирк.

– Пока мы ещё песню записываем. Как выпустите альбом и заработаете денег – тогда и отблагодаришь! Вот Итэр мне столько денег дал… – Ху Тао чуть опустила голову. – Набрала два килограмма… Всё время худышкой была, а теперь набрала чуть…

– Ты и так худая! – воскликнула Скирк. – Теперь выглядишь здоровее хоть, а то на тебя было больно смотреть…

– Спасибо, – Ху Тао улыбнулась. – Спасибо… Просто непривычно, когда я вешу больше пятидесяти килограмм…

– Да ты всё время недоедала! – воскликнула Скирк. – Вот впервые за пару лет поела что-то вкуснее гречки…

– Неловко немного… – Ху Тао чуть смутилась.

– Ладно, Ху Тао, мы продолжим? – спросила девушка в синей форме. – Не будем отвлекать певицу…

– Да, конечно, – кивнула Ху Тао.

Девушка вышла из помещения. В коридоре сидели Ноэлль, Инуо, Нилу и Соён. Ху Тао подсела к Ноэлль.

– Ху, тебя зачем звали? – спросила Ноэлль.

– Скирк звала. Просто посидеть рядом. Типа поддержка.

– Поддержка… – Ноэлль улыбнулась. – Ты думаешь, «Ледяные звёзды» станут популярными?

– Я уверена в этом! – уверенно сказала Ху Тао, скрестив руки на груди.

– Изначально я очень скептически относилась к «Ледяным звёздам»… – призналась Ноэлль. – Где-то в середине сентября Скирк же пришла к нам в школу и в тот же день Итэра в больницу направили. Потом ко мне подходили и спрашивали, буду ли я Итэра посещать. А у меня экзамены же… Клянусь, времени не было… – Ноэлль чуть взгрустнула. – Я сама фанатка музыки. Пыталась играть, но получалось плохо. Грустно, конечно, что я не в группе, но я рада быть одной из приближённых к ним…

– Ага, – кивнула Ху Тао. – Не сожалей, всё хорошо. Вот ты же в начале октября более активной стала по отношению к «Звёздам»…

– Я просто поняла, что они реально могут стать популярными… – сказала Ноэлль. – Я бы тоже хотела. Вот поэтому ближе к ним стала. Немного меркантильно с моей стороны.

– Ноэлль, они ещё не добились успеха! Успокойся. Ты не меркантильная. Линнея, Скирк, Барбара, Итэр, Лань Янь и другие дружат с тобой! Они о тебе столько приятного говорят!

– А о чём, например? – поинтересовалась Ноэлль.

– Буквально вчера на последней репетиции перед записью Лань Янь твои духи хвалила. Говорила, что хочет такие же.

– Ого… – Ноэлль покраснела. – А я популярная, считай…

– «Ледяные звёзды» ещё не на пике! – улыбнулась Ху Тао. – Вот завтра поедем на БВФ… Они вам концерт дадут!

– Жду с нетерпением! – улыбнулась Ноэлль.

– Ребят! – вмешалась Нилу. – Концерт?!

– Да. На БВФ. Едешь? – спросила Ху Тао.

– А ты откуда знаешь? – поинтересовалась Нилу. – Всё же мы ученики… А я только по слухам знаю, выздоровела только на этой неделе, весь ажиотаж пропустила…

– Я их менеджер.

– Логично… – Нилу откинулась на спинку кресла. В пяти метрах открылась другая дверь и оттуда вышла Линнея.

– Ну что, Лин? – Ху Тао встала и подошла к своей подруге. Нилу за компанию тоже встала, а Ноэлль что-то смотрела на своём плеере.

– Я им минут десять играла! – гордо сказала Линнея. – Сказали, вырежут, что надо.

– Конечно… – улыбнулась Ху Тао. – У нас монтажёр – Кинич. Он и игроман, и программист, и кто там ещё…

– Но для нас он монтажёр!

– Когда клип снимать будем, нужно Шарлотту привлечь стопудово! – предложила Нилу.

– Мы с ней уже договорились, – кивнула Линнея. – Она будет снимать нас на концерте послезавтра, или когда там наметят… Потом просто на улице снимет отдельные части, где мы там гуляем, у статуй стоим, сидим на ступеньках, и подобное…

– А Кинич где сейчас? – спросила Ху Тао у Ноэлль.

– Отошёл. Сказал придёт через полчаса.

– Покушать захотел, видимо… – кивнула Ху Тао. – Ну ладно, пусть поест…

– Ладно, я пока прогуляюсь чуток, потом ещё играть… – сказала Линнея.

Линнея помахала Ху Тао и пошла гулять по коридорам.

– Бу! – послышался резкий женский голос сзади. Нилу вздрогнула, а Ху Тао как ни в чём не бывало повернулась.

– А! – взвизгнула Нилу. – Лань Янь, какого фига?!

– Ну, привет, Ланечка. Такая потная… – Ху Тао смотрела Лань Янь прямо в глаза, говоря это.

– Чёртов автобус! – крикнула Лань Янь про себя.

– Опоздала на целых полчаса, нехорошо… – игриво сказала Ху Тао.

– У нас же целый день оплачен! Сколько там Итэр заплатил?!

– Пять штук вроде… – предположила Ху Тао.

– Так дёшево?! – переспросила Соён.

– О, приветик, Соён, – Лань Янь приобняла свою подругу. – И Инуо тут!

– Приветик! – Инуо улыбнулась. – Тебя ждала.

– У тебя целых две подруги, Лань Янь, да ты селеба! – подметила Ху Тао.

– Не отрицаю… – улыбнулась Лань Янь.

– Надо было ещё сестёр брать! – сказала Ху Тао.

– Они маленькие, меньше Соёнушки… – Лань Янь почесала голову. – Да и вообще мы сняли звукозаписывающую студию до восьми вечера! Потом все вместе идём в ресторан!

– Ага. Итэр делает что угодно, чтобы я набрала вес, – сказала Ху Тао, скрестив руки на груди.

– Да ему без разнички, я думаю…

– Разнички? – спросила Инуо.

– Ну, разницы… – Лань Янь чуть засмущалась.

– Лань Янь у нас самая милая из всей группы! – заметила Соён, обнимая свою подругу сзади.

– Ладно, ладно, меня ждут уже. Скоро увидимся!

– А можно с тобой?! – попросилась Инуо.

– А я просто рядом посижу! – сказала Соён.

– Ладно, идём, идём. Нам куда, знаешь, Ху? – спросила Лань Янь у Ху Тао.

– Прямо по коридору первая зелёная дверь.

– Хорошо! Пока!

Лань Янь, Соён и Инуо отдалились от Ху Тао. Теперь остались только трое: сама Ху Тао, Нилу и Ноэлль.

– Ну, пока все заняты, может, сходим пончики в парке купим? – предложила Ху Тао. – За мой счёт. Я богата теперь.

– Пошли, – кивнула Нилу.

– Я за! – Ноэлль убрала плеер и встала с кресла.

Ноэлль, Нилу и Ху Тао вместе вышли из помещения и направились в ближайший ларёк с пончиками через дорогу. Каждая взяла себе по сладкому и напитку, и девчонки присели на ближайшую скамейку и начали сплетничать.

– Вот вы как думаете, – начала Ху Тао, жуя пончик. – Если Лань Янь самая милая, то Барбара, Линнея и Итэр… Они какие?

– А Скирк? – уточнила Ноэлль.

– А ты знаешь всех! – шутливо сказала Ху Тао.

– Уже знаю всё про них из стенгазет. Немного отстаю от культуры нового времени, – Ноэлль чуть засмущалась.

– Линнея говорила, что каждый человек должен следовать духу времени, чтобы не быть отсталым. Это даже в цитатник школы попало, на стенгазету… Но Шарлотта утверждает, что каждый человек должен вносить свои идеи в культуру времени, иначе это не человек, а пустышка, – сказала Ху Тао с умным видом.

– Иронично, что Шарлотта работает репортёром, фотографом, редактором и ещё много кем в школе, – улыбнулась Нилу, глотнув вишнёвого сока.

– Ага. Вот и кому верить? Линнее или Шарлотте?

– Ху Тао, мы не хотим напрягать свой мозг философскими цитатами! – воскликнула Нилу. – Мы просто хотим поесть пончики и посмеяться. Вот вы как думаете, с кем Итэра свести?!

– Нилу, твоего сватовства только не хватало! – шутливо-обвинительно воскликнула Ноэлль.

– Скирк? – предположила Ху Тао. – Голову ставлю, что между ними химия есть.

– Говори любовь вместо химия, я слишком не люблю химию… – сказала Нилу без стыда и сожаления. Ноэлль это почему-то показалось очень смешным, и она поперхнулась своим холодным чаем.

– Ну, любовь, – Ху Тао поправила волосы. – Посмотрим. Я не знаю.

– А Линнея? Лань Янь? Шарлотта? – Нилу начала перечислять всех подряд.

– Для фанатиков-мальчиков, которые будут думать, что они одиноки, поэтому будут создавать «Культ Линнеи», «Культ Лань Янь», «Культ Итэра» и подобное… – уверенно ответила Ху Тао.

– Ты думаешь, участники «Звёзд» будут рады этому? – спросила Ноэлль.

– Они знали, на что шли. Участь всех, кто хочет стать знаменитым.

– А у тебя был свой культ? – поинтересовалась Нилу, вертя пустую бутылку сока у себя в руках.

– Не совсем. После выхода моей с Синь Янь песни какой-то мальчик из параллели начал проявлять нездоровый интерес. То дотронется в очереди в столовой за плечо или талию, то будет глазеть на меня, пока я сижу в коридоре и болтаю с кем-то. Типичный извращенец… – Ху Тао покачала головой. – Эта пятёрка знает, на что идёт. Я им проводила лекции уже, рассказывала истории. Всё же у каждой мало-мальски популярной группы есть как и фанаты, так и фанатики… Хорошо, что тот странный чел мне ничего серьёзного не сделал, хотя мне было дискомфортно, пока тот не перевёлся в другую школу…

– Поняла, Ху, – Нилу кивнула. – Я бы хотела себе фанатов… Хороших фанатов! Как Астрид и Марта! Ну или как Ягода на крайняк уж… Тоже хорошенькая девчонка.

– Мы все хотим. Но как только встречаемся с фанатиками – сразу хочется, чтобы тебя все забыли. Фанатики – самые ужасные люди на Земле после тех, кто не моет руки после туалета!

– Согласна с Ху Тао! – воскликнула Нилу.

– Ухх… – Ху Тао посмотрела на часы, висевшие в парке на одном из фонарей, – уже 12:15. Они ещё долго играть будут…

– Может тут побудем ещё, подышим свежим воздухом, поболтаем? – предложила Ноэлль.

– Не вижу перспектив лучше… – кивнула Ху Тао. – Так всё же. Если Лань Янь самая милая, то остальные какие?

– Думаю, для точности твоего исследования нужно спросить самих участников! – хихикнула Нилу. – Считай, канонную информацию получим.

– Логично… – кивнула Ху Тао. 

Девчонки ещё немного посидели, после чего пошли обратно в звукозаписывающую студию. Нилу открыла дверь и заметила сидящих в коридоре Скирк и Итэра

– Встречайте, молодожёны! – Нилу поздоровалась с ними.

– Да не женимся мы ещё! – воскликнул Итэр.

– Ага… – почти виновато кивнула Скирк.

– А о чём так мило болтали?

– Я только вышел! Секунд десять назад… а тут вы! – чуть громче обычного сказал Итэр.

– Ладно. А мы поели как раз, – кивнула Нилу.

– Какие планы у вас, «Ледяные звёзды»? – поинтересовалась Ноэлль.

– Ну… – начала Скирк. – Пару часов ещё дубли записываем. Потом идём в ресторан все вместе… Вдесятером, или сколько нас тут? Затем по домам, собирать вещи на БВФ… Из присутствующих все же едут?

– Все… кроме Соён вроде, – сказала Ху Тао. – Маленькая ещё. Или не захотела. Ну она не едет, короче.

– Ну, Линнея сказала, что договорится с Мавуикой, и или в среду, или во вторник нам дадут выступить.

– А инструменты? – поинтересовалась Ноэлль.

– Везём с собой, конечно. Проблемы будут только с барабанами Линнеи. Да и если бы забудем хотя бы один провод, считай, уже один участник не сможет сыграть.

– А ты думаешь, над вами не будут смеяться в школе? – спросила Ху Тао. – Про вас уже все наслышаны.

– Ну да… – Скирк поправила волосы. – Будут или не будут – дело десятое. Фанаты – не страшно, если только они нам намеренно жизнь портить не будут. Сейчас у нас цель записать бы всё хорошо, с остальным позже разберёмся.

– Кинич классный парень! – вскользь упомянул Итэр. – Прекрасный монтажёр, сделает всё настолько по красоте! Его работы прошлые такие крутые… Хорошо, что я познакомился с ним ближе.

– А вы Кинича с кем шипперите?! – поинтересовалась Нилу с сияющими глазами.

– Нилу, твоя страстность заразительна… – хихикнула Скирк. – Уже всех успела засватать.

– Шарлотта? – предположила Ноэлль. – Один монтажёр-игроман, вторая фотограф-репортёр…

– Да! – Нилу обрадовалась как маленькая девчонка. – Да!

– Я пошутила! – начала отнекиваться Ноэлль. – Ребята, я этого не говорила!

– Ну всё, Ноэлль, теперь Нилу навсегда увековечит их вместе… – вздохнула Скирк.

– Да! Да! Я по ним буду фанфики писать! – воскликнула Нилу.

– Нилу, мы уже видели твои фанфики про нас со Скирк, – покраснел Итэр. – Если Шарлотта или Кинич про это узнают, тебя как минимум оштрафуют за клевету.

– Ой… – Нилу опустила голову.

– Да и Кинич с Шарлоттой не общаются вроде как… Только если по работе… – уточнила Ноэлль.

– Ага. Ну ладно, мы с Итэром отойдём пока. Через пару часов в ресторан. Спасибо, что пришли поддержать нас!

Скирк и Итэр ушли куда-то по коридору. Три девчонки снова остались сидеть одни в коридоре.

– Куда это они? – спросила Ноэлль.

– Целоваться! – воскликнула Нилу.

– Не исключено… Эх, Аяка, такое чудо потеряла… – цыкнула Ноэлль.

– Всё же никаких гипотез кроме версии Нилу я теперь всерьёз воспринимать не могу… – Ху Тао ударила себя рукой по лицу, вспоминая, как на прошлой неделе Итэр на физкультуре случайно упал в ноги Скирк.

– Аяка сама выбрала этот путь. Никто её не собирается спасать, уж со всеми перессорилась, – сказала Нилу.

– Ладно, ребят. Без конспирологии: Завтра как раз едем на БВФ, всё увидим… – сказала Ноэлль.

– Если они устроят гулянку после концерта – я за ними пойду как менеджер. Нилу, я тебе расскажу, кто с кем целовался! – сказала Ху Тао, представляя, кому же Итэр признается в любви.

– Так точно! – Нилу отдала честь Ху Тао. – Лучшая подружка ты моя…

Если кто-то – один, это не значит, что тем самым он и одинок, так же как если кто-то – в толпе, это не значит, что он не одинок.

Эпиктет, «Беседы», III, 13, 1

[POV: Итэр. 15 октября 2007, в ожидании автобуса]

– Ну что, готов, Итэр? – спросила Скирк у парня, стоявшего поодаль от основной массы школьников.

– Как хорошо всё Линнея и Шарлотта придумали… – улыбнулся Итэр.

– Ага. Ты им все инструменты отдал утром?

– Ко мне они обе пришли и мы втроём понесли инструменты в школу. Сейчас за них отвечает наш директор Мавуика.

– А где остальные? – поинтересовалась Скирк. – А то вдвоём скучно как-то.

– Вовсе не скучно! – воскликнул Итэр.

– Намекаешь? – игриво спросила девчонка.

– Я… Я это…

– Да норм. Сейчас остальных найдём.

– Нас сколько человек, ты знаешь? – спросил Итэр.

– Линнея говорила, что 262 ученика едут.

– Это как десять классов! – воскликнул парень.

– Ага. БВФ – хорошее место, в которое можно отправить детей.

– Даже каникулы продлили… – улыбнулся Итэр. – Аж до 28 октября вроде… Ну, плюс-минус день.

– Не то слово… – улыбнулась Скирк.

– Бу! – послышался женский голос за спиной Скирк.

– Ой! – воскликнула беловолосая. – Ху Тао! Ну не пугай ты так!

– Ех-хе-хе-хе! – почти истерично зазвучала менеджер.

– Вон, первые два автобуса подъезжают… – заметил Итэр.

– Наши? – поинтересовалась Скирк.

– Не знаю… Какие у них номера?

– «1» и «2» на них написано, – заметила Ху Тао.

– Угу… – Итэр глянул на своё приглашение, – У меня на моём билетике написано, что я сижу в автобусе «4».

– О, я тоже! – Скирк улыбнулась.

– А я в «3», – Ху Тао чуть взгрустнула.

– Ну ничего… – Итэр улыбнулся.

– А сколько всего автобусов? – спросила Скирк.

– Вроде как четыре, – кивнул Итэр. – Каждый где-то на семьдесят мест.

– Всё сходится… – рассчитала Ху Тао. – Даже, наверное, кому-то потесниться надо. Учителям же тоже сидеть надо.

– Я думаю, взрослые всё рассчитали, – кивнула Скирк.

Ребята посмотрели на те два автобуса, в которые уже начали заходить люди.

– Линнея! – Скирк показала рукой на ребят. – И Лань Янь! Они обе в первом!

– Я думаю, остальные друзья уже сели в автобусы… – предположила Ху Тао. – Или опаздывают.

– Лань Янь любит опаздывать, – напомнила Скирк.

– Но сейчас я видела, как она заходила в автобус… Ещё длинные волосы ни с чем не спутаешь.

– Вот, третий подъезжает! – заметила Ху Тао. – Ладно, я пошла!

– Увидимся в лагере! – попрощалась Скирк.

– Пока, наш менеджер! – добавил Итэр.

Ху Тао помахала своим подопечным на прощание и побежала в сторону автобуса.

– Ну, теперь остались мы вдвоём… – заметил Итэр.

– Ага. Посреди незнакомой толпы… – Скирк окинула взглядом всех оставшихся.

– Четвёртый автобус подъезжает, вроде… – Итэр указал на далёкую жёлтую машину.

– Ну, ждём его.

– Посидим вместе?

– Ага… – согласилась Скирк. – Есть что-то в том, чтобы сидеть на скамейке с другом молча.

Скирк и Итэр сели на ближайшую скамейку. Первый автобус уже начал отъезжать, и на его место припарковался четвёртый. Скирк и Итэр зашли в него одними из последних и сели впереди. Итэр оглянулся назад – ни одного знакомого лица.

– Мы одни походу из своих…

– Вообще никого? – спросила Скирк.

– Угу…

– Уважаемые ученики! – сказал водитель автобуса, сидящий прямо перед Итэром и Скирк, в свой микрофон, а динамики разнесли звук во все уголки автобуса. – Сегодня вы едете в учебно-рекреационный лагерь, гордо именуемый БВФ…

– Скукота… – сказала Скирк, наклонившись к Итэру, чтобы мальчик всё услышал.

– Да норм. Пусть говорит.

– …Путь до лагеря в деревню Бофорово займёт Четыре часа сорок минут…

– Пять часов ехать!.. – чуть поныл Итэр.

– У меня плеер с собой. Можем музыку послушать.

– Хорошая идея… – улыбнулся Итэр. – А ты хороша.

– Хе-хе… – Скирк улыбнулась.

– …Пристегните ремни. Мы начинаем движение…

Автобус тронулся. Водитель начал рассказывать «интересные» факты о деревне Бофорово и про непроглядный лес и болота, посреди которого живут люди.

– Держи наушник… – Скирк протянула руку Итэру.

– Спасибо.

– Что послушаем?

– Врубай что хочешь, – Итэр достал маску для сна из кармана.

– Ты спать будешь?!

– Кайфовать…

– А в окошко смотреть?! – шутливо поинтересовалась Скирк.

– Вот ты у окошка, ты и смотри…

– Поняла… – Скирк закатила глаза, но Итэр этого, конечно, не заметил. – Ну ты хоть говори, местами поменяемся.

– Посмотрим.

Ребята выехали из Темносерска уже через двадцать минут. Скирк всё время смотрела окно, слушая музыку из своего плеера: сначала были обычные дома, потом более маленькие и разрушенные – бедный район. После них была та самая аллея славы из топ-1000 сотрудников Нефтерадуги, а ещё через 5 минут – таблички: одна с перечёркнутой надписью «Темносерск», а другая с надписью «Возвращайтесь снова!».

Затем начались болота. Потом лес. Потом снова болота.

– Итэр, спишь? – Скирк толкнула своего друга, но тот не ответил. – Спишь? Ясно…

Скирк приподнялась и посмотрела на тех, с кем она вместе ехала. Ни одного знакомого лица. Казалось, все были из пятого-шестого классов.

[POV: Линнея. 15 октября 2007, в автобусе «1». Сидит рядом с Шарлоттой]

– Ох, там такой классный зал! – сказала Шарлотта, улыбаясь. – Я вам завидую даже немного.

– А я бы была не против побыть репортёром! – воскликнула Линнея.

– Да мы все круты… – хихикнула Лань Янь, сидящая через проход от Линнеи и Шарлотты вместе с Инуо.

– Я слышала, Ху Тао неоновые палочки на всех взяла… – сказала Шарлотта чуть неуверенно.

– Да у неё их целая коллекция, она в школу приносила! – улыбнулась Линнея.

– Давайте все вместе сфотографируемся? – предложила Шарлотта.

– Давайте!

Шарлотта достала свою камеру, приподняла руку, и четыре девочки сделали весёлые лица и рожки из пальцев – знак мира.

– Ещё три фотографии… – сказала Шарлотта. – Чуть терпите.

– А зачем ещё три? – не поняла Инуо. – Одной же достаточно…

– Нет. Скажите: «сыр»!

Шарлотта щёлкнула камеру второй раз. Потом третий.

– Кочка! – взвизгнула Инуо, чуть подпрыгнув на месте.

– Кадр не испортили. Давайте, последняя фотка! – сказала Шарлотта.

Последний четвёртый снимок был сделан.

– А зачем нам четыре снимка? – спросила Инуо ещё раз.

– Держи… – сказала Шарлотта, передавая Лань Янь две белые карточки.

– Что это? – спросила Лань Янь.

– Наши фотографии. Посветите на них чем-то – они проявятся, – улыбнулась Шарлотта.

Лань Янь привстала и подставила две карточки к лампе, которая была над ней с Инуо. Шарлотта сделала то же самое.

– Ого! И правда! – Лань Янь улыбнулась. – Инуо, держи одну!

– Спасибо, Шарлотта! – улыбнулась Инуо.

– Да не за что… – усмехнулась Шарлотта. – Я с собой двести карточек таких взяла.

– Двести?! – воскликнула Линнея. – Это же прям с лихвой хватит… А видео как снимать будешь? Не догоняю чуть.

– Эта фотокамера, – Шарлотта повертела ею перед Линнеей, – для фотокарточек, которые вы держите в руках. А у меня есть ещё видеокамера, она вместе с инструментами перевозится…

– А как инструменты везут, я так и не поняла? – спросила Линнея у Шарлотты на ухо.

– В автобусе для преподавателей, – ответила Шарлотта тихо.

– Логично… – кивнула Линнея.

[POV: Ху Тао. 15 октября 2007, в автобусе «3». Сидит рядом с Нилу]

– Жаль, Ноэлль тут нет… – взгрустнула Нилу.

– Она во втором автобусе едет, – напомнила Ху Тао.

– Ага… – Нилу высунулась в проход, чтобы посмотреть, есть ли знакомые лица. – Я только Ка Мина вижу… С каким-то парнем сидит и смеётся… Пару своих одноклассников, но тебе их имена ничего не дадут… И… Вроде всё?

– Наших нет?

– Не-а.

– Ну ладно… – Ху Тао откинулась на кресле. – Хочешь, музыку дам послушать.

– А давай ты мне свой плеер, а я тебе свой? – предложила Нилу. – Всё равно ещё пару световых лет ехать…

– Нилу, я за… – кивнула Ху Тао. – Но как бы световой год… Это же расстояние?

– В смысле? – спросила Нилу. Ху Тао посмотрела ей в глаза и увидела в них лишь непонимание.

– Не бери в голову.

– Ладно. Вот мой плеер, – Нилу протянула плеер с наушниками Ху Тао. – Только у меня правый наушник сломался, эх…

– А вот мой, – Ху Тао протянула свой плеер.

– Приятного прослушивания! – хихикнула Нилу.

– Взаимно!

[POV: Скирк. Автобус «4». Приехали в лагерь]

– Итэр, соня, вставай! – Скирк начала будить своего друга, когда водитель что-то говорил в свой микрофон.

– А? Что? – Итэр выглядел сонным и удивлённым. – Приехали.

– Да. Пошли. Мы в Бофорово.

Итэр и Скирк вышли из автобуса одними из первых.

– Какой красивый лагерь! – улыбнулась Скирк, идя за ручку с Итэром ко входу.

– Здравствуйте школьники! – к Итэру и Скирк подошла и поздоровалась девушка в форме сотрудника лагеря.

– Здравствуйте… – Скирк попыталась прочитать имя на бирке девушки.

– Мария Эдуардовна, – сказала девушка. У неё была коричневая шляпа, чуть похожая на ковбойскую, закрытая форма оранжевого цвета и рюкзак на спине. Вожатая была довольно смуглой, словно приехала из жарких стран, но не слишком: всё же такой цвет кожи часто встретишь в Темносерске.

– Мария Эдуардовна, – повторила Скирк.

– Да. Я ваша вожатая.

– Точно? – засомневалась Скирк.

– Ну… Как распределят. Рады вас видеть в Бофорово!

– Спасибо… – поблагодарила Скирк. К ребятам и вожатой начали подходить другие ребята из автобуса.

– Пойдём за мной, – сказала Мария Эдуардовна.

– А у вас есть прозвище? – выкрикнул какой-то парень из того же автобуса, что Итэр и Скирк, из толпы, собравшейся за ребятами.

– Можете звать меня Мару, – усмехнулась вожатая. – Пойдём за мной на ресепшн! Там вас распределят по комнатам.

– А по сколько человек в комнате? – спросила какая-то девочка из толпы.

– По четыре. Может и меньше, если людей не хватит. Лагерь на триста человек где-то рассчитан… – усмехнулась Мару. – А вас сколько.

– Двести шестьдесят два, вроде… – неуверенно сказал Итэр.

– Может, двести восемьдесят два? – спросила Скирк.

– Ладно! Не суть! Сейчас узнаете, с кем вас расселили! – Мару открыла дверь в домик, на котором было написано «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ». – Идите налево и смотрите доску – вас ждёт сюрприз!

Итэр и Скирк пошли к доске, а за ними все остальные. Поскольку они были в последнем автобусе, в самом ресепшене уже было пару десятков человек.

– Ой, сейчас знакомых встретим! – усмехнулась Скирк.

– Пошли к доске! – сказал Итэр.

– Ну, у меня большие шансы со знакомыми попасться… – усмехнулась Скирк.

– А у меня только Ка Мин и Кинич из адекватного…

– Эх, вот бы нам вместе заселиться… – сказала Скирк мечтательно, протискиваясь к доске.

– В основном проблема с тем, что обычно школьники любят почти без одежды ходить, особенно после купания, – подметил Итэр. – Людям противоположных полов сложно с этим свыкнуться…

– А я бы не была против с тобой! – усмехнулась Скирк.

– Шутишь?

– Ну ладно… Ищи себя на доске!

– Окей… А потом пойдём в столовую! Весь день не ел…

[POV: Скирк. После столовой. Комната 305-ж. Жители: Скирк, Марта, Астрид, Кокоми]

– Очень красивая комната же! – сказала Кокоми, улыбаясь.

– Ага. Прям целый домишко нам выделили…

– Ну, могло быть и хуже… – усмехнулась Скирк, завёрнутая в полотенце после купания.

– А мы так хотели, чтобы с нами кто-то из «Ледяных звёзд» был! – сказала Марта радостно. – И нам главная попалась!

– Ну, вы все для меня знакомые… – сказала Скирк. – Зато с Кокоми познакомитесь… Подожди, а как вы с Астрид вместе договорились? Вроде как всех наугад…

– Так и есть, всех наугад, – сказала Астрид. – Мы думали, что попадём в разные комнаты, а тут – бац! И мы вместе, и ты с нами.

– Ясно… – сказала Скирк. – А насчёт Кокоми? – Скирк повернулась в Кокоми. – Ты знаешь этих красоток?

– Мы уже пересекались раньше… – улыбнулась Кокоми.

– Да! Да! – сказала Марта почти фанатично. – Кокоми в прошлом году меня с днем рождения поздравила!

– Кокоми, а когда у Марты день рождения? – спросила Скирк, почти хихикая и лежа в своей кровати.

– Первого марта… – сказала Кокоми почти виновато. – Четверг вроде был… Я тогда случайно услышала от кого-то, что у какой-то девочки день рождения. Подошла к ней и поздравила…

– Кокоми! Ты лучшая! – очень весело сказала Марта. – Была бы я парнем, я бы тебя в жёны взяла!

– А, может, из «Звёзд» тебя кто-то привлекает? – спросила Кокоми, явно иронично. Это поняли все, кроме, конечно же, Марты.

– Ох, ну я бы от Итэра не отказалась!

– Итэр занят! – отрезала Скирк.

– Занят?.. – сказала Марта виновато. – Я… Я не знала… А кто с ним?

– Это под NDA (юридическое соглашение о неразглашении конфиденциальной информации). Не могу тебе рассказать, – соврала Скирк, после чего полностью накрылась полотенцем. – Дайте отдохнуть. Вот Астрид молчит же! Давайте все помолчим…

– Я бы хотела покрасить кончики в розовый, как Астрид… – сказала Марта тихо.

– Марта, иди купаться! – почти приказным тоном сказала Астрид.

– А то что? – шутливо спросила Марта.

– Я пойду! А я купаюсь по полчаса… – сказала Астрид кокетливо.

– Ой, бегу! – сказала Марта. – Не смотрите на меня, я в белье!

– Было бы на что смотреть… – фыркнула Астрид. – Мальчиков нет же.

– Обидно как бы… – чуть всхлипнув, сказала Марта, после чего отправилась в ванную.

[POV: Итэр. Комната 102-м. Жители: Итэр, Беннет, Даниил, Лев]

– Ну, братва… – начал сидящий в одних трусах накачанный Даниил. – После поездки нам бы искупаться, чтобы не вонять завтра… Я первый?

– Я тогда пока за колой схожу на ресепшн! – предложил Беннет.

– Давай, бро. – Даннил подошёл к Беннету и пожал ему руку.

– Уф… Больно чуть… – чуть замешкался Беннет.

– Бро, теперь на следующие две недели мы друзья. Иди за колой, я пока сполоснусь. – Даниил ушёл в ванную, а Беннет вышел из номера.

– Ну, Итэр, – начал Лев – худенький брюнет с голубыми глазами. – Приятно познакомиться.

– Да… – улыбнулся Итэр. – Мало того, то ты в одном классе с Линнеей, Шарлоттой и Ху Тао…

– …Так я ещё через проход от Шарлотты сижу! – закончил Лев, после чего засмеялся.

– Ай, красавчик! – Итэр дал пять своему новому другу.

– Я, конечно, не фанат музыки сам по себе… Но всё же ты значимый человек в школе. Признаю это.

– И ты тоже… – сказал Итэр, даже не подумав.

– Да нет! Я просто хочу Ангелинке в любви признаться… С ней сидим уже который год…

– Ну, я не мастер в отношениях…

– У тебя четыре девочки в группе и ты один парень! – напомнил Лев.

– Мои слова имеют смысл, получается? – задумался Итэр.

– Ага. Поможешь мне с Ангелинкой, бро? – спросил Лев, улыбаясь. – Я только не знаю, чего дать взамен могу.

– Конечно помогу!

– А взамен чего хочешь?

– Ничего… Я добрый человек, – улыбнулся Итэр.

[POV: █ октября, █:█, ████████]

– Все в сборе?

– Все школьники уже в Бофорово.

– Ясно. «Ледяные звёзды» тоже?

– В полном составе. Шарлотта предоставила список Мавуике, а я его успела сфотографировать и перевести в текстовый формат. На перекличке отметили всех – значит, никто не потерялся.

– Отлично. Можем начинать операцию «Харон»?

– Да. Главное ничего не испортить.

– Ага. Нам нужно быть очень аккуратными…

– Я проинструктирую всех сотрудников.

– Хорошо, Джульетта. Вернись до того, как проснутся дети.

– Так точно, Чарли.

У обученных и чувства более изощренны.

Климент Александрйский, «Строматы», II, 2

[POV: Скирк. Сон]

Скирк очутилась в каком-то тёмном помещении. Свет мерцал.

Девушка нашла на полу пистолет. Проверила – настоящий. Заряжен.

Перед Скирк появляется девушка без лица. Скирк вспомнила свой прошлый сон – та же девушка. Она сидела у стены и вся была то ли в крови, то ли в грязи. Скирк испытала сильную ненависть к этой девушке.

– Я лишила тебя самого главного… – сказала эта девушка, хотя у неё не было рта. Да у неё вместо лица просто кожа натянута!

Скирк нацелилась на эту девушку. Она стала более испорченной и искажённой. Скирк осмотрелась – всё на своих местах.

– Я не буду у тебя просить прощения. Я тебя не люблю, но и не ненавижу. Давай же.

– Ненавижу! – выкрикнула Скирк.

Скирк хотела было выстрелить. Ей очень хотелось. Однако в помещении началось землетрясение. Скирк потеряла равновесие и упала.

– Мы ещё встретимся… – сказала эта девушка, после чего на неё упала и взорвалась лампа. Скирк отбросило назад…

Скирк проснулась от звуков будильника, который поставили в комнату и который завела Кокоми.

– Чёртов кошмар… – пробормотала Скирк, ворочаясь в кровати.

– Уже вставать?.. – начала ныть Кокоми.

– Нам на завтрак надо, – добавила Астрид. – Идём все вместе… Марта! Скирк! Встаём!..

– Я первая в ванну. Потом Астрид… Потом Скирк и Марта. Хорошо? – спросила Кокоми.

Девочки кивнули. Скирк села на кровати.

– А вам что снилось? – Скирк спросила Астрид и Марту, пока Кокоми умывалась.

– Да фигня какая-то… уже забыла! – хихикнула Кокоми, лежа в кровати.

– А мне снилась ты, Скирк! – сказала Астрид воодушевлённо.

– Ого! И что я делала? – спросила Скирк с интересом.

– Не помню точно… Но ты точно была в моём сне… – улыбнулась Астрид.

– Значит, я для тебя что-то значу, – хихикнула Скирк.

– Для всех нас! – добавила Марта.

Девочки собрались за десять минут – всего-то нужно было переодеться и умыться – и они пошли в столовую.

– И куда нам? – спросила Марта.

– Ребята! Ребята! – окрикнул знакомый голос.

– Мару! – Скирк поздоровалась с вожатой.

– Привет! Ребята, за мной! Вам в столовую? – спросила вожатая.

– Да! – сказали все хором.

– За мной!

Мару довела детей до столовой. Скирк оглядела лагерь: очень много домов и тропинок. Кажется, будто сюда можно поместить целую тысячу человек! Но пока что здесь были ребята из пятой школы, в то время как ребята из других школ или поехали в другие лагери, или вообще улетели в другие регионы России.

Скирк зашла в столовую. Она была огромной. Точно больше школьной. А ещё Скирк заметила лестницу. Столовая в два этажа!

– Скирк! Скирк! – послышался знакомый голос.

– Линнея, привет!

– Привет! – начала запыхавшаяся Линнея. – Скирк! Срочно! В актовый зал!

– А поесть? – спросила девушка.

– Нет времени! За мной! – Линнея насильно начала тянуть Скирк.

– Ну, девчонки, видимо мне пора… – хихикнула Скирк, после чего начала шагать в ту сторону, куда её тянула Линнея.

– Пока! – попрощались другие девочки. – Мы будем на первом этаже, если что.

Скирк и Линнея вышли из столовой на улицу. Линнея наконец-то отпустила свою подругу.

– Короче! У нас репетиция… – начала Линнея. – Объявили буквально час назад!

– Но сейчас 8:55? – спросила Скирк.

– В пол-одиннадцатого концерт. Боже, так поздно решили… На репетиции остался час!

– А какую песню играем?

– Какую песню?! Ту, что записывали вчера! Помнишь?! – спросила запыхавшаяся Линнея.

– Помню… Помню… – Скирк улыбнулась. – Ладно, давай побежим уж.

– Да! Да! – подбадривала Линнея.

Линнея завела Скирк в какое-то здание, после чего повела подругу по коридорам.

– А ты откуда путь знаешь? – поинтересовалась Скирк.

– Карту изучила, – спокойно ответила Линнея.

– У нас есть карты?!

– Ну… Раздавали же вчера на ресепшне!

– Не видела…

– Ладно. Возьмёшь потом.

Линнея открыла какую-то дверь. Это был огромный актовый зал. Там уже были все: Лань Янь, Итэр, Ху Тао, Барбара…

– Шестая пришла! – окликнула Барбара.

– Вы уже тут все? – спросила Скирк.

– Да блин… – Линнея почесала голову. – Представляешь. Лань Янь, Ху Тао и Барбара в одной комнате!

– Ага! – хихикнула Ху Тао. – Удача.

– А кто четвёртый с вами? – поинтересовалась Скирк, заходя за кулисы в поисках гитары. – А вы поели вообще?

– Четвёртая с нами Тринити. Она из 8 «Б». Ни с кем не дружит…

– Ну и как она? – поинтересовалась гитаристка.

– Скромная очень… – хихикнула Барбара.

– Ага! Фиг разговоришь! – добавила Ху Тао.

– А насчёт еды… Из нас никто не ел… – пожаловалась Лань Янь. – Линнее сказали, что мы можем попрактиковаться, вот она нас всех и собрала здесь. Мы тут минут пятнадцать, Итэр – где-то пять. Сама она очень рано встала.

– В шесть утра! – гордо заявила Линнея.

– Нашла гитару, иду к вам! – сказала Скирк.

– Ну всё! – окрикнула Ху Тао, после чего спрыгнула со сцены. – Песня длится минут пять. Предлагаю её сыграть раза четыре, после чего мы быстро побежим и чего-нибудь прихватим в столовой!

– Да! – крикнули все.

– Ну… Давайте! Линнея, начинай! – крикнула Ху Тао, после чего села в первом ряду.

Участники, игравшие эту песню – ту самую, что пели в свою первую встречу (естественно, более доработанную версию, спасибо госпоже Ху) – почти каждый день на протяжении последних двух недель, на первой попытке были немного дисгармоничны.

– Первая игра… Пять из десяти! – крикнула Ху Тао. – Линнея чуть с барабанами тупит! Итэр, строки не забывай! Лань Янь, флейтой что-то не так делаешь! Играйте снова.

Ребята начали играть ту же песню ещё раз. Уже было 9:40.

– Ху Тао, мы хотим есть! – крикнула Лань Янь!

– Ладно. Идём есть… – сказала Линнея.

Скирк только сейчас заметила какую-то женщину с красными волосами, сидящую на заднем ряду.

– Это кто?! – Скирк указала пальцем. – А… Мавуика Жаркомировна! Здравствуйте!

– У нас были зрители?! – Лань Янь покраснела. Да и все покраснели, кроме Линнеи.

– Здравствуйте, дорогие… – Мавуика – директор школы – поздоровалась. – Только заметили?

– Я просто решила никому не говорить! – улыбнулась Линнея. Всем участником от такого было чуть обидно.

– Хорошо играли, гордость нашей школы… Ладно, бегите в столовую. С инструментами что-то придумаем. В 10:00 вы должны быть за кулисами! У вас… Девятнадцать минут.

Все шестеро, очень голодные, отправились в столовую. Она уже была наполовину пуста – Скирк не заметила своих девочек. Видимо, прогуляться вышли. «Ледяные звёзды» и Ху Тао заняли столик на восьмерых.

Столовая была в формате шведского стола: каждый мог брать то, что захочет. Барбара и Лань Янь взяли супы, Скирк и Итэр – пельмени, Лань Янь – пасту с соусом и рыбой, а Ху Тао – питательный салат.

– На время смотрите! – напоминала Линнея. – Уже 9:46. 9:47! Только наступило.

– Линнея, мы успеем! – сказала Скирк, жадно глотая пельмени. Голод брал своё. Да и, честно говоря, все если быстро.

– 9:48!

– У меня только суп остыл! – пожаловалась Лань Янь.

Оставшиеся группы школьников начали выходить из столовой. В конце концов, «Ледяные звёзды» остались последними.

– 9:56! – выкрикнула Линнея. – Бежим.

– Ладно, бежим, – сказала Скирк, доедая последний пельмень.

– Я только половину супа съела! – пожаловалась Лань Янь.

– Пофиг! Бежим быстрее!

Все пятеро бросили свои тарелки и как можно скорее побежали в актовый зал. Везёт, что Линнея помнит путь.

– Шарлотту видел кто? – спросила Линнея своих товарищей, когда те заходили в актовый зал.

– Не-а… – сказала Скирк, после чего окинула зал взглядом. Там сидели, казалось, все ученики.

– За кулисы! – напомнила Линнея. – О! Шарлотта!

– Здравствуйте! – поздоровалась Шарлотта. Рядом с ней стояла Мавуика Жаркомировна.

– Инструменты на сцене. Сейчас я выхожу. Вас позовут сразу после меня. Ориентировочно пять минут. Задайте жару! – полуприказным тоном сказала Мавуика Жаркомировна.

– Хорошо! –

– А я – снимать! – хихикнула Шарлотта, после вышла из-за кулис.

–  10:00. Мой выход. Ждите! –  сказала Мавуика Жаркомировна, после чего вышла на сцену. Раздался рой аплодисментов.

– Инструменты в правой части сцены! – заметила Скирк.

– Да… Не тупим… –  улыбнулась Барбара.

– Дорогие ученики! – начала Мавуика. – Я очень рада, что вы пришли…

И Мавуика начала рассказывать про то, что она очень рада видеть здесь всех. Все по очереди заглядывали в зал из-за кулис – так много ребят, так много знакомых лиц. И большинство ждут, что кто-то сейчас сыграет музыку. «Ледяные звёзды» не хотели разочаровать своих фанатов. Время пролетело так быстро, что, казалось, буквально через десять секунд после выхода на сцену – хотя прошло десять минут – директор разбудила задремавших «Ледяных звёзд».

– …Ну а сегодня на разогреве у нас «Ледяные звёзды»!

На слове «Ледяные» проснулись все шестеро.

– А? Что? – спросила себя Барбара.

– Первый концерт через минуту… – сказала Скирк. – Сердечко бьётся…

– И у меня! – добавила Лань Янь.

– Было бы странно, если бы не билось! – пошутила Ху Тао.

Зал разразился аплодисментами. Группа вышла на сцену.

– С богом… – сказала Скирк.

– Не верю, что мы это делаем… – казалось, Барбара хотела заплакать, но держалась как могла

– Поприветствуйте! – кричала Мавуика в микрофон. – Наша новая группа!

Все шагали к своим инструментам, махая публике и осознавая, что настал их звёздный час. Будучи освещёнными сверхъяркими прожекторами, ребята сели за свои инструменты и микрофоны, которые были у каждого, чтобы всех было хорошо слышно. Мавуика отдала свой микрофон Ху Тао.

– Дорогая публика! – начала Ху Тао. – Мы рады приветствовать вас здесь, йоу!

– Начинается… – вздохнула Скирк.

– Йоу, «Ледяные звёзды», йоу! – продолжала прикалываться Ху Тао.

– Ху Тао, ну же! – крикнула Барбара.

– И сейчас мои подопечные сыграют вам тематическую песню Бофорово!

– Что она несёт… – Лань Янь покраснела.

– Начинайте!

Свет сильно погасили. Все замолкли. Ху Тао спрыгнула со сцены и куда-то побежала. Наступила абсолютная тишина.

– Три… – Линнея икнула. – Три. Четыре.

Линнея начала играть на барабанах. Не идеально, но достаточно хорошо. Потом добавилась Барбара. Лань Янь с помощью флейты играла бас настолько, насколько получалось. Интро закончилось – начался куплет. Его пел Итэр.

«…Посмотри, мой друг, на небеса,

Солнце греет, облака плывут.

Пока на Земле случаются чудеса

Люди ещё живут, поют…»

Ребята заметили, как по всему залу начали зажигаться неоновые палочки. Все они были белые – как волосы Скирк. Как раз Скирк и начала петь, искренне улыбаясь.

«…Чтобы счастьем заплыть,

Ничегошеньки не скрыть.

Чтобы помнили нас облака,

Наблюдали ангелы издалека…»

Потом Итэр повторил свой куплет. И…

– Скирк, соло! – крикнули все, кто на этот момент был на сцене. В зале начало зажигаться ещё больше неоновых палочек – их уже было где-то сорок-пятьдесят.

Все, кроме Линнеи замолкли – та продолжала играть свой бит. Скирк начала играть на гитаре. Очень сложную мелодию, которую она придумала сама специально для этой песни. Ту, которую она последние две недели играла каждый день по паре часов. Эта мелодия была настолько сложной, что Скирк купила напалечники, чтобы её пальцы не выглядели, будто их кто-то резал поперёк.

 Зал разразился хлопками в такт барабанам Линнеи. В течение тех двадцать секунд, в течение которых Скирк играла сложное соло на сцене, девушка получала огромное удовольствие. Играла она эту мелодию уже на автомате… А пока играла, вспоминала, как всё начиналось, какой путь она прошла и как она оказалась на сцене и теперь играет для своих ровесников и учителей.

После соло Скирк спела ещё один куплет, а потом все, кроме Лань Янь, спели последний припев – Лань Янь же играла красивую мелодию. Потом все замолчали. Синтезатор играл ещё пару секунд, а вскоре и Линнея закончила с барабанами – у неё руки покраснели совсем чуть-чуть, а сама она впервые беспокоилась о чём-то больше, чем своей усталости – о публике и о своей славе.

Свет в помещении снова включили. Зал разразился аплодисментами. Скирк попыталась разобрать, что кричали школьники. «Браво!», «Классная песня!», «Умница!»…

– На бис! – кричал знакомый голос.

– Скирк, соло! – крикнула ещё какая-то знакомая?

– Хотите ещё гитарное соло?! – Скирк крикнула в микрофон. У неё дрожали руки: всё же играть эту мелодию одной и перед публикой в почти триста человек – совершенно разные вещи. По залу раскатился громкий крик – «Да!»

– Ну хорошо… – беловолосая подошла к своей гитаре, пока все остальные оставались на своих местах. Она подняла гитару и ещё раз сыграла то самое соло, которое большинство уже посчитали легендарным: быстрый перебор струн, идеальное чувство ритма, сама игра выглядела так, будто Скирк потратила тысячи часов, изучая именно этот аспект. Внутри у девушки всё горело: хоть где-то она оставила о себе позитивное воспоминание, а именно в сердцах школьниках и учителей. Скирк на мгновенье вспомнила свою маму и то, что она была бы рада, услышав игру Скирк, но сейчас она далеко в Москве…

– Всё! Спасибо! – крикнула Мавуика Жаркомировна, заходя на сцену. – Время!

– Спасибо за поддержку, милые! – крикнула Скирк в толпу. Все снова стали громко кричать и размахивать неоновыми палочками. Скирк заметила в толпе много знакомых лиц: Инуо, Ка Мин, показывавший жест «козы», Шарлотта, снимавшая вблизи, Кокоми, Марта, которая весь концерт махала двумя палочками как не в себя, Астрид, Кинич, Ноэлль… И Аяка. Она, казалось, вытирала слёзы. Но Скирк уже ни в какую не уважала Аяку, поэтому просто радовалась знакомым лицам. Ребята зашли за кулисы, когда Мавуика продолжила о чём-то говорить.

– Умнички! – хвалили ребят учителя, которые были рядом и которые помогали с аппаратурой: Кавех, Аль-Хайтам, Сянь Юнь... – А теперь вы идёте на пятый ряд. Там для вас Ху Тао места выделила.

– Хорошо, спасибо большое! – «Ледяные звёзды» поблагодарили своих учителей и помощников, после чего вышли из-за кулис. Кавех показал рукой, где находится Ху Тао – слева ото всех.

Скирк проходила по правому проходу к ряду Ху Тао – она больше всех переживала за группу, ведь она и их менеджер, и их подруга, и их фанат. Ребята, идя к своим местам, заметили: Сидящие рядом» школьники фотографировали своих юных кумиров, махали им палочками и просили автографы. Девочки игнорировали просьбы, а Итэр уже успел расписаться на листах своих фанатов – своим почерком с кучей звёздочек, выработанным с помощью Марты, пока Мавуика Жаркомировна что-то говорила на сцене.

– Итэр, ты долго! – заныла Барбара.

– Да сейчас… – говорил Итэр.

– Ребята, вы большие молодцы! – похвалила Ху Тао. – И я молодец! Я лучший менеджер! С берега кораблём не правят, поэтому я с вами в вашем корабле!

– И лучшая болтушка в микрофон… – упрекнула Скирк.

– Не-не-не! – усмехнулась Ху Тао. – Главная болтушка здесь – Линнея! Болтушка-Линнея! Болтушка-Линнея!..

– Ну и ну… – Линнея закатила глаза.

Наконец, Итэр присел ко всем своим девочкам.

– Ловко ты это придумала с палочками… – Итэр похвалил Ху Тао, которая сидела через несколько мест от него.

– Вообще-то, это школа купила! – подметила Ху Тао. – Сто штук. Я попросила.

– Но я видела вроде бы штук пятьдесят… – задумалась Скирк.

– Остальные пятьдесят палочек – ваши! – усмехнулась Ху Тао.

– Нафига нам пятьдесят неоновых палочек?! – Скирк удивилась.

– Ну… Придумаем с ними что… – хихикнула Ху Тао.

– Ребят, давайте после выступления на речку? – предложила Линнея. – Я изучила карту… До неё километр! Наша территория очень большая! Побудем там, пока другие не пришли

– Давайте! – согласились все без исключений.

– Только мы вшестером и больше никто… – улыбнулась Скирк.

– А Ка Мин? – поинтересовалась Лань Янь.

– Давай пока без него… – попросила Барбара. – Всё же он пока что не очень важный участник среди всех нес.

– Ладно… – Лань Янь всё поняла.

– Купальные костюмы брали?! – спросила Линнея.

– Да… – неохотно ответили все.

– Ну вот! Скупаемся в речке! – Линнея улыбнулась.

– А я бенгальские огни взяла ещё! – Ху Тао хитро хихикнула.

– Чего только у Ху Тао нет… – сказала Скирк, скрестив руки на груди. Теперь она переключилась на директора Мавуику, которая что-то рассказывала на сцене и слова которой Скирк забудет сразу после выхода из помещения…

[POV: Итэр. У себя в комнате с Даниилом после выступления]

– Красавчик! – Даниил всё ещё продолжал поддерживать Итэра.

– Ты уже мне так тысячный раз говоришь за последние десять минут… – хихикнул Итэр, роясь у себя в чемоданчике, пока Даня лежал на кровати.

– А ты что ищешь? – поинтересовался Даниил.

– Плавки, – улыбнулся Итэр.

– Купаться идёшь?

– Да.

– Ну, удачи… – Даниил зевнул, – я пока подремаю… Всю ночь не спал, музыку слушал. – парень перевернулся на другой бок. Итэр пошёл в ванную и переоделся в плавки, сандалии и футболку с панамкой.

– Хорошей гулянки! – крикнул Даниил, лёжа в кровати.

– Доброй ночи, – улыбнулся Итэр.

Мальчик вышел из своей комнаты, после чего немного прошёл по коридорам и попал на улицу. Погода была тёплой – 22 градуса, чуть облачно, ветер дул тёплый. Итэр взял карту, которую ему дала Линнея полчаса назад, и пошёл туда, где располагалась речка.

– Итэр! Итэр! – послышался голос Лань Янь. Итэр повернулся в сторону крика и увидел свою подругу. Лань Янь, одетая в закрытый купальник, лежала на полотенце в метрах пятнадцати-двадцати от Итэра. Парень пошёл к ней.

– Бу! – послышался крик сзади.

– А-а! – вскрикнул Итэр и резко повернулся. Это была Ху Тао, одетая в чёрный купальник с короткими складками как у юбки внизу. И Итэр случайно ударил рукой ей в живот.

– Больно! – вскрикнула Ху Тао скорее от неожиданности, чем от боли.

– А нечего пугать было! – упрекнул Итэр. – У нас была цель дать концерт. Мы дали. Теперь я отдыхаю.

– Ой-ля-ля… – улыбнулась Ху Тао. – Ну ладно. Так уж и быть, прощаю тебя. Если уж помнить грехи, то помнить до́лжно только свои. Пошли уже… – Ху Тао взяла за руку Итэра и теперь они уже были втроём.

– У меня ещё полотенца есть, – улыбнулась Лань Янь. – Шесть штук взяла…

– А ты где их брала? – поинтересовалась Ху Тао.

– Там, за углом, – Лань Янь показала рукой куда-то вдаль.

– Ой, ладно, – Ху Тао закатила глаза. – Мы с Итэром купаться. Можно же?

– То есть ты оделась в купальник… и теперь спрашиваешь, можно ли искупаться? – смущённо поинтересовалась Лань Янь.

– А может… Я позагорать пришла!

– Может ты бы тогда бикини надела?

– Ай, ну тебя… Итэр, погнали!

– А тут заходить безопасно? – спросил Итэр.

– Ну ты посмотри… – Ху Тао указала на речку. – Это скорее не речка, а бассейн! По берегам кто-то кирпичики поставил. А вон там, – Ху Тао показала куда-то влево, – вроде бы штука, которая чистит речку, забыла название. А река течёт слева направо. Да и просто посмотри какая чистая водичка.

– Там листья плавают…

– И что? Листьев боишься? Давай, ну…

Ху Тао первая зашла в воду.

– Какая хорошая водичка! – улыбнулась девушка. – Будто я на море!

Итэр снял футболку, и в панамке и плавках зашёл к Ху Тао на мелководье.

– Лань Янь, давай к нам! – помахала Ху Тао, которой вода была по грудь.

– Я буду ждать других. Ещё должны прийти Линнея, Скирк и Барбара!..

– Ну ладно! Жди! Мы в водичке погреемся…

– Но вода холодная… – напомнил Итэр.

– Всё тебе подавай! Может, ещё в сауну хочешь?

– Ну давай… – сказал Итэр.

– Но тут нет сауны?! – Ху Тао смутилась.

– Я знаю. Но хочу. Вода холодная…

– А, ты про воду свою опять…

Ху Тао и Итэр ходили по дну, держались на воде, задерживали дыхание – баловались, одним словом. Им двоим было весело. Прошло лишь пару минут, как их молчание прервал крик подруги на берегу. 

– Линнея! Привет! – крикнула Лань Янь куда-то вдаль. – И Барбара!

Ху Тао и Итэр посмотрели на берег, где уже в купальниках и шортах стояли Барбара и Линнея.

– А Скирк где? Знает кто? – крикнула Линнея, чтобы её точно услышали все.

– Не-а! – крикнула Ху Тао.

– Она вроде как за напитками пошла? – предположила Лань Янь.

– А вы что-нибудь принесли? – поинтересовалась Ху Тао.

– Не-а… – сказала Барбара.

– Только свои вещи, Ху. Ничего интересного, – с улыбкой ответила Линнея.

– Тогда давайте к нам! – Ху Тао крикнула на берег. Линнея почти сразу оставила сандалии на траве у стопки полотенец, сняла шорты и медленно спустилась в речку.

– Тёплая вода… – улыбнулась Линнея. – Уже сентябрь, а речка ещё тёплая… Чудненько!

– Так… Трое уже мокрые… – заметила Ху Тао. – Лань Янь! Барбара! Вы идёте?!

– А тут нет медуз? – спросила Барбара настороженно, пока снимала шорты.

– Серьёзно?! – крикнула Ху Тао.

– Шучу, – Барбара зашла в водичку.

– Скирк! – крикнула Лань Янь куда-то вдаль.

– Где? – ребята оглянулись. К ним уже шла Скирк в футболке и шортах с двумя пакетами.

– Я принесла напитков из столовой, сказали можно… – сказала Скирк. – И мяч волейбольный.

– Ты нахрена пришла в футболке и шортах?! – крикнула Ху Тао, пройдя пару шагов в сторону берега, пока вода не стала ей по пупок.

– Я в них буду плавать.

– Ты ку-ку?!

– У меня бикини под ними. Не в нём же идти?

– Справедливо, чёрт возьми… – Ху Тао чуть покраснела от прямоты Скирк, всё же она должна была это предвидеть.

– А мы будем прогонять Итэра? – спросила Скирк.

– Скирк! – крикнул Итэр.

– А почему?! – спросила Линнея.

– Он тут единственный парень. Нафиг он нам нужен?

Итэр покраснел. Другим девочкам стало неловко.

– Без Итэра не то… – покачала головой Лань Янь.

– …Я шучу! – крикнула Скирк. – Эй, Итэр…

– Обидно как бы!

– Вот давайте сыграем в игру… – начала Скирк.

– …В прошлый раз из-за твоих игр Лань Янь расплакалась! – напомнила Ху Тао.

– Мы же забыли про это! – крикнула Скирк. – Короче. Я буду акулой. А вы рыбки. Расплывайтесь по речке. Кого поймаю – на берег. Последний выживший сможет загадать мне любое желание.

– Прям любое? – переспросила Ху Тао.

– В рамках разумного.

Ребята, бывшие в воде, начали расплываться в две стороны. Всё же вода была чистой и никаких коряг под водой быть не должно было – речка выглядела ухоженной.

– Лань Янь, а ты будешь играть? – спросила Скирк последнюю девочку, сидящую на берегу.

– Ну давай… – засмущалась Лань Янь, у которой на глазах появились маленькие слёзы.

– Эй, ты чего? – Скирк поняла, что с Лань Янь что-то так.

– Как ты посмела такое Итэру сказать?..

– Что сказать?

– Что мы и без него справимся… – Лань Янь наклонила голову, чтобы Скирк не видела её слёз. – Он же сердце группы.

– Но… Обычно, когда один мальчик в группе девочек, его принято задевать.

– А у нас нет! – выкрикнула Лань Янь. Скирк стало неловко. Ребята, которые были в речке, перестали плыть и начали кричать.

– Что у вас там?! – крикнула Ху Тао.

– Так ты будешь играть? – спросила Скирк.

– Я не хочу, чтобы они видели, как я плачу из-за Итэра.

– После купания отойдём втроём… – сказала Скирк. Лань Янь легла на полотенце и накрыла лицо шляпой. – Уже плыву!

Скирк прыгнула в воду и сначала поплыла налево, где были Линнея и Ху Тао. Скирк хорошо умела плавать, поэтому быстро поймала «еду».

– Съела! – сказала Скирк, дотронувшись до Линнеи.