Глава 5: Глава 6 неожиданные гости

Утро субботы в поместье Малфоев было священным временем. Никаких встреч, никаких звонков, никакого бизнеса. Только тишина, уют и возможность провести время с дочерью. Драко научился ценить эти моменты за последние три года — они стали его якорем в бурном море корпоративных войн.

В 8:15 утра в доме царила идеальная тишина. Селеста сладко спала в своей кроватке, раскинувшись звёздочкой, прижимая к себе Снежку и новую фею, которую ей подарила Джульетта. Драко тоже ещё нежился в постели, впервые за неделю позволяя себе поспать подольше.

И вдруг — резкий, настойчивый стук в дверь.

Драко вздрогнул, сел в кровати, мгновенно проснувшись. Он посмотрел на часы — 8:17. Кто мог прийти в такую рань? В субботу? Он нахмурился, накинул халат и направился вниз.

На лестнице он столкнулся с домовой эльфийкой Ненси, которая уже спешила к входной двери. Она была маленькой, с большими ушами и преданными глазами, служила Малфоям уже несколько десятилетий.

— Кто там, Ненси? — спросил Драко, спускаясь.

— Ненси не знает, хозяин, — ответила эльфийка, поправляя наволочку на голове. — Ненси откроет и узнает.

Она открыла дверь, и Драко замер на месте.

На пороге стоял мужчина. Высокий, статный, с такими же платиновыми волосами и холодными серыми глазами — все черты Малфоев. Магнус Малфой, его старший брат. Тот самый, с которым он не общался больше десяти лет. Рядом с ним, держась за руки, стояли две маленькие девочки — идентичные близнецы, которым было примерно пять лет. Такие же светловолосые, с серьёзными, настороженными лицами.

Драко почувствовал, как его пальцы сжались в кулаки.

— Магнус, — сказал он ледяным голосом. — Какая неожиданность.

— Доброе утро, Ненси, — вежливо поздоровался Магнус с эльфийкой, полностью игнорируя тон брата. Затем он перевёл взгляд на Драко, и на его губах появилась холодная, расчётливая улыбка. — Драко. Младший брат. Прошло много времени. Ты не пригласишь меня войти?

Драко не сдвинулся с места. Он вспомнил все ссоры, все обиды, все моменты, когда Магнус, как второй Люциус, пытался контролировать его жизнь, указывать, как жить, с кем дружить и как воспитывать детей. Он не видел брата с тех пор, как тот осудил его за то, что он «позволил себе поднять на ноги уличного найдёныша».

— Что тебе нужно? — спросил Драко коротко.

Магнус вздохнул с показным терпением.

— Неужели ты не пригласишь меня войти? Мы же семья. И я привёл твоих племянниц. Ариана, Адель, поздоровайтесь с дядей Драко.

Девочки, похожие как две капли воды, с одинаковыми аккуратными бантами в волосах и одинаковыми белыми платьями, подняли на Драко одинаковые настороженные взгляды. Они не улыбались, не проявили ни капли детской непосредственности. Они просто смотрели, и их глаза были холодны, как у их отца.

— Здравствуйте, дядя Драко, — сказали они хором, как по команде.

Драко почувствовал, как его сердце сжалось. Он видел в этих девочках себя — маленького, воспитанного в строгости, лишённого тепла. Он знал, как Магнус воспитывает своих детей. Так же, как их отец когда-то воспитывал их самих — железной дисциплиной, без права на ошибку, без права на детство.

Селеста была другой. Селеста была свободной, как птица.

— Проходи, — сказал Драко наконец, сдерживая внутреннее напряжение. — Но тихо. Селеста ещё спит.

Магнус вошёл с величавым видом, оглядывая поместье с прищуром. Он остановился в гостиной, провёл пальцем по каминной полке и поморщился — на его пальце осталась пыль. Ненси виновато опустила голову.

— Неряшливо, Драко, — заметил он. — Я понимаю, у тебя дочь, но порядок должен быть.

— Моя дочь важнее порядка, — отрезал Драко. — Ты пришёл с чем-то конкретным, или просто чтобы критиковать мой дом?

Магнус усмехнулся.

— Я пришёл, чтобы обсудить наше семейное дело. И, возможно, решить вопрос с твоей... дочерью. — он произнёс слово «дочерью» с едва заметной усмешкой. — Я слышал, ты до сих пор не знаешь, кто её мать. Это позор для рода Малфоев.

Драко почувствовал, как кровь закипает в жилах.

— Ты не имеешь права говорить о ней. Селеста — моя дочь, и она носит имя Малфой по праву.

— По праву? — Магнус рассмеялся холодным смехом. — Она подкидыш, Драко. Неизвестно от кого. Она может быть кем угодно...

— Я сказал — закрой рот! — рявкнул Драко, и в его голосе прозвучала такая ярость, что даже Ариана и Адель вздрогнули и отступили на шаг.

В этот момент наверху скрипнула дверь, и послышался тихий, сонный голосок:

— Папа?

Все замерли. Драко поднял голову и увидел Селесту, стоящую на лестнице. Она была в своей розовой пижаме с драконами, с растрёпанными серебряными волосами и заспанным лицом. Она смотрела на незнакомых людей с любопытством и лёгкой тревогой.

— Кто это, папа? — спросила она, спускаясь на несколько ступенек.

Магнус перевёл взгляд на девочку, и его глаза сузились. Он осматривал её с ног до головы, и в его взгляде было что-то оценивающее, почти как на аукционе.

— Так вот она, — сказал он тихо, но слышно всем. — Ничего особенного. Обычный ребёнок.

Селеста нахмурилась, чувствуя холод, исходящий от этого человека. Она посмотрела на отца, ища защиты.

— Папа, я хочу к тебе, — сказала она тоненько.

Драко мгновенно поднялся на лестницу, подхватил дочь на руки и прижал к себе, чувствуя, как она обвивает его шею руками.

— Это твой дядя Магнус, — сказал он как можно спокойнее, хотя внутри всё кипело. — И твои кузины Ариана и Адель. Они пришли в гости.

Селеста покосилась на незнакомцев и прижалась к отцу сильнее.

— Они злые? — спросила она громким шёпотом, который был слышен всем.

Магнус скривился, как будто проглотил лимон. Ариана и Адель переглянулись, но промолчали.

— Нет, звёздочка, — мягко сказал Драко. — Они просто... незнакомые. Но я всегда буду рядом.

Он спустился с дочерью на руках и сел в кресло, не сводя глаз с брата. Магнус стоял напротив, скрестив руки на груди, явно раздражённый тем, что его не приглашают сесть.

— Ты её балуешь, — заметил он. — На моих глазах она спустилась с лестницы, а ты носишь её на руках, как младенца. Ей уже три года.

— Ей нет ещё и трёх с половиной, — холодно поправил Драко. — И я буду носить её на руках, пока она сама не скажет, что не хочет этого. Какой бы она ни была.

Магнус покачал головой.

— Ты вырастишь из неё избалованную, капризную девчонку, которая не сможет занять достойное место в нашем роду. У нас есть определённые стандарты...

— Моя дочь будет занимать то место, которое выберет сама, — прервал его Драко. — И если ты пришёл, чтобы учить меня воспитанию, то можешь уходить. Я не позволю тебе критиковать Селесту.

В этот момент Селеста, чувствуя напряжение, громко зевнула и потёрла глаза.

— Папа, я хочу кашу, — сказала она тихо. — С клубникой. Как вчера.

Драко улыбнулся, глядя на дочь, и его лицо мгновенно смягчилось.

— Ненси, принеси, пожалуйста, кашу с клубникой для моей маленькой звёздочки.

— Ненси сделает сию минуту, хозяин! — радостно пискнула эльфийка и исчезла в направлении кухни.

Магнус смотрел на эту сцену с нарастающим раздражением.

— Ты позволяешь домовому эльфу готовить ей еду? Ты что, не можешь нанять приличного повара?

— Ненси готовит лучше любого повара, — отрезал Драко. — И Селеста любит её стряпню. Это всё, что имеет значение.

Магнус снова усмехнулся, но в его усмешке было что-то злое.

— У тебя растёт маленькая тиранка, Драко. Она скоро начнёт командовать тобой.

Селеста подняла голову и посмотрела на дядю своими огромными серыми глазами. В них не было страха — только спокойная уверенность.

— Я не тиранка, — сказала она чётко, почти как взрослая. — Я Летта. И мой папа меня любит. А ты — злой дядя, от которого папа грустный.

Наступила оглушительная тишина. Магнус побелел, как мел. Ариана и Адель застыли, не зная, что делать. А Драко почувствовал, как его сердце переполняется гордостью.

— Молодец, звёздочка, — прошептал он, целуя дочь в макушку. — Ты всё правильно сказала.

—Ах, ты мелкая дрянь!

Тишина, повисшая в гостиной, была неестественной, почти осязаемой. Слова Магнуса повисли в воздухе, как удар хлыста. Глаза Драко расширились от шока, а затем в них полыхнула такая ярость, что даже Ненси, появившаяся с тарелкой каши в руках, застыла на месте, боясь сделать шаг.

Селеста, услышав эти слова, вздрогнула и прижалась к отцу. Она не понимала, почему этот злой дядя так на неё кричит, почему в его глазах столько холода. Она была всего лишь маленькой девочкой, которая хотела защитить папу от плохого человека. Но слова «мелкая дрянь» ударили по ней, как пощёчина.

— Папа... — прошептала она, и её голос дрогнул. — Папа, он злой...

Драко медленно поднялся с кресла, всё ещё держа дочь на руках. Его лицо превратилось в каменную маску, а серые глаза стали такими холодными, что сам Мерлин содрогнулся бы.

— Повтори, — сказал он тихо, но в этом тихом голосе было больше угрозы, чем в самом громком крике. — Повтори, что ты сказал моей дочери.

Магнус, побледневший и напуганный реакцией брата, попытался сохранить самообладание. Он выпрямился и скрестил руки на груди.

— Я сказал то, что думаю. Ты её разбаловал. Она позволяет себе говорить старшим дерзости! Она должна знать своё место...

— Её место? — перебил Драко, и в его голосе зазвенела сталь. — Её место — быть моей дочерью. Быть любимой, защищённой и счастливой. А ты, Магнус, забыл своё место.

Он подошёл к брату на шаг ближе, и тот инстинктивно отступил.

— Ты пришёл в мой дом. Ты оскорбил моего ребёнка. Мою дочь. Передо мной. Ты, видимо, забыл, кто я такой и на что я способен.

— Драко, давай не будем... — начал Магнус, но его голос дрожал.

— Нет, — отрезал Драко. — Ты пришёл, чтобы унизить меня и мою дочь. Ты оскорбил трёхлетнего ребёнка. Ребёнка, который ничего тебе не сделал, кроме того, что честно сказал то, что думает. Ты хочешь знать, что я думаю, Магнус? Я думаю, что ты жалок. Ты превратил своих собственных дочерей в маленьких солдатиков, которые боятся сказать слово не так, как ты хочешь. Ты воспитал в них страх, а не любовь. И ты смеешь учить меня?

Ариана и Адель стояли, опустив головы, и молчали. Драко посмотрел на них, и его сердце сжалось от жалости. Они выглядели такими маленькими и потерянными.

— Я не хочу, чтобы ты и твои девочки были здесь, — сказал он, переводя взгляд на Магнуса. — Убирайся из моего дома. И если я когда-нибудь услышу, что ты оскорбил мою дочь или хоть слово сказал о ней плохо, я уничтожу тебя. Финансово, юридически, любым способом, который придёт мне в голову. Я разрушу всё, что ты построил. У меня есть связи, деньги и желание. Не испытывай меня.

Магнус раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. Он сжал зубы, взял дочерей за руки и направился к выходу.

— Ты пожалеешь об этом, Драко, — бросил он через плечо.

— Я уже жалею, что ты появился на свет, — ответил Драко ледяным голосом. — Это единственное, о чём я жалею. Иди. Пока я не забыл, что ты — моя семья.

Дверь захлопнулась. В гостиной повисла тяжёлая, но освобождающая тишина.

Селеста подняла голову и посмотрела на отца. На её глазах блестели слёзы, но она держалась храбро.

— Папа, я плохая? — спросила она шёпотом.

Драко опустился на колени, поставил её на пол и взял её лицо в свои ладони.

— Нет, — сказал он твёрдо, глядя ей прямо в глаза. — Ты самая хорошая, самая умная, самая смелая девочка на свете. Ты не плохая. Ты моя звёздочка. И ты всегда будешь моей звёздочкой. То, что сказал этот человек — это неправда. Он злой и несчастный, и он хочет, чтобы другие тоже были злыми и несчастными. Но мы с тобой — мы счастливые. Правда?

Селеста шмыгнула носом и кивнула.

— Правда, — сказала она. — Я люблю тебя, папа.

— И я тебя люблю, маленькая, — он поцеловал её в лоб. — А теперь... как насчёт каши с клубникой? Она остывает.

В этот момент в дверях показалась Джульетта. Она только что пришла, и её лицо было встревоженным.

— Мистер Малфой, я слышала голоса... Всё в порядке?

Драко обернулся и посмотрел на неё. В его взгляде усталость смешивалась с благодарностью.

— Да, Джульетта. Всё хорошо. Пришёл мой брат, но он уже ушёл. Можете позавтракать с нами? Селеста сегодня героиня. Она заслужила компанию.

Джульетта улыбнулась, и её карие глаза наполнились теплом.

— С удовольствием.

Она подошла и присела на корточки рядом с Селестой.

— Я слышала, ты была очень храброй, — сказала она, заглядывая в глаза девочки. — Правда?

— Правда, — кивнула Летта, и на её лице появилась робкая улыбка. — Я сказала, что он злой дядя. И он ушёл.

— Ты просто супергерой, — улыбнулась Джульетта. — Знаешь, я тоже боюсь некоторых людей. Но когда рядом есть кто-то, кто любит тебя, страх уходит. Я тоже люблю тебя, знаешь?

Селеста улыбнулась шире, и Драко почувствовал, как его сердце снова наполнилось теплом. Это была самая правильная женщина для его дочери. Он это знал наверняка.