Глава 4: Глава 4 Спустя 3 года

Три года пролетели как один миг. Драко Малфой, некогда холодный и неприступный магнат, превратился в настоящего отца. Он научился заплетать косички (хоть и кривые), читать сказки на ночь разными голосами и различать десятки оттенков детского плача: голодный, уставший, капризный или тревожный.

Каждое утро начиналось с того, что Селеста, или Летта, как он ласково называл дочь, вбегала в его спальню, запрыгивала на кровать и требовала «папиных объятий». И Драко, генеральный директор, перед которым трепетали конкуренты, послушно обнимал свою звёздочку и позволял ей командовать парадом.

Но сегодня вечером что-то было не так.

Драко вернулся домой позже обычного — затянулось совещание с партнёрами из Франции. Он снял пальто в холле поместья Малфоев и улыбнулся, ожидая привычного топота маленьких ножек.

Тишина.

— Летта? — позвал он, проходя в гостиную. — Я вернулся, звёздочка!

Никто не выбежал ему навстречу. В гостиной было пусто, только горел камин да на столике стоял остывший чай.

Драко нахмурился. Он прошёл в детскую, но и там никого не было. Кровать аккуратно заправлена, игрушки сложены в корзину — слишком аккуратно, слишком идеально, словно ребёнок здесь и не играл.

— Эмбер! — позвал он громче, и в коридоре появилась няня — высокая женщина с острыми чертами лица и вечно недовольным выражением. Эмбер Ховард работала у Малфоев уже около года. Она была рекомендована дорогим агентством, имела дипломы и рекомендации, но что-то в ней всегда настораживало Драко. Однако он был слишком занят на работе, чтобы прислушиваться к интуиции.

— Мистер Малфой, — сухо сказала Эмбер, слегка поклонившись. — Вы вернулись. Ужин подан.

— Где Селеста? — спросил Драко, и в голосе послышалось напряжение. Обычно дочь встречала его у двери, даже если была с няней.

— Мисс Малфой у себя в комнате, — ответила Эмбер с едва заметной холодной усмешкой. — Она сказала, что хочет побыть одна. Капризы, знаете ли.

Драко почувствовал, как его сердце сжалось от беспокойства. Летта никогда не хотела быть одна. Она была общительным, жизнерадостным ребёнком, который любил шум и игры.

Он быстро прошёл по коридору к комнате дочери. Дверь была приоткрыта, и он заглянул внутрь.

Сердце разбилось на тысячу осколков.

Селеста сидела в углу своей кровати, поджав колени к груди, и смотрела в стену пустым взглядом. Её белокурые волосы, которые она так любила, когда он их расчёсывал, были спутаны и небрежно собраны в хвост. На щеках засохли следы слёз.

— Летта? — тихо позвал он, входя в комнату.

Девочка вздрогнула и подняла на отца глаза — огромные серые глаза, полные боли и страха. Она не бросилась к нему, как делала всегда. Она только сильнее прижала к себе плюшевого дракона, которого он подарил ей на первый день рождения.

— Папочка... — её голосок дрожал, и Драко услышал в нём что-то, от чего его кровь закипела.

Он опустился на колени перед кроватью.

— Что случилось, звёздочка? — спросил он максимально мягко, хотя внутри всё кипело от ярости. — Почему ты сидишь одна? Почему не вышла встретить меня?

Селеста открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут в дверях появилась Эмбер.

— Мистер Малфой, простите, что пришлось вас беспокоить, — сказала она с фальшивой улыбкой. — Селеста сегодня плохо себя вела. Она отказалась кушать, капризничала и даже ударила меня. Пришлось её наказать — отправить в комнату без ужина и игрушек.

— Это неправда! — выкрикнула Летта, и по её щекам снова потекли слёзы. — Я хотела кушать! Я сказала, что хочу дождаться папу, а она сказала, что папе всё равно на меня! Что ты не вернёшься!

Драко медленно выпрямился. В его серых глазах зажглось что-то ледяное — тот самый холод, который боялись все в деловом мире. Он повернулся к Эмбер.

— Вы сказали моей дочери, что мне всё равно на неё? — спросил он тихо, и в этом шепоте было больше угрозы, чем в крике.

Эмбер побледнела, но попыталась сохранить самообладание:

— Мистер Малфой, я всего лишь пыталась её дисциплинировать. Дети иногда лгут, чтобы избежать наказания...

— Моя дочь никогда не лжёт, — отрезал Драко. — В отличие от некоторых.

Он подошёл к кровати и протянул руки к Селесте. Девочка мгновенно бросилась к нему, обхватив его шею, и разрыдалась на его плече.

— Не уходи, папа, не уходи, она злая, она меня щипает, когда ты не видишь! — всхлипывала Летта. — Она говорит, что я плохая, что папа меня не любит...

Драко закрыл глаза, впитывая каждое слово. Его руки дрожали от ярости, но он держал себя в руках ради дочери.

— Я никуда не уйду, звёздочка, — прошептал он, гладя её по голове. — Никогда. Слышишь? Ты самое дорогое, что у меня есть.

Он поднял голову и посмотрел на Эмбер. В его взгляде не было ни капли человеческого тепла — только сталь и обещание расплаты.

— Вы уволены, — сказал он ледяным голосом. — Соберите свои вещи и покиньте мой дом в течение часа. Если я когда-нибудь ещё увижу вас рядом с моей дочерью, я уничтожу вас. В прямом смысле слова. У вас есть час.

Эмбер открыла рот, пытаясь что-то возразить, но Драко одним взглядом заставил её замолчать. Она попятилась и выскользнула из комнаты.

Когда дверь за ней закрылась, Драко сел на кровать, не выпуская Селесту из рук. Он качал её, гладил по спинке и тихо шептал:

— Прости меня, маленькая. Я должен был заметить раньше. Я должен был защитить тебя. Но теперь всё будет хорошо. Я обещаю.

— Правда? — шёпотом спросила Летта, поднимая на него заплаканное лицо.

— Правда, — твёрдо сказал он. — Я никогда больше не оставлю тебя с чужими людьми. Я буду сам заботиться о тебе. Хочешь, я буду каждый день приходить домой пораньше, чтобы мы играли?

— Хочу... — кивнула девочка и уткнулась носом ему в шею. — Я тебя очень люблю, папочка.

— И я тебя, звёздочка, — прошептал Драко, чувствуя, как по его щеке скатывается одинокая слеза. — Сильнее всех на свете.

В тот вечер он впервые отменил все свои деловые встречи на месяц вперёд. Он уложил Селесту спать в своей кровати, прочитал ей три сказки и не уходил, пока она не уснула, держа его за руку.