Глава 3: Глава 3 тяжасть отцовства для Драко Малфоя

Прошло всего два часа с того момента, как Селеста получила своё имя. Драко успел отдать десятки распоряжений, подписать несколько срочных контрактов и даже провести короткое совещание по видеосвязи — всё это время корзинка с девочкой стояла на его столе, и он то и дело бросал взгляды на спящее чудо.

Но райское спокойствие закончилось.

Сначала раздался тихий всхлип. Драко на мгновение замер, отрываясь от бумаг, и посмотрел на корзинку. Селеста нахмурилась во сне, её губки скривились, а затем она издала протяжный, жалобный звук:

— Аааа... угу... Ау!

И через секунду — громкий, требовательный, пронзительный плач, от которого у Драко заложило уши.

Он вскочил с кресла, опрокинув чашку с остывшим кофе, и подбежал к столу. Малышка заливалась слезами — её крошечное личико покраснело, кулачки сжались, а ножки начали дёргаться под одеялом.

— Тише-тише-тише! — запаниковал генеральный директор, хватая дочь на руки. — Что такое? Тебе больно? Холодно? Голодно? Мелисса!

Он закричал так громко, что секретарша влетела в кабинет через три секунды, держа в руках какой-то отчёт.

— Сэр? Что случилось?!

— Она плачет! — Драко выглядел абсолютно потерянным. Его идеально уложенные волосы растрепались, на белоснежной рубашке красовалось мокрое пятно от кофе, а в глазах плескалась настоящая паника. — Она не успокаивается! Я не знаю, что делать!

Мелисса быстро подошла, оценивая ситуацию.

— Когда она ела в последний раз, сэр?

— Я... я не знаю! Я не кормил её! — выпалил Драко, и в этот момент он понял, насколько он беспомощен перед этим крошечным существом. — Она же спала!

— Скорее всего, она голодна, — спокойно сказала Мелисса, хотя внутри у самой сердце колотилось. — Мне нужно в магазин за смесью. Я не думала, что это понадобится так быстро.

— Так идите! — рявкнул Драко, но тут же спохватился, что голос повысил. Селеста заплакала ещё громче. — Прости, прости, звёздочка... Я не на тебя... — он начал качать её на руках, неуклюже и неловко.

— Сэр, — Мелисса уже набрала номер на телефоне. — Я вызову курьера с доставкой прямо в офис. Пока ждём... может, попробуете её успокоить? Просто ходите по кабинету, тихонько напевайте что-нибудь.

— Напевать?! — переспросил Драко с таким видом, будто она предложила ему сплясать голышом на крыше. — Я не умею напевать!

— А у неё есть соска-пустышка? — спросила Мелисса, уже отдавая распоряжения в трубку.

— Откуда мне знать?! — простонал Драко, продолжая качать ребёнка. Селеста, однако, не унималась. Её плач становился всё более требовательным.

И вдруг Драко вспомнил. Он вспомнил, как однажды его мать рассказывала, что в детстве он успокаивался только от одного — от низкого голоса отца, который читал ему вслух.

Он остановился, прижал дочь к груди и начал говорить. Сначала неуверенно, затем всё более спокойно:

— Селеста... маленькая звёздочка... слушай меня. Ты в безопасности. Ты не одна. Я здесь, я твой отец. И я никогда, слышишь, никогда не позволю, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Ты будешь самой сильной, самой умной, самой прекрасной... — его голос стал глубже, мягче. — Я научу тебя всему, что знаю сам. Мы будем летать на мётлах, я покажу тебе замок, где прошло моё детство. А когда ты вырастешь...

Селеста затихла. Её плач перешёл в тихое всхлипывание, а потом она просто открыла глаза и уставилась на отца. Она, казалось, понимала его голос. Доверяла ему.

— ...когда ты вырастешь, я буду самым счастливым человеком на земле, — закончил Драко, чувствуя, как к горлу подступает ком.

В этот момент раздался стук в дверь.

— Войдите, — тихо сказал он.

Вошёл курьер с большим пакетом, в котором угадывались коробки с детским питанием. Мелисса схватила пакет и начала быстро доставать содержимое.

— Сэр, я приготовлю смесь. Подержите её ещё немного.

Драко кивнул, не отрывая взгляда от своей дочери. Она снова начинала хныкать, и он прижал её ближе, чувствуя, как её крошечное сердечко бьётся о его грудь.

— Я здесь, звёздочка, — прошептал он. — Я всегда буду здесь. И никому не позволю причинить тебе боль. Никогда.

Селеста снова успокоилась, слушая его голос, и Драко понял, что с этой минуты его сердце навсегда принадлежит этой маленькой девочке с серебряными волосами.

Через двадцать минут Мелисса уже держала в руках тёплую бутылочку со смесью. Она подошла к Драко, который так и продолжал качать Селесту по кабинету, что-то тихо бормоча ей на ухо.

— Сэр, смесь готова, — сказала она, протягивая бутылочку. — Может, вы хотите попробовать покормить её сами?

Драко замялся. Он видел, как кормили детей — в фильмах, в рекламе, но никогда в жизни не держал в руках бутылочку. Это казалось ему чем-то невероятно хрупким и сложным, как управление космическим кораблём.

— Я... я не уверен, что у меня получится, — признался он, и в его голосе прозвучала редкая неуверенность.

— Всё просто, сэр, — мягко улыбнулась Мелисса. — Садитесь в кресло, устройте её поудобнее, и просто поднесите соску к её губам. Она возьмёт сама.

Драко послушно опустился в своё массивное кожаное кресло, стараясь устроить Селесту на руках так, чтобы ей было удобно. Малышка продолжала хныкать, но когда Мелисса протянула ему бутылочку и он осторожно коснулся соской её губ, произошло чудо.

Селеста мгновенно замолчала. Её крошечные пальчики схватились за бутылочку (хотя держать она ещё не могла), и она начала жадно сосать, издавая забавные посапывающие звуки.

— О, Мерлин... — выдохнул Драко, глядя на это с благоговением. — Она ест.

— Как видите, сэр. Это врождённый рефлекс, — Мелисса присела на краешек стула напротив, наблюдая за этой умилительной картиной. — Вы справляетесь отлично.

Драко смотрел на дочь, и в его груди разливалось странное, тёплое чувство. Она так доверчиво прижималась к нему, её серые глаза полузакрылись, пальчики цеплялись за его рубашку, словно она боялась, что он исчезнет.

— Она так похожа на меня... — тихо сказал он, почти самому себе. — Даже когда ест, выражение лица такое же сосредоточенное, как у меня на переговорах.

— Очевидно, она унаследовала характер отца, — улыбнулась Мелисса, позволяя себе эту крошечную вольность.

Драко хмыкнул, но не рассердился. Он был слишком поглощён процессом кормления.

Через десять минут бутыл0очка опустела. Селеста удовлетворённо вздохнула, выпустила соску изо рта и начала икать — тихо и трогательно.

— Она икает, — нахмурился Драко. — Это нормально?

— Совершенно, — заверила Мелисса. — Нужно просто подержать её столбиком, чтобы отошёл воздух.

— Столбиком? — переспросил Драко с таким видом, будто она сказала что-то на древнегреческом.

— Положите её к себе на плечо, головкой кверху, и слегка похлопайте по спинке, — терпеливо объяснила Мелисса.

Драко неуклюже, но старательно выполнил инструкцию. Селеста устроилась у него на плече, и он начал осторожно похлопывать её по спинке. Спустя минуту она издала крошечную отрыжку и умиротворённо вздохнула.

— Господи, — выдохнул Драко, чувствуя, как по спине течёт холодный пот. — Это сложнее, чем управлять многомиллиардной корпорацией.

— Привыкните, сэр, — улыбнулась Мелисса. — Впереди у вас долгие годы этого прекрасного хаоса.

Драко снова усадил дочь поудобнее, и она, уставшая после кормления, начала засыпать прямо у него на руках. Её дыхание стало ровным и спокойным, ресницы дрожали во сне.

— Мелисса... — тихо позвал он. — Свяжитесь с моим личным юристом. И с частным детективом. Я хочу знать всё о женщине, которая оставила её. У меня есть... некоторые подозрения.

— Слушаюсь, сэр, — кивнула та, но не спешила уходить. — Можно задать вопрос?

— Да.

— Вы действительно знаете, кто мать Селесты? — осторожно спросила она.

Драко замолчал, глядя на спящую дочь. Его лицо окаменело, но в глазах промелькнула боль.

— Да, — ответил он наконец. — Я знаю. И когда я найду её... у нас будет очень серьёзный разговор.

Он не сказал, что за этим разговором последует. Но Мелисса, знавшая своего босса пять лет, понимала: тот, кто посмел бросить ребёнка Драко Малфоя, столкнётся с его гневом. А гнев Драко Малфоя был страшен.

Тем временем солнце уже клонилось к закату, заливая кабинет золотым светом. Драко сидел неподвижно, боясь разбудить дочь, и смотрел в окно.

Сегодняшний день изменил всё. Он чувствовал это каждой клеткой своего тела.

— Селеста... — прошептал он. — Ты даже не представляешь, сколько я сделаю ради тебя. Ты будешь самой счастливой девочкой в мире. Я обещаю.

И в ответ на его слова маленькая звёздочка улыбнулась во сне, словно подтверждая, что уже доверяет ему безоговорочно.