Глава 1: Глава 1 кому я нужен?

Прошло 4 года с момента 2-й магической войны: для кого-то ничего не изменилось, кто-то пошёл на переобучение в Хогвартс, кто-то нашёл свою любовь и начал строить семью. Только для Малфоев это плохо кончилось: Люциус попал в Азкабан, Нарцисса уехала во Францию, и только Драко остался в Малфой-мэнор разгребать делишки их семейки. Поскольку Драко в последний момент перешёл на сторону Поттера, он отделался лёгким судом в Министерстве, потому что за него лично поручился Поттер.

После войны Драко много чего переосмыслил насчёт чистоты крови и других предрассудков.

И вот проходит ещё несколько месяцев, наступает морозный декабрь. Драко идёт по заснеженным улицам Хогсмида в «Дырявый котёл» выпить в одиночестве.

Зайдя в «Дырявый котёл», он сел за столик у окна.

— Официант!

К нему подошла девушка в рабочей униформе и с зализаным пучком на голове.

— Готовы сделать заказ?

— Да, мне огневиски.

Заказ принесли. Официантка кивнула и исчезла за стойкой. Драко рассеянно смотрел в запотевшее окно, где за снежной пеленой с трудом угадывались силуэты редких прохожих. В «Дырявом котле» было тепло и людно — где-то смеялись, звякали кружками, но Драко чувствовал себя отрезанным от этого мира стеклом и собственной усталостью.

Он не заметил, как официантка вернулась и поставила перед ним стакан с янтарной жидкостью.

— Ваш огневиски, сэр.

Драко кивает не поднимая головы.

Спустя 10 минут дверь в «Дырявый котёл» открылась, и в помещение вошёл Теодор Нотт. Драко его не заметил или же сделал вид, что не заметил.

— Малфой! Вот это встреча!

Теодор Нотт, стряхнув снег с плеч дорогого, но поношенного пальто, направился прямо к столику Драко. Он выглядел… почти таким же, как раньше, — та же сдержанная усмешка, тот же проницательный взгляд, но в глазах плескалась какая-то новая, жёсткая искорка. Без приглашения он опустился на стул напротив.

— Малфой. Вот это встреча. Думал, ты засел в своём фамильном склепе и грызёшь фамильное серебро от тоски. А ты, я гляжу, решил разнообразить тоску видом из окна «Дырявого котла».

Драко поднял на него тяжелый взгляд, и в серых глазах не дрогнул ни один мускул. Он небрежно повертел в пальцах стакан с огневиски, делая вид, что рассматривает игру света на гранях.

— Теодор. Какая неожиданность. Я думал, ты сейчас где-нибудь в Италии скупаешь остатки фамильных поместий, чтобы твоя мать могла снова называть себя графиней, а не просто миссис Нотт.

Теодор хмыкнул, но улыбка не коснулась его глаз. Он жестом подозвал ту же официантку.

— Мне то же самое, что и ему. — Он кивнул на стакан Драко. — И не жалейте льда.

Официантка кивнула и испарилась. Нотт снова повернулся к Малфою, сцепив пальцы в замок на столе.

— Ну и как ты? — спросил Нотт, хитро ухмыляясь.

— Что ты имеешь в виду?

— Ой, да брось, Малфой! Неужели ты так никого себе и не нашёл?

— Причём здесь это вообще?

Драко едва заметно поморщился и сделал долгий глоток огневиски, давая себе секундную передышку. Огонь обжёг горло, но не принёс привычного облегчения. Он поставил стакан на стол и провёл пальцем по влажному следу на деревянной столешнице.

— Нотт, я пришёл сюда выпить в тишине, а не обсуждать свою личную жизнь, которой, между прочим, нет. И которая тебя, признаться, касается меньше всего.

Нотт рассмеялся — негромко, но с явным удовольствием. Он откинулся на спинку стула, когда официантка поставила перед ним стакан, и с наслаждением вдохнул аромат выпивки.

— Ой, Малфой, ты всегда был таким. Весь в броню, в колючки. Я же не враг тебе. Мы оба знаем, как оно бывает после войны. — Теодор сделал глоток и на мгновение прикрыл глаза. — Но я серьёзно. В Лондоне говорят, ты совсем отшельником стал. Даже на благотворительные вечера Поттера не ходишь. А он, между прочим, за тебя горой стоял.

— Поттер выполнял обещание, — сухо отозвался Драко, и в его голосе скользнула тень старого презрения, почти сразу же угасшая. — И я ему за это… благодарен. Но это не значит, что я должен танцевать на его праздниках.

— Ну, положим, не танцевать. — Теодор хитро прищурился, изучая друга детства. — Но мог бы хоть изредка показываться в мире. Ты же не старый затворник. Тебе, в конце концов, нужно наследство, семья, продолжение рода Малфоев. Или ты решил, что фамилия умрёт вместе с тобой?

Драко сжал челюсти так, что побелели скулы. Глаза его потемнели, и в них мелькнула такая глухая, выжженная усталость, что даже беспечный Нотт на миг притих.

Драко медленно поднял глаза на Теодора. В них не было злости — только усталая, горькая усмешка.

— Да кому я нужен, Нотт? — тихо сказал он, и голос его звучал глухо, словно из-под толстого слоя льда. — Я — бывший пожиратель смерти. Тень своего отца. Мальчик, который в последнюю минуту переметнулся к Поттеру, потому что испугался за свою шкуру. Кому нужен такой?

Он сделал ещё один глоток огневиски, и на этот раз огонь обжёг горло острее.

— Ты думаешь, я не пробовал? — продолжил Драко, глядя куда-то в сторону запорошенного снегом окна. — Выходил в свет. Улыбался. Пытался быть «нормальным». А потом ловил на себе взгляды — те самые взгляды, в которых читалось: «Ага, это тот самый Малфой». И все эти разговоры за спиной, когда люди думают, что я не слышу. Что я не вижу, как матери отводят детей в сторону, когда я прохожу мимо в Косом переулке.

Теодор хотел было что-то сказать, но Драко поднял руку, останавливая его.

— Нет, дай договорить. — Его голос стал твёрже, но в нём всё равно звучала та же глухая боль. — Мой отец в Азкабане. Мать во Франции, и она пишет мне письма раз в месяц о том, что «всё наладится». А я сижу в Малфой-мэноре, который, между прочим, до сих пор пахнет той войной. Я считаю галлеоны, разбираю бумаги, продаю фамильные реликвии, потому что на содержание поместья нужны деньги, а из-за репутации никто не хочет иметь с нами дела.

Он замолчал на мгновение, и в тишине между ними слышался только треск камина да дальний гул голосов в другом конце зала.

— Так что нет, Теодор. Никого я не ищу. И вряд ли найду. Потому что кто захочет связать свою жизнь с семьёй, на которой так и весит клеймо «пожиратели»?

Нотт молчал, перебирая пальцами стакан. Его насмешливая улыбка исчезла, уступив место чему-то более серьёзному. Он смотрел на Драко с неожиданным сочувствием, которого раньше в нём не было.

И вдруг Тео положил перед ним конверт.

— Что это?

— Приглашение на зимний бал-маскарад в честь Рождества. До 25 декабря ещё неделя, так что... Попробуй, может, познакомишься с кем...

— Ты что, издеваешься?

— Почему ты так решил, Драко? Просто мне надоело смотреть, как ты мучаешься в одиночестве в большом особняке.

— Я сказал, что не пойду, значит, не пойду.

— Ну ты и зануда, Малфой. Каким был, таким и остался.

— А ты всё же тот же Нотт.

— Да. Усмехнулся он но как то сочувствительно

Драко допил огневиски, со звоном поставил бокал на стол и встал. Тео последовал его примеру.

— Что ж, было приятно повидаться, Нотт.

— Взаимно, Малфой.

Они пожали друг другу руки, и Тео незаметно положил конверт в карман мантии Драко. Тот ничего не заметил и направился к выходу.