Глава 2: Глава 2 возвращение домой

Драко аппарировал прямо у ворот поместья. Холодный декабрьский ветер хлестнул по лицу, взметнул полы мантии, но он даже не поёжился. Он стоял и смотрел на тёмные окна особняка, на заиндевевшие статуи грифонов у входа, на плющ, который за многие годы без должного ухода почти полностью оплёл восточное крыло.

Дом, который ненавидит меня так же сильно, как и я его, — подумал Драко, но вслух ничего не сказал.

Тяжёлая дубовая дверь со скрипом отворилась. Внутри было темно и холодно. Эльфы, которых осталось всего трое из двадцати, уже не зажигали свечи в парадных залах, если не было гостей. А гостей не было уже два года.

— Добрый вечер, хозяин, — прошелестел голос из тени. Старый домовик

— Добрый, Мипси, — глухо ответил Драко, снимая мантию и бросая её на резную вешалку, которая качнулась, но не удержала тяжесть; мантия сползла на пол.

— Хозяин желает ужина? — спросил эльф, шаркая крошечными ногами.

— Нет. Оставь меня.

Мипси поклонился и растворился в темноте коридора.

Драко остался один в огромном вестибюле. Где-то наверху, в северном крыле, завывал ветер, пробиваясь сквозь щели в старых стёклах. Он подошёл к камину — камин был холоден, как и всё в этом доме. Он не стал его зажигать.

Прошёл в гостиную. Сел в кресло, в котором когда-то сидел его отец. Провёл пальцами по резным подлокотникам, на которых сохранились следы детских царапин — его собственных, когда он, маленький, карабкался на это кресло, чтобы слушать рассказы Люциуса о величии рода.

"Наша фамилия — это всё, Драко. Никогда не забывай об этом".

Горькая усмешка тронула его губы. Он машинально сунул руку в карман мантии — и наткнулся на что-то. Бумага. Хрустящая, плотная бумага с серебряным ободком.

Он вытащил конверт. Тот самый, что Тео подсовывал ему.

Приглашение.

Драко вертел его в руках, глядя на затейливую вязь, на сургучную печать с гербом какого-то старинного рода. Мягкий свет луны, пробивающийся сквозь грязное окно, падал на конверт, и на мгновение Драко показалось, что серебро на бумаге оживает, переливается, манит.

— Нет, — сказал он вслух пустому залу. — Бал. Маскарад. Улыбки, танцы, фальшивые разговоры... И все будут знать, кто я. Даже под маской.

Он уже хотел швырнуть конверт в камин, но рука застыла в воздухе.

"Просто мне надоело смотреть, как ты мучаешься в одиночестве", — всплыл в голове голос Тео.

Драко закрыл глаза. Он чувствовал запах старого дерева, воска, сырости — и военной гари, которая, казалось, въелась в стены навсегда.

Драко все же решил открыть его и там писали :
Приглашение на Бал маскарад в честь Рождества приглашены те кто хочет что то изменить в своей жизни.

● Главнные правила
● Идти в маске
● Запрещено произносить свое настоящее имя — при входе вы выбираете псевдоним.
● Никаких заклинаний, порталов и слежки — только живое общение и танцы.
Важное условие: Маскарад продлится ровно семь ночей. Вы должны встречаться на Карнаби-стрит каждый вечер, чтобы танцевать с разными незнакомцами. И только в канун Рождества, когда часы пробьют полночь, маски будут сброшены, и вы узнаете настоящие имена тех, кто разделил с вами эту неделю.

Адрес: Карнаби-стрит 15 второй этаж

Ждем вас

Подпись: не указана.

Он держал конверт в руках так долго, что серебряный ободок начал нагреваться от тепла его пальцев. Ветер за окном завыл особенно тоскливо, и Драко вдруг осознал, что в этом доме ему больше нечего делать. Вечер был пуст, как и все предыдущие.

Сердце сделало странный кульбит. Семь ночей. Семь встреч с людьми, которых ты не знаешь, которые не знают тебя. Имена под запретом. Магия под запретом. Только разговоры. Только взгляды. Только — он почти усмехнулся — живое общение.

Драко поднёс приглашение к свету луны. Бумага мягко мерцала, и на ней, если приглядеться, проступал водяной знак — ветка омелы, обвитая вокруг перевёрнутого полумесяца.

Он сунул конверт обратно в карман.

— Мипси, — позвал он негромко.

Эльф появился мгновенно, словно ждал за дверью.

— Хозяин?

— Мне нужна маска. Та, что в восточном крыле, в шкафу с костюмами. Серебряная, с перьями.

Мипси округлил глаза, но ничего не спросил, только кивнул и исчез.

Драко подошёл к запылённому зеркалу в тяжёлой резной раме и посмотрел на своё отражение. Бледное лицо, тёмные круги под глазами, волосы, которые он давно перестал укладывать с прежней тщательностью. Он выглядел… потерянным. Уставшим. Живым, на удивление, но — потерянным.

— Что я теряю? — спросил он у отражения. — Ничего. У меня ничего не осталось, кроме фамилии, которую я ненавижу.

Мипси вернулся с маской. Она была искусно вырезана из тёмного серебра, украшена чёрными страусиными перьями и тонкой вязью, напоминающей паутину. Глазницы смотрели пусто, но в них угадывалась глубина. Маска скрывала половину лица, оставляя лишь подбородок и губы — и чужие глаза.

Драко надел её. Она села идеально, словно была сделана по его мерке много лет назад. В зеркале отразился незнакомец: таинственный, холодный, с хищным изгибом губ.

— Имя, — прошептал он, глядя на себя. — Мне нужно имя. Не Драко. Не Малфой. Что-то… другое.

Он подумал о ветре, который хлестал его по лицу у ворот. О холоде, который давно поселился у него внутри. О пустоте, которая стала такой привычной.

— платиновый дракон, — сказал он тихо.

Маска блеснула в лунном свете, словно одобряя выбор.