Глава 1: Глава 1
169
0
Последнее, что помнит Не Минцзюэ, это жгучая ярость, желание убить этого ублюдка Мэн Яо. Он что, пытался настроить против него Сичэня?! Сначала этот подлец врёт ему в лицо, затем плетёт свою паутину вокруг Хуайсана, а теперь пытается рассорить его с лучшим другом! Ну, нет, этот сын шлюхи получит по заслугам! Сдохни! Но… почему он жив? Он же только что зарубил его собственной рукой! На, получай! Опять! Да сколько этих мерзавцев?! Он всех их убьёт, всех! Умри, умри, умри…
Он слышит голос. Его зовут. «Брат! Брат!» Это… это не голос Мэн Яо. Этот голос дорог ему, он может узнать его в шумной толпе. А… А-Сан?
Едва он вспомнил это имя, его тело пронзила боль. Казалось, что по венам потекло пламя, сжигая его изнутри. Ему… ему нужно… Сабля выпала из ослабевших пальцев, из семи отверстий хлынула кровь. Он тяжело повалился на колени. Последнее, что он увидел, было полное ужаса лицо младшего брата.
После была тьма. Он не знал, кто он, знал лишь, что ему надо найти части себя и убить человека. Кого именно, ему тоже было неизвестно, но это не мешало ему смертельно ненавидеть этого человека. Он потерялся во времени, не мог сказать, как долго он пробыл в таком состоянии, пока не наступило озарение. Он всё вспомнил. Но не только. Неведомо как, но ему было даровано знание обо всём, что произошло с момента его гибели. О подлости Мэн Яо, о мести Хуайсана, о затворничестве Сичэня. Узнал правду о своей смерти. А также он был удостоен милости — шанс в последний раз увидеться с близкими, прежде чем он уйдёт на новый круг перерождения. У него есть на это одна ночь.
Не Минцзюэ спешит к себе на родину, в Нечистую Юдоль. Он знает, с кем хочет увидеться прежде всего.
В покоях главы пусто, да и вообще они выглядят нежилыми, будто в них давно уже никто не живёт. Не Минцзюэ начинает искать в другом месте. Где ещё он может быть? Чутьё приводит Не Минцзюэ в Храм Предков, и здесь он наконец находит того, кого искал.
Не Минцзюэ не сразу верит своим глазам. Где тот юнец, недавно достигший совершеннолетия? Что это за изящный мужчина, сидящий на коленях перед одной из табличек, крайней в ряду?
Не Минцзюэ осторожно подходит к младшему брату. Хуайсан еле слышно что-то говорит, обращаясь к человеку, чьё имя высечено на табличке. Не Минцзюэ читает на ней своё имя. Ему тяжело думать о пути, который избрал Хуайсан. Узнав обо всём, Не Минцзюэ первое время злился. Он считал месть брата бесчестной. Но потом понял, что у Хуайсана по-другому ничего не получилось бы. Для того, чтобы вывести на воду такого хитрого мерзавца, как Мэн Яо, надо быть ещё более хитрым. И, к счастью или нет, Хуайсан оказался хитрее. Не Минцзюэ не может отрицать, что от действий Хуайсана пострадали невинные люди, но способен понять причину и жалеет, что его любимый брат страдал столько лет.
— А-Сан? — окликает он брата. Он не уверен, может ли Хуайсан его слышать, но пробует заговорить с ним. К его счастью, Хуайсан оборачивается и смотрит прямо на него. В глазах брата стоят слёзы.
— Б-брат? — не веря, тихо шепчет Хуайсан и, как заворожённый, тянет к нему руку. — Это… правда ты?
— Да, я, — отвечает Не Минцзюэ и касается руки брата. Его тело едва просвечивает, но он может коснуться человека перед собой.
Хуайсан рвано вздыхает и шепчет ещё тише:
— Это сон?
— Нет. Мне… мне дали возможность увидеться перед тем, как я уйду…
— Брат! — Хуайсан бросается ему на шею, громко плача. Не Минцзюэ обнимает его в ответ, и от этих объятий Хуайсан начинает рыдать ещё сильнее. Хоть Хуайсану сейчас больше тридцати, глубоко внутри него всё ещё живёт тот юноша, что горько рыдал над телом мёртвого брата, и сейчас он не может остановиться, вновь оказавшись в родных объятиях.
Сквозь слёзы Хуайсан шепчет, как он скучал, как ему хотелось вновь увидеть старшего брата, как хотелось поговорить с ним, и неожиданно говорит:
— Я ужасный человек.
Не Минцзюэ кажется, что он ослышался, а Хуайсан продолжает:
— Я так жаждал отомстить, что мне было всё равно, как я это сделаю. Я заставил несчастного Мо Сюаньюя совершить ритуал Добровольного подношения тела. По моей вине погибли люди в деревне Мо. Из-за меня в городе И чуть не погибли дети. Я уговорил ту старую служанку рассказать обо всём Цинь Су. Я даже втянул в это брата Сичэня и использовал его! Я такой же, как Цзинь Гуанъяо…
— Не сравнивай себя с ним! — перебивает его Не Минцзюэ, сжимая плечи Хуайсана. — Ты не такой же. — Он вздыхает, подбирая правильные слова. — Я знаю, что произошло. Не спрашивай, откуда, я сам не понимаю. И я знаю, чем именно ты занимался все эти годы.
Хуайсан бледнеет и отводит взгляд, но Не Минцзюэ заставляет его снова посмотреть на себя.
— Да, знаю. А ещё знаю, как тебе было тяжело все эти годы. Прости. Твой старший брат не смог уберечь тебя, хотя и обещал.
— Б-брат… ты… ты не…
— Виноват. Старший брат виноват перед тобой.
Говоря это, Не Минцзюэ крепче прижимает к себе младшего брата и делает то, что в последний раз делал в далёком детстве — мягко целует его в лоб.
— Ты не ужасный человек, Хуайсан, — говорит он, поглаживая брата по спине. — И, пожалуйста, не закрывайся от других людей.
— Уже поздно, — горько усмехается Хуайсан. — Можно подумать, кто-то примет меня после произошедшего.
Не Минцзюэ понимает это, но не может снова оставить брата совсем одного. Ему хочется, чтобы рядом с ним был хотя бы один близкий человек.
— Ещё не поздно. А-Сан, я не хочу снова оставлять тебя одного.
— А ты не можешь остаться? — с отчаянной надеждой просит Хуайсан. Не Минцзюэ больно разочаровывать его, но у него нет выбора.
— Я не могу. К тому же, мне надо уходить уже сейчас. До рассвета мне надо успеть в ещё одно место.
Взгляд Хуайсана гаснет, и он утыкается в грудь Не Минцзюэ, тихо плача.
— Я буду скучать, старший брат, — шепчет он сквозь слёзы.
Не Минцзюэ хотел бы ответить: «Я тоже», — но понимает, что это будет ложь. С наступлением утра его ждёт Суп забвения, и после него он уже не будет скучать. Вместо этого он говорит:
— Подумай над моими словами. Хоть ты и совершил ошибки, я уверен, есть люди, готовые принять тебя и с ними.
— Х-хорошо, — кивает Хуайсан и пробует улыбнуться. — Я попытаюсь.
Не Минцзюэ не хочется покидать младшего брата так рано, но ему надо увидеться с ещё одним человеком. Он не понимает, как ему удаётся мгновенно перенестись из Цинхэ в Гусу, но это хорошо. Не надо тратить драгоценные минуты на перемещение.
Он легко проникает в Облачные Глубины и быстро находит ханьши. При жизни он проводил здесь много времени, когда приезжал в Гусу. Его всегда встречали с радостью, но сейчас он чувствует лишь боль. Человек, ради которого он пришёл сюда, сидит на полу в позе для медитации, но с первого взгляда понятно, что у него не получается достичь гармонии с собой. Его руки сжаты в кулаки, глаза зажмурены, а губы приоткрывают стиснутые зубы. Сдаваясь, человек устало выдыхает и прячет лицо в ладонях.
— Сичэнь, хватит мучить себя, — просит его Не Минцзюэ. Услышав его голос, Сичэнь вздрагивает и резко поворачивается к нему.
— Брат? — Сичэнь неуклюже встаёт после долгого пребывания в одной позе и отшатывается, едва не упав. Не Минцзюэ ловит его за рукав, с горечью отметив, что если младший брат кинулся на него с объятиями, то лучший друг пытается держаться от него на расстоянии.
— Мне это кажется? — спрашивает Сичэнь, и Не Минцзюэ чувствует мелкую дрожь, охватившее его тело. — У меня начался бред?
— Нет, я вправду здесь. Я хочу поговорить с тобой, Сичэнь.
— Наверно, всё-таки у меня бред, — бормочет Сичэнь, мотая головой. — Ты не можешь быть здесь. Твою душу же разорвали на куски.
— Сичэнь, это я, — пытается убедить друга Не Минцзюэ. — С моей душой всё в порядке. И я не какой-то неупокоенный дух. Мне позволили ненадолго вернуться в мир смертных, чтобы я смог увидеться с Хуайсаном и тобой.
— Зачем? Зачем тебе со мной видеться? Ты же меня ненавидишь, я прав?
— Что? Нет! С чего ты взял это?
— Это я предложил нам троим стать побратимами. Я каждый раз защищал и оправдывал Цзинь Гуанъяо. Я научил его Песне Очищения и дал ему доступ к библиотеке. Я сам вложил в его руки оружие, погубившее тебя! — На последних словах голос Сичэня срывается на крик. — Я убил тебя!
Все эти дни Сичэнь винил себя в его смерти. Считает ли так Не Минцзюэ? Нет, и никогда не считал. Есть лишь один убийца, и не его видит перед собой Не Минцзюэ.
— Глупее ничего не слышал! — возражает он. — Сичэнь, как тебе вообще пришло такое в голову? Я не считаю тебя своим убийцей, так что забудь даже думать об этом!
— Но… я… — пытается возразить Сичэнь, но Не Минцзюэ его перебивает:
— Ты просто доверился не тому человеку. Мэн Яо всех нас обвёл вокруг пальца.
— Я не хотел замечать, — говорит Сичэнь. — Я убеждал себя, что люди просто не понимают его, судят только из-за низкого происхождения. Хотел верить, что он не способен на то, в чём его обвиняют. И верил ему до конца.
— Ты всегда искал в людях только хорошее, — слабо улыбается Не Минцзюэ и осторожно обнимает Сичэня. Он никогда так не делал, даже в детстве, но сейчас ему кажется, что его друг нуждается в этом.
Сичэнь неуверенно обнимает его в ответ и утыкается в дружеское плечо. Из его груди вырывается рваный вздох, и Сичэнь обнимает друга крепче, не желая отпускать.
— Я не виню тебя, Сичэнь, — снова говорит Не Минцзюэ, — и никогда не винил. Пожалуйста, больше не мучай себя.
— Спасибо, что пришёл ко мне, — отвечает Сичэнь. — Я скучал по тебе.
— Я тоже, но… — Не Минцзюэ с неохотой отпускает Сичэня, — но мне надо уходить.
— Уже пора? — догадывается Сичэнь, и в его голосе звучит печаль. Не Минцзюэ кивает.
— Но ты ведь можешь переродиться?
— Да.
— Тогда, — Сичэнь слабо улыбается, — может, мы сможем снова встретиться в следующей жизни?
— Я буду надеяться на это, — улыбается Не Минцзюэ в ответ.
Наступает рассвет, и с первыми лучами солнца Не Минцзюэ ступает на мост Найхэ. Он не боится испить Суп забвения. Возможно, он уходит слишком рано, но Не Минцзюэ почему-то не сомневается: если он не сможет встретиться с Хуайсаном и Сичэнем в следующей жизни, они обязательно встретятся в одной из последующих. И в тот раз они проживут более счастливо.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!