Глава 4: глава 4: шестой звонок и азиатский уголок

Оставшиеся уроки тянулись как бесконечная серая резина. На уроках русского языка и истории Марика сидела абсолютно неподвижно, уставившись в тетрадь, но мысли её были очень далеко от правил пунктуации и дат древних сражений. Во рту сменяли друг друга мини-чупа-чупсы — яблочный сменился клубничным, а тот, в свою очередь, уступил место лимонному. Сладкий сок приятно успокаивал нервы, а пустые обертки Мари аккуратно складывала в потайной кармашек сумки с Хатсуне Мику.

Одноклассники больше не смели к ней подходить. После её резких слов в коридоре пятиклассники из пятого «Б» лишь трусливо переглядывались за её спиной и шептались, стараясь не встречаться с Марикой взглядами. Проходя мимо её парты, они демонстративно смотрели в другую сторону. Мари это только радовало. Их бойкот был для неё лучшим подарком — тишина и покой, о которых она мечтала с самого утра. Ромка так и не вернулся в класс, а его банда задир сидела тише воды, ниже травы, полностью лишившись своего прежнего высокомерия.

Наконец, оглушительный, спасительный звонок с шестого урока прорезал душную тишину кабинета. Марика собрала свои вещи невероятно быстро. Тетради, пенал с кошачьей лапкой и скетчбук с испорченным рисунком Касане Тето мгновенно исчезли в недрах сумки. Поправив свой обычный черный ободок на рыжих волосах и вернув большие очки на переносицу, она первой выскочила из класса, оставив позади собирающихся одноклассников.

Сердце Мари снова заколотилось быстрее, когда она подошла к заветной лестнице между корпусами средней и старшей школы. На секунду её охватило сомнение: «А вдруг он забыл? Или это всё-таки была глупая шутка старшеклассников?». Она замедлила шаг, крепко сжимая лямку сумки с вокалоидом. На плече негромко и взволнованно позвякивали значки.

Но стоило ей заглянуть за поворот, как все страхи моментально рассеялись.

Кирилл стоял у того же самого подоконника, залитого теплыми лучами предвечернего сентябрьского солнца. На нем была всё та же объемная черная толстовка с капюшоном, а из-под длинной темной челки сверкали внимательные глаза. Заметив Марику, он широко и тепло улыбнулся, небрежно закинув свой тяжелый рок-рюкзак на одно плечо.

— Ну привет, Мари, — негромко произнес он, делая шаг ей навстречу. — Я уж думал, тебя Лидия Петровна на дополнительный урок по поведению оставила. Готова сбежать из этой серой дыры?

Марика смущенно кивнула, пряча лицо за густой рыжей челкой, но удержаться от ответной короткой улыбки на этот раз не смогла.
— Готова, — тихо ответила она. — Пошли скорее, пока завучи не поймали.

Они вместе спустились по широкой лестнице на первый этаж, миновали шумную гардеробную, где толпились растрепанные пятиклассники, и вышли на школьный двор. Сентябрьский воздух после душных классов казался невероятно свежим и прозрачным. Осенние листья лениво кружились на ветру, устилая асфальт золотистым ковром.

Когда Марика и Кирилл пошли по центральной аллее мимо школьных ворот, Мари заметила, как несколько девчонок-старшеклассниц и пара парней из её собственного класса замерли, вытаращив на них глаза. Сплетни в школе явно примут новый оборот: маленькая рыжая пятиклассница в очках идет рядом с высоким, крутым парнем из десятого класса, у которого на рюкзаке красуется пиксельная Касане Тето. Но Марике теперь было абсолютно всё равно. Пусть лопаются от зависти и злости.

Дорога до «Азиатского уголка» заняла около пятнадцати минут. Они шли по тихим, залитым солнцем переулкам, шурша сухими листьями под подошвами кроссовок. Кирилл всю дорогу рассказывал смешные истории про своих учителей из старшей школы и про то, как трудно сдавать экзамены, а Марика слушала, изредка вставляя свои короткие, меткие комментарии и катая во рту новый чупа-чупс. Рядом с ним она впервые за долгое время чувствовала себя в полной безопасности. Ей больше не нужно было держать оборону.

Наконец они свернули в неприметный дворик на окраине района и остановились перед тяжелой стеклянной дверью с наклейкой в виде кошачьей лапки.
— Ну вот мы и на месте, — Кирилл галантно распахнул перед ней дверь. — Прошу, госпожа любительница вокалоидов. Нас ждет великое пополнение запасов.

Внутри магазинчика приятно звякнул колокольчик, и Марику окутал знакомый, родной и такой уютный запах соевого соуса, азиатских сладостей и нового глянцевого пластика. Полки были забиты яркими пачками рамена, коробками с палочками поки, фигурками и, конечно же, значками.

Марика сразу же, как завороженная, направилась к самому дальнему стеллажу, где ровными длинными рядами лежали заветные пачки ультра-острого китайского латяо. Её глаза загорелись. Она протянула руку, чтобы взять сразу несколько штук, но Кирилл внезапно аккуратно перехватил её ладонь выше запястья, стараясь не задеть синяки от пальцев Ромки.

— Подожди, Мари, — тихо сказал Кирилл, и на его лице снова появилась та самая загадочная, теплая ухмылка. — Латяо — это само собой, я сам тебе его куплю. Но посмотри сначала вот сюда, на верхнюю полку. Это привезли только сегодня утром.

Марика подняла глаза на верхнюю полку, стеклянную витрину которой мягко подсвечивала светодиодная лента, и у неё буквально перехватило дыхание. Все её мысли о чупа-чупсах, латяо, Лидии Петровне и даже о Касане Тето на секунду вылетели из головы.

Там, среди ярких коробок, сидела она. Коллекционная плюшевая Ай Хосино из «Oshi no Ko» от Good Smile Company.

Мари знала про эту игрушку абсолютно всё — она видела анонсы в аниме-пабликах, знала, что это лимитированная серия, и даже мечтать не могла, что её когда-нибудь завезут в их маленький районный «Уголок». Плюшевая Ай выглядела невероятно мило: яркие фиолетовые волосы, аккуратная челка, её знаменитая заколка в виде розового кролика с бантиком и звездами на боку, и самое главное — эти потрясающие глаза-звездочки, вышитые мерцающими нитками. Она сидела, протянув вперед маленькие ручки и ножки в темных туфельках, и словно смотрела прямо на Марику своей лучезарной плюшевой улыбкой.

— Ого... — тихо, но почти благоговейно прошептала Марика, прижимая руки к груди. Её очки чуть съехали на нос, но она даже не подумала их поправить. — Это же Хосино Ай... Настоящая. Из официальной коллекции.

Кирилл, заметив, как у маленькой пятиклассницы загорелись глаза, довольно усмехнулся под своим черным капюшоном. Он мягко отпустил её руку и подошел поближе к витрине.
— Я же говорил, что сегодня завезли кое-что крутое, — Кирилл заглянул на ценник, висящий рядом с мягкой фигуркой, и на секунду задумался, прикидывая что-то в уме. Сумма там стояла приличная для обычного школьника, но парень лишь уверенно кивнул сам себе. — Твой Ромка, конечно, полный идиот, что испортил тебе день. Но Ай Хосино — прирожденный айдол, она обязана возвращать людям улыбки. Так что... она твоя, Мари.

Марика испуганно повернулась к нему, её рыжая челка взметнулась.
— Чего? Нет, Кирилл, ты чего, она же кучу денег стоит! Не надо, мне правда неудобно... Я просто посмотреть...

— Тихо ты, — Кирилл тепло улыбнулся и аккуратно щелкнул её пальцем по кончику носа, прерывая панику. — Я же сказал, что хочу с тобой встречаться. А дарить своей девушке подарки, особенно когда у неё был такой паршивый первый день в школе — это нормальная тема. Считай это моей официальной инвестицией в твое хорошее настроение. И в твою защиту от дурацких мемов.

Парень развернулся к кассе и громко позвал продавца — молодого парня в фирменной футболке:
— Слышь, бро, достань нам, пожалуйста, вон ту плюшевую Ай Хосино с верхней полки. И еще... заверни вон те три пачки ультра-острого латяо. Гулять так гулять.

Пока продавец аккуратно доставал заветную игрушку с полки, Марика стояла рядом, чувствуя, как её щеки снова заливает густой, пунцовый румянец. Ей до сих пор казалось, что всё происходящее — какой-то затянувшийся, удивительный сон. Еще пару часов назад её караулили у кабинета предатели-одноклассники, а теперь парень из десятого класса, который слушает вокалоидов, покупает ей редчайшую плюшевую Ай Хосино просто потому, что она ему нравится.

Продавец аккуратно передал Кириллу коробку с игрушкой и пачки латяо. Кирилл приложил телефон к терминалу, раздался спасительный писк оплаты, и вот уже заветная фиолетововолосая Ай оказалась в руках у Марики.

Мари бережно прижала плюшевую фигурку к себе. Мягкий флис, из которого была сделана Ай, приятно согревал руки, а вышитые глаза-звездочки словно подмигивали девочке сквозь стекла её больших очков. Это было лучшее, что случалось с ней за всю её школьную жизнь.

— Спасибо... — тихо-тихо, но очень искренне произнесла Марика, поднимая взгляд на Кирилла. Из-под рыжей челки на него смотрели глаза, в которых больше не было ледяного презрения — только чистая, детская благодарность. — Она идеальная.

— Обращайся, рогатая, — подмигнул Кирилл, закидывая пачки латяо прямо в её сумку с Хатсуне Мику. Значки на сумке снова весело зазвенели. — Ну что, пошли на лавочку в парк? Будем уничтожать китайские специи и портить воздух в районе, пока завучи не видят.

Сентябрьское солнце уже медленно клонилось к горизонту, окрашивая верхушки старых деревьев в парке в мягкие янтарные тона. Марика и Кирилл устроились на деревянной лавочке в самой глубине тихой аллеи, подальше от центральных дорожек, где обычно гуляли мамы с колясками и шумные компании подростков.

Мари бережно усадила новенькую плюшевую Ай Хосино себе на колени. Фиолетовые волосы игрушки мягко выделялись на фоне её темной кофты, а заколка-кролик задорно поблескивала на солнце. Рядом на лавке уже лежала разорванная упаковка ультра-острого латяо. Густой, ядреный и невероятно аппетитный аромат чеснока, перечного масла и сычуаньских специй мгновенно заполнил всё пространство вокруг них.

— Ну как, пробирает? — ухмыльнулся Кирилл, отправляя в рот одну маслянистую полоску соевой закуски. Его лицо тут же слегка порозовело от остроты, а глаза азартно блеснули.

— Нормально. Бывает и острее, — невозмутимо ответила Марика, спокойно пережевывая свою порцию.

Жгучий китайский перец привычно обжигал рецепторы, даря Марике то самое абсолютное чувство комфорта и покоя, которого ей так не хватало все эти шесть уроков. Сейчас, сидя рядом с Кириллом и прижимая к себе Ай Хосино, она впервые за весь день чувствовала себя по-настоящему счастливой. Одноклассники-предатели, душная Лидия Петровна и крики в кабинете директора казались чем-то бесконечно далеким, словно всё это происходило не с ней.

Но школьное прошлое не собиралось отпускать её так легко.

Шорох сухих листьев на дорожке заставил Марику насторожиться. Её внутренний радар, отточенный годами одиночества, мгновенно уловил чужое, враждебное присутствие. Она подняла голову, и её очки зловеще блеснули в лучах заходящего солнца. Из-за густой рыжей челки она увидела, как к их лавочке быстрой, нарочито уверенной походкой приближаются трое парней.

Это была банда Ромки. Те самые его верные дружки из пятого «Б», которые на переменах пытались подлизываться к Марике, а получив жесткий отпор, затаили злобу. Похоже, они выслеживали их с Кириллом от самой школы, выжидая удобный момент, когда рядом не будет учителей и прохожих. Сейчас на их лицах снова играли те самые мерзкие, трусливые ухмылки, с которыми они утром разглядывали её сумку с Хатсуне Мику.

Впереди шел самый высокий из них — тот самый Колька, который на математике испуганно косился на синяки на её руке. Но сейчас, в компании своих приятелей, он снова почувствовал себя невероятно смелым.

— О, зырьте, пацаны, рогатая тут со своим хахалем развлекается! — громко, на весь парк крикнул Колька, останавливаясь в паре метров от лавочки и вызывающе сплевывая на асфальт. — Че, Маринка, думала, если Ромку предки утащили, то ты теперь самая крутая в классе? Твоя мамаша за тетрадь Ромкиного бати еще огребет, поняла?! Нам Ромка в чате написал, что твой адрес уже пробивают!

Его приятели сзади противно захихикали, один из них демонстративно достал телефон, явно собираясь снимать очередное видео для школьных соцсетей.

Марика почувствовая, как внутри неё снова начинает закипать та самая холодная, леденящая ярость. Её пальцы мертвой хваткой вцепились в мягкие ручки плюшевой Ай Хосино. Ей до безумия хотелось вскочить, сорвать с сумки значок с Касане Тето и швырнуть его прямо в наглую физиономию Кольки. Эти ничтожества, эти предатели, которые секунду назад улыбались ей в коридоре, теперь угрожали ей и её семье, прячась за спину своего отсутствующего вожака.

Но Мари не успела даже шевельнуться.

Кирилл медленно, с каким-то пугающим, кошачьим изяществом поднялся с лавочки. Он не спеша вытащил изо рта пластиковую палочку от клубничного чупа-чупса, аккуратно щелчком отправил её точно в урну и накинул на голову глубокий черный капюшон своей объемной толстовки. Его длинная темная челка полностью скрыла глаза, но вся его высокая, широкоплечая фигура старшеклассника в эту секунду буквально излучала чистую, концентрированную угрозу.

Он сделал два спокойных шага вперед, вырастая перед опешившими пятиклассниками как непреодолимая черная стена. Разница в росте и возрасте между десятиклассником и мелкими задирами из пятого класса была просто колоссальной. Колька, который только что весело орал на весь парк, мгновенно осекся. Его ухмылка сползла с лица, а телефон в руке его приятеля заметно задрожал.

— Так, мелкие, — тихо, но с такой леденящей, вибрирующей силой в голосе произнес Кирилл, что у Марики даже по спине пробежали мурашки. Он слегка хрустнул костяшками пальцев, и этот звук в тишине парка прозвучал как выстрел. — Я сейчас очень внимательно послушал ваш бред. И у меня к вам только один вопрос. Вы вообще бессмертные, или вам просто в школе мало Лидии Петровны с директором показалось?

Колька испуганно попятился назад, едва не споткнувшись о собственный рюкзак. Вся его «крутизна» испарилась в ту же секунду, как перед ним встал реальный старшеклассник, готовый перейти от слов к делу.

— Да мы... мы че... мы просто пошутили... — заикаясь, забормотал Колька, выставляя руки перед собой. — Мы Ромке обещали...

— Мне плевать, что вы там обещали своему придурку Ромке, — ледяным тоном оборвал его Кирилл, делая еще один шаг вперед и наклоняясь к самому лицу Кольки так близко, что тот испуганно зажмурился. — Зарубите себе на своих трусливых носах, мелкие предатели. Эта девочка — Марика. И она — моя девушка. Если хоть один из вас, или ваш недоделанный Ромка, или еще какая-то школьная шваль хотя бы посмотрит в её сторону косо, или слово ей обидное скажет, или в чатах что-то напишет... я вас лично найду. Из-под земли достану. И поверьте, пластиковый ободок по руке, который вы получили утром, покажется вам детским садом на лужайке. Всем всё ясно?

Пятиклассники судорожно, синхронно закивали головами, бледные как полотно. Тот, что держал телефон, поспешно сунул его глубоко в карман куртки, молясь, чтобы Кирилл его не заметил.

— А теперь — развернулись и пулей испарились отсюда, пока я не передумал, — негромко добавил Кирилл, и в его голосе прозвучал такой металл, что парней не нужно было просить дважды.

Они круто повернулись и с позором помчались прочь по аллее парка, сверкая пятками и спотыкаясь о корни деревьев. Их рюкзаки смешно болтались за спинами, а от прежней спеси не осталось и следа. Они бежали точно так же, как их вожак Ромка утром из кабинета директора — трусливо и жалко.

Кирилл постоял несколько секунд, провожая их взглядом, а затем глубоко выдохнул, стянул с головы капюшон и повернулся к Марике. Его лицо мгновенно расслабилось, и на нем снова появилась та самая теплая, привычная ухмылка. Он спокойно вернулся к лавочке и уселся рядом, как ни в чем не бывало потянувшись к пачке латяо.

— Ну вот и всё, — подмигнул он Мари сквозь её большие очки. — Я же обещался, что теперь ни один придурок к тебе ближе чем на километр не подойтет. Будут знать, как к моей рогатой Марике лезть.

Марика сидела неподвижно, крепко прижимая к себе плюшевую Ай Хосино. Внутри неё бушевал настоящий ураган из эмоций. Ей, одиночке, у которой никогда в жизни не было друзей, было дико и непривычно видеть, как кто-то вот так, без раздумий, встает на её защиту перед лицом опасности. Мягкие глаза-звездочки Ай Хосино словно одобрительно мерцали в вечернем полумраке, а значки на сумке Мику тихонько, благодарно звякнули. Мари посмотрела на Кирилла из-под рыжей челки, и её щеки снова окрасились в легкий розовый цвет — на этот раз вовсе не от острого китайского перца. Она поняла, что эта средняя школа, несмотря на всех предателей, подарила ей что-то по-настоящему ценное.