Глава 14: Глава 14. Имена

Сон был спокойным, приятным. Кажется, так благоприятно действовала чужая забота. На подкорке разума тихо запахло чаем, и смешалось со странными абстрактными фигурами, которые каждые несколько секунд видоизменялись, закручивались, говорили с ней, обретая отдаленно знакомые формы, что выглядело ненормально и отталкивающе, но Помни не ощущала дискомфорта. Линии и другие бесформенные объекты в ее сне стали складываться в логическую картину, какую она уже однажды видела. Неуверенная улыбка на кукольном лице и неразборчивые разговоры ни о чем. Жест рукой, размывающий пространство вокруг, отправляя куда-то далеко. Затем жуткий щелчок челюстей, или это было что-то другое? Ленточка, как флажок на корабле, что несет с собой победу, развевается на ветру, явно недовольная своей ролью, и пробивающийся сквозь пелену громкий, больше похожий на маниакальный, смех, сопровождаемый фиолетовым пятном с желтыми глазами. Девушка не понимала, что вокруг нее происходит, но было ощущение, что здесь ей было не хуже, чем в реальном мире, по крайней мере, пока они все были заодно. Она ощутила поверхность под собой, а потом касание к руке, которое было сравнимо с цепкой хваткой тонущего в воде. Больно не было, но вдруг стало печально. Опущенный взгляд, притопывания лапой, вибрирующий воздух из за дрожи в чьем-то голосе, а затем предостерегающий шепот, вдруг проникнувший под самую кожу, и вызвав невероятный прилив тревоги, от которой замерло сердце:

«Уверена, что мне можно доверять?»

Помни резко распахнула глаза и села. Сердцебиение было умеренным, в отличие от встревоженного разума, почувствовавший что-то плохое. Девушка обернулась и увидела чай на тумбе. Верно, у нее был Феликс, он ей помогал с лечением. Но от этого факта легче не стало. Уже где-то на подсознательном уровне зная, что парень ушел, она все равно окликнула его, в неуверенной попытке вычленить из тишины какое-нибудь шевеление:

- Феликс? Ты здесь?

Голос неприятно хрипел. Она прилично отпила из чашки и ее лицо скривилось в неприязни. Горечь холодного чая была ободряющей и самой противной вещью, какую она когда-либо пробовала в этой жизни. Тревога уже должна была пройти, но она упорно засела в ее сердце, пытаясь намекнуть, что что-то не так. Взгляд скользнул по месту, где ранее сидел Феликс, а потом на открытую дверь своей комнаты. Минута тягостного молчания, и только тогда Помни показалось, что ее дом стал каким-то пустым. Очень тихим, неживым. Руки, сжимавшие одеяло, дрогнули, и девушка без дальнейших размышлений слезла с кровати. Ее не смущала вялость после сна, не раздражало даже то, что с нее сошло три пота, и одежда назойливо липла к ней. Она вышла в зальную комнату и покрутила головой вокруг себя. Что-то мрачное пробралось ей в грудную клетку, пока осознание медленно приближалось к нужной точке в голове.

- Джекс? Глазастый? Ты где? Кс-кс-кс-кс-кс….

Растерянно позвала та кота, но никакого пушистого комочка к ней не подошло. Обычно он откликался, как минимум мог мяукнуть из дальней комнаты, словно отвечал на ее зов. Тогда до нее дошло, что произошло. Тяжесть взвалилась на ее плечи, а затем залила сердце свинцом, параллельно обволакивая оболочкой притаившейся злобы. Зачем он это сделал? Вернее было бы спросить, что он собирался сделать с ее котом? Кристина рванула в свою комнату и схватила телефон со стола. Ни единого сообщения, что объясняло бы, что произошло, причины такого поступка. Она напрягла челюсти и медленно написала Феликсу, вдруг засомневавшись, что он как-то причастен к исчезновению ее кота. А может Джекс просто спрятался где-то и не услышал ее голоса? Девушка решила еще раз перепроверить квартиру на наличие питомца, но перед этим решила на всякий случай отправить сообщение, которое звучало излишне сурово для обычного вопроса:

«Феликс, где мой кот.»

Она не стала ничего исправлять, ведь обеспокоена была совсем другим, и с телефоном в руке пошла проверять каждый угол комнат, где ее еще не было. В процессе она поглядывала на чат с Феликсом, в ожидании ответа, но тот молчал, хотя прочитал ее вопрос. Намеренно это было, или нет, но Помни все равно дополнила свое сообщение строчками:

«Не смей меня игнорировать, я вижу, что ты в сети!»

Девушка продолжала звать котенка и заглядывать в каждую щель, куда этот негодник мог залезть, но его нигде не было. Обида и негодование стали вскипать в ней, ведь с каждой минутой становилось понятнее, что Джекс не мог пропасть просто так.

««Зачем ты забрал моего кота?»

«Если это одна из твоих «шуток», то в этот раз нихрена не смешно!»

«ВЕРНИ КОТА»

Легкий стук в дверь немного отвлек ее, и первым делом она подумала, что это пришел Феликс, решив, что с нее достаточно его жестоких шуток, чтобы вернуть кота.  Но к ее разочарованию, или же к счастью для самого Феликса, это была Линда, ведь если бы за дверью сейчас был он, то ему было бы несдобровать. Линда с улыбкой взглянула на Кристину, но тут же ее сменило изумление. Она переступила через порог, не сводя обеспокоенных глаз с подруги.

- Феликс приходил? – осторожно поинтересовалась она, не ведая причин такого нерасполагающего к себе настроения Кристины.

- Приходил – фыркнула она, опуская недовольный взгляд, ведь он предназначался не ей, но потом она встрепенулась и воскликнула с хрипотцой – И забрал кота!

- Что? Забрал? Может он где-то дома? – с сомнением пробормотала Линда, разуваясь, но та пылала уверенностью в своих словах, поэтому, поверив ей на слово, спросила – Но зачем он ему?

- Я не знаю! – возмущенно ответила Кристина, а потом неловко сбавила свой тембр, потому что в ее планы не входило вымещать свою злость на ни в чем не повинного человека, отчего почти забубнела под нос – Я не знаю… Я ему написала, но он так и не ответил. Хотя стой… Он серьезно?!

- Что случилось? – все еще ничего не понимая, Линда подошла к ней, в желании заглянуть в телефон, чтобы узнать, что тот ответил, но прочитанное ее нисколько не порадовало – Так он серьезно украл его?!

- Да! Я же сказала! – вскипевшая за считанные секунды Кристина стала набирать номер парня, уверенная в успех. Полыхая ярким огнем от жажды обматерить его с головы до ног, она с удивительным терпением вытерпела продолжительные гудки и даже не послала в известное всем место автоответчик, вместо этого сбросив звонок – Вот же гандон, еще и не отвечает!

Линда медленно удивленно выдохнула, впервые наблюдая, чтобы ее подруга так громко отзывалась о ком-то в негативном ключе. Кажется, она сильно привязалась к коту, но только ли это было причиной ее ярости?

**

- Я не понимаю, зачем он это сделал! Вот пусть придет – я его на месте прибью! – возмущалась Кристина, пока Линда пыталась дозвониться до Феликса и делала лечебный чай для ее разгорячившейся подруги – А ведь он вел себя нормально, что на него нашло… Может, это из за имени кота?

- А что не так с его именем? – Линда с интересом взглянула на нее, когда очередной звонок оборвался голосом автоответчика.

- Я назвала его в честь моего старого друга… И сказала Феликсу, что недавно встретилась с ним. Мне показалось, что он обиделся, или… не знаю, но он стал странно себя вести.

- Что за старый друг?

Кристина неуверенно взглянула на подругу, решая в голове сложную задачку – рассказать ли ей о цирке, или нет, но потом поняла, что сейчас не в состоянии говорить об этом. И не очень ей хотелось делиться чем-то подобным кому-то еще, не считая круга людей, с которыми она пережила тот период. Не хотелось признавать, но цирк встал как стена между ней и другими людьми, не давая до конца быть искренней. Казалось, что ее пребывание там было недостаточно долгим, чтобы серьезно повлиять на нее, но, к неприятному удивлению, именно так и получилось, а объяснить она ничего не могла, из страха оттолкнуть других, показаться странной, сбрендившей. Не существуй таких глупых предрассудков, она давно бы все рассказала, однако это не тот мир, где все так легко и просто.

- Это немного запутанная история, я потом тебе расскажу. Просто знай, что я была близка с этим другом – попыталась отмахнуться от неудобного вопроса Помни, принимая кружку из рук Линды.

- Насколько близким? – вкрадчиво улыбнулась та, но этот вопрос еще меньше понравился Помни, и она невольно нахмурилась – Ладно, потом, я поняла. Может, Феликс заревновал?

- Ревность? Линда, это глупо… - закатила глаза Кристина, отпивая чай, после чего проверяя сообщения. Феликс не отвечал.

- Почему? Он же парень, а ты… девушка – улыбнулась шире Линда, но потом посерьезнела – Но вот забирать кота было лишним.

- Какой нормальный человек забирает кота из ревности?! Он просто придурок! – в сердцах воскликнула девушка, потому что испытывала раздражение от ожидания.

- Сложно не согласиться – медленно протянула Линда, откусывая печенье, которое уже ждало своего часа, лежа на красивой тарелке.

- Ведет себя как ребенок, никогда серьезно с ним нельзя поговорить. Вечно выбесить меня пытается, а теперь это!

Линда удивленно моргнула и на секунду забыла, что у нее во рту мокнет печенье, но потом все же продолжила жевать, наблюдая, как пыхтит и сотрясает воздух своим недовольством Кристина.

- Может тогда ну его? Вернет тебе кота и отправь на все четыре стороны. Нервы прибережешь…

- Нет! Всмысле… - она запнулась и неловко потупила взгляд – Он конечно не сахар, но как друг он вроде хороший… И сегодня даже помогал, несмотря на все это… - девушка устало прикрыла глаза, погружаясь на пару мгновений в небытие, прежде чем вернуться обратно в реальность и переключиться на другие мысли - Вот где его искать? Что если он не вернет Джекса? Что тогда делать?

- Заявление напишешь – заметив удрученное выражение на лице Кристины, Линда вздохнула – Может, вы и друзья, но он совершил кражу. Если бы он при тебе убил человека, ты бы тоже не стала ничего делать?

- Ты права, у меня голова уже не варит… – спина тяжело опустилась, и Помни продолжила пить чай, но уже молча, тревожно предполагая местонахождение ее любимого котенка.

Линда тихо выдохнула и, пока подруга не вспомнила еще какие-нибудь грехи Феликса, стала звонить этому засранцу, который так и не вышел на связь, что начинало напрягать. Неужели он просто взял и забрал кота? Что творится в голове у этого недоумка? Очередной звонок остался без ответа. Девушка беспокойно постукивала ногтем по кружке, не зная, что сейчас лучше всего сказать или сделать. Кристина была расстроена, но поддержка ей сейчас не поможет, отчего Линда впервые ощущала себя беспомощной. Обычно у нее всегда было в запасе пара хороших слов. Она взглянула в окно кухни и обратилась мыслями к недавнему разговору о странном «давнем друге», о котором ранее не слышала. Было понятно, что его зовут Джекс, раз в честь него назвали кота, но кто же такой Джекс? Линда подумала, что могла забыть о нем, но нет, сколько бы не ломала она голову, не могла вспомнить, чтобы Кристина хотя бы раз упомянула это имя однажды, даже ненароком. Странно все это…

Поток мыслей каждой девушки прервал торопливый стук в дверь. Кристина тут же вскочила с места и с необычайной для больного человека скоростью ринулась к двери, только пятки сверкали. Едва замок щелкнул и дверь открылась. За ней стояла коробка с лежащей на ней листком, с коряво написанным текстом, что был пропитан насмехающимся тоном Феликса и его бессовестной натурой:

«Очень затянутая шутка получилась, правда? Возвращаю товар обратно по причине: нет выключателя для этой сигналки, предлагаю использовать его в качестве сторожевого пса. Удачи в дрессировке!»

Кристина не успела взять листок в руки, ведь услышала спускающиеся шаги по лестнице, перешедшие в бег. Она недолго думала, как ринулась вниз, вслед за беглецом.

- Феликс, стой! – крикнула она, и ее голос эхом отразился от стен подъезда, поднявшись выше, где рассеялся среди этажей, между дверями и ступенями.

Линда выпрыгнула из квартиры с опозданием, поскольку не ожидала такой прыткости от температурившей подруги. Заметив, как по лестнице скользнул силуэт Кристины, она возмущенно окликнула ее, в попытке облагоразумить, хоть толку от этого не было.

- Кристина, ты же болеешь, вернись в дом! – ответом ей был хлопок дверью где-то уже в самом низу, где находился выход на улицу – Вот же ж..!

Она раздраженно притопнула ногой. Линда не горела желанием бегать по лестницам, даже если боялась, что Кристина совсем разболеется. Раз сама туда побежала, значит, последствия своей глупости будет расхлебывать сама! Так Линда и решила, пока поднимала коробку с котом, который  успел очухаться от долгого путешествия и, ощутив, что его маленькую обитель оторвали от пола, вскрикнул.

- О Господи, глупый, чего кричишь? Ты ведь уже дома, сейчас я тебя вытащу…

Ласково произнесла Линда, пока заносила коробку в дом. Там ее и поставила, ближе к кухне, где пару минут назад Кристина пила свой лечебный чай, стоявший сейчас без дела, бесцельно проникаясь прохладой комнаты. Линда пробежала по записке одними глазами, растянула губы, как поступает в случае неодобрения чего-то, и уже тогда высвободила котенка из заточения. Животное сгорбилось и заурчало, прежде чем осознало, где находится. Тут же волоски прилегли к телу, а глаза обрели спокойствие, разве что скованность в движениях никуда не ушла. Он сегодня пережил немало стресса, неудивительно, что это не прошло без последствий. Главное, что теперь этот комочек радости был на своем месте. Кристина больше не допустит его кражи, Линда это знала наверняка.

Девушка выбежала на улицу, где увидела стремительно убегавшего Феликса. Она поняла, что уже точно не догонит его. Будь она выше, или обладай хоть какой-то физической подготовкой, может, и получилось бы, но сейчас она в проигрышном положении. Помни глубоко дышала и следила за удаляющейся точкой вплоть до момента, пока она не пропала из поля зрения. Она не смогла найти видимых причин, почему Феликс взял и просто сбежал. Ничего не сказал, никак свое поведение не объяснил. Предпочел оставить всех в неведении, лишь бы ни у кого не возникло даже какого-то предположения, в чем причина его нелогичного поступка. Неужели ему хватило наглости таким способом сбежать от ответственности? Ему действительно настолько безразлично, как его действия отразились на ней? Кем надо быть, чтобы без зазрения совести вести себя так?

Помни ощутила проступающий под одежду холод. Верно, она ведь на улице, стоит, мерзнет из за какого-то придурка, пока болезнь сгущается в области груди. Надо поскорее вернуться в дом. Медленно переставляя ноги по ступеням, она невольно вспомнила вчерашнюю встречу с Джексом. Равнодушие к цирку. Плоское, будто без веры в реальность их существование, восприятие рассеянных товарищей, и ровно такое же отношение к ней самой, задело ее. Она считала их воспоминания важными. Они точно имели немалый вес в их взаимоотношениях, но, как оказалось, так считала только она, и вся эта «ерунда» яйца выеденного не стоит. Ее как будто потоптали, точно половую тряпку, и пошли дальше. Ситуация с Феликсом сложилась немного другая. Они не успели настолько сблизиться, как с Джексом, но Помни все равно ощущала что-то располагающее к себе. В нем оно таилось, притаившись от чужих глаз, но порой все равно проступало на поверхность. Это взывало к доверию и оцепляло сердце теплым чувством. Поэтому, сегодняшний «сюрприз» почти буквально выбил землю из под ее ног. Что же это получается, с ней снова обошлись как к ничего не стоящему ветерку? Он мог сказать одно единственное «прости» с виноватой улыбкой, и она уже не смогла бы так сильно злиться на него. Зачем надо было убегать, если это было «шуткой»? Не в его стиле пугаться чужой реакции на свои же выходки. Что же на самом деле произошло?

Помни вошла в квартиру с отрешенным видом, и ее тут же накрыли мягким пледом.

- Долго ты. Феликса догнала? – хмыкнула Линда, и на ее лицо было видно осуждение. Кристина была согласна, что было легкомысленно бежать на улицу, вслед за парнем, который мог позволить себе перепрыгивать через несколько ступеней разом, едва их касаясь.

- Нет, он сбежал – ее посетило чувство дежавю, и вдруг стало неприятно и гадко на душе. Она вспомнила слова Феликса, когда они снова стали ссориться из за Джекса, и сон, где участвовал последний. Скопившиеся эмоции сгруппировались в одну темную массу и растянулись полосой в самых чувствительных точках ее сердца.

Линда заметила посеревшее лицо Кристины и тут же смягчилась, оставляя мысли об этих догонялках, о злополучном Феликсе с его «приколами» и другие мелочи в стороне, запретив им хоть как-то ударить по ее настроению. Она повела подругу в зал, где ее заждался кот. К этому моменту он успел вернуться в свои «настройки по умолчанию» и уже был готов за плату в виде ласки сладко помурлыкать для хозяйки, как примерный порядочный кот.

- Все в порядке, он, наверное, просто струсил. Вдруг ты на него бы со сковородкой побежала? Завтра попробуй написать ему, если волнуешься... – подбадривала Кристину Линда, даже если это не помогало против смятения в ее душе.

Хотелось поговорить. Это чувство испытывало ее, назойливо кружась как муха в голове. Ей надо было обсудить свои мысли, переживания, выслушать, что ответит на них собеседник, сможет ли тот поделиться своими страхами в ответ. Ей это было нужно, но не от кого-нибудь, а от Джекса и Феликса, из за которых ее голова стала почему-то напоминать настоящий хаос, солянку из тревог и неразрешенных вопросов. И она обязательно добьется этого разговора, только сейчас ей необходим отдых.

Градусник показал 39.5, из за чего Линда почти сорвалась на нее, чтобы обвинить в бестолковости, и что кофту надо было хотя бы накинуть перед выходом, но в итоге передумала и пошла за жаропонижающим. По пути на кухню она, конечно, бухтела на подругу, но той вдруг стало хорошо, ведь сейчас она не одна.

**

Гэнгл сидела за столиком и нервно смотрела в окно, вглядываясь в каждого прохожего, который, как она предполагала, мог оказаться тем, кого она как раз ждала. Вернее, прийти должно было два человека, но особенно сильно ждала она именно ее.

Страшно. Как пройдет их разговор? Помнит ли еще Зубл, что они обещали друг другу? Столько всего произошло, это не могло не отразиться на их восприятии цирка. Девушка ожидала, что у них будет неприязнь к воспоминаниям оттуда, она была готова к подобному, поэтому не стала бы удивляться, если бы Зубл с первых же минут объявила об этом.

На самом деле сегодня с ними должны были присутствовать Помни и Королер, но у каждого, к несчастью, возникли проблемы. Кто-то заболел, а у кого-то появились новые обязанности из за своей роли заменяющего (на самом деле Помни рвалась прийти, чтобы увидеться с Рагатой, но Линда не позволила ей этого). Это было сильным упущением. С ними они смогли бы обсудить куда больше важный вещей. Гэнгл все равно спросила, готовы ли Зубл с Рагатой прийти, на что те согласились. Девушка закручивала локон волос на палец, следом расправляя его, и повторяя то же действие раз за разом, в трепетном ожидании. Она упустила из вида двух девушек, что вошли в помещение. Одна из них растерянно осмотрелась, в поисках нужного им человека, пока другая, в отличие от первой, с собранным видом оглядела пару гостей, прежде чем заметила на светлой, на вид, девушке красную ленточку, перевязывающую ее запястье. Знак, о котором они договорились заранее.

Гэнгл словно ощутила, что кто-то приближается, отчего встретила старых друзей немного встревоженным взглядом. Она сразу их узнала, будто уже видела их в действительности. Девушка подскочила с места и, пока смотрела на ту, с кем разделила столько времени в цирке, с которой прошла через один из тяжелейших этапов в ее жизни, внезапно забыла, как говорить. Все слова исчезли из ее головы, осталось лишь желание вцепиться в родного, надолго потерявшегося в этом мире человека, сжать в объятиях и не отпускать до той поры, пока их костяшки не загудят от усталости.

- П-привет? – первая подала голос Рагата, почувствовав себя неловко, ведь она тоже была здесь, но как будто и нет. Она неловко поправила свои рыжие пряди волос, словно пыталась спрятаться за ними, чтобы не мешать девушкам их радости, но Гэнгл к тому времени очнулась и обратилась к ней с добродушной улыбкой.

- Привет! И тебе тоже… привет – уже тише добавила та, обращаясь к Зубл, после чего буквально засверкала от счастья – Мы так давно не виделись…

- До сих пор не могу поверить, что все это правда. Ущипни меня, если это сон – на темных губах заиграла облегченная улыбка, точно какая-то вещь, продолжительное время тревожащая ее, вдруг отпустила и дала ей вдохнуть полной грудью воздух. Гэнгл не удержалась и заключила подругу в объятия, как и хотела. Зубл не стала медлить и обхватила ее своими крепкими руками. В тот момент обладательница красной ленты обратила внимание на наличие разнообразного вида пирсинга на чужом лице, и она с интересом стала рассматривать их, параллельно цепляясь за другие особенности, которые стали заметны почему-то только вблизи. Видимо, от всплеска счастья зрение ненадолго просело. Гэнгл невольно поправила очки механическим движением руки.

Рагата с пониманием наблюдала за ними. Она была искренне рада за них. Они смогли найти друг друга, ждали, глубоко в сердце держали их образы, чтобы не потерять, и все оказалось не зря. Девушка чувствовала некоторую отрешенность от их счастья, но она не могла себе позволить ни капли эгоистичности, чтобы внезапно почувствовать обиду.

- Как жаль, что Помни и Королер не пришли сегодня – с тоской произнесла Рагата, когда они сели за стол. Ей по правде было грустно узнать, что оба человека, с которыми у нее завязались более чем хорошие взаимоотношения, не смогут присутствовать сегодня.

- Да, немного неудачно все сложилось… Но я все равно могу рассказать обо всем, что мы обсуждали по поводу цирка – слегка пожала плечами Гэнгл, помешивая свой напиток трубочкой.

- Вы ведете что-то типа расследования? – в голосе Зубл мелькнуло сомнение. Идея стать еще одним «детективом» ее не привлекала, о чем она при первой же возможности скажет, но чисто из поверхностного любопытства она все же решила послушать, что ребята успели узнать.

- Не совсем. Мы живем свою обычную жизнь, пока Королер пытается разобраться, как Кейн смог нас поместить в цирк…

- Постой, так Кейн – человек? – брови Зубл свелись к переносице, а плечи напряглись. Она не испытывала страха к прежней челюсти, но неприязнь брала свое. Перед глазами мелькали не самые лучшие примеры проявления характера конферансье, и встретиться с ним в реальной жизни – последнее, чего бы ей хотелось.

- Да, и он брат Королера… - медленно произнесла Гэнгл, растянув губы в тревожном ожидании реакции Зубл, которая не заставила себя долго ждать.

- Чего?! Так они братья?! – взметнулся бывший персонаж-конструктор, случайно цепляя ногой стол, отчего тот подпрыгнул с соответствующих стуком. На них взглянуло несколько любопытных пар глаз, которые тут же превратились в затылки, стоило им только заметить угрюмый взгляд Зубл. Нечего их подслушивать, пусть занимаются своими, личными делами.

- Хах, да, у меня была такая же реакция, когда я узнала об этом -  неловко улыбнулась та.

- Королер и Кейн… Это случайно не Альберт и Кельвин, о которых мы недавно читали? – обратилась Рагата к Зубл, которая успела сесть в свое прежнее положение, потирая ушибленное колено.

- Очень похоже на то.

- Да, это они – подтвердила Гэнгл, пальцами перебирая ленточку на своей руке.

- Кто бы мог подумать, что безумная фигура и челюсть окажутся братьями. И что же успел найти Королер?

- На самом деле, пока ничего важного… Если есть какие-то записи, то Кейн их хорошо спрятал – девушка металась взглядом то к одной, то к другой, чтобы показать, что говорит она обеим – Надеюсь, что он сможет найти что-то в ближайшее время, мне интересно, что в итоге стало с теми, кто рассеялся…

От упоминания рассеявшихся ребят, Рагата как-то зажалась, испытывая явный дискомфорт от этой темы. Тогда они переживали о них, как о погибших, и провожали их так же. Чтили их, пока стояли рядом с фото в рамке, и потом продолжали жить, оставляя мысли, что в будущем их ждет такой же исход, где-то в стороне, запирали в дальнем углу своего сознания и не прикасались к ним. Только в крайних случаях.

- Скорее всего, они живы, просто, так же как и мы, когда-то, решили, что все это только сон – предположила Рагата стихшим голосом, неуверенная в своих догадках, но она все равно старалась держаться оптимистично. Хоть что-то остается прежним.

- Предположим, что они правда живы, но это не значит, что мы будем искать их, верно? – Зубл тяжело выдохнула, когда Гэнгл и Рагата взглянули на нее с нескрываемым недоумением – Я имею в виду - вряд ли они остались в восторге после своего рассеивания. Рагата, ты помнишь ощущения, когда тебя ударил Кауфмо? Тебе было больно, и я боюсь представить, что тогда чувствовали они.

Слова Зубл здраво подействовали на них, так что девушки с отрешенными лицами невольно представили, каково бы было им на месте Кауфмо или других рассеявшихся? Обычно ребята дистанцировались от подобных мыслей, потому что в цирке это грозило им расшатанными нервами и пределом, до которого они могли дойти, без возможности вернуться. Когда-то это почти их коснулось. Каждого. Особенно выделяющимся был момент с Джексом, который корнем засел в их памяти. Остается загадкой, как у Помни получилось привести его в себя. Рагата от воспоминаний о кролике невольно нахмурилась, но не от злости.

- И даже если мы найдем их - что нам это даст? Вернувшись с цирка, мы продолжили жить как раньше, для нас ничего не изменилось. – Зубл встретилась взглядом с Гэнгл, которая неловко растирала ленточку между пальцами и поджимала губы, точно удерживала рвущиеся наружу слова, но Зубл и без того поняла, о чем она хотела ей сказать – Я имею ввиду, что если бы цирк остался для нас сном, это никак на нас не отразилось бы. Я так и продолжила бы работать, веселиться, жить, как и Рагата, Королер с Помни… и ты.

- Тогда бы мы не сидели сейчас здесь и не разговаривали, если бы цирк был нам безразличен или «просто сном» – твердо произнесла Гэнгл, воспринимая слова подруги на свой счет, словно ее все это время не ждали, и она оказалась действительно лишь плодом сна, о котором с такой готовностью говорила Зубл – Ты… оставила след в моей жизни. Пока мы были заперты там, ты всегда была рядом в нужные моменты. Мы делились нашими страхами и грустью. Благодаря тебе я недавно снова начала рисовать, ведь помнила, как сильно ты верила в меня. И я очень сильно ждала сегодняшнего дня…. Ты помнишь, что мы обещали друг другу?

- Да, помню… Просто это тяжело… Я так ненавидела цирк. То, как легко у него получилось отнять у меня мои мечты и цели… Не люблю вспоминать о том времени – Зубл неловко почесала руку, как будто испытываемая вина за сказанное вызывала в ней зуд, но вместе с тем она понимала, что иначе нельзя,  девушке было необходимо сказать о своем отношении ко всей затее прямо сейчас, чтобы не давать надежд, что она желает быть как-либо причастной к цирку. Больше нет. Пора поставить жирную точку на этом этапе и идти дальше. Единственное связующее Зубл с тем местом, что она готова и хочет оставить в своей жизни - друзья, прошедшие вместе с ней весь этот путь, которые не были причиной ее личной ненависти к цирку, а наоборот, являлись тем самым «лучом света» в то покрытое мраком отчаяния время. И Зубл стоило объяснить это раньше, чем она начала говорить о своем негативном отношении к этим воспоминаниям.

- Я не хотела расстраивать тебя. Я не считаю тебя или любого другого человека оттуда чем-то… раздражающим – Зубл на этом моменте запнулась и выдохнула с кратким нервным смешком – кроме Кейна, даже если он брат Королера. Слишком много дерьма он нам сделал – девушка посерьезнела, когда перед глазами всплыл знакомый силуэт челюстей со всевидящими глазами, не дававшими ни доли личного пространства, наблюдая абсолютно отовсюду. Что-то неприятно тянуло внутри от этих воспоминаний, но она отвлеклась. Все уже позади  - Ваше присутствие помогало мне не отчаяться. Ваша готовность держаться друг за друга до последнего мотивировала меня, чему я очень благодарна. Я правда счастлива, что мы сегодня встретились, Гэнгл, поверь мне. Я не стала бы о таком врать.

Светло-карие глаза томительно долго сверлили в Зубл воображаемую дыру. Они хотели закопаться по самое сердце, что билось неправильно, неровно, с трепетом ожидания, что ему поверят и простят ему его глупость, которую он совершил, случайно ранив своей недосказанностью. Скоро взгляд смягчился и ресницы, светлые, почти белые, опустились на глаза, точно непрозрачная шторка. Гэнгл не могла обижаться на Зубл, это было бы ошибкой. У нее были все причины избегать цирка и она не была сильно близка с рассеявшимися ребятами. Губы чуть дрогнули и Гэнгл слабо улыбнулась, с пониманием и теплом, которое подарило Зубл уверенность, что на нее не держат злобы. Об этом прямо говорил облегченный вздох, вырвавшийся из ее легких, дав пространство другим эмоциям.

-  Я помню, как ты реагировала на каждое приключение Кейна, так что мне не надо даже представлять, как ты себя чувствуешь, когда слышишь о цирке – Гэнгл взяла ее ладонь и сжала одними пальцами. Тепло разнеслось по всему телу от одного лишь этого жеста, который значил куда больше, чем слова. Гэнгл готова быть рядом всегда, даже сейчас, когда им не угрожает никакая опасность.  И ей хотелось донести это до подруги – Думаю, никто не будет против, если ты не будешь участвовать на наших встречах, где мы говорим об этом… Но я бы не хотела, чтобы ты теряла с нами связь. Ты нам дорога. Дорога мне…

Зубл ласково смотрела на потеплевшие щеки Гэнгл, находя ее выражение лица сейчас особенно очаровательным. Она тихонько качала головой, соглашаясь с услышанным, после чего задумчиво опустила взгляд в стол. Ее большой палец мягко провел по теплой ладони, прежде чем она сжала ее своей рукой.

- Все в порядке, можешь не волноваться. Я не стану специально избегать вас. Мне это не нужно – она улыбнулась, сквозя решимостью, что сильно понравилось Гэнгл, и ей стало спокойнее.

- Спасибо, что остаешься рядом.

Повисло молчание, перебиваемое только другими присутствующими в заведении. Но то были другие, не они. Для них царила их собственная, уютная тишина. Прикосновение рук. Невесомое, но ощутимое счастье воссоединения. Приятное чувство, как когда гладишь пушистый бок кота или чувствуешь первые теплые лучи солнца после продолжительной морозной зимы. Девушкам не надо было ничего говорить, они все прекрасно понимали и без слов.

Рагата тихо наблюдала за ними, не смея разрушать выстроенную идиллию, что вызывала в ней умиление. Девушка отвела взгляд в окно и позволила себе ненадолго уйти в собственные мысли. Что же такое - цирк? Слово, раньше вызывавшее детскую радость, переполнявшее грудную клетку восторгом, теперь ассоциировалось с тревогой и безнадегой, с клеткой, в которой тебя держат, как цирковых животных. Точно по аналогии их запирали там и выпускали только тогда, когда владельцу требовались необычные трюки, чтобы впечатлить зрителей, собранных в одном помещении, которые смотрели в сотни пар глаз за выступлением. Эта мысль вызывала неприятную дрожь внутри. Девушка мысленно перенеслась к периоду, когда они совместно решили смириться со своей судьбой и двигаться дальше. Что бы из этого вышло, если бы они не выбрались оттуда? Кейн уже тогда начал давать сбои, отчего цирк больше не был безопасным местом, если вообще когда-либо таковым являлся. В какой же момент они вернулись назад? Что тогда произошло? Все как в тумане, и непонятно, что послужило триггером для программы (или игрой, ни у кого не было ни единой внятной мысли, что именно их туда перенесло), отчего Рагате становилось неуютно, точно память об этом ей стерли. На самом деле, как она заметила позднее, некоторые моменты из ее жизни вдруг куда-то пропали. Некоторые воспоминания находились сами собой, но другие словно остались там, в цирке, в забытье. Или девушке так только казалось, что она что-то забыла? Так или иначе, чувства были неправильные. После возвращения из цирка голова еще долго болела в неожиданные моменты, заставая Рагату врасплох. Окружающие скинули это на мигрень, но она знала, что это точно не болезнь и не «погода» так влияют на нее.

Руки образовали замок, пока взгляд метался от одного человека к другому. Возможно, кто-то из множества этих мимопроходцев испытал тоже самое, но не подозревает о том, что все это взаправду. И так надо ли беспокоиться об этом? Если прислушаться к словам Зубл, то, в самом деле, смысл расследования значительно проседает по сравнению с обычной жизнью. Оно имело значение лишь до тех пор, пока они не нашли друг друга. Теперь они снова вместе. Получается, не имеет значения, будет ли что-то известно о том путешествии в цирк или нет. Только Рагата все равно испытывала любопытство и даже страх, причину которого пока не могла найти. Она предпочла считать, что это пережиток цирка. Ее нередко посещала тревожность, когда мысли уходили в сторону этого цифрового мира.

- Вы помните что-то до попадания в цирк? – спросила Гэнгл, когда минуты тихой нежности ненадолго оставили ее – Может, вы виделись с кем-то, или ходили в какое-то особенное место?

- У меня была смена в баре. Это все, что я помню – пожала плечами Зубл, прежде чем задумчиво, с сомнением, опустить взгляд – Разве что очнулась я на складе. Я не помню, чтобы в тот день я вообще хоть раз заходила туда, но… я на самом деле плохо помню, что тогда происходило. Я проснулась под каким-то шкафом и чувствовала себя как дерьмо.

Обе взглянули на Рагату. Она витала в облаках, пока в пол-уха слушала подруг. Когда девушка заметила, что на нее смотрят, она встрепенулась и вернулась в реальность.

- А, что? До цирка? Ну… я остановилась в отеле после свадьбы родственника… Вроде бы вошла в номер, а дальше и не помню… Вроде как… Проснулась я там же, ничего необычного не происходило - Рагата неловко улыбнулась – Наверное, это мало чем поможет.

- Никто из нас не помнит, как попал в цирк. Даже Королер – успокоила подругу Гэнгл, чтобы она вдруг не почувствовала себя виноватой за то, что не может сказать большего  – Я попала в цирк, когда закрывала смену. Все уже ушли, я была одна, и почему-то сидела в компьютерной, когда вернулась в реальность. Возможно, я хотела выслать отчет, но не помню, как это сделала… Я подумала, что задремала, поэтому просто ушла домой.

- Странно все это. Мы не могли так просто туда попасть, что-то точно должно было быть – Зубл пронаблюдала, как Гэнгл медленно кивнула – Можете спросить у Королера, что произошло с нашей памятью. У него наверняка получится найти ответы.

- Сколько мы были в цирке, ну… в реальном времени? – Рагата наклонилась ближе к подругам, сложив руки на столе, словно опору – Я не помню, когда очнулась, потому что тогда было уже утро и больше похоже на то, что я попросту уснула.

- Вообще без понятия. Лишь знаю, что потом на меня куча народу набросилось, потому что я надолго пропала со стойки и мне выдали штраф за «сон на работе». Сволочи.

- Помни вроде как упоминала, что прошло где-то десять минут, когда она пришла в себя...

- Как-то маловато. Она же несколько месяцев с нами пробыла? Неужели разница во времени настолько разная? – Зубл с явным скептицизмом отнеслась к услышанному, да и остальным точно так же было сложно поверить в такой короткий срок, когда как в самом цирке они провели несколько лет.

- Я не знаю, но она сама так сказала…

Они ненадолго замолчали, словно обдумывали все, что сейчас успели узнать. Слишком мало информации, чтобы ответить хотя бы на какой-то вопрос. Единственная вещь, которая сейчас казалась им особенно важной – отсутствие некоторых воспоминаний. Каких именно – это они уже обнаруживали случайно, когда память решала внезапно вернуться к ним.

Гэнгл подняла взгляд на Зубл, а потом на Рагату. Она забыла узнать у них кое-что, о чем стоило поинтересоваться в первую очередь, и теперь ей было неловко вот так задать вопрос в лоб, даже если ничего такого, на самом деле, в этом не было. Девушка подмяла руки под стол и с дискомфортом стала постукивать тонкими пальцами по коленям. Ее плечи чуть напряглись, но, в конце концов, опустились. Зачем ей стесняться? Это не интимный вопрос. Более того, Зубл сама сказала, что не хочет больше быть связанной с цирком, так что ее интерес здесь уместен как никогда. Гэнгл поддалась немного вперед.

- Я совсем забыла спросить, какие ваши реальные имена… Я так привыкла звать вас Зубл и Рагатой, что даже не подумала об этом...  – девушка неловко хихикнула.

- Ты выглядела так, будто призрака увидела, а тут всего лишь имена – с улыбкой хмыкнула Зубл, испытывая облегчение, поскольку уже успела подумать, что Гэнгл вспомнила нечто очень тревожное.

- Мне кажется, это важно – знать имена… Я имею ввиду, там мы их совсем не помнили… И это было жутко.

- Согласна. Это сильно давило.  Словно забыла важную часть себя… - согласилась с Рагатой Зубл, пока воспоминания невольно посетили ее, напомнив, какой это был шок – узнать, что ты совсем не помнишь, как тебя всю жизнь звали. Только в тот момент осознаешь, сколько всего хранит твое имя, какие события с ним связаны и что оно значит для тебя. Сменить имя все равно что принять решение начать другую жизнь, и никто по неволе этого делать не захочет. Настоящее имя успело прижиться, стать частью личности. Оно как ярлык, скрывающий под собой тонну важной информации.

Девушки, не договариваясь об очередности, стали называть каждая свое имя, словно приоткрывали завесу, под которой хранились именно «они», а не прежние персонажи, заключенные в цифровом безумии. Это, наконец, позволило им воспринять друг друга как людей.

- Мия – произнесла Гэнгл, вызвав легкую улыбку у подруг.

- Джей – с легкостью озвучила Зубл, чувствуя удовлетворение. Наконец ее перестанут называть тем дурацким именем.

- Это твое полное имя? – поинтересовалась Гэнгл, на что та покачала головой.

- Нет, это сокращение от Джейден. Я привыкла, чтобы меня звали просто – Джей.

- Джей… - повторила про себя девушка, точно пробуя имя на вкус, как оно ощущается на языке. Она кивнула с излишним возбуждением, словно ей понравилось, как оно звучит,  прежде чем взглянуть на Рагату, которая с милой улыбкой закончила их круг обмена именами.

- Милена – почти выдохнула она.

- У всех такие красивые имена – в полголоса пробормотала Гэнгл, пока ее щеки покрылись счастливым румянцем.

Тишина была густой, многозначительной. Ребята переживали изменения, они перешли на новый этап, приняли новую ступень жизни, где они снова были вместе, но реальные, каждый со своей жизнью, со своей судьбой. И даже с этими условиями, друзья ни за что не отступят друг от друга, ведь еще с цирка они усвоили важную вещь – им надо держаться вместе. Их жизни крепко переплетены тонкой нитью и у них ни за что не получится отвертеться от этой связи.