Глава 27: Бонус об Эдварде №3

Бонус об Эдварде №3

18

0

Mот MaryKent
Поделиться

— Лейтенант Каллен, вы нас со штаб-сержантом Уитлоком не сфотографируете? — поинтересовалась как всегда гиперактивная лейтенант Элис Брендон, подскочив к Эдварду с фотоаппаратом в руках.

Эдвард осмотрелся. В Квантико всё было готово к торжественным проводам их батальона в Афганистан. В центре плаца высилась сцена, на которой, по слухам, должна была выступать какая-то известная певица кантри, оркестр настраивал инструменты, родственники плакали, размахивали флажками и делали снимки на память, повсюду сновали дети. Гордые морпехи в парадной форме (1) позировали многочисленным фотографам.

А капитан Кинг с важным видом разучивал речь, которую собирался произнести перед своей ротой после выступления министра обороны. Министра ждали с минуты на минуту.

— Конечно, Тинкербелл, — отозвался Каллен и увидел, как лейтенант Брендон скривила губки и зарычала, словно маленький дикий зверёк. Она терпеть не могла это прозвище. — Вставайте рядом. Уитлок, улыбнись, а то у лейтенанта Брендон сейчас рот треснет. Она, похоже, пытается улыбаться за двоих.

Элис опять изобразила недовольную гримаску, Уитлок, как примерный морпех, будто по команде выдал голливудскую улыбку, и именно в таком виде лейтенант Каллен запечатлел их на снимке.

Тинкербелл тут же выхватила у Эдварда фотоаппарат и возмущённо вскрикнула:

— У меня тут лицо, как у серийного убийцы!

— Зато оригинально, — ухмыльнулся лейтенант Каллен и приготовился к атаке гремлина, но лейтенант Брендон уже забыла о своей обиде и вовсю с любопытством разглядывала Военно-морской крест на кителе Эдварда (2).

— Не думала, что он такой маленький, — протянула Элис задумчиво.

— Лейтенант Брендон, по-вашему, крест должен быть больше меня самого? — хмыкнул Эдвард. — Чести Паллер (3) бы тогда в парадной форме с места встать не смог.

— Впечатляет, сэр, — сказал Уитлок, тоже разглядывая китель Эдварда, отчего тот сразу почувствовал себя экспонатом в музее. — Когда я читал о вас в газетах, я даже не думал, что буду служить под вашим командованием, сэр.

Он произнес это с таким дурацким почтением, что Эдвард, не дожидаясь, пока Уитлок скажет «Это для меня такая честь, сэр», поспешил оставить парочку наедине и раствориться в толпе. Эдвард терпеть не мог все эти книксены и ритуальные раскланивания, даже если они и были искренними.

— Лейтенант Каллен, — настиг его молодой капрал, который был явно не из их роты. — С вами хочет поговорить генерал Блэк.

Только этого ему сейчас и не хватало! Он видел, как Чёрный Пёс прибыл на базу. Видел, как его коляску выгружали из машины и как младший капрал Блэк поприветствовал отца, отдав ему честь. Но до последнего надеялся, что генерал не захочет познакомиться с командиром сына лично. Как обычно, ему не повезло.

Глубоко вздохнув, Эдвард вместе с капралом направился к сцене, возле которой с другими офицерами находился человек-легенда, вызывавший у всех морпехов трепет одним своим именем. Эдвард трепета не испытывал. Но в сердце отчего-то неприятно закололо.

Раньше лейтенант Каллен видел генерала Билли Блэка только на фотографиях и по телевизору. В жизни он выглядел менее внушительно: сидящий в инвалидном кресле уже немолодой, с морщинистым лицом мужчина, опустив голову, поправлял воротник парадной формы слегка подрагивающей рукой. Эдвард знал, что некоторое время назад генерал оказался прикованным к инвалидному креслу в результате старых ранений. И знал, что, несмотря на это, ему было разрешено остаться на своем посту. Хотя это был уже совсем не тот Чёрный Пёс, который в лучшие годы мог задушить врага голыми руками. А во Вьетнаме, сбежав из плена, десять миль (прим. — около 16 км) проплыл без лодки по реке под обстрелом. И не утонул, даже получив два серьёзных ранения.

Пока Эдвард размышлял о том, что время беспощадно даже с такими сильными людьми, генерал Блэк поднял голову. И лейтенант Каллен вдруг понял, что хотя он стоял, а генерал сидел, Чёрный Пёс все равно смотрел на него сверху вниз. Его чёрные глаза были чистыми и ясными, как у молодого человека, и какая-то непонятная сила в них тут же пригвоздила лейтенанта Каллена к земле, заставив мгновенно забыть все его рассуждения о печальной старости Чёрного Пса.

— Лейтенант Эдвард Каллен, — генерал осмотрел его китель, и при виде Военно-морского креста на губах Блэка как будто промелькнула усмешка. — Провинция Кандагар, сентябрь две тысячи пятого года, уничтожение штыком вражеского пулемётчика. Верно?

— Да, сэр, — ответил Эдвард, глядя прямо перед собой.

— Это был храбрый поступок, — произнес генерал своим знаменитым, но из-за болезни чуть севшим басом. — Но не подвиг.

Слова генерала ударили Эдварда, как молот. Но он не дрогнул и не отвел взгляд.

— Когда решался вопрос о присуждении вам этой награды, я выступил против, — продолжил генерал. — Во Вьетнаме за этот бой вы получили бы дополнительный паёк и хорошенькую медсестричку для поправки здоровья.

Тут Эдвард вспомнил, что за пять лет в плену и феноменальный побег, во время которого он один убил около двадцати вьетконговцев и месяц провёл в джунглях, пробираясь к своим, генерал Блэк был тоже удостоен Военно-морского креста. Это были несравнимые вещи, и у Эдварда снова закололо в сердце.

— То, что сделали вы, лейтенант, морпехи во Вьетнаме, в Корее и в Японии делали каждый день и не теряли при этом столько людей, — произнёс Чёрный Пёс. — Я сказал об этом командующему Корпусом, но он ответил, что Америке сейчас как никогда нужны герои. И я согласился с ним. Хотя снижая требования, мы обесцениваем награды. Скоро Медаль Почёта начнут вручать за каждый вражеский труп, и героями будут все, кто не сбежал при виде врага, — невесело усмехнулся генерал. — Вам дали аванс, лейтенант. Отработайте его. Я видел, как вы получали свою награду. Вы знали, что вы её не заслужили.

Неужели это было так заметно? Или Чёрный Пёс умеет читать мысли? Он ведь коренной американец, а у них есть какая-то связь с духами… Боже, что за чушь лезет в голову!

— Но вы можете заслужить свой крест сейчас, — произнес Чёрный Пёс. — И тогда вы не будете всё время прикрывать его рукой. Будьте верны, лейтенант. Америке действительно нужны герои. Настоящие герои. И вы ещё можете им стать.

— Я сделаю всё возможное, сэр! — воскликнул лейтенант Каллен, на секунду вдруг снова ощутив себя новобранцем, у которого всё ещё впереди. Но всего лишь на одну секунду.

— Сделаете, — сказал Чёрный Пёс и, помолчав, добавил: — Младший капрал Блэк бывает слишком вспыльчив и импульсивен. Ставьте его на место. Сажайте под арест, если зарвётся. Этот щенок нуждается в хорошей дрессировке, — с иронией проговорил генерал. — Не берегите его за счёт других. Я такой же отец, как все отцы здесь. Понял, лейтенант?

— Да, сэр, — произнёс Эдвард.

— Вы свободны, лейтенант, — сказал генерал. — Передайте привет своему отцу. Он спас мне жизнь в Кувейте.

Странно. Карлайл никогда об этом не рассказывал. Впрочем, про Кувейт он вспоминал очень редко. Намного реже, чем про Вьетнам или Гренаду. Оттуда его привезли едва живым, а из-за переломанной правой руки ему пришлось навсегда завязать с хирургией, поэтому Кувейт был для капитана Каллена не самой любимой темой для баек.

— Передам, сэр, — пообещал Эдвард и быстрым шагом направился к своему взводу, как вдруг услышал сзади громкое «Папа!».

Отлично. У него галлюцинации. Эта стерва ни за что не отпустила бы Карли к нему в этот день. Разве она могла бы упустить такую возможность нагадить ему напоследок?!

— Папа! — снова послышался голос Карли.

Эдвард обернулся и не поверил своим глазам. К нему бежала со всех ног его малышка.

— Карли! — подбежав к ней, он подхватил дочь на руки. Она стала заметно тяжелее с их последней встречи. И выше. И старше. Он не видел её четыре месяца, а дети растут так быстро.

— Что ты здесь делаешь, малышка? — спросил он, запустив руку в её пушистые волосы. Карли уткнулась ему в плечо и мурлыкала, как котёнок, но, услышав его слова, вздёрнула голову, чуть не ударив его в нос, и возмущённо воскликнула:

— Я не малышка!

— Понял, мэм. Прошу прощения, — ухмыльнулся Эдвард.

— Ты колючий, — засмеялась Карли.

— Я брился. Правда.

— Я наколдую, и у тебя перестанут расти волосы.

— Только не перестарайся с колдовством, ладно? — улыбнулся Эдвард. — Я не хочу быть лысым. Так что ты тут делаешь?

— Дедушка и бабушка меня привезли, — сказала Карли, и Эдвард увидел стоящих неподалеку родителей.

Они опоздали на час и оба выглядели какими-то потухшими. И если для матери это сейчас было вполне естественно, то отец всегда считал проводы в командировку праздником. Заметив, как они избегают смотреть друг другу в глаза, он всё понял. Родители поссорились. И Эдвард догадывался, из-за чего.

— Лейтенант! Это ваша дочь? — услышал он голос Элис.

Тинкербелл, похоже, обожала детей, потому что, налетев на Эдварда, как тайфун, тут же принялась знакомиться с Карли.

— Привет! Я Элис! — радостно защебетала Тинкербелл. — А это Джаспер! — представила она стоящего рядом Уитлока.

— Ты похожа на эльфа, — сказала Карли, засмеявшись, и повернулась к Уитлоку. — А ты — на рыцаря!

Джаспер принялся развлекать девочку, позволяя ей дёргать себя за нашивки и бренчать медалями.

— А у Джаспера медали красивее, чем у тебя! — заявила Карли.

Дети. Для них красивее то, что ярче блестит. Впрочем, Уитлок уж точно заслужил все свои награды, честно проторчав в Ираке в общей сложности почти два года. Эдвард в Афганистане провёл всего три месяца. Что и предопределило его возвращение в эту дыру.

— Лейтенант, вы с дочкой — просто одно лицо! — сказала со смехом Элис.

Жаль, что суд, принимая решение, основывался не на внешнем сходстве и желании исполнять родительские обязанности, а на актёрском даровании его бывшей жены, выставившей его на суде полным психом. Наблюдая за дочерью, лейтенант Каллен обратил внимание на сержанта Хейл, которая стояла в стороне и смотрела на сослуживцев, играющих с Карли. Её красивые губы искривились, и на лице её возникло неприятное выражение то ли презрения, то ли отвращения. Она что, ещё и детей не любит? Как одна женщина может сочетать в себе сразу все пороки современного общества — легкодоступность, самовлюблённость и пренебрежение нормальными семейными ценностями? Впрочем, ему наплевать на Розали Хейл. Главное, чтобы она была хорошим связистом, а с кем она трахается, к делу не относится. Оставив ненадолго счастливую Карли с сослуживцами, Эдвард подошел к родителям.

— Я с ней поговорю, — шепнул лейтенант отцу и направился к матери.

Глаза у Эсми Каллен блестели от слёз и покраснели от того, что она всё время вытирала их.

— Эдвард… — проговорила она тихо.

— Спасибо, что привезли Карли. Это просто… потрясающе! — сказал он, не найдя больше слов для выражения своей радости. — Как вам удалось?

— О, это были длинные переговоры. Разоружить Северную Корею и то было бы проще, чем с ней договориться, — вздохнула миссис Каллен.

— Мама, как ты узнала, о чём я просил отца? Кто тебе рассказал? — решился спросить Эдвард.

— Челси, — ответила Эсми. — Одна из медсестёр. Она слышала ваш разговор и была так возмущена…

— Что растрепала тебе, — возмутился Эдвард.

— Челси здесь ни при чём. Эдвард, он не имел права так поступать, — снова чуть не заплакала она. — Ты едва не погиб там. Неужели ему этого недостаточно…

— Мама, это была… минутная слабость. Я вообще не должен был его об этом просить, — сказал Эдвард. — И он был прав, когда мне отказал.

Чёрный Пёс плюнул бы ему в лицо, узнав о его малодушии.

— Эдвард, ты был ранен…

— Я здоров, — произнес лейтенант Каллен. — Мама, не сердись на него. Он прав. Так нельзя, — Эдвард показал ей на рыдающего рядового Йорка, которого обнимали плачущие родители, девушка и маленькая сестрёнка. — Почему у него нет выбора, а я позволил себе решить, что у меня он есть? Я понимаю, что ты за меня переживаешь. Но… Это мой долг.

— Эдвард, прошу тебя, будь осторожен, — попросила его Эсми. Это была бессмысленная просьба. Она сама это знала. Но не могла не попросить.

— Мам, я сам не спешу на Арлингтон, — заверил её Эдвард и крепко обнял. — Отец поступил так, как должен поступать любой офицер. Не суди его за это.

— Ты же знаешь, Эдвард, со временем я всё равно его прощу, — улыбнулась сквозь слёзы Эсми.

— Знаю. Но я не хочу полгода до отпуска помнить вас такими, — кивнул он в сторону озабоченного капитана Каллена, который силился веселиться и отчаянно фальшивил.

— Хорошо, Эдвард. Только ради тебя, — вздохнула Эсми и направилась к мужу. — Карлайл, я видела тут где-то сахарную вату. Купи, пожалуйста, для Карли и для меня. Я просто обожаю сахарную вату.

— Конечно, куплю, — почувствовав потепление в отношениях, оживился капитан Каллен.

— И мне купи, — улыбнулся Эдвард. — Я тоже люблю сахарную вату.

— Мундир запачкаешь, — хмыкнул Карлайл. — Ты всегда измазывался в ней с ног до головы.

И все трое весело засмеялись, прогоняя остатки напряженности.

— Пап, тебе Чёрный Пёс привет передавал, — вспомнил вдруг Эдвард.

— Чёрный Пёс здесь? — внезапно снова помрачнел Карлайл.

— Ты не говорил, что оперировал его в Кувейте, — проговорил Эдвард, не понимая, что так испортило отцу настроение.

Значит, ему не показалось, что в прошлый раз, когда он говорил с ним о Чёрном Псе, капитан слишком быстро соскочил с темы.

— Оперировал, — сказал Карлайл. — Пойду куплю ваты.

— Что это с ним? — удивился Эдвард.

— Генерала Блэка привезли, когда он уже оперировал раненого. Командир приказал ему заняться генералом…

— Потому что тот звезда Корпуса и не должен умереть, — догадался Эдвард.

— Да. Тот морпех умер на операционном столе, потому что вместо твоего отца оперировал неопытный хирург, который никогда не сталкивался с такими ранениями, — рассказала Эсми.

— А Чёрный Пёс выжил…

Эдвард был уверен, что Чёрный Пёс не знал о том, какой ценой ему спасли жизнь. Судя по тому, как он говорил о своем сыне, он не позволил бы ради своего спасения погубить молодого парня.

— Не упоминай об этом больше, если не хочешь до отпуска помнить отца таким, — сказала Эсми.

— Понял, — кивнул Эдвард и вернулся к Карли, которая, оказавшись на отцовских руках, с улыбкой сообщила:

— А ты и правда стал весёлый! Белла была права!

— Белла? — удивился Эдвард. — Какая Белла?

— Ну Белла! — воскликнула Карли. — Она сказала, что вы дружите.

Белла? Белла… Изабелла? Рекрут Свон? Это ведь она представилась Изабеллой, когда он звонил в отцовский кабинет.

С какой стати она набивается к нему в друзья?

В прошлый раз, когда он говорил с ней по телефону, он пошутил, что она втёрлась в доверие к его отцу, чтобы выскочить за него замуж. А теперь она и к дочери его прилипла! Кажется, его шутка оказалась не совсем шуткой…

— А еще она сказала, что ты чокнутый только потому, что ты всё время один, — продолжила Карли. — А со мной сразу повеселеешь.

Чокнутый? Он — чокнутый? Ну спасибо, рекрут Свон! Это именно то, что нужно знать дочери о родном отце!

— Белла хорошая, — сказала Карли.

Хорошая? Да если бы она была здесь…

— А вот и вата, — сообщил Карлайл, уже вернувший себе бодрое расположение духа усилием воли.

— Это ты оставил Карли с рекрутом Свон? — осведомился Эдвард, взяв у отца розовое облако на палочке и протянув дочери, которая, как только Эдвард поставил её на ноги, тут же радостно ускакала к Уитлоку и Элис.

— Они случайно встретились, — ответил Карлайл, передавая вату жене. — Между прочим, Эдвард, твоя блестящая интуиция тебя подвела.

— Ты это о чём? — поинтересовался лейтенант Каллен.

— Рекрут Свон две недели назад обезвредила террориста. У нас был инцидент, о нём пока широко не сообщалось, — произнес капитан. — Один из рекрутов достал винтовку, патроны и осколочные гранаты. Хотел отомстить за смерть своей девушки.

— У вас там случайно мыльную оперу не снимают? — хмыкнул Эдвард. — И что же сделала рекрут Свон? Разжалобила его своим нытьём? Или он поскользнулся на её соплях?

— Нет. Всё намного банальнее. Она прострелила ему предплечье со ста футов (прим. — около 30 метров), — сообщил капитан Каллен. — Вам там снайпер случайно не нужен? — с ехидством взглянул он на сына.

— Снайпер? Снайперы лишнего не болтают. Из рекрута Свон вышел бы прекрасный провокатор, — раздражённо произнес Эдвард, которого изрядно взбесили попытки этой девчонки задружиться с его дочерью. — Но, к счастью, в моём взводе все места заняты.

— Что бы ты ни говорил, ты проиграл спор, Эдвард. Доставай чековую книжку, пока время есть.

— Если ты о том дурацком споре с вашим дриллом, то рекрут Свон еще не закончила курс, — ухмыльнулся лейтенант Каллен. — И я надеюсь, никогда его не закончит.

— В отличие от тебя рекрут Свон ПМС не страдает, — произнёс капитан. — И поэтому она сегодня пожелала тебе хорошей службы.

— А я ей желаю… — Эдвард задумался. — Почаще держать рот закрытым. А то, как я вижу, с этим у нее серьёзные проблемы! Так ей и передай!

В этот момент раздались звуки оркестра, сигнализирующие о скором начале церемонии, и Эдвард, сунув вату в руки удивлённому капитану, ушел к своему взводу, проклиная тот день, когда он встретил рекрута Свон.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

26 из 71