Глава 20: Глава 17

Глава 17

18

0

Mот MaryKent
Поделиться

— Рекрут Рено, немедленно доложить, что здесь происходит! — потребовал Елеазар.

Хотя вместо формы он был одет в потрёпанную охотничью куртку и старые джинсы, его прямая осанка, суровый взгляд и хорошо поставленный командный голос мгновенно выдавали в нём военного.

— Рекрут Свон позволила себе оскорбительные высказывания в мой адрес, чиф, — выкрикнула Виктория.

— Если мы будем убивать всех, кто нас оскорбляет, вокруг будут одни трупы, — холодно произнёс Елеазар.

Щёки Виктории покраснели ещё сильнее.

— Рекрут Свон не похожа на серьёзного противника, — продолжил он. — Не бей из пулемёта по мышам. Это признак глупости.

Белла, которую заботливо поддерживала Зафрина, сердито хлюпнула разбитым носом. Это он её, Беллу, назвал мышью? Ещё один заносчивый павлин!

— Би, ну ты просто монстр! — воскликнула Мэгги. — Как ты ей врезала! Очуметь!

— Ты герой! — выдохнула Марта, пожимая Белле руку.

И тут Беллу затошнило так, что она, вырвавшись из кольца почитателей, бросилась к кустам и прочистила разом весь желудок.

— Вызовите врача! — крикнула сержант Родригес.

— Я просто хотела её вырубить, чиф, — сказала Виктория. — Чтобы она больше не нарывалась.

— Ты позволила себя спровоцировать, — произнёс Елеазар, взглядом пригвоздив свою ученицу к земле. — И ответишь за это. Иди в казарму и жди ареста, Рено.

— Есть, чиф, — отозвалась Виктория и, холодно посмотрев на зелёную Беллу, которая в окружении восторженных рекрутов сидела возле кустов, широким шагом направилась к казарме.

***

— Приложи лёд, — сказала лейтенант Кейт Денали, которая осматривала Беллу после драки.

Белла прижала пакет со льдом к носу и подбородку. Благодаря таблетке тошнота более-менее улеглась, а теперь лёд уменьшил боль, и Белла почувствовала себя невероятно счастливой.

Она жива. Жива и даже практически здорова.

— Сделаем рентген, чтобы убедиться, что нет переломов, — сказала Кейт. — Сиди тут. Я за тобой приду.

Белла посмотрела в зеркало на противоположной стене. Её нос уже занимал половину лица и напоминал баклажан, а нижняя губа так опухла, что Белла едва могла говорить. Сейчас она была просто идеальной иллюстрацией для статьи о неуставных отношениях и издевательствах над новобранцами в Пэррис-Айленде, которыми заваливала её обеспокоенная Анжела, чтобы помешать Белле записаться в Корпус.

— Отлично выглядите, рекрут Свон, — произнёс вошедший капитан Каллен. — Честно признаюсь, я этого не ожидал.

— Что меня снова побьют, сэр? — невнятно и гнусаво спросила Белла.

— Нет, этого как раз можно было ожидать, — ответил капитан Каллен, с иронией глядя на Беллу. — Я не ожидал, что вы дадите сдачи.

Белла смутилась, и в этот момент дверь палаты распахнулась.

— Капитан Феодоракис вызывает к себе рекрута Изабеллу Свон, — сообщил молодой капрал, с любопытством разглядывая потрёпанную Беллу.

— Во-первых, капрал, стучаться надо, чтобы однажды не получить по морде от голых женщин, — проворчал капитан Каллен. — А во-вторых, рекрут Свон сейчас проходит обследование, и оно ещё не завершено.

— Прошу прощения, сэр, — смутился капрал, продолжая пялиться на Беллу. — А у рекрута Свон серьёзные травмы?

— Несовместимые с жизнью, — ответил с непроницаемым видом капитан Каллен.

— Тогда я скажу капитану, что надо подождать… — проговорил озадаченный капрал, глядя на вполне живую и болтающую ногами Беллу.

Офигевший капрал выполз из кабинета в глубоком недоумении.

— Я просто не смог удержаться, — пояснил капитан. — Как там это в интернете называется?

— Троллинг, сэр, — ответила Белла, хихикнув до боли в челюсти.

— Да, точно, — ухмыльнулся старший Каллен. — Его тупость точно несовместима с жизнью.

***

Через полчаса выяснилось, что никаких переломов у Беллы нет, и кроме лёгкого сотрясения и боевой раскраски Виктория ничем её не наградила.

— Когда я в депо подготовку проходил, меня три раза под конвоем уводили, — ударился в воспоминания капитан Каллен.

— За драку, сэр? — спросила Белла.

— Само собой. Я был парень суровый и, как только кто-то начинал задирать слабых, я его сразу в морду бил, — хмыкнул капитан. — Это я уже потом понял, что юмор и ум — оружие лучше, чем кулаки.

Белла улыбнулась, представив капитана Каллена, бьющего в морду главного взводного задиру, и тут дверь палаты вновь открылась. Но теперь на пороге обнаружился не глуповатый капрал, а его командир — капитан Деметрий Феодоракис.

— Капитан Каллен, вы опять издеваетесь над моими людьми. Капрал Хьюз доложил мне, что рекрут Свон получила травмы, несовместимые с жизнью, но скоро придёт на допрос, — сообщил капитан Феодоракис, прищурившись. — У нас на базе зомби-апокалипсис?

— Вам лучше знать, капитан. Это ведь вы у нас вершите Страшный Суд, — ухмыльнулся старший Каллен.

— Рекрут Свон в состоянии предстать перед дисциплинарным комитетом?

— Полагаю, никаких препятствий к этому нет, — ответил капитан. — Только колесование (1) при допросах не используйте. Рекрута Свон снова будет тошнить.

— Никакого колесования. Только «Железная Дева» (2), — сказал капитан Феодоракис и уже совершенно серьёзно обратился к Белле: — Рекрут Свон, встать и проследовать за мной.

Белла послушно поднялась. Ей было не по себе. Шутки шутками, но, судя по всему, за драку её собираются наказать вместе с Викторией. Остаётся только надеяться, что оставление Бри без медицинской помощи вместе с дракой все-таки утянут Викторию на дно, и дело не ограничится выговором.

До кабинета Феодоракиса Беллу вели под настоящим конвоем, и она почувствовала себя чуть ли не Джоном Диллинджером (3).

На улице возле административного здания она увидела Двуликую, лейтенанта Ирину Денали, сержанта Родригес и Елеазара. Сержант Янг о чем-то ожесточённо спорила с наставником Виктории, а тот снисходительно взирал на неё сверху вниз.

Когда Беллу привели в кабинет, она сразу увидела стоящую в его центре Викторию. Увидев Беллу, Рено усмехнулась — видимо, её впечатлили такие яркие перемены в лице рекрута Свон.

— Рекрут Свон, версия рекрута Рено уже была заслушана, как, впрочем, и ваша, — произнес капитан Феодоракис, занимая место за столом. Точёный греческий профиль и острый ироничный взгляд вместе с подчёркнутой строгостью и вежливостью манер делали его действительно очень похожим на средневекового инквизитора. — Но с вами разговаривал не я, а следователь военной прокуратуры, поэтому сейчас я хочу услышать ещё раз вашу версию событий. Ведь это вы публично обвинили рекрута Рено в смерти рекрута Таннер. Ни один морпех не будет обвинять товарища в чём бы то ни было без серьёзных на то оснований, не так ли, рекрут Свон?

***

Когда все формальности были произнесены, и Феодоракис предупредил их, что ведётся запись, он тут же задал свой первый вопрос:

— Рекрут Свон, считаете ли вы, что рекрут Рено убила рекрута Таннер с помощью секретных приёмов, которым научил ее чиф-петти-офицер Константинеску?

Белла в шоке на него посмотрела.

— Конечно нет, сэр, — проговорила она, с трудом переварив странный вопрос.

— Это хорошо. Значит, вы не страдаете паранойей, в отличие от некоторых ваших товарищей, — усмехнулся Феодоракис.

Видимо, кто-то из взвода уже рассказал про спецподготовку Виктории, но явно перестарался с демонизацией Рено. А фамилия Елеазара, выходит, Константинеску? Необычная фамилия.

— Давно вы знали рекрута Таннер, рекрут Свон? — осведомился Феодоракис.

— С первого дня курса, сэр, — ответила Белла.

— Как вы можете охарактеризовать уровень её подготовки? Слабый, средний, достаточный?

Белла замялась. Бри была её хорошей приятельницей и даже, можно сказать, другом. Но она поклялась говорить только правду.

— Слабый, сэр, — произнесла Белла. — Но она прилагала все усилия, чтобы это изменить.

Виктория холодно улыбнулась.

— Рекрут Рено, напротив, утверждает, что рекрут Таннер регулярно срывала задания, плакала и отказывалась уделять подготовке должное внимание, — проговорил капитан.

— Рекрут Рено предъявляла к рекруту Таннер завышенные требования, сэр, — возразила Белла. — По военно-учётной специальности рекрут Таннер была всего лишь административным служащим. А рекрут Рено хотела сделать из неё спецназовца.

— Каждый морпех вне зависимости от военно-учётной специальности должен пройти этот курс, и требования здесь одинаковы для всех, — прервал её капитан Феодоракис. — Известно ли вам о том, какие отношения связывали рекрута Бри Таннер с рекрутом Диего Руисом?

Белла замерла. Проклятье. Сначала он спрашивает о том, считает ли она Бри слабым рекрутом, теперь о романе с Диего. Похоже, он всерьёз решил позволить Виктории выйти сухой из воды, опорочив Бри в своем рапорте.

— Отвечайте на вопрос, рекрут Свон, — потребовал капитан Феодоракис.

— Ну… Они симпатизировали друг другу, сэр, — уклончиво ответила Белла. — И ничего больше.

— А у меня на этот счёт другая информация, рекрут Свон, — проговорил Феодоракис.

— Это личная жизнь рекрута Таннер, сэр, — воскликнула Белла.

— Здесь ни у кого нет личной жизни, — отрезал капитан, и ноздри его аристократического, как у античной статуи, носа задрожали, как будто он к чему-то принюхивался. — Личная жизнь остаётся за воротами этой базы. Продолжим, рекрут Свон. Жаловалась ли рекрут Таннер на физические недомогания?

— Нет, сэр, — ответила Белла.

— Говорила ли рекрут Таннер, что не справляется с подготовкой и хочет уехать домой? — продолжал Феодоракис.

Конечно, Бри иногда говорила, что хочет домой. Но так говорили очень многие. Муштра в Пэррис-Айленде была настолько тяжёлой, а вопли дриллов так давили на психику, что нервные срывы у самых слабых рекрутов происходили регулярно.

— Иногда говорила, сэр, — сказала Белла. — Но не всерьёз.

— Не всерьёз? — капитан достал из ящика стола фотографию и показал её Белле. На снимке Свон увидела лист бумаги, на котором мелкими буквами был косо написан какой-то текст. — Этот рапорт был найден в личных вещах рекрута Таннер. В нем она ходатайствует об отчислении в связи с невозможностью выполнять программу подготовки на уровне с другими рекрутами. Это почерк рекрута Таннер, рекрут Свон?

Белла прочитала записку — она была подписана неделю назад, накануне того самого испытания. Бри хотела уйти из их взвода? Но почему она ничего не сказала об этом им с Зафриной?

— Не знаю, сэр. Я никогда не видела, как она пишет, — сказала Белла.

Виктория. Это Виктория заставила Бри написать такой рапорт. Ведь она постоянно была недовольна уровнем её подготовки. Да и не могла Бри так грамотно и стройно изложить свои мысли — она как-то спросила у Беллы, как пишется слово «инструктор», а в этом тексте не было ни одной ошибки. Виктория же, как она сама как-то сказала на лекции, несмотря на отсутствие образования и полное незнание правил, обладала врождённой грамотностью.

— Почему вы считаете, что в смерти рекрута Таннер виновна рекрут Рено? — спросил тем временем капитан Феодоракис.

— Потому что она не оказала рекруту Таннер необходимую медицинскую помощь и убежала дальше по маршруту, — ответила Белла.

— Рекрут Свон, при каких обстоятельствах вы обнаружили тело рекрута Таннер?

— Я и Зафрина… рекрут Нобоа продвигались по заданному маршруту, когда мы услышали крики рекрута Рено.

— Что именно кричала рекрут Рено?

— Рекрут Рено кричала на рекрута Таннер из-за того, что та портит ей результаты, — проговорила Белла, поёжившись под взглядом Феодоракиса.

— Рекрут Таннер отвечала ей?

— Да, сэр.

— Что она отвечала?

— Было плохо слышно, сэр. Она говорила намного тише, чем рекрут Рено.

— Когда рекрут Рено ушла, вы видели рекрута Таннер?

— Да, сэр.

— Что она делала?

— Она села под дерево. Мы думали, что передохнуть… — у Беллы сжалось сердце. Надо было бежать по маршруту быстрее, а не плестись. Тогда они оказались бы на точке одновременно с Викторией и Бри и защитили бы малышку от наезда Рено, который, видимо, оказался для неё последней каплей.

— Значит, вы подтверждаете, что рекрут Таннер была жива и стояла на ногах, когда рекрут Рено её оставила?

— Да, сэр. Подтверждаю, — замялась Белла. — Но задание было парным…

— Если один рекрут отказывается от выполнения задания без веской на то причины, другой рекрут имеет право закончить задание в одиночку, — произнёс капитан Феодоракис. — Рекрут Таннер ранее никогда не жаловалась на проблемы со здоровьем. Рекрут Таннер часто была не в состоянии выполнить нормативы из-за плохой физической подготовки, и то, что она снова устала, вам бы тоже не показалось подозрительным. Рекрут Рено не имеет медицинского образования. Даже если какие-то незначительные признаки — бледность, одышка, синие губы или что-то ещё — у рекрута Таннер присутствовали, только медик мог бы вовремя определить, что она нуждается в срочной госпитализации.

— Признаки чего? — спросила Белла.

— Предположительно причиной смерти рекрута Таннер стала острая сердечная недостаточность, вызванная внутренними, а не внешними причинами, — ответил капитан Феодоракис. — Как человек с больным сердцем был призван в Корпус, будет выяснять следствие. И скорее всего, наказание за это понесут сотрудники медицинской службы процессинговой станции, которые не должны были признавать рекрута Таннер годной к военной службе. А в её медицинской карте совершенно определённо указана категория, позволяющая ей нести службу в любых войсках без ограничений.

Феодоракис сделал паузу, и его горящие глаза словно затянули Беллу в себя.

— Рекрут Свон, в действиях рекрута Рено в отношении рекрута Таннер нет состава преступления. Зато есть состав преступления в вашем столкновении с рекрутом Рено, где обе стороны применили друг к другу запрещённое на территории базы физическое воздействие. Со своими подозрениями вы должны были явиться ко мне, а не провоцировать драку, чтобы подставить рекрута Рено под нарушение устава.

То ли он сам догадался, в чем состоял план Беллы, то ли кто-то ему рассказал, но Феодоракис знал, зачем Белла подралась с Викторией. Только и Белле было что ему сказать.

— Я так и собиралась сделать, сэр, — воскликнула Белла. — Но когда я увидела, как сержант Родригес просит вас оправдать Викторию…

Глаза Феодоракиса расширились, а Виктория сжалась, словно пружина.

Но капитан вдруг весело рассмеялся.

— Рекрут Свон, сержант Родригес всего лишь рассказала мне, кто занимался подготовкой рекрута Рено, а также то, что она сирота и потеряла на войне жениха, поэтому, несмотря на свой неуживчивый и непростой характер, заслуживает справедливого беспристрастного суда, — сказал Феодоракис, и Виктория тут же процедила сквозь зубы:

— Мне не нужно снисхождение.

— Я и не говорил про снисхождение, рекрут Рено, — произнёс капитан Феодоракис. — Я говорил про справедливость. Когда я прочитал показания всех свидетелей, я был даже удивлён, как все ненавидят рекрута Рено. Причем ненавидят и рекруты, и инструкторы. Ваш сержант получила выговор с занесением в личное дело за попытку ударить рекрута Рено, вы устроили с рекрутом Рено публичную драку, и весь взвод был за вас. Мне всегда было интересно, почему возникает такое стадное чувство, и все начинают ненавидеть одного человека.

Белла почувствовала себя так, словно ее окунули головой в ледяную воду. Слезы против её воли брызнули у неё из глаз.

— Бри умерла. Умерла навсегда. А ей наплевать, — пробормотала Белла непослушными губами. — Виктории ничуть её не жалко. Ей никого не жалко. Она всех людей ненавидит. Так нельзя!

— То есть вы все просто хотели, чтобы рекрут Рено заплакала? — вдруг спросил Феодоракис.

— Товарищу не всегда можно помочь, сэр, но всегда должно быть такое желание, — убеждённо произнесла Белла. — А Виктория даже не расстроилась, когда Бри умерла.

— Несколько дней назад рекрут Рено обратилась в административный отдел с просьбой предоставить ей номер счёта, на который она может направить деньги для помощи дочери рекрута Таннер, — сказал капитан Феодоракис. — И, между прочим, рекрут Свон, ни вы, ни ваши товарищи этого, насколько я знаю, не сделали.

Мир Беллы рухнул за одну секунду, а капитан Феодоракис невозмутимо продолжил:

— Рядовой-рекрут Изабелла Свон и рядовой-рекрут Виктория Рено, ваше дело будет через полчаса рассмотрено дисциплинарным комитетом. Капрал Хьюз, доставьте рекрута Свон и рекрута Рено на Страшный Суд.

— Куда, сэр? — вытаращился на него капрал Хьюз.

— Отведите их в дисциплинарный комитет и застрелитесь, — сказал Феодоракис и, налив себе гранатового сока, повернулся к ним спиной. — Дело закрыто.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

19 из 71