Глава 28: Глава 26. Новая строчка в расписании

Вторник, 14:30. Крыша спортзала.

Солнце жарило так, словно решило испарить последние остатки зимней депрессии из воронежского воздуха. Мы сидели на тёплом рубероиде, свесив ноги вниз. Кир задумчиво жевал травинку и смотрел куда-то за горизонт, где виднелись трубы ТЭЦ.

Я кидал камешки в старую водосточную трубу. Каждый «дзынь» отдавался эхом по всему двору. Тишина между нами была не напряжённой, а какой-то... тяжёлой. После вчерашней биологии я чувствовал себя так, будто проглотил кусок льда. Лика смотрела на меня с восхищением, но это было хуже, чем если бы она разозлилась. Потому что рядом сидел Кир. И он тоже видел этот взгляд.

— Она смеялась над моей шуткой про инфузорию, — вдруг сказал Кир, выплёвывая травинку. Голос у него был глухим. — Я специально вычитал её в энциклопедии. Сказал, что она похожа на нашу директрису, если смотреть через линзу микроскопа снизу вверх.

— Это смешно, — кивнул я, стараясь не встречаться с ним глазами.

— Да? А ты заметил, как она смеялась?

— Ну... да. Зубы были видны. Это хороший знак.

Кир фыркнул и пихнул меня локтем в бок.

— Деревня. Ты вообще умеешь читать эмоции? Когда человек смеётся *над* тобой — зубы обнажены, плечи расслаблены. Когда человек смеётся *с* тобой или потому что ему нравится твой голос — она прищуривается. У неё появляются вот эти морщинки в уголках глаз. И она смотрит прямо на тебя, даже если вокруг ещё десять человек.

У меня пересохло во рту. Он описывал именно то, что произошло вчера.

— С чего ты взял, что она смотрела на меня? — буркнул я, запуская очередной камень. Тот улетел гораздо дальше.

— С того, Макс, что когда ты вышел к доске рассказывать про свои полимеры, воздух в кабинете стал плотнее. Буквально. Мне пришлось приложить усилие, чтобы просто махнуть рукой. Ты фонишь своей тьмой, когда нервничаешь, забыл? Так вот, пока ты говорил, эта тьма стала... уютной. Как шерстяное одеяло. А Лика куталась в неё взглядом.

Я замер. Кир знает о моей силе. Но сейчас он использовал слово «взгляд», а не «давление».

— К чему ты ведёшь? — спросил я осторожно.

Кир тяжело вздохнул и наконец повернулся ко мне. Его обычно беззаботные глаза цвета грозового неба стали серьёзными.

— Ни к чему. Просто констатирую факт. Ты ей нравишься. За твою... мозговитость. Ей нравятся парни, которые знают, чем диметилформамид отличается от воды. Это её фетиш, наверное.

— А тебе? — вопрос вырвался сам собой, резче, чем я хотел.

Кир усмехнулся, но улыбка вышла кривой.

— А мне она просто нравится. Вся целиком. Даже когда пытается поджечь аквариум. Проблема в том, что мы с тобой друзья. Лучшие. И устраивать бразильский сериал из-за девчонки — это последнее дело. Поэтому предлагаю сделку: кто первый добьётся успеха, тот покупает второму пожизненный запас шаурмы из ларька напротив школы. Без лука.

Я посмотрел на его протянутую руку. Внутри всё протестовало. Мне хотелось сказать, что никакой сделки быть не может, что я отступлю. Но слова застряли в горле. Вместо этого я пожал его ладонь. Рукопожатие получилось крепким, костяшки побелели.

— Договорились, — хрипло ответил я. — Только без ананасов в ней.

***

**Актовый зал. Пятница.**

Директор стоял на сцене с таким лицом, будто лично проиграл все деньги пенсионного фонда в казино. Слева от него мялась завуч по воспитательной работе, справа — незнакомый мужчина в идеально выглаженном сером костюме. На галстуке мужчины блестел значок, похожий на стилизованный атом, внутри которого вращались две шестерёнки.

— В связи с получением школой гранта на развитие инновационных программ, — монотонно бубнил директор, глядя в бумажку, — со следующей недели в учебном плане вводится новый обязательный предмет для профильных классов...

По залу прокатился гул. Профильный класс у нас был один — наш. Девятый «Э» (Экспериментальный), который администрация ласково называла «коллективом детей с особенностями социальной адаптации».

— ...предмет направлен на формирование навыков выживания в нестандартных условиях и базовую инженерную подготовку, — продолжил директор. — Преподавать его будет представитель попечительского совета. Попрошу любить и жаловать — Виктор Игоревич.

Мужчина в сером шагнул к микрофону. От него пахло озоном и дорогим парфюмом. Взгляд у него был цепкий, холодный — такой же, как у профессора Аверина, только в этом взгляде не было тепла. Была лишь эффективность.

— Добрый день, — его голос прозвучал в динамиках без всякого искажения, чётко и властно. — Меня просили передать вам одну вещь. Ваша школьная программа устарела. Мир изменился. Пока другие учат тангенсы котангенсов, настоящие игроки изучают баллистику, термодинамику и способы починить экзоскелет скрепкой. Вы больше не ученики. Вы — активы. Со следующего урока ваша жизнь станет намного сложнее. Вопросов не принимаю. Расписание обновится автоматически.

Он развернулся и ушёл со сцены так же быстро, как появился. Директор растерянно моргнул в микрофон:

— Э-э-э... всем спасибо. Все свободны.

Мы выходили из зала в гробовом молчании. Соня крутила пуговицу на рукаве так сильно, что та раскалилась докрасна, и Влад аккуратно охладил её пальцем.

— Активы? Скрепкой? — пробормотала Лика. — Звучит как начало фильма категории «Б», после которого половина героев умирает в первой главе.

— Нас официально легализовали, — тихо сказал Влад. — Или готовят к утилизации.

Возле стенда с расписанием образовалась толпа. Мы подошли ближе. Кто-то уже нашёл изменения и громко заржал.

— Ого. Два часа физры подряд. Называется «Тактическая подготовка».

— А математика теперь называется «Прикладная физика сред»...

Кир молча ткнул пальцем в нижнюю строку, где раньше зияла пустота. Между ОБЖ и литературой появилась жирная надпись, от которой у меня похолодело в груди.

> **Спецкурс: «Управление аномальной кинетикой». Кабинет №-47.**

— Минус сорок семь? — переспросила Лика, щурясь. — Разве такие номера бывают? Обычно они начинаются с нуля или единицы.

Кир театрально приложил ладонь козырьком ко лбу и оглядел коридор, ведущий к лестнице в подвал.

— Спокойно, граждане, — объявил он нарочито серьезным голосом диспетчера вокзала. — Просьба сохранять спокойствие. Наш город незаметно перенесли внутрь школьного подвала. Если увидите таракана, который требует у вас пропуск и спрашивает регистрацию — не удивляйтесь. Это местный комендант. Говорят, он питается исключительно потерянными сменками пятиклассников.