Глава 1: За други своя

Галька мало что помнил с того момента, как его комплекс рухнул.

Только снег, лежавший на земле, сыпавшийся на землю и устраивавший бури на земле. Ещё смутно припоминались обломки, многие из которых начали ржаветь от времени, проведённого на ледяном воздухе. Иногда пробегающие существа. Кажется, это были мусорщики. Интересно, это были те, которые жили в Мегаполисе, или уже другие, пришедшие издали? В любом случае, для него это было неважно. Да и вообще, по правде говоря, с того момента осталось крайне мало того, что могло бы иметь для него значение.

Единственное, что поддерживало каплю тепла в этом царстве холода, была его жемчужина оттенка сирени, которая, несмотря на все пережитые им ужасы, смогла сохраниться. Она не была наполнена важными воспоминаниями или записями – отнюдь, в ней хранилась всего лишь незатейливая простая мелодия, которая во времена его создания была довольно популярна среди Древних. И эта музыка была единственной связью Пяти Галек с его памятью. Если бы не она, он бы забылся полностью, оставшись гнить заживо на холоде, не в состоянии даже вспомнить, кто он такой.

Поэтому итератор был крайне благодарен, что эта кроха смогла спастись из бескрайней бездны раскрытой пасти его собственного кошмара, пришедшего и изменившего всю его жизнь.

Но даже несмотря на крупицы информации, сохранившейся в его голове, он отчётливо помнил яркий жёлтый свет, после которого последовала вспышка боли и темнота. Галька думал, что это и есть смерть, но не думал, что после неё ему придётся бесконечно бродить в темноте своего разума. При таком раскладе ему была намного привлекательнее перспектива продолжать жить.

Конечно же, он так думал, пока не двинул рукой, пытаясь по старой привычке найти в толще несуществующего снега свою жемчужину. И тогда для него открылось, что эта темнота не являлась закоулками его разума, по которым ему было суждено бродить до скончания веков. Она была всего лишь частью большой комнаты, похожей на его «банку», в которой он жил.

Поначалу Галька боялся и не двигался с места, привыкая к тому, что снова находится в... комплексе? Он не совсем понимал, что это за место, но оно было смутно знакомым, из-за чего его страх вскоре сменился любопытством.

Итератор исследовал каждый раз по маленькому кусочку, боясь, что это окажется лишь сном, и если он снова проснётся, то вокруг него окажутся завалы обломков и бесконечный белый, белый, белый снег. Так продолжалось, пока некоторое время спустя Галька не убедился, что даже если это сон, просыпаться его организм явно не планировал. Тогда он начал не просто исследовать случайные кусочки комнаты, но и оставаться в их пределах.

После этого к нему начали постепенно приходить воспоминания. Они не были какими-то важными. Иногда даже создавалось ощущение, что их случайным образом выуживали из его памяти, но, несмотря на это, он сохранял бдительность, потому что это выглядело так, словно его готовили к чему-то более страшному, чем воспоминания о Древних, их культуре и традициях.

И он оказался абсолютно прав, но нисколько не готов, когда это произошло и на него в один миг свалилось столько информации, которая причиняла боль, что Галька едва не ушёл в перезагрузку системы, заменяющей ему головной мозг. Итератору понадобилось некоторое время, чтобы разложить всё по полочкам и полностью осознать свою роль и вину в том, что его комплекс рухнул, а связь с другими итераторами оборвалась.

Он долго думал об этом, ведь времени у него было предостаточно. Галька размышлял и пытался найти места, где облажался по полной. Но чем дольше он их искал, тем больше понимал, что облажался ещё тогда, когда в его голове мелькнула мысль о нарушении табу самоубийства.

Эти мысли бывало гложили его, а бывало – затихали, давая вспомнить что-то другое, помимо страданий, даже слегка похожее на что-то приятное. Например, его сестра, Смотрящая на Луну. Он бы никогда в этом не признался, но ему действительно всегда было легче, когда она была рядом. Конечно же, её шутки были просто ужасны, но она была такой.. живой...

Галька дрожащими руками закрыл голову и потряс ею в попытке забыть и отогнать образ лежавшей без движения и сознания Луны, её пустые глаза и бездыханное тело. Это его вина.

В такие моменты, когда воспоминания становились невыносимыми, Галька обычно поднимался и метался раненым зверем по комнате, пытаясь по старой привычке убежать от всех своих проблем. Это мало когда по-настоящему помогало, но хотя бы позволяло на какие-то мгновения забыться.

В этот раз Галька остался на месте. Он не бежал и, хоть со страхом и практически безудержной паникой, но остался на месте, заставляя себя смотреть на последствия своих разрушительных действий.

Это было ужасно. Итератор задыхался. В его горле появился жуткий ком. Хоть по щекам градом катилась жидкость, похожая на слёзы, он продолжал смотреть, зная, что не умрёт. Ведь монстры машины не умирают. По крайней мере, не так просто.

Луна же смогла выжить, несмотря на всю боль, которую он ей причинил в ответ на её доброту и отзывчивость. Солнце смог пережить удар, когда он сорвался с цепи и оттолкнул его в ответ на искреннее желание друга помочь ему. Нет Значимых Забот смог совладать со своими эмоциями и не позволить Гальке продолжить причинять вред. А Непревзойдённая Невинность смогла скрыть свою радость и триумф, когда открыла всем мерзкую правду о его страшной болезни, которая медленно пожирала итератора.

Вот и Пять Галек сможет взглянуть правде в глаза и понять, какой он монстр на самом деле. Но, по правде, это знание едва не сломало его. 

Он сидел без движения, забившись в угол комнаты, очень долгое время. Из его глаз вытекала липкая, но тёплая жидкость, похожая на слёзы, но по субстанции являющаяся его кровью. Возможно, Галька бы умер от обильного кровотечения, и наконец забылся в тревожной смерти, которая бы заставляла его переживать всё раз за разом, если бы не мягкий белый свет, явивший свои лучи в другом конце комнаты.

Итератор сначала прикрыл до странного опухшие глаза (странно, это была не циста и не раковая опухоль..) от света, который хоть и был мягок, но слепил его. А после и вовсе распахнул свои глаза, с тревогой и тихим отчаянием глядя на то, что этот свет принёс с собой. Галька почувствовал, как его руки начали дрожать, когда он узнал висящую перед ним в воздухе хрупкую фигурку.

Это была.. Смотрящая на Луну.. Она была почти такой же, как он и помнил, не считая потрёпанного временем белого платья, которое наполовину стало зелёным от цветения воды в её полуразрушенном комплексе, и посветлевшего от времени цвета её куклы, которое до этого было глубоким, как морские глубины, но сейчас ставшее поверхностным, как мелководье, скрытое за частичным туманом.

Галька не отрываясь смотрел на неё, чувствуя, как жгучие капли потекли по его щекам с удвоенной силой, когда она наконец заметила его.

Луна встрепенулась, и Пять Галек не мог сказать, оттого ли, что она заметила того, кто почти что убил её, или оттого, что он плакал своей же кровью. Она медленно приблизилась, опускаясь на землю перед ним.

Галька был не в силах смотреть в её светлое лицо, которое могло бы простить такого монстра, как он. Поэтому Пять Галек отвернулся. В этот момент итератор почувствовал, как тёмная гниль с раковыми опухолями шевельнулись внутри. Он был тьмой, а она светом, к которому ему было не дано прикоснуться, дабы не очернить ещё больше.

Её руки, такие мягкие, хрупкие, нежные и, наверняка, полные света, потянулись к нему. Как бы Галька ни хотел, он не мог дать ей прикоснуться к нему и впитать тьму, которую ему было дано носить всю оставшуюся жизнь. Поэтому итератор слабо отшатнулся от неё, наконец найдя силы взглянуть в её лицо, ставшее опечаленным и полным тоски, когда он это сделал. Галька почувствовал укол боли в области груди. Он знал, что это был стыд. Слишком часто она колола его, чтобы он не потрудился узнать об этом чувстве.

- Галька.. - начала было тихим и полным тоски голосом Луна, но он её оборвал.

- Я слишком.. многое испортил.. О-оставь меня.. - его голос дрожал, как и он сам. Галька чувствовал, как чёрная вязкая жидкость капнула на платье Смотрящей на Луну. Он тут же попытался отползти, чтобы не дать тьме, находящейся внутри, коснуться его сестры, но в панике осознал, что за его спиной только стена, не дающая ему уйти.

- Глупенький, ты всё исправил, передав ту ячейку. Ты слишком долго был один, чтобы понять это. Я никогда не оставлю тебя, слышишь? - негромко, с лёгкой тоской и лаской сказала ему Луна - Неужели ты думаешь, что я упущу шанс вернуть тебя спустя столько времени так просто? Нет, ты больше не должен быть один, - уверенно сказала ему сестра, продолжая говорить это с лаской, которую тот, как бы ни корил себя, не мог отвергнуть, впитывая желанное тепло как губка, несмотря на то, что он не мог полностью ощутить его и напитаться им.

Её ладонь вновь потянулась к нему и мягко коснулась его щеки. Галька вздрогнул от прикосновения, не в силах отстраниться, как бы ему ни хотелось. Почему её свет не мог инстинктивно отшатнуться от его тьмы внутри? Неужели она не видела этого..?

Слёзы продолжали катиться из его глаз, пачкая пальцы Луны, но казалось, ей было всё равно.

- ..Я монстр.. Я причинил тебе вред, хотя ты никогда не давала мне повода это сделать.. - хрипло и тихо сказал Галька, чувствуя саднящую боль в горле. Он давно не разговаривал. Наверное, ещё с тех пор, как какой-то голубой слизнекот с розовыми вибриссами (это же ведь вибриссы, правда?) пришёл к нему и Галька попросил его передать ячейку Разряжения Луне.

Смотрящая на Луну осторожно провела пальцами по его щеке, прислонив к ней свою хрупкую ладошку. Она так же осторожно положила и вторую руку, но уже на другую щёку Гальки. Луна чувствовала, как тот дрожал с головы до пят, но не подобралась достаточно близко к итератору, чтобы помочь ему. Она горько улыбнулась ему усталой улыбкой, которая часто встречалась у тех, кому ты на самом деле дорог.

- Ты слишком долго жил в страхе и слишком долго прозябал в бесконечном укоре к самому себе. Ты был в отчаянии, когда это сделал, и я понимаю тебя. Да, мне было больно, но сделанного не воротишь. Ты исправил всё, передав мне ячейку Разряжения. Тебе больше не нужно убегать от меня. Я никогда не возненавижу тебя за то, что ты сделал, как бы ты ни боялся этого, - мягко сказала ему Луна, медленно приближаясь с каждым услышанным им словом.

Внутри него что-то шевелилось, но Галька не мог сказать, были ли это признаки собственного гниения, в страхе пытающиеся скрыться от света, который несла в себе Смотрящая на Луну, или то были опухоли с кистами, что готовились поглотить её. Для него любой вариант был страшен, но он не мог оттолкнуть Луну. Не сейчас, когда так долго был скован цепями тоски и боли, которые она так бережно снимала с него.

- Я.. Причинил тебе так много боли.. Почему ты до сих пор хочешь помочь мне..? Я недостоин этого... - его голос продолжал быть хриплым. 

Он чувствовал, как по щекам продолжали катиться слёзы, окрашивающие пальцы Луны чёрным цветом. С каждой пролитой каплей Галька чувствовал, как слабеет. Кровь, перемешанная с Пустотной жидкостью, медленно вытекала из него, грозя оставить его жизнь позади. Возможно, в другое время он был бы рад этой возможности и понёс заслуженную кару, но не сейчас, когда его старшая сестра была рядом. Она бы не выдержала, если бы он умер на её руках.

Галька едва не вздрогнул, почувствовав, как Луна начала ласково поглаживать его щёки большими пальцами ладоней. Она мягко повернула лицо итератора влево, чтобы увидеть отвратительный шрам на его скуле, оставленный разрушением комплекса.

- Ты пережил так много, но прожил слишком мало.. Прости, что не смогла уберечь тебя от всего того, что с тобой случилось. Я должна была увидеть, как ты отчаянно нуждаешься в помощи, должна была услышать, как ты пытаешься обратить на себя внимание и показать, что всё не в порядке.. - на этот раз Галька не смог не вздрогнуть при виде слёз на лице Луны - Ты ни в чём не виноват. Ты ошибся, вот и всё. Я так долго была рядом с тобой и должна была первой увидеть это и  помочь тебе. В этой ошибке виноват не только ты. Все мы приложили к этому свой отпечаток... - антенны Пяти Галек опустились в диапазон «удивления», подрагивая и опускаясь ещё ниже в отдел «сожаления и печали». Он не совсем знал, насколько это было видно, ведь одна из его антенн была сокрушена ударом, но старался не думать об этом, сосредоточив всё своё внимание на Смотрящей на Луну.

- ..Т-ты не виновата... Это я сглупил, ты не должна извиняться передо мной.. - пролепетал итератор, глядя дрожащими зрачками прямо в лицо Луны - В каком бы отчаянии я ни был, мне нельзя было пытаться погубить вместе с собой тех, кто был рядом.. - тихим голосом, наполненным чувством глубокой вины, изъедавшей его не хуже гнили, произнёс он, растерянно глядя на Смотрящую на Луну.

Луна вдруг осторожно приблизила голову Гальки к своей. Она пару десятков секунд рассматривала его искажённым от сожаления лицом, после чего аккуратно прислонилась ко лбу Пяти Галек своим. На него нахлынули воспоминания из детства, в котором Луна часто так делала для его утешения. Конечно же, это не было таким же эффективным, как объятия, но эти действия для него всегда были успокаивающими. После этого он часто сам рассказывал Луне, из-за чего расстроился.

Галька не вздрогнул, снова почувствовав болезненное шевеление внутри, но определённо напрягся, вспомнив, что может погубить этот свет. Ему нужно было оттолкнуть Смотрящую на Луну и сбежать, сгнивая в собственных грехах и ошибках, вместе с чувством вины и ощущением радостного предвкушения большого зрелища в частом шевелении той тьмы, что была внутри. Но он не мог. Не мог снова оттолкнуть её. Не мог снова сбежать. В конце концов, не мог снова стать полноценной тьмой, побывав на свету, хоть и настолько крохотном, что почти не считавшимся за оной.

Возможно, это все его грехи с ошибками шептали, что он должен уйти, чтобы радостно продолжить раздавливать его под своим весом. Наверное, они пытались убедить Гальку, что он не прав, дабы тот не дал свету проникнуть внутрь, уничтожив их. Может быть, ему действительно стоило принять помощь Луны..?

- Давай так: ты не будешь пытаться снова сбежать от всего, а я постараюсь не винить себя в произошедшем, ладно? - осторожно спросила Смотрящая на Луну, отстранившись от его лба. она взглянула на него с искренней добротой и желанием помочь.

Галька снова почувствовал шевеление внутри. Он не мог отвергнуть её, но и не мог позволить подойти ближе, чем сейчас. Итератор застыл, не зная, что ему делать. Он просто продолжал бездумно смотреть в такие добрые и ласковые глаза Луны, понимая, что не может дать ей помочь себе.

- Галька, я в порядке. Всё, что случилось, – осталось позади. Пожалуйста, позволь мне снова быть с тобой рядом, как раньше, - попросила его Луна, глядя на него с нескрываемой надеждой в глазах.

Пять Галек растерянно смотрел на неё в ответ, понимая, что не мог разбить эту робкую надежду в её глазах, как бы сильно ни боялся тьмы внутри.

- Я.. - ему резко захотелось оттолкнуть Луну, но он подавил это желание. Галька не хотел, чтобы та страдала и винила себя в этом, как делала и сейчас, хоть и не показывала своих чувств, пытаясь его успокоить - ..Л-ладно... - сдался Пять Галек, отведя взгляд.

Он услышал, как Луна облегченно выдохнула, после чего ощутил её руки на своей талии. Она сжала его в объятиях, утыкаясь ему в плечо. Галька удивлённо взглянул на неё, только сейчас осознав и ощутив, как скучал по чужим касаниям на своей коже. Он тоже обнял её, но гораздо осторожнее, боясь ненароком ранить Луну.

- Я рядом… Всё хорошо... Теперь всё хорошо... Ты в безопасности, и я больше никогда не позволю такому случиться, обещаю… - шептала ему Смотрящая на Луну, разрушая все его тщательно выстроенные годами холодные стены одними только объятиями и словами.

Он зажмурился и прижался к ней, ища утешения по старой привычке, наплевав на мерзкое копошение внутри. Ему было хорошо. Очень хорошо в её объятиях. Галька так давно не чувствовал тактильного контакта, что только сейчас понял, как изголодался по нему.

Луна начала осторожно гладить его по голове, мурлыча какую-то незамысловатую мелодию, которая сейчас для него была самой красивой в мире, ведь доносилась из уст той, которую он всё же смог спасти, несмотря на свою ошибку.

Внутренности свело от боли и ужаса, но Галька только сильнее зажмурился, стараясь не обращать на это внимания. Он лишь положил свою голову на плечо Луны, наклоняясь, чтобы дотянуться до него. Ему не хотелось думать, что, возможно, это утешение было лишь очередной игрой судьбы, готовящейся толкнуть его во тьму.

Внутренности начали дрожать. Пять Галек стиснул зубы от боли, чувствуя, как кисты и разложение внутри него начали вести себя ещё непредсказуемее. Луна обняла его ещё крепче, будто чувствуя состояние Гальки, чему тот был безумно благодарен. Он тоже хотел сжать её в объятиях так крепко, как только мог, но боялся снова ранить Луну. Итератор, пытаясь сохранить контроль, начал дышать, стараясь считать вдохи. Он мельком заметил, что от Смотрящей на Луну вкусно пахло морем. По крайней мере, вроде бы так пахла солёная вода, по рассказам Древних.

- Тише, тише, сейчас станет легче.. - Луна продолжала ещё что-то негромко говорить ему на ухо, явно пытаясь отвлечь от боли.

Галька неосознанно сжал её в объятиях сильнее, ощутив, как внутри всё заходило ходуном. Внутренности скрутило вспышкой адской боли – настолько нестерпимой по сравнению с той, которую Галька чувствовал последние несколько лет, – что он едва не вскрикнул, но подавил этот звук, не желая напугать Луну. А потом наступила тошнота. Он запаниковал, закрыв рот руками.

- Нет, нет, Галька, оно должно выйти! - воскликнул Луна, отстраняясь - Пока эта гадость не покинет тебя, ты не выздоровеешь! - она осторожно начала гладить его по спине и голове, явно пытаясь успокоить.

Гальку скрутило мимолётным позывом, и он зажмурил глаза, не желая видеть, что извергнет из себя организм, так отчаянно отторгавший то, что находилось внутри.

Ему было больно. Глотку обожгло. Он не знал, сколько это продолжалось, но это было больно. Наверное, Галька бы потерял себя или предпочёл бы умереть, если бы не возвращающие его к реальности поглаживания Луны по его спине.

- Вот так вот.. Всё в порядке, ты умница.. - приговаривала Смотрящая на Луну. Хоть в голове был слышен только стук собственного сердца и белый шум, он всё равно услышал её.

Галька жадно глотал воздух ртом, когда это закончилось. Он был не в силах подняться, но это не было нужно. Луна осторожно взяла его за плечи и снова прижала к себе.

- Ты молодец, я горжусь тобой, ты же ведь знаешь это, да? - Луна всё продолжала болтать, а он просто отключился, почти не слушая её, наконец позволив себе расслабиться.

Он больше не чувствовал внутри шевеления кист или гнили. Было так хорошо.. И не больно. Нисколько... Галька с наслаждением вдыхал воздух, чувствуя, как он легко входит и выходит из израненных лёгких. Это было приятно. Ведь до этого, они были наполнены липкой жидкостью и кистами, не дающими ему дышать нормально.

- ..Луна, прости меня.. Я такой баран... - пробормотал Галька, устало кладя свою голову на её плечо.

Та смотрела на него с ласковой улыбкой. Она хихикнула на его заявление.

- Я уже давным-давно простила тебя, барашка. А теперь отдыхай, не волнуйся ни о чём. Я посторожу твой сон, - иногда, Галька был так благодарен Древним за то, что они создали Луну, что не мог описать это словами.

Он молча обнял её в ответ, прикрывая глаза. Галька чувствовал себя хорошо, впервые за эти годы. Из одного из глаз скатилась слезинка. Чистая, как хрусталь. Тьма испарилась.

Возможно, он не такой монстр, как считал.

_____________________________________________________

Итак, приветики всем, кто прочитал этот фанфик! Во-первых, спасибо, что уделили время его прочтению! Я очень надеюсь, что вам понравилось. Ну и, естественно, пишу я это не потому, что хочу сказать только об этом. Я — истинная фанатка Rain World. Пока что на этой платформе (на момент написания ФФ) эти два моих фанфика («Прощение», который вы как раз сейчас читаете, и «Сожаления») — единственные на платформе по этой замечательной игре. Я знаю, что этой игре уже много лет и она малопопулярна, но, пожалуйста, если это читает человек, который когда-либо играл в эту игру, прошу, помогите мне возродить её фандом, хотя бы здесь! Я поддержу любое ваше начинание! Хватит лишь пары строк, но это уже будет намного лучше, чем ничего! Я очень надеюсь, что однажды выберу фандом Rain World на Molwe и увижу, что фанфиков там намного больше двух. Я буду очень рада этому. Но даже если вы и не хотите этого делать, всё равно большое вам спасибо, что обратили внимание на этот фанфик! Удачи вам, надеюсь, ещё увидимся в других моих фиках!