Глава 1: Глава 1: Погрешность в уравнениях Стрэнджа

*Нью-Йорк. Святилище. 2:47 ночи.*

Доктор Стивен Стрэндж стоял посреди Круга Вату, вычерченного пеплом сгоревших манускриптов. Золотые искры магии измерений неспешно оседали вокруг него, как светлячки на болоте. Его пальцы, некогда раздробленные в аварии, а ныне — тончайшие инструменты контроля над реальностью, вычерчивали в воздухе сложные сиглы.

— Observo, quod non est, — прошептал он на латыни артефактов. — Наблюдаю то, чего не существует.

Перед ним плыла голографическая карта мультивселенной — переплетение светящихся нитей, похожее на нервную систему гигантского существа. И в одном месте, где-то между Землёй-616 и забытым карманом реальности под кодовым названием «Сонная Лощина», нити… пели.

Стрэндж поморщился. Магия не поёт. Она шепчет, она ревёт, она иногда чихает искрами, если неправильно произнести заклинание. Но пение… Это было похоже на детский хор, исполняющий гимн на незнакомом языке, где каждое слово — это «спасибо» и «пожалуйста».

— ФРАЙДЕЙ, — позвал он, хотя искусственный интеллект Старка не был прописан в его системе. — Ты меня слышишь?

«Мистер Стрэндж, вы подключились к общей сети Мстителей сорок секунд назад. Ваш пульс — сто двадцать. Вы в порядке?»

— Нет. Открой защищённый канал до Ванды Максимофф.

Секунда тишины. В углу комнаты, где стояло зеркало в позолоченной раме (одно из трёх, что не показывали чудовищ), стекло пошло алыми кругами. Из него шагнула Ванда. Не физически — астральная проекция, мерцающая, как пламя в ветреный день.

В её глазах горело не Тёмное Измерение, а нечто иное. Усталость. Она не спала третьи сутки, исследуя природу Хаоса.

— Я чувствую это уже три дня, Стивен, — сказала Ванда, не здороваясь. Её голос звучал глухо, будто из-под воды. — Ты думал, я не замечу?

— Ты про разрыв?

— Я про цвет. Хаос — это красный, багровый, цвет несваренной магии. А это… — она протянула руку, и на её ладони замерцал золотисто-радужный сгусток, похожий на мыльный пузырь с добавлением конфетти. — Это поёт о дружбе, Стивен. О том, что «каждая проблема решается, если обняться». Это оскорбление для любой тёмной магии.

Стрэндж приблизился к карте. Его пальцы прошлись по линиям реальности.

— Тысяча четыреста шестой вариант будущего из тех, что я видел перед Тем, Кого Не Называли. Там был один… странный. Танос не пришёл на Землю, потому что его корабль на пути к Вормиру был перехвачен… радугой. Я тогда списал это на глюк Камня Времени.

Ванда усмехнулась безрадостно:

— Камни не глючат. Камни — это правило. А это — исключение. — Она шагнула вперёд, и её астральная рука прошла сквозь глобус мультивселенной, указывая на точку разрыва. — Там, где наши законы физики заканчиваются, начинается магия символов. Я видела обрывки. Пастбища. Летающие пони. И одну… которую сложно описать. Она розовая и говорит без остановки.

— Аналогия с Дэдпулом?

— Нет. Дэдпул хотя бы матерится. Эта печёт торты из ничего.

Стрэндж глубоко вздохнул. Его плащ поднял воротник, будто тоже нервничал.

— Приготовься, Ванда. Я открываю портал. Если это ловушка — ты захлопнешь его с другой стороны.

— А если нет?

— Тогда мы познакомимся с альтернативной версией слова «дружба».

Он взмахнул руками. Кольцо Солита (одно из величайших артефактов) засияло на его пальце. Обычно порталы в другие реальности требовали часов подготовки и донора маны. Но здесь, в этой точке, перегородка между мирами была тонкой, как мокрый пергамент.

Золотая молния ударила в центр комнаты.

Магия измерений столкнулась с Космо-магией Гармонии. Вместо характерного шипения раздался… смех. Детский, заливистый, будто кто-то щекотал вселенную.

— Что за… — начал Стрэндж, но не договорил.

Портал разорвался.

Он был не круглым, как обычно, а звёздчатым, похожим на детский рисунок солнца. Сквозь него хлынул свет — тёплый, лавандовый, с запахом свежеиспечённого хлеба и мокрой шерсти. А затем оттуда вывалилось нечто.

Первой из портала вылетела Сумеречная Искорка.

Она была ростом с крупную собаку, фиолетовая, с рогом на лбу и полураскрытыми крыльями (алликорн, принцесса, как позже узнают Мстители). В зубах она держала массивную книгу в кожаном переплёте с застежками, а на спине висела седельная сумка, из которой сыпались пузырьки с зельями.

Твайлайт приземлилась на пол святилища, проехалась копытами по паркету (оставив четыре идеальные царапины) и выплюнула книгу.

— Prismatic teleportation protocol delta! — крикнула она, ни к кому не обращаясь. — Не сработало, не сработало, не сработало! Мы не в той вселенной, мы в… — Она подняла голову, увидела Стрэнджа (в плаще, с бакенбардами) и замерла. — …ты не пони.

— Гениальное наблюдение, — сухо ответил Стрэндж. — Я — маг.

— Маг?! — Твайлайт выпучила глаза. Её зрачки расширились до размера блюдец. — Но у тебя нет рога! Как ты колдуешь?! Ты что, врождённый талант без фокуса? Или у вас, люди, плетения идут через пальцы? Это неэффективно! КПД низкий!

Она начала ходить кругами, что-то бормоча про коэффициент полезного действия магии у приматов.

— Ванда, — Стрэндж не сводил глаз с… пони, — у тебя есть какие-нибудь успокоительные? Она начинает бесить.

Но Ванда не ответила. Потому что в этот момент из портала высунулось второе копыто — розовое, с браслетами из леденцов. Копыто нащупало пол, дёрнулось, и из портала выкатилась Пинки Пай.

Её появление нельзя было описать иначе как взрыв цвета. Пинки была не просто розовой — она была ярко-розовой, с прической, напоминающей свадебный торт, переживший землетрясение. Глаза — огромные, голубые, с радужными искрами. На шее висела гирлянда из конфетти, а за спиной она тащила тележку на колёсиках, доверху наполненную воздушными шарами, серпантином и чем-то, что выглядело как диско-шар.

— ПИНКИ! — заорала Твайлайт. — Я же просила не брать тележку в межпространственный переход!

— Ай-яй-яй! — пропела Пинки, подпрыгивая на месте (копыта отрывались от пола вопреки всем законам гравитации). — Ты же знаешь, Тви, вечеринка без тележки — это просто… собрание! А мы не на собрание идём, мы на ПРИКЛЮЧЕНИЕ! — Она обернулась к Стрэнджу и Ванде. — Ой, а вы новые друзья? Вы выглядите так, будто вам срочно нужен торт! У вас есть торт? Нет? А хотите? Я могу испечь торт из ничего! Из воздуха! Из вашей магии! — Она жадно посмотрела на Кольцо Солита. — Это леденец?

Стрэндж медленно убрал руку за спину.

— Ванда. Закрывай портал. Немедленно.

Ванда шагнула к разрыву, подняла руки, и в них заклубился алый Хаос. Она начала сворачивать края портала, как лист бумаги. Но…

— Постойте! — Твайлайт метнулась вперёд, её рог засветился фиолетовым. — Если вы закроете его сейчас, космо-магия взорвётся! Восемь вселенных схлопнутся! Я не успела записать стабилизационную формулу, а моя память — не безразмерная, знаете ли!

Ванда замешкалась на долю секунды. Портала коснулся язык алого пламени. И в этот момент из него вылетело третье копыто — но не розовое, не фиолетовое. Темно-синее, с серебряной подковой и кристальным браслетом Королевства Кристалл.

Копыто вцепилось в плащ Стрэнджа и резко дёрнуло.

Стрэндж пошатнулся, взмахнул руками, и его магия измерений смешалась с Хаосом Ванды и магией Твайлайт. Получился взрыв.

Не разрушительный — а созидательный. Комнату залило светом, в котором смешались золото, лаванда, алый и розовый конфетти. Когда свет погас, портал исчез. Вместо него в воздухе висела идеальная радужная сфера — размером с баскетбольный мяч, пульсирующая, как сердце.

А в центре комнаты, зацепившись копытами за плащ Стрэнджа (который отчаянно пытался сохранить достоинство, но его тянули вниз), стояла третья пони.

Принцесса Луна.

Селестия бы сказала: «Моя сестра вернулась из тысячелетнего изгнания более спокойной». Но сейчас Луна была не спокойна. Она была в ярости. Её грива мерцала, как северное сияние в грозу, глаза горели белым, а из-под копыт вырывались искры.

— Ты! — прошипела она, глядя на Твайлайт. — Ты оставила мою сестру там! ОДНУ! С ДИСКОРДОМ!

— Я заберу книги! — пискнула Твайлайт. — Я просто за книгами! Пинки меня уговорила!

— О да! — подпрыгнула Пинки. — Я сказала: «Тви, а давай сходим в ту классную вселенную, где нет пони, но есть парни в железяках!», а она сказала: «Только если ты возьмёшь тележку»! Я взяла! А ты, — Пинки обернулась к Луне, — вообще как здесь оказалась?

Луна отпустила плащ Стрэнджа (маг рухнул на пол с глухим стуком) и выпрямилась.

— Я шла за вами через зеркальную комнату, когда поняла, что Дискорд следит за порталом. Я хотела его закрыть с той стороны. Но ваша магия… она неуправляема!

Ванда стояла в стороне, сложив руки на груди, и смотрела на эту сцену. Её губы дрогнули в странной улыбке — не саркастической, а почти… ностальгической.

— Стивен, — тихо сказала она. — Они говорят о дружбе так же серьёзно, как мы о Камнях Бесконечности.

— Я заметил, — проворчал Стрэндж, поднимаясь с пола. — ФРАЙДЕЙ, вызывай Мстителей. Всех. И скажи Старку, чтобы приготовил… не знаю… противоаллергенные средства. От розового.

«Мистер Стрэндж, вы уверены? Это 4:03 утра.»

— Я никогда не был менее уверен в своей жизни. Делай.

Радужная сфера в воздухе мерно пульсировала. Где-то в ней — в свёрнутом виде — лежала целая вселенная, полная магии дружбы, пирогов и летающих пони. А на полу святилища стояла княгиня Дружбы с растрепанной гривой, бог Хаоса Локи (временно невидимый, но наблюдающий через зеркало, потому что без Локи ни один кроссовер не начинается) и три пони, которые только что случайно спасли и обрекли миры.