Глава 9: Глава 9. Годрикова Впадина

С тех пор как вы окончили Хогвартс, мир вокруг окончательно сошел с ума. Замковые стены больше не защищали от реальности, а война, о которой раньше лишь шептались в гостиной Слизерина, теперь шла прямо на улицах. За эти три года вы повзрослели слишком быстро. Северус пропадал на тайных собраниях и до рассвета варил сложные яды для Темного Лорда, а его взгляд стал холодным и непроницаемым для всех, кроме тебя. Вы жили в небольшой конспиративной квартире, отрезанные от прошлого.В этот вечер в комнате горели лишь угли в камине и зеленоватое пламя под котлом. Ты медленно ходила по комнате, слушая мерное шуршание своей мантии, пока Северус сосредоточенно растирал в ступке ингредиенты.Наконец, ты остановилась и тихо произнесла:

— Сееев, ты слышал? У Лили родился сын...

Снейп резко замер. Его пальцы, сжимавшие пестик, побелели от напряжения. В полумраке его силуэт казался почти зловещим, а левое предплечье под плотной черной тканью рубашки едва заметно дернулось — Черная Метка словно отозвалась на это имя.

— Нет, конечно, Сев, я ни секунды не жалею, что осталась с тобой в этой темноте, — уверенно продолжила ты, сделав еще шаг по комнате и мягко посмотрев на него. — Но ты должен понять. Мы с Лили — друзья. Настоящие друзья, несмотря на то, какой факультет мы окончили и какие метки носят люди вокруг нас. Война войной, а она только что родила ребенка. И сегодня вечером она приглашает меня к себе.Северус медленно опустил ступку на стол. Он развернулся к тебе, и его бледное лицо казалось высеченным из камня. В темных глазах, где обычно царил лед, сейчас вспыхнул первобытный, дикий страх за твою жизнь, смешанный с застарелой, глухой обидой.

— Приглашает?.. — его голос упал до опасного, леденящего шепота. — Ты ходишь к ней? В дом Поттера? Ты понимаешь, ЧТО Лорд сделает с тобой, если узнает, что моя женщина ходит к гриффиндорцам? Тебя не спасет ни моя полезность для него, ни твоя чистокровность. Это безумие! - Он сделал резкий шаг вперед, тяжело дыша, и в упор посмотрел на тебя, отчаянно пытаясь найти способ защитить тебя от этой смертельной опасности.

— Это безумие! — повторил Северус, и его ладонь, все еще пахнущая горькой полынью, больно сжала твое запястье. -  Т/И, я запрещаю тебе. Слышишь? Запрещаю! - Ты ничего не ответила, чтобы не провоцировать новый скандал. Лишь мягко улыбнулась, коснулась его бледной щеки и кивнула, делая вид, что согласна остаться. Весь вечер вы провели в удушающем, тяжелом молчании конспиративной квартиры. Но ночью, когда измученный страхом Северус наконец уснул тяжелым, тревожным сном, ты тихо поднялась с постели. Накинув мантию и бросив последний, полный вины взгляд на его осунувшееся лицо, ты бесшумно трансгрессировала. Ты просто не могла бросить подругу. Годрикова Впадина встретила тебя тихим шурхом осенней листвы. В доме Поттеров горел мягкий, уютный свет. Лили, увидев тебя на пороге, удивленно ахнула, но тут же бросилась на шею, крепко обнимая.Вы прошли наверх, в детскую, и немного посидели у кроватки маленького Гарри. Лили налила чаю, вы тихо разговаривали, вспоминая школьные годы в Хогвартсе, смеялись шепотом, чтобы не разбудить малыша, и на пару мгновений показалось, что никакой войны за стенами этого дома нет. Лили благодарила тебя за то, что ты пришла, несмотря на опасность и разницу в факультетах. Но эта хрупкая иллюзия безопасности рухнула в один миг. Снизу раздался оглушительный треск — защитные чары дома лопнули, как мыльный пузырь. Джеймс в панике закричал из коридора: «Лили, это он! Бери Гарри и беги! Я задержу его!». Следом раздался грохот дуэли, тяжелый стук падения и леденящие душу, неторопливые шаги по лестнице. Шаги смерти.

— Т/И, боже, он здесь! Спасайся! Иди туда, быстрее! — в слезах закричала Лили, указывая на небольшую смежную комнатку-каморку прямо в углу детской. Но ты не могла оставить ребенка. Поддавшись защитному импульсу, ты рванулась к кроватке, подхватила маленького Гарри на руки и вместе с ним заскочила в каморку, с тихим щелчком заперев за собой деревянную дверь. Едва ты успела прижать к себе хнычущего малыша, как входная дверь в саму детскую разлетелась в щепки. Через узкую щель в дверном проеме тебе было видно все, что происходило в комнате. В детскую неспешно вошел Он. В полумраке загорелись его змеиные красные глаза. Лили не побежала. Она встала перед запертой дверью твоей каморки, закрывая вас своими силами, и упала на колени прямо перед Тёмным Лордом. Из ее глаз градом лились слезы, она протягивала к нему дрожащие руки, полностью сломленная страхом за своего ребенка, которого ты держала за стеной.

— Не Гарри! Только не Гарри! Пожалуйста, не надо! — умоляла Лили, и в ее голосе звенела такая нечеловеческая, разрывающая сердце боль, что у тебя перехватило дыхание. Ты крепче прижала к себе мальчика, закрывая ему ладонью рот, чтобы он не закричал.

— Отодвинься, глупая девчонка... Отойди, Лили! — прошипел Волан-де-Морт, брезгливо глядя на нее сверху вниз.

— Я сделаю все, что угодно! Убейте меня, убейте вместо него! Пожалуйста... пощадите его... только не Гарри! — продолжала кричать она, цепляясь пальцами за подол его черной мантии.

— Последнее предупреждение, отодвинься! — его голос сорвался на ядовитый шепот.

— Нет! Не трогайте Гарри! Убейте меня!..

Зеленая вспышка Авада Кедавра на секунду ослепила тебя сквозь щель в запертой двери. Глухой стук. Лили упала на пол, ее рыжие волосы разметались, а зеленые глаза навсегда остекленели. Она отдала свою жизнь за сына, которого Лорд теперь безуспешно искал взглядом в пустой кроватке. Поняв, что мальчик за дверью каморки, Волан-де-Морт вскинул палочку и направил смертельное заклятие прямо в стену. Но древняя магия жертвенной любви Лили, окутавшая Гарри в твоих руках, сработала как зеркальный щит. Заклятие срикошетило обратно в Тёмного Лорда. Раздался страшный, неестественный взрыв, от которого весь дом содрогнулся до самого основания. Взрывная волна чистой, яростной магии разнесла стены детской и ударила по твоей каморке. Хлипкую дверь, за которой ты стояла, с корнем вышибло внутрь. Потолок над твоей головой треснул, и с грохотом обрушилась старинная хрустальная люстра и тяжелые стеклянные плафоны. Крупные, острые осколки хрусталя и стекла с силой полоснули тебя по лицу и плечам. Одна из граней глубоко рассекла кожу на лбу. Горячая, густая кровь мгновенно залила левую сторону лица, пачкая мантию и капая на обломки у твоих ног.Но ты не издала ни звука. Шок от увиденного убийства Лили, оглушительного взрыва и осознания произошедшего полностью парализовал твой разум. Ты не чувствовала физической боли. Ты просто медленно опустилась на пол прямо среди битого хрусталя, стекла и обрушившихся досок, по-прежнему намертво, судорожно прижимая к своей груди притихшего, испуганного Гарри.Ты сидила неподвижно. Твой взгляд замер, превратившись в стеклянную, безжизненную маску. Ты смотрела в одну пустую точку перед собой на полу, абсолютно не реагируя на капающую со лба кровь, на то, что Тёмный Лорд исчез, оставив после себя лишь горстку праха, и на обломки вокруг. Твой разум просто отключился, спасая тебя от безумия, но материнский инстинкт заставил твои руки намертво заблокировать ребенка в защитном замке.

Прошло около получаса. Внизу раздались быстрые, панические шаги. Кто-то бежал по лестнице, спотыкаясь на обломках разрушенного дома.Дверь в детскую с грохотом распахнулась. В комнату ворвался бледный, как полотно, Северус. Его черные глаза в ужасе расширились, когда взгляд упал на бездыханное тело Лили, лежащее на полу. Но Снейп не издал ни звука. Шок и сдавившее горло горе были настолько сильными, что из его груди не вырвалось даже вздоха. Он просто застыл на месте, превратившись в бледную тень самого себя.Его блуждающий, полный безумия взгляд почти сразу метнулся в сторону. Он увидел выбитую, сорванную с петель дверь смежной каморки.Там, среди груды разбитого сверкающего хрусталя и капель крови, сидела ты. Окровавленная, пугающе неподвижная, со взглядом, устремленным в пустоту. Твои побелевшие пальцы мертвой хваткой сжимали притихшего, испуганного Гарри.Ты продолжала отрешенно смотреть в одну точку перед собой. Лицо оставалось бледной, каменной маской, но в этот момент из твоего глаза медленно покатилась и потекла по щеке одинокая, прозрачная слеза, смывая дорожку из засыхающей на коже крови. Эта слеза была единственным знаком того, что твоя душа еще не окончательно покинула тело.Северус мгновенно перешагнул через обломки и упал перед тобой на колени, тяжело и прерывисто дыша. Его руки судорожно дрожали, когда он осторожно, боясь порезаться о торчащие вокруг осколки стекла, коснулся твоих плеч.

— Т/И... — его голос сорвался на тихий, отчаянный шепот, в котором смешались величайшее горе и дикое, неистовое облегчение. — Боже, Т/И, посмотри на меня... 

Ты закрыла глаза и повернулась к нему.

— Сев… — этот едва слышный, сорвавшийся с твоих губ шепот прозвучал в мертвой тишине разрушенной детской громче любого взрыва.Северус вздрогнул. Услышав свое имя из твоих уст, он зажмурился, и по его собственной бледной щеке покатилась редкая, горячая слеза. Он еще крепче прижал тебя к себе, утыкаясь лицом в твои спутанные волосы, испачканные хрустальной пылью.

— Я здесь. Я с тобой, — судорожно зашептал он, и его голос сорвался от переполнявших его чувств. — Больше никакого мрака. Я держу тебя.

Рев мотора на улице становился всё ближе и громче — это Сириус Блэк на своем летающем мотоцикле уже садился у ворот дома, а следом за ним спешил огромный Хагрид. Пространство вокруг вас начало вибрировать от приближения чужой магии. У вас оставались считанные секунды.Северус аккуратно, но настойчиво накрыл твои руки своими ладонями, помогая тебе ослабить хватку и перехватывая притихшего Гарри.

— Давай заберем его с собой... Пожалуйста... — твой умоляющий, сорвавшийся на грани слышимости шепот заставил Северуса замереть.Он посмотрел в твои полные слез и боли глаза, затем на маленького Гарри, который доверчиво прижимался к твоей окровавленной мантии.

— Держись за меня. Крепко, — глухо выдохнул Северус, помогая тебе подняться среди хрустальных осколков и перехватывая Гарри.Он уже вскинул палочку, готовясь к трансгрессии, как вдруг пол под вашими ногами тяжело задрожал. Дверной проем детской перекрыла огромная, массивная тень. В полуразрушенную комнату, тяжело дыша и утирая слезы грязным огромным платком, вошел Хагрид. Он замер на пороге. Его большие глаза-бусины округлились от изумления, когда среди дыма, обломков люстры и хрусталя он увидел не только плачущего Гарри, но и вас двоих. Северуса — бледного, яростно сжимающего палочку, и тебя — окровавленную, прижимающую к себе ребенка.

— Профессор Снейп?.. Т/И?.. — прогудел Хагрид, и его голос дрогнул от растерянности. — Вы... вы чего тут? А как же... Лили? Джеймс? Боже ж ты мой...

Он сделал шаг вперед, из-за чего хрусталь под его огромными сапогами с жутким треском разлетелся в пыль. Хагрид протянул свои огромные, как суповые тарелки, ладони к ребенку.— Дамблдор... директор послал меня. Велел забрать Гарри. Сказать, что его надо в безопасное место, к маглам...Отдайте мне его, заверну в одеялко...

Северус мгновенно сделал шаг вперед, закрывая тебя и мальчика своей широкой черной мантией. Его взгляд стал ледяным и опасным, а палочка была направлена прямо в грудь полувеликана. Снейп не собирался отдавать сына Лили, которого ты только что умоляла забрать с собой.

— Мы забираем его, Хагрид, — отчеканил Северус, и в его голосе звенела стальная решимость. — Передай Дамблдору, что опоздал.

Снейп покрепче перехватил тебя за талию и уже взмахнул палочкой, но Хагрид, движимый слепой верностью приказу Дамблдора, оказался быстрее, чем можно было ожидать от его огромного тела. Понимая, что профессора сейчас исчезнут, великан с глухим ревом шагнул вперед и протянул свои огромные, как щиты, ладони. Из-за шока и слабости твои пальцы не смогли удержать младенца против невероятной силы полувеликана. Хагрид аккуратно, но решительно выхватил завернутого в одеялко Гарри прямо из твоих рук в секунду взмаха палочки Северуса.

— Прости, Северус... Прости, Т/И, но директор велел... — только и успел прогудеть Хагрид.Раздался оглушительный хлопок трансгрессии. Пространство разорвалось. Ты успела лишь вскрикнуть, когда твои пальцы вместо теплого тельца ребенка поймали пустоту.Вы с грохотом приземлились на пол вашей конспиративной квартиры. За окном все так же монотонно стучал дождь, но здесь, внутри, воцарилась гробовая тишина. Гарри с вами не было. Он остался у Хагрида.