Глава 1: Глава 1: Terra Nova

Великая экспедиция армии Ютланда под началом северного Ярла Манфреда Анейрсона началась в 1089 году от сошествия. Целью экспедиции было добраться до затерянного в Пустошах Нихилита города, что в эпоху древности назывался “Домом Тысячи Солнц”. По легендам, зародившимся далёкие тысячи лет назад, там, в великой пирамиде Первого Солнца, была заточена греховная душа Нихилита - всемогущего бога хаоса, который даже будучи заточённым, мог одними лишь эманациями собственной силы превращать тысячи километров земель в выжженные пустоши, кои и были названы его именем.

 Найдя этот город, Ярл Манфред намеревался навсегда уничтожить божество, либо, если сей подвиг невозможен, то попытаться укрепить оковы, сдерживающие зло.

 Высшее общество, в свою очередь, посчитало, что экспедиция - благородное дело и для её успеха следует приложить куда больше, чем ресурс одного северного царства. С согласия своих монархов сотни рыцарей и десятки феодалов союзных королевств изъявили желание пойти в авангарде и приложить все усилия, дабы избавить мир от отголосков древнего зла. 

Одним из этих благородных рыцарей, отозвавшихся на зов, был Густав ап Лансере, верный слуга Гаэтлейн - Королевы Семи Добродетелей.

В народе Густава прозвали “Рыцарем Весны” за свою ревностную веру в богиню жизни Вивиест и за верность добродетели милосердия.

На сборы Густав прибыл со своим рыцарским крылом в две дюжины отборных солдат, но к его сожалению, прибыл одним из самых последних. Путь, проделанный от самого севера к самому югу континента был далеко не самым быстрым, но уж точно самым выматывающим.

Через силу чеканя шаг, рыцарь явился в походный шатёр ярла Манфреда, кроваво-красный шёлк шатра и реющее знамя не давали спутать его с другими. Внутри шатра было светло от магических ламп, всё убранство было обставленно излишне громоздкой мебелью, а каждый дюйм воздуха пропах табачным дымом. За столом с раскрытой на нём картой восседал настоящий великан ростом чуть больше 3 метров. Был он совсем не человеком, а крылатым гуманоидом чрезвычайно мощной комплекции, таких как он называли расой тильвов.

 У ярла были длинные платиновые волосы, заплетённые в хвост, мужественные черты лица и пробирающие до ужаса янтарные глаза с вертикальными зрачками и огромные перепончатые крылья за спиной.

Как только Густав вошёл в шатёр, ярл искренне усмехнулся, так, словно увидел давнего друга.

-Густав, я уж думал ты не явишься. Впрочем пунктуальность никогда не была твоей сильной стороной. - Манфред тяжело выдохнул, было понятно, что старый ярл припомнил одну из давних провинностей стоящего перед ним рыцаря.

-Эх, ладно, присаживайся! Мне есть чего тебе рассказать, старый друг. - Ярл легко махнул рукой, этим жестом намекая занимать любое место.

-Благодарю, ваша светлость. - Рыцарь быстро снял роскошный шлем с плюмажем и после того как положил его на стол, позволил себе сесть. Лицо рыцаря было до невозможного прекрасным, острые черты, ровный нос, голубые, как сапфиры, глаза, кожа без единого дефекта и средней длинны белокурые волосы, частично выцветшие в седой на кончиках. Он был похож на человека, но обладал слишком идеальными данными, отчего обывателю его вид мог казаться либо распрекрасным, либо чрезвычайно ужасающим.

Ярл тем временем протянул через стол дорогую сигару. Такие производят лишь на далёких южных архипелагах. Когда Густав принял подарок, ярл молвил.

-Оставь эти формальности, Густав. Век назад мы успели пройти плечом к плечу достаточно дерьма, чтобы обращаться к друг другу не по титулу, а по имени.

Густав зажал сигару в зубах, надрезал кончик порывом магии, видом напоминавшей лезвие из цветущих лепестков, а затем щёлкнул пальцами, с них вмиг сорвалась красная молния, заставившая табак тлеть. Выпустив колечко дыма, рыцарь наконец-то улыбнулся.

-Ах, со всеми этими делами в столице я уже забыл каково это говорить не на вы.

Ярл издал смешок и перебил когтистыми пальцами по столу.

-Сколь стремительны пески времени. Как вчера помню, как Ярл Вергест выбивал из тебя дурь за отсутствие этикета, а теперь ты сам, пожалуй и его мог бы чему-то обучить.

Густав с кривой от стыда улыбкой потянулся к серебряному графину с вином. Налив по полкубка, он передал один своему другу, а из второго сделал глоток сам.

-Я уж и забыл, что из твоих уст может литься похвала, Манфред. Но вам стоит научиться сглаживать некоторые углы.

Ярл пожал плечами и за один глоток осушил весь кубок, а затем на выдохе произнёс.

-А я забыл, что ты обожаешь ходить вокруг да около. 

Густав поджал губы и прищурился, делая вид, будто недоволен. Но недовольство собеседника не беспокоило и тот продолжил речь.

-Завтра мы пересечём границу пустошей. Я не собираюсь хватать звёзд с неба, Густав, и уверен, что взять Город Тысячи Солнц этой первой экспедиции не удасться.

На карте, что была разложенна на столе, из ветров эфира образовались 4 шахматные фигуры, изображающие ладью. Находились они в весьма выгодных географических местах.

-Я рассчитываю сделать несколько опорных пунктов и лишь после этого пытаться искать усыпальницу Нихилита.

Прежнее выражение лица Густава сменилось на задумчивое, он разок кивнул и затем ответил.

-Выходит первая экспедиция должна стать достаточно известной, чтобы дальнейшие её превзошли в численности войска?

Ярл сложил руки в замок широко улыбнулся.

-Ты ясно видишь картину, Густав. Этому делу не достаёт престижа и значимых лиц у его основания. Именно поэтому я и дожидался твоего прибытия.

Выдержав небольшую паузу, Манфред продолжил.

-Ты известен, о твоих подвигах поют баллады, а за сим ты станешь одним из светочей авангарда. Я ведь могу положиться на твоё красноречие?

Густав допил вино из кубка, а затем поднялся со стула и опустил рыцарский реверанс в конце приложив ладонь к сердцу.

-Долг рыцаря - вести людей в бой. Мчась впереди всех.

Манфред тоже встал во весь свой внушительный рост и положил свою тяжёлую руку на плечо рыцаря, даже не обходя стол, а просто протягивая её над ним.

-Даже если тебе придётся исполнять роль бумажного льва, я позабочусь о том, чтобы наградить тебя по достоинству.

Густав в ответ поднял лежащий на столе шлем и ответил, надевая его обратно.

-Не стоит. Ты и так сделал для меня так много, что я порой боюсь, что даже моей вечной жизни не хватит, чтобы за всё это отплатить.

Манфред закатил глаза и с ехидством произнёс.

-Так и сказал бы, что хочешь чтобы я больше не вспоминал про Кронген.

На этом разговор завершился, у Рыцаря Весны было мало времени на придумывание речей или знакомства с другими рыцарями союзных войск, поэтому он предпочёл отдохнуть после долгого пути, попутно приказав своим подданным заниматься тем же.

Поутру он был свеж, его доспех сверкал на алом рассветном солнце так, словно был скован из застывших языков пламени. С таким величественным видом он оседлал своего верного грифона и двинулся к построению кавалерийского полка. Таким было начало великой экспедиции.

Многим позже, когда все войска были собраны, стяги высоко подняты и построения уже шли стройным маршем, Густав вёл кавалерию, держась впереди всех и неся знамя собственного рода.

По набросаному в голове плану он должен был произнести воодушевляющую речь, когда будет пересечена граница пустошей. Об этой речи он задумывался почти весь день, даже когда доводилось сталкиваться с редкими горстками чудовищ, он, размахивая клинком, больше думал не о победе, а о том, как своими словами поднять моральный дух и исполнить просьбу ярла Манфреда.

С мыслями, что всё должно было произойти идеально, едва лишь увидев, как ярко-зелёная весенняя трава сменяется потрескавшейся землёй, свойственной пустошам, Густав ускорился, погнав грифона в три креста. Сейчас он должен был отъехать достаточно далеко от построения, чтобы его фигуру видели и слышали все всадники полка. Так он желал произвести наибольший эффект.

Он мчался вперёд, ветер свистел, его буйные потоки разбивались о сверкающие доспехи. Зловещая сила пустошей тотчас стала давить на могучее тело Густава, но сокрушить не могла. По итогу заняв желаемую позицию на невысоком холме, Рыцарь Весны стал кричать, усиливая голос эфиром и сопровождая каждое слово разрядом красного грома.

-Внемлите слову моему. О, бесстрашные воины добродетели!

Кавалерия замедлилась, лицезрев пламенеющую речь своего командира, кони некоторых из всадников даже поднялись на дыбы.

-Уверен вы знаете, что наш поход благословлён всеми богами, что мы есьм клинок в их всеведущих руках, что деяниями своими мы делаем услугу не одним лишь себе, но и тем, кто будет жить через век, нет спустя многие тысячи лет после!

Густав наблюдал за тем ошеломляющим эффектом своих слов и не понимал отчего же вся кавалерия столь внезапно стала отступать подальше, отчего строй покрыл такой сильный гомон и гнетущее волнение.

Сквозь всю какофонию удалось расслышать слова собственного оруженосца.

-Сэр Густав! Червоточины!!! Аномальный эфир! Он повсюду!

-Ах да, это ведь гробница бога хаоса… - Полушёпотом про себя сказал Рыцарь Весны, прежде чем утонуть в беспросветной тьме червоточины, образовавшейся под лапами собственного грифона.

Сразу же Густав ощутил на себе давно позабытое чувство. Чувство, словно тело и душу, каждый атом и эфирную саэнтикулу растягивают в тончайшие нити неизмеримой длины.

Единственное, что он мог - это ощущать как его тянет в бесконечность. В данном состоянии невозможно было даже сформировать простейшую мысль на которую возможно отвлечься хоть на миг.

Но пытки никогда не длятся вечно, их либо завершает смерть, либо они заканчиваются сами собой. Так случилось и в этот раз.

Абсолютная тьма сменилась ярким светом, боль сменилась приятным весенним бризом, окатывающим кожу, а тишину заменил громкий шум города и речь на неизвестных языках.

Густав понял, что как и во время своей речи восседал на верном грифоне, вот только находился он посреди какого-то очень людного парка, окружённого высокими каменными башнями с огромными окнами. Повсюду здесь стояли люди, одетые в дешёвую и неприталенную, но очень яркую одежду. Люди выглядели довольными, гуляя по аллеям, а их дети веселились и играли с какими-то работниками, одетыми в карнавальные костюмы, вероятно шутами-скоморохами. Некоторые из этих детей стали обращать внимание и на благородного рыцаря.

-Mom! Look it’s a real knight! - Один из особо смелых мальчишек повёл свою мать за руку, напрямик к Густаву. Не особо понимая происходящее и речь ребёнка, Густав просто поднял забрало шлема и смотрел, выжидая возможности задать вопрос.

Подойдя ближе, ребёнок смело подошёл к Грифону, которого, наверное, считал декорацией и принялся позировать. Пару раз странное устройство в руках женщины сверкнуло, а затем она сказала что-то на непонятном языке.

-Can my son get on the saddle?

Ощущая дружелюбные эманации души женщины, Густав улыбнулся, восприняв непонятные слова как комплимент. Тем временем ребёнок попытался залезть на грифона и чуть не оступился. Густав помог ему, подхватив за руку в момент касания, ему довелось считать много информации из души ребёнка. В основном он акцентировал внимание на воспоминаниях об языке. И сильно об этом пожалел.

-Так выходит дитя посчитало меня одним из скоморохов… - Густав протяжно выдохнул и слез с грифона, после того как мать с ребёнком ушли.

-В какое же захолустье я попал, раз они не признали мой герб, а Тюр? - Рыцарь похлопал своего грифона по загривку и тот в ответ потёрся гладким клювом о лицо.

Пока Густав жаловался на происходящее своему грифону, к нему успели подойти двое мужчин в странных доспехах с надписью “Security”. Один из них сказал что-то в чёрную коробку с торчащей из неё палкой и получил оттуда неразборчивый ответ. Как только это произошло, мужчина в странном доспехе довольно ухмыльнулся и сказал рыцарю.

-Эй, ты. Если хотел поработать аниматором, то стоило записаться заранее.

Уже достаточно хорошо обработав знания о местном языке, полученные из душ прошлых визитёров, Рыцарь весны ответил.

-Приветствую вас, гордые блюстители закона. Имя мне Густав ап Лансере, я владыка замка Перскерам, верный вассал Её Величества. - В доказательство Густав поправил рыцарский пояс с гербом из чистого небесного титана и прочей отличительной геральдикой.

-Не могли бы вы назвать мне имя вашего сюзерена? У меня есть к нему неотложное дело. От этого зависит судьба мира! - Властно подняв кулак над головой, мол в его руках будущее вселенной, Густав оглянул двоих стражников.

Стражники с тупым видом переглянулись друг на друга, а потом один из них, почёсывая затылок, сказал.

-Он в своём костюме перегрелся что-ли?

Второй пожал плечами и ответил.

-Может просто припизднутый? Про какую-то блядскую королеву чешет…

Как только эти слова сорвались с уст мужчины, над ним стал возвышаться угрожающий силуэт Густава, который прежде стоял в пяти-шести метров от охраны. Стражник просто не успел увидеть как этот двухметровый великан оказался перед ним.

-Как… Как ты это сделал? - Охранник и его коллега схватились за тазеры, лежащие в поясной кобуре.

-Я могу допустить грубости по отношению ко мне, но ты, плебей, умудрился опорочить имя Королевы Семи Добродетелей.

Со свистом рассекая воздух, витой клинок фламберга оказался у шеи дрожащего охранника и застыл в сантиметре от неё.

-Я дам тебе лишь два выбора, склонить голову и молить о прощении, либо сложить голову во искупление своего греха.

Колени мужчины подкосились и тот упал, его коллега в ужасе выстрелил из тазера, но его электрод просто завис в воздухе после выстрела. Дрожащий охранник взмолил.

-Прости, прости, мужик, христа ради. Я не знал, что ты из “сверхов”!

Бровь рыцаря приподнялась и продолжая держать клинок над головой провинившегося, он спросил.

-”Сверхи”, о чём ты, смерд? Это какой-то рыцарский орден?

Истерически улыбаясь, охранник поднял голову, смотря в грозный лик Густава и молвил дрожащим голосом.

-М-мистер, сверхи - э-это сверхлюди. Т-таак на-называют тех, к-кто по-получил особые с-силы, попав в ра-разлом.

Густав отпустил рукоять меча, но тот не упал, а повис в воздухе, покрывшись разрядами молний, а освободившиеся руки сложил за спиной.

-Как всё сложно, стоит получить ответ на один вопрос, как появляется три новых. Ладно, если ты ответишь на три моих вопроса, то я приму твои извинения.

Склонившийся мужчина быстро закивал, умоляюще сложив ладони.

-Во-первых где я нахожусь и какой сейчас год. Во-вторых где я могу встретить твоего сюзерена. И в-третьих что это за разломы, о которых ты говорил.

Без промедления, едва дослушав рыцаря, охранник стал второпях отвечать.

-Вы в Соединённых Штатах Америки, Нью-йорк, двадцать пятое авеню. Если второй вопрос про президента, то он, эм… В Белом Доме, наверное.

К третьему вопросу охранник отнёсся очень серьёзно и довольно долго подбирал слова.

-Разломы же… Я плохо знаю точно, н-но кажется они появились лет 15 назад, вроде в 2003 году. Когда в них отправили учёных, из них сразу повалили чудовища, а-армии сильных стран смогли убить тварей и тогда стали изучать как закрыть разлом. А. И это, сверхами, про которых вы спросили до этого, становятся те, кто убьёт всех тварей разлома и закроет его.

С каждым словом лицо Густава мрачнело всё сильнее. На родном миленитском языке он сказал.

-Лучше бы ты врал или сошёл с ума... Выходит меня перенесло к каким-то примитивным варварам, что даже об эфире не слыхали. - Приложив ладонь к лицу, Густав попытался умерить свои эмоции и придумать способ вернуться обратно. Из длительных размышлений его вывел звук выстрела и шум мигалок. Полиция Нью-Йорка оцепила место потасовки и открыла огонь по не реагировавшему на приказы “преступнику”. Экспансивные пистолетные пули отскакивали от доспеха рыцаря, даже не оставляя царапин. То же самое можно было сказать про разозлившегося грифона, облачённого в кольчужную попону.

-У него разломный броник, сержант Иннес, заряди цельнометаллические. - Полицейские суетились и пытались вести заградительный огонь. Грифону Тюру подобное не понравилось и он просто улетел ввысь, продолжая кружить вокруг хозяина, а вот сам Густав напротив воодушевился, попутно словив очередную пулю грудью.

С широкой улыбкой на лице, Густав развёл пустые руки в стороны и направил лицо в сторону скопления полицейских.

-Стража, я, так уж и быть, сдаюсь на милость вашему кастеляну.

Из-за громкой стрельбы Густав не пытался кричать, используя пассгнозис, который тут называют телепатией, он передал эту информацию в мозг атакующих.

Пальба действительно прекратилась, правда не сразу. Ещё с дюжину пуль успело влететь в тело и даже одна попала в глаз, сделав из расплющенного металла импровизированный монокль.

-Наигрались со своими пистолями? Ведите меня в замок!

С изумлённым видом полицейские принялись задерживать сдавшегося “Сверха”, поговаривая о том, что он окончательно двинулся. Полицейские попытались оказать давление и хотя бы избить рыцаря или снять с него ножны, но получилось только надеть наручники и то не сразу.

После этого рыцарь оказался в полицейской машине, из-за своего роста Густаву было чертовски тесно на задних сидениях, поэтому по дороге он распрашивал полицейского.

-Что это за механическая повозка?

-Это седан, придурок двинутый.

-И почему мы здесь остановились?

-Потому что здесь светофор.

-А что это щёлкает при поворотах?

-Поворотники…

-А как тебя зовут?

-Билл.

-Уильям, значит. Должно быть непросто работать в таких условиях, не так ли?

-Да, та ещё работёнка… Блять! Нахрена я вообще тебе отвечаю!?

-Расслабься, порой каждому нужно выговориться.

На удивление разговорить чувствительного полицейского удалось и за время поездки Густав узнал многое: от того что Билл в феврале расстался с Меган, до того, что к “Сверхам” почти всегда после задержания применяется амнистия, если они никого не убили.

-Хорошо поговорили, сэр Густав. Надеюсь тебя долго мариновать не будут. - Заметно повеселевший полицейский Билл аккуратно открыл заднюю дверь седана и помог рыцарю выйти.

-Да, было приятно познакомиться, юный полицейский. Прежние встречи с народом америки заставили усомниться в его морали, но кажется всё не так плохо. - Двое медленно брели в полицейский участок. После завершения всей волокиты с бумагами Густав попал в одиночную камеру задержания, где ему было велено дождаться проверки отчётов со слов очевидцев и вызова в допросную, лишь после этих процедур он мог письменно обратиться к начальнику департамента.

Глядя в белый, как лист бумаги, потолок, Густав сказал.

-Ненавижу бюрократию.