Глава 22: Глава 21

Глава 21

28

0

Nот Nastya_A
Поделиться

Время бежало, так стремительно, что зима наступила несколько неожиданно. Только вчера были дожди, грязь и слякоть под ногами, а сегодня уже белый, пушистый снег лежал, укрывая все вокруг. Завывали ветра, проникая во все щели. Гарри так и не выучил согревающие чары и Тео взял себе в обязанности наводить их на своего друга всякий раз, как тот начинал дрожать, не желая, чтобы тот заболел.

Приближалось Рождество. Праздник, которого ждали все по разным причинам. Единственный, кто не радовался приближающемуся празднику — это Гарри Поттер. Слишком много у него было плохих воспоминаний об этом дне. И умом он понимал, что его жизнь изменилась, но память стереть трудно. Как мальчик узнал, все с его факультета собирались уезжать на каникулы домой. Сначала Гарри испугался, что школа закроется на праздники, а ему совершенно некуда идти, но Поттера быстро успокоили, что на каникулах можно остаться в замке. Вот только тот факт, что он оставался совершенно один на целых две недели несколько нервировал. За три с половиной месяца мальчик совершенно отвык от одиночества. Когда каждый день вокруг крутятся десятки людей, и ещё столько же, если не больше, стараются ввести в беседу, невольно становилось теплее на душе. Гарри даже сам себе стеснялся признаться, что ему нравилось чувствовать себя если не равным членом коллектива, то хотя бы, не изгоем, как это было в начальных классах маггловской школы.

И вот сейчас мальчик стоял на улице, укутанный в тёплую зимнюю мантию посреди двора, где рассаживались в кареты все ученики. На душе было пусто, холодно и одиноко, но он изо всех сил улыбался и махал руками, чтобы не расстраивать друзей, которые сильно переживали, поняв, что Поттер остался беззащитен перед возможными опасностями. Маркус Флинт утром прочитал ему длинную лекцию по выживаемости в случаях нападения, но Гарри успокоил его, сказав, что будет проводить как можно больше времени в зоне видимости декана.

Наконец, когда последний Слизеринец скрылся за главными воротами, мальчик развернулся и потопал в свои ледяные подземелья. Снимать зимнюю мантию, он даже не планировал, понимая, что околеет окончательно. Тео оставил ему хоть для какой-то компании свою белоснежную мышку Линни. Поэтому Гарри поставил клетку на свою тумбочку и принялся с восторгом глядеть, как та взбирается по стенкам своей уютной клетки и с громким “шмяк”, падает на подстилку, снова начиная подъем.

За временем мальчик совершенно не следил, а потому немало удивился, когда в спальню со стуком вошел профессор Снейп.

- С вами все в порядке, мистер Поттер? - спросил тихо мужчина, присаживаясь на Ноттовскую кровать.

- Да, сэр, - кивнул головой Гарри, не отрываясь от созерцания деятельности питомца.

- Почему вас не было на обеде? - декан внимательно осмотрел подопечного, и, заметив, что тот сидит в зимней мантии, заметно нахмурился

- Ой! - подскочил Поттер. - Уже обед? Я как-то потерялся во времени…

Как назло его желудок именно в это время решил проявить себя и громко заурчал, ругая забывчивость хозяина. Мальчик мысленно отругал собственный орган, что тот сам виноват, что не напомнил о себе ранее.

- Почему вы не разделись? Если недомогаете, обратитесь в больничное крыло, - профессор явно сдерживал порыв проверить температуру ребёнка ладонью, судя по руке, которая все время то поднималась, то возвращалась на свое колено.

- Просто пока согревающие чары не освоил, вот и греюсь одеждой, - пожал плечами мальчик и улыбнулся, когда мужчина взмахнул палочкой и по его телу сразу пробежал поток горячего воздуха.

В мантии стало сильно жарковато, отчего Гарри поспешил от неё избавиться. Его желудок вновь громко завозмущался, что на него не обращают внимания и мальчику оставалось только краснеть и прятать глаза, рассматривая собственную обувь.

- Трипио, подай обед на одного человека, - зельевар озвучил странный сигнал, заставивший Поттера удивленно поднять глаза на мужчину.

Мгновенно между профессором и студентом возник маленький столик, а на нем несколько тарелок. Гарри восторженно оглядел накрытую поляну.

- Сэр, а что такое Трипио? - заинтересовался мальчик, налегая на говяжью запеканку.

- Имя домовика, - пояснил профессор Снейп невозмутимо.

- А кто такие домовики? - продолжал любопытствовать Гарри, зная, что уж кто-кто, а профессор точно не осудит его за поток вопросов.

- Маленькие помощники. Они помогают магам готовить еду и поддерживать замок в чистоте, - ответил декан с лёгкой задумчивостью.

- Спасибо, Трипио! - поблагодарил ребенок неведомого помощника.

Где-то рядом послышался счастливый писк, и мальчик принял это за «Пожалуйста!»

- Мистер Поттер, - задумчиво проговорил мужчина, как только тот закончил поздний обед. - Мне нужно будет уехать ненадолго. Предположительно до вечера. Вы останетесь один, но за вами будет присматривать директор Дамблдор, он уже в курсе событий. В любой момент, когда вам понадобится помощь, можете обращаться к нему. Пароль от его кабинета «Воздушный зефир».

- А вы куда? - замер в опасении Гарри.

- У меня есть дела вне школы, которые я могу выполнить только на каникулах, - уклончиво ответил профессор Снейп. - Так же, пока меня не будет, за вами будет присматривать привидение факультета, Кровавый Барон. Он будет летать в пределах вашего голоса. Поэтому, вам только понадобиться позвать его. И ещё, зная, что за временем вы не следите, я оставляю вам домовика Трипио. Он будет напоминать вам о необходимости посетить Большой зал. Все понятно?

Поттер тихо кивнул головой. Настроение, итак не очень положительное, скатилось на дно окончательно. Впрочем, каким бы ни был этот одинокий день в Хогвартсе, хуже, чем у Дурслей, быть точно не может.

- И когда вы уезжаете? - с тоской спросил Гарри.

- Прямо сейчас, - непреклонно ответил профессор Снейп. - И я очень надеюсь, что за время моего отсутствия вы не вляпаетесь в никакую историю!

Мальчику оставалось только согласно кивнуть и проводить декана печальным взглядом.

***      Северус Снейп немало удивился, когда в начале декабря получил письмо от Джеральда Пьюси, который очень просил о встрече в первый день каникул, как только дети сядут в поезд, чтобы успеть поговорить до того момента, когда они приедут. Мужчина долго думал, соглашаться на встречу или нет. Видимо дядя одного из его студентов уловил нерешительность зельевара и прислал второе письмо, на этот раз более требовательное. И если в первом не было ничего подробного, кроме просьбы явиться к нему домой на конфиденциальный разговор, то во втором было множество намеков, в которых между строк был ясен повод для беседы. Сначала Джеральд вспомнил, как приходил в Хогвартс в сентябре и сожалел, что не успел повидаться с племянником. Затем вскользь упомянул, что любой колдомедик, работающий в Мунго, имеет доступ ко всем историям болезней всех пациентов, даже если эти самые пациенты лечились инкогнито. Потом вспомнил, что любой лекарь давал клятву Гиппократа, в котором любая тайна пациента остаётся только между врачами, больным и сопровождающим и никакая магия эти секреты раскрыть не в силах. И под конец рассказал про замечательные письма Эдриана о школьных буднях, о преподавателях и студентах, особенно первого курса, где учится его давний друг. В общем, нужно было быть совсем идиотом, чтобы не понять, что старший Пьюси желает поговорить о Поттере. Но оправдывал ли этот риск себя или стоило перестраховаться? Было непонятно.

Нет, известно, что Джеральд колдомедик и постфактум являлся нейтральным пацифистом по долгу службы, за этим следили многочисленные клятвы, обеты и прочие магические предосторожности. Разговор с ним был полезен и Северусу, и Гарри, и всему магическому обществу, учитывая связи старшего Пьюси по всему миру. Но если говорить со специалистом по лечению от проклятий откровенно, это значит рассказать о многих тайнах Дамблдора, чего старик естественно не одобрил бы. Но, вопреки ожиданию, когда Снейп подошёл к директору, сообщая о письмах старшего Пьюси, тот заметно воодушевился и дал полную свободу зельевару на всевозможную и квалифицированную помощь Поттеру.

Особняк Пьюси был шикарным. Большой камин из серого камня со вставками изумрудного. Вряд ли это настоящий драгоценный металл. Полы были из светло-серого мрамора с зелёной ковровой дорожкой. На высоком потолке огромный светильник на несколько десятков свечей. По левую руку располагалась каменная лестница с резными перилами из темно-зеленого дерева. Под ней были две небольшие, незаметные двери, скорее всего ведущие в служебные помещения. По правую руку были высокие, тяжёлые, деревянные двери с изумрудными узорами.

Перед мужчиной бесшумно материализовался домовой эльф, стоя с ровной прямой спиной и спрятанными руками за спиной. Северус впервые видел настолько опрятного домовика. На нем был белоснежный фартук, который закрывал всё маленькое тельце от плеч до коленок. На его голове была такая же белоснежная шапочка, закрывающая длинные уши. Он был молодым, здоровым и полным сил.

- Тинки приветствует вас в славном доме Пьюси, - забавно, но речь эльфа была чистой и понятной, чем-то напоминая голос человеческого ребёнка. В ней отсутствовали даже часто встречающиеся грамматические ошибки, значит, что, скорее всего, его обучением занимались. - Будьте любезны назвать своё имя.

Интересно, что раньше Снейп ни разу не видел взрослых домовиков. Как правило, он видел детей. У них были тонкие пищащие голоса. Чуть реже он встречал старых, с их скрипучими и ворчливыми.

- Северус Снейп. Меня приглашал Джеральд Пьюси, - отчитался мужчина.

- Хозяин ждёт вас в кабинете, - склонил голову Тинки, не сгибая ровную, как столб спину.

Невольно у мужчины мелькнула мысль, что кто-то в этой семье явно воспринимал этого домового эльфа, как равного. Это явно было непривычно. Все-таки чаще этих созданий вообще не принимали всерьез.

Эльф повел его по лестнице вверх. На втором этаже была столовая, сохранявшая стиль первого этажа. Те же цвета светло-серого камня и изумрудного. Небольшой овальный деревянный стол с резными ножками на шесть персон и вокруг стояли стулья с зелёными сидушками.

Домовик повел мужчину ещё выше. На третьем этаже была совсем другая картина. Маленький коридорчик с тремя обычными, ничем не выделяющимися дверями. Тинки открыл с помощью щелчка пальцев среднюю дверь, так как с трудом дотягивался до ручки и заглянул внутрь, сообщив хозяину, что гость, которого тот ждет, прибыл. И полностью открыв дверь, приглашающе махнул рукой, всё так же склонив голову.

- Мистер Снейп! - радушно воскликнул мужчина зрелых лет с заметной сединой в коротких волосах. - Проходите! Садитесь! - он кивнул на бежевый диванчик, стоящий в углу. - Спасибо, Тинки!

Кабинет Джеральда значительно отличался от общей атмосферы дома. Тут не было ни одного зелёного цвета, в основном рыжее дерево. Стол, стоящий по левую руку от двери, на котором сейчас лежала книга, в которую владелец, сидя спиной к стене что-то записывал, а также чернильница и перо. Впрочем, как только гость сел на предложенный диван, старший Пьюси сразу же захлопнул книгу и спрятал все в ящик стола. Напротив, у окна с большими бежевыми занавесками, стоял небольшой шкаф для документов. Напротив стола, в углу, стоял диванчик на две персоны, где и сидел сейчас Северус.

- Вы хотели что-то обсудить, мистер Пьюси. - Прервал зельевар тишину, которая начала уже немного угнетать.

- Да, - кивнул головой колдомедик. - И я крайне благодарен, что вы согласились прийти на этот разговор, - мужчина нервно взлохматил волосы, точь-в-точь, как это делал Эдриан в момент нервного беспокойства.

- Я догадываюсь, что именно вы хотели обсудить, - начал профессор, стараясь аккуратно подбирать слова, чтобы не раскрывать тайны без необходимости. - Но не понимаю, почему вы обратились именно ко мне. За Поттера в период обучения несет ответственность директор. Я, как декан, отвечаю за него только на территории школы и только за успеваемость и безопасность.

- Бросьте скромничать, мистер Снейп, - ничуть не смутился Джеральд. - Я уверен, что именно вы больше всего обеспокоены судьбой мальчика. Мне три месяца понадобилось, чтобы убедиться в этом. Но не стоит излишне переживать, хранить чужие тайны это моя непосредственная часть работы.

Северус нахмурился. Ситуация складывалась пренеприятная. На данный момент надо было выбирать: или открыть противнику все карты, рискуя всем, или не рисковать, но, возможно, потерять тот единственный шанс помочь мальчишке. Ситуация не самая приятная.

Джеральд, судя по всему, уловил сомнения своего собеседника и поспешил объясниться:

- В сентябре, как вы наверняка знаете, школьная медведьма Поппи Помфри попросила меня прибыть для осмотра ученика с головными болями. Подозрение на давнее проклятие. Этот студент был Гарри Поттером. В ходе осмотра предполагаемых следов проклятия, мною был найден осколок чужой души в голове мальчика. Учитывая, что он находился прямо в шраме, строить иллюзий о том, чья именно душа застряла во лбу ребенка, не пришлось. - Мистер Пьюси прервался, попросил стакан воды у домовика и, утолив жажду, продолжил, - Сначала я испугался. Очень. Ведь известно, что пока душа не покинула этот мир целиком, умереть нельзя. А значит, что Тот кого-не-принято-упоминать еще жив. Пусть и скорее всего, потерял тело и жизненную энергию. Это, кстати, объяснило мне, почему темные метки на предплечьях у его последователей не исчезли, как должны были при его окончательной смерти, а померкли и, слегка, слились с кожей.

В кабинете повисла напряженная тишина. Оба мужчины сидели, обдумывая свои дальнейшие действия. Для Северуса полученная информация не была новой. Все это, за исключением о метках, он уже слышал от Эшби. А выцветшую метку, потерявшую силу, видел на собственной руке. Вот только ранее поговорить об этом было не с кем. Дамблдор не желал говорить о хоркусе в мальчике, стремясь или перевести разговор в другое русло, или в открытую посылал зельевара, говоря, что об этом можно поговорить в другое время. Больше обсуждать проблемы было не с кем. И теперь, видя, что есть тот, кто может, пусть и по долгу работы, но разделить это непростое бремя, Снейп ощущал странное чувство на душе.

- Значит, это действительно хоркус? - поспешил прервать эту гнетущую паузу профессор.

- Не совсем, - покивал головой Джеральд. - Сами знаете, мистер Снейп, что на территории магической Британии не осталось знаний о наитемнейшей магии. Мне пришлось обратиться за консультацией к заграничным коллегам. В частности из Германии, Норвегии, Болгарии и других стран, где еще не делят магию на хорошую и плохую, на белую и черную, особенно у колдомедиков. Так вот, мои коллеги, рассмотрев результаты осмотра Гарри Поттера, пришли к выводу, что это не хоркус, а самозакрепившаяся часть чужой души. Это одновременно и хорошо, и ужасно.

- Почему? - подскочил Северус на месте, видя обеспокоенный взгляд целителя.

Честно говоря, мужчина не был силен в наитемнейших искусствах и понятия не имел о таких подробностях, но узнать об этом было достаточно интересно.

- Как вам объяснить? - задумался Пьюси, глядя куда-то в потолок. - Человеческая душа — это плотная и невесомая субстанция, которая прочно держится за живой носитель. Чтобы она сама открепилась, да еще и осколком, а не целиком, надо совершить что-то ужасное с ней. - Мужчина замолчал, но заметив, что собеседник мало что понимает, тяжело вздохнул и, собравшись с мыслями, попробовал еще раз. - Представьте, что душа похожа на рулон с ватой. Она настолько плотно сжата и утрамбована, что ни один лоскут сам по себе не сможет оторваться и улететь куда-то.

- И что сделал Лорд, что она смогла отколоться? - заинтересовался Снейп.

- Как объяснили мои коллеги, надо достаточно много рвать рулон насильно, превращая его в труху. Тогда вате не за что держаться и при любой встряске можно потерять, как отдельные лоскутки, так и весь рулон целиком.

- То есть, предположительно, Лорд наделал уйму хоркусов? - ужаснулся профессор. - И сколько же надо рвать?

- Ну, - вздохнул целитель. - По словам коллег, впервые рваться по швам душа начинает при четвертом повреждении. При шестом начинают отлетать осколки. А так как душа еще живая, она ищет такой же живой и здоровый организм, где будет способна выжить.

- То есть шесть хоркусов? - волосы на голове Северуса встали дыбом, однако прошедшие годы научили держать невозмутимое выражение лица в любых ситуациях. По крайне мере он надеялся, что за годы не потерял этот навык.

Ситуация вырисовывалась не просто ужасная, а, как минимум, катастрофичная.

- Не меньше, - вздохнул Джеральд. - Но есть и хорошая новость во всем этом… безобразии, - улыбнулся целитель, правда несколько натянуто.

- Что тут вообще можно найти хорошего? - не понял Снейп.

- Во-первых, в Гарри не хоркус. Часть Лорда не соединена с душой и жизнью Поттера. Значит, его непосредственной жизни это не угрожает. Если бы он был полноценным живым хоркусом, то убрать его можно было бы только, убрав жизнь из его тела. Но в данном случае, осколок можно убрать с помощью простого очищающего ритуала. Естественно не у нас. Во-вторых, живая душа Лорда будет невольно искать другие свои части. И если осколок из Гарри вставить в поисковый артефакт, он будет нацелен на поиск хоркусов. И тогда Лорд не сможет продолжать существовать в этом мире без якорей и благословясь сдохнет, простите за непрофессиональный жаргон.

Зельевар хотел было обрадоваться, но чувство, что на этом хорошие новости закончились, а дальше следует извечное «но…», не покидало.

- Есть что-то ещё… - профессор не спрашивал, он утверждал.

Лицо Пьюси выдало его, когда он резко повернулся, нахмурился и потупил взгляд. Однако молчать и скрывать свои дальнейшие действия, он тоже не собирался.

- Вы, я вижу, очень внимательны, - усмехнулся Пьюси. - Я нашел того, кто согласился провести эти два ритуала: очищающий, для Гарри и Поисковый для души. Норвежский специалист Хьелль Йохансен, единственный из всех, согласился работать с детским организмом. Он просто уникум и работает с человеческой душой, как мифический маггловский Бог. Но он работает только на своей территории и не бесплатно. Вот только речь не о деньгах….

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

22 из 32