Глава 14: Глава 14. На грани жизни и смерти
Глава 14. На грани жизни и смерти
10
0
Холодный ночной воздух Астрономической башни обжигал легкие, но это было именно то, что мне сейчас нужно. Я стояла, навалившись кулаками на каменные перила, и смотрела вниз, на темные, бескрайние контуры Запретного леса. Ветер нещадно трепал полы моей мантии и путал волосы, но я не обращалась к согревающим чарам. Физический холод помогал заглушить ту бурю, что бушевала внутри после утреннего разговора.
Прошло всего несколько часов с тех пор, как я бросила Драко в коридоре, сухо бросив «Со мной все нормально», и ушла, упрямо сдерживая слезы. Но нормально не было.
Я выдала его. Выдала человеку, который ненавидел его больше всех в этой школе. И пусть я сделала это, чтобы спасти глупую гриффиндорскую шкуру своего брата, внутри меня заживо выжигало чувство вины. Драко доверился мне. Парень, который годами выстраивал вокруг себя ледяные стены, открылся мне, рискнул всем — а я просто принесла его секрет Гарри на блюдечке.
— Я же просил тебя вернуться в спальню, Поттер, — тихий, до боли знакомый голос раздался из темноты позади меня.
Шагов я не слышала — ветер крал все звуки, но я и так знала, что он придет. Драко всегда знал, где меня искать, когда мир вокруг начинал рушиться.
Я не обернулась. Лишь крепче сжала пальцами холодный камень перил, чувствуя, как затылок обдает знакомым теплом его присутствия. Малфой подошел почти вплотную, останавливаясь в полушаге за моей спиной, укрывая меня от самого резкого порыва ветра.
— Амбридж утвердила новые маршруты, — глухо произнес он, и в его голосе не было прежней злости — только смертельная, звенящая усталость. — Сегодня вечером она лично ведет патруль на седьмой этаж. Если твой брат не послушал тебя... их накроют через полчаса.
Сердце пропустило удар, и я наконец медленно повернулась к нему, поднимая глаза. В полумраке башни его лицо казалось бледным, почти прозрачным, а серые глаза смотрели на меня с такой невыносимой, щемящей смесью обиды и заботы, что сдерживаться больше не было сил.
— Пусть меня отчислят, пусть Гарри возненавидит, но я должна это сделать, — тихо, до ужаса решительно произнесла я, глядя Драко в глаза.
Внутри меня больше не было сомнений, только странное, холодное спокойствие.
Малфой нахмурился, вглядываясь в моё лицо. Его серебристые глаза опасно сузились в полумраке Астрономической башни, а пальцы, секунду назад бережно касавшиеся моей мантии, напряглись.
— Что ты задумала, Т/И? — в его голосе прорезались первые ноты паники, которую он так тщательно пытался скрыть за напускной маской старосты [7]. — О чём ты говоришь?
— Гарри не отменит тренировку, Драко, — я горько усмехнулась, чувствуя, как ветер швыряет пряди волос мне в лицо. — Он слишком упрям. Он решил, что ты блефуешь, а я просто сошла с ума. Они пойдут в Выручай-комнату. Все вместе.
Я сделала шаг назад, упираясь поясницей в каменные перила, и глубоко вздохнула.
— Не пущу, — тихий, до боли знакомый голос раздался из темноты позади меня, заставив вздрогнуть.
— Но Драко... — мой голос внезапно дрогнул.
Он не пустил меня. Его сильные руки мертвой хваткой обхватили мою талию, прижимая к себе с такой неистовой, собственнической нежностью, что у меня перехватило дыхание. Драко держал меня так крепко, словно я могла раствориться в этом ночном тумане прямо сейчас, если он ослабит хватку хотя бы на секунду.
— Даже не думай об этом, Поттер, — глухо, едва слышно прошептал он мне в волосы, и я почувствовала, как его плечи мелко дрожат. — Твой придурок-брат не стоит того, чтобы ты ломала из-за него свою жизнь. Если он хочет прыгнуть в пекло, проигнорировав твои слова, — пусть прыгает. Но тебя я туда не отдам. Я не позволю тебе подставиться под удар Амбридж.
Я слышала, как бешено и загнанно стучит его сердце под тонкой рубашкой. Тот самый парень, с которым мы годами обменивались проклятиями, ледяными взглядами и взаимными оскорблениями, сейчас отчаянно цеплялся за меня, готовый пойти против всего мира, лишь бы защитить.
— Мы придумаем другой способ, — тише добавил он, и его ладонь бережно переместилась на мой затылок, заставляя поднять голову и посмотреть на него. В его серых глазах, обычно таких холодных, сейчас была только открытая, щемящая любовь. — Я сам пойду к Выручай-комнате. Лично. Поймаю Поттера на седьмом этаже до того, как туда дойдет патруль Амбридж, и силой разверну его назад. Но ты останешься здесь, где тебя никто не найдет.
— А как же ты?.. — сорвалось с моих губ прежде, чем я успела себя остановить.
Я судорожно вцепилась пальцами в лацканы его мантии, заставляя его остановиться. Страх за Гарри, который секунду назад выжигал мне изнутри все мысли, внезапно отступил, сменившись новой, ещё более жуткой паникой. Паникой за парня, который стоял прямо передо мной.
— Драко, если ты пойдёшь туда один и попытаешься остановить Гарри... Амбридж может нагрянуть в любую секунду, — мой голос задрожал, и я сильнее сжала ткань его одежды. — Она уже подозревает, что Дружина работает плохо. Если она застукает старосту Слизерина, препирающегося с Поттером посреди коридора вместо того, чтобы тащить его в её кабинет... Она же всё поймёт! Она доложит твоему отцу.
Я подняла на него глаза, в которых снова заблестели так и не пролитые слёзы.
— Люциус Малфой убьёт тебя, Драко. Ты рискуешь всем. Своим именем, своей семьёй... ради Гриффиндорцев, которых ты ненавидел четыре года? Ради моего брата, который только что назвал тебя предателем?
Драко молчал. Он смотрел на мои судорожно сжатые пальцы на его груди, а затем медленно, очень аккуратно накрыл мои ладони своими тёплыми руками. На его губах появилась слабая, горькая ухмылка — та самая, аристократичная, но теперь в ней не было ни капли прежнего высокомерия. Только бесконечная, уязвимая нежность.
— Ради них? — тихо, почти невесомо переспросил он, заглядывая мне в самую душу своими грозовыми глазами. — Поттер, неужели ты до сих пор не поняла? Мне плевать на твоего брата. И на его дружков. И на эту чёртову школу. Если мой отец узнает — пусть. Но я иду туда не ради Гриффиндора. Я иду туда, потому что если твоего брата поймают, это уничтожит тебя. А я обещал, что не дам тебе упасть.
Он мягко высвободил свои руки и коснулся ладонями моих щёк, заставляя меня затаить дыхание. Его большие пальцы нежно очертили скулы, стирая невидимые капли.
— Я вырос в семье, где меня учили думать только о себе, — прошептал он, утыкаясь своим лбом в мой. — Нас учили ненавидеть вас. Но сейчас... если с твоей головы упадёт хоть один волос, вся эта чистокровная спесь не будет стоить и ломаного кната. Пожалуйста, останься здесь. Доверься мне ещё один раз.
Драко ушёл. Тень его мантии промелькнула на винтовой лестнице и окончательно растаяла в темноте башни.
Я осталась стоять у каменных перил в полном одиночестве. Каждая секунда тянулась как вечность. Ветер завывал всё громче, но внутренний страх грел сильнее любого согревающего заклинания. В голове крутилась только одна мысль: «Пожалуйста, Мерлин, пусть они успеют».
Тем временем на седьмом этаже, прямо у гладкой стены, скрывающей Выручай-комнату, Драко Малфой тяжело дышал после быстрого бега. Коридор был пуст, но из-за стены доносились приглушённые голоса — тренировка Отряда Дамблдора шла полным ходом. Гарри всё-таки не послушал сестру.
Драко уже потянулся к стене, чтобы силой заставить дверь появиться, как вдруг из-за дальнего поворота послышался приторный, удушающий стук каблуков.
Долорес Амбридж. И она шла не одна. Вместе с ней были Пэнси Паркинсон и Теодор Нотт, которые вели патруль по новому, секретному маршруту. Назад пути не было. Если Драко сейчас побежит, его заметят. Если останется стоять здесь — его поймают вместе с гриффиндорцами.
Малфой сжал зубы, его взгляд стал ледяным. Вся его аристократическая маска вернулась на место за долю секунды. Он резко развернулся лицом к приближающимся шагам, достал волшебную палочку и... вместо того чтобы спрятаться, громко и отчётливо произнёс заклинание, направленное в противоположную стену:
— Бомбарда!
Глухой взрыв сотряс коридор седьмого этажа, каменная крошка посыпалась на пол. Драко пошёл ва-банк: он решил симулировать, что сам только что обнаружил подозрительную активность и ведёт штурм, чтобы заглушить шум внутри Выручай-комнаты и дать Гарри последнюю секунду на побег.
Звук глухого взрыва эхом прокатился по древним камням Хогвартса, заставив замок содрогнуться.
Внутри Выручай-комнаты Гарри резко опустил палочку, прерывая дуэль с Роном. Стены залы мелко задрожали, и в ту же секунду по контуру тайной двери поползли тревожные искры. Гриффиндорцы испуганно замерли, уставившись на своего лидера. До Гарри дошло мгновенно, как обухом по голове: взрыв снаружи был слишком громким, слишком демонстративным. Это было предупреждение. «Драко лично переписывал чертовы графики... Он рисковал всем...» — отчаянные слова сестры, сказанные днём в коридоре, наконец-то обрели для него смысл. Малфой не лгал. Он действительно прикрывал их, а прямо сейчас принимал удар на себя.
— Всем назад! Быстро, уходите через потайной ход подземелий! — рявкнул Гарри, взмахом руки отправляя паникующую толпу ребят к дальней стене комнаты.
А на Астрономической башне этот же звук заставил меня вздрогнуть всем телом. Сердце испуганной птицей забилось в горле, а пальцы мертвой хваткой впились в холодные каменные перила.
Я осталась на месте, не в силах сделать даже шаг в сторону лестницы. Ноги стали ватными, а дыхание перехватило. Нас со всех сторон обступила звенящая, давящая тишина ночи. Колени мелко дрожали, и я медленно сползла по стене вниз, обнимая себя за плечи.
В голове билась одна-единственная, парализующая мысль: это конец.
Всё кончено. Амбридж их поймала. План, который мы с Драко так бережно выстраивали эти две недели, разлетелся на куски от одного единственного взрыва. Если Драко застукали там... Если Люциус узнает... Я зажмурилась, утыкаясь лицом в колени. Гордость, заставлявшая меня весь день держать лицо и сушить слёзы перед мальчишками, окончательно испарилась, оставив после себя лишь липкий, первобытный ужас за человека, который ради меня только что шагнул прямо в лапы к розовой жабе.
А в это же время на седьмом этаже воздух был пропитан пороховым дымом и каменной крошкой.
Драко стоял посреди развороченного коридора, крепче сжимая волшебную палочку. Из-за угла, яростно шурша розовой мантией, вылетела Долорес Амбридж. За её спиной, тяжело дыша, семенили Пэнси Паркинсон и Теодор Нотт. Глаза-бусинки верховного инквизитора горели опасным, торжествующим блеском.
— Мистер Малфой! — взвизгнула она, наставляя на него свой короткий палец. — Что здесь происходит? Что это за недопустимый шум?!
Драко даже не вздрогнул. На его лицо за долю секунды вернулась безупречная, ледяная маска высокомерия. Он опустил палочку и изящным движением отряхнул невидимую пыль с рукава мантии, идеально отыгрывая роль преданного старосты.
— Профессор Амбридж, — его ледяной голос прозвучал удивительно спокойно и властно. — Я патрулировал этот коридор по вашему новому, секретному расписанию. И заметил подозрительное свечение прямо у этой стены. На мои приказы выйти нарушители не отреагировали, и мне пришлось применить Бомбарду, чтобы выбить заклинившую каменную кладку.
Пэнси и Нотт удивлённо переглянулись, а Амбридж резко затормозила, тяжело дыша и переводя взгляд с Драко на глухую стену.
В этот самый момент внутри Выручай-комнаты Гарри, Рон и Гермиона судорожно заталкивали последних перепуганных гриффиндорцев в потайной ход, ведущий в подземелья. Взрыв Малфоя снаружи был настолько громким, что заглушил весь их панический шум. До Гарри наконец-то дошёл смысл дневных слов сестры: Драко не блефовал. Он прямо сейчас стоял за стеной лицом к лицу с Амбридж, принимая удар на себя, чтобы дать им последнюю секунду на побег.
— И где же они, мистер Малфой? — Амбридж подозрительно прищурилась, подходя вплотную к стене. Её лавандовые духи смешались с запахом гари. — Где эти нарушители?
— Похоже, они успели применить дезориентирующие чары и скрылись в сторону башни Гриффиндора, как только услышали мои шаги, — Драко сузил серые глаза, бросив на Амбридж быстрый, полный фальшивой досады взгляд. — Если бы ваша Инспекционная дружина прибыла на минуту раньше, мы бы поймали их с поличным. Я предлагаю немедленно прочесать их спальни, пока они не успели спрятать палочки.
Амбридж на мгновение замерла, взвешивая его слова. На её лице расплылась мерзкая, довольная ухмылка. Ложь Драко была настолько безупречной и так льстила её эго, что она ни на секунду не усомнилась в его верности.
— Потрясающая бдительность, мистер Малфой! — приторно запела она. — Люциус будет гордиться вами. Немедленно за мной, мы перекроем выходы из их гостиной!
Она развернулась на каблуках и полетела вниз по лестнице. Пэнси и Нотт побежали следом. Драко двинулся за ними, но на секунду задержался у пустой стены. Кожа на его челюсти напряглась. Он незаметно выдохнул, понимая, какую сумасшедшую игру только что выиграл, и бросил короткий взгляд вверх — туда, где на темной башне его ждала я.
Слёзы, которые я так отчаянно и упрямо сдерживала весь этот бесконечный день, наконец-то прорвали плотину [1, 2].
Я сидела на холодном каменном полу Астрономической башни, уткнувшись лицом в колени, и рыдала навзрыд [3]. Тело сотрясала мелкая, мучительная дрожь [2, 3]. Вокруг завывал ночной ветер, но я не слышала его — в ушах всё ещё стоял страшный, оглушительный грохот взрыва с седьмого этажа.
Именно сейчас мне было больнее всего за всю мою жизнь в Хогвартсе. Это была не просто паника — это была разрывающая душу беспомощность. Каждая секунда неизвестности резала изнутри без ножа. В голове крутился один и тот же жуткий вопрос: кого именно я только что потеряла? Своего родного упрямого брата, который гарантированно отправится в Азкабан, если его поймали? Или Драко... парня, которого я четыре года искренне считала своим злейшим врагом, а теперь любила до безумия? Любила настолько сильно, что от мысли, что Амбридж прямо сейчас ломает ему жизнь из-за моей глупости, хотелось кричать.
Я выдала его секрет Гарри. Я не смогла удержать брата. И Драко пошёл туда, подставившись под удар, только ради того, чтобы спасти меня от этой боли. А я сидела здесь, в полной безопасности, и абсолютно ничего не могла сделать, кроме как глотать эти горькие, обжигающие слёзы.
Я резко поднялась с пола, размазывая слезы по щекам рукавом мантии. Сидеть на месте и сходить с ума от неизвестности было выше моих сил.
Я пошла вниз по крутой винтовой лестнице Астрономической башни. Каждый шаг отзывался гулким эхом в пустых коридорах. Палочка была крепко зажата в дрожащих пальцах. Глаза всё ещё были мокрыми, а ресницы слиплись, но я больше не плакала. Я заставила себя остановиться, сделала глубокий, судорожный вдох и буквально приказала внутреннему хаосу замолкнуть. Поттеры не сдаются, а Слизерин не прощает слабости. Если это конец, то я встречу его стоя, а не прячась на вершине башни.
Я спустилась на седьмой этаж, готовая увидеть там худшее: разруху, плачущих гриффиндорцев и Амбридж, торжествующе выписывающую приказы об исключении. Воздух здесь всё еще пахнул пороховой гарью, а на полу серой крошкой лежала выбитая каменная пыль. Но коридор был абсолютно пуст. Никаких криков, никаких конвоев.
— Т/И? — раздался тихий, резкий шепот из темноты за ближайшей колонной.
Я вздрогнула и вскинула палочку, но из тени быстро вышел Драко. Он был один. Его мантия была слегка испачкана в побелке, воротник рубашки расстегнут, а платиновая челка растрепана. Но в его серых глазах, устремленных на меня, не было паники. Только безумное облегчение и дикая, лихорадочная усталость.
Он в два широких шага преодолел расстояние между нами, перехватил мою руку с палочкой и прижал меня спиной к стене, закрывая своим телом от возможного появления патрулей.
— Ты с ума сошла? Я же велел тебе сидеть наверху, — выдохнул он мне прямо в губы, и я почувствовала, как бешено колотится его сердце. — Амбридж ушла прочесывать гриффиндорскую башню. Твой придурок-брат успел увести всех через потайной ход подземелий за секунду до того, как эта жаба вылетела из-за угла.
Я ошеломленно смотрела на него, ловя губами его теплое дыхание. Вся моя собранность, вся моя напускная броня, которую я так бережно собирала по пути вниз, с треском развалилась на куски, стоило мне понять, что он жив и на свободе.
КОММЕНТАРИИ
Пока нет комментариев. Будьте первым!