Глава 24: Глава 24

Они успели на паром в последний момент, когда он уже готовился к отплытию. Разместившись в удобных креслах на верхней палубе под широким тентом, защищающим от солнца, Дороро наконец-то перевела дыхание, а Хяккимару задумчиво смотрел на синие морские волны, которые лениво катил ветер, как будто любуясь ими и что-то вспоминая. Дороро хотела сесть к нему ближе, но он сразу же отодвинулся и сказал:

—Запомни, тебе лучше не прикасаться ко мне, это для твоего же блага.

—Да объяснишь ты, в конце концов, или нет, что происходит? Ты уже достал своим ненормальным поведением и этими фразочками, — в сердцах сказала Дороро и насупилась. Ещё никогда от неё так явственно не пытались отделаться, а она ещё никогда ни за кем так упорно не бегала.

—Ладно. Ты ничего не помнишь. Я бы тоже не вспомнил, пока не сдвинул эту злосчастную статую, и жил как обычный нормальный ребёнок, и лучше бы мне было никогда не вспоминать об этом, потому что теперь это будет мучить меня вечно, — Хяккимару вздохнул и снова стал следить глазами за движением синих волн, которые, очевидно его завораживали.

—Что же такое я могла забыть? Я чётко помню все события своей жизни, я даже помню свой первый шаг в полтора годика, — недоверчиво сказала Дороро.

—Это случилось за много веков до твоей нынешней жизни, — нехотя начал рассказывать Хяккимару и замолчал, словно решая, стоит ли продолжать дальше.

—Ну, продолжай — сказала Дороро, которая сразу поняла, что это может быть как-то связано с её странными видениями.

—В прошлой жизни я был личным телохранителем императора и одним из его лучших воинов. У императора был гарем с многочисленными наложницами, из которых самой красивой и любимой им была ты — Хяккимару ненадолго замолчал, снова посмотрев в лицо Дороро в ожидании её реакции.

—Надо же, наложница императора, но, знаешь, я тебе верю, потому что пару раз у меня были непонятные видения и теперь я понимаю, что видела себя в прошлой жизни, — задумчиво сказала Дороро.

—Вот как, я этого не ожидал. Если видения к тебе вернулись, значит это проклятие по-прежнему действует, как я и думал, — мрачно заключил Хяккимару.

—Какое проклятие? — спросила Дороро, приготовившись услышать что-то неприятное.

—Я влюбился в тебя, не взирая на все запреты, и ты ответила мне взаимностью. Ты боялась императора, но не хотела принадлежать ему. Я уговорил тебя сбежать вместе со мной. Мне не составило труда расправиться со стражей и вывести тебя из дворца. Когда все опомнились, мы были уже далеко. Я виноват перед тобой, потому что это я уговорил тебя на такой поступок, поддавшись своей безудержной страсти. Я обещал, что как только останемся вдвоём и покинем территорию страны, то счастье тебе обеспечено. Император не стал отправлять за нами погони, он отомстил мне куда коварнее. В услужении у императора был один чернокнижник, который наложил на тебя проклятие. Первый раз ты умерла спустя три дня нашей совместной жизни. Твоё тело внезапно почернело, а глаза закатились, и ты выглядела как труп, которому уже несколько дней, хотя ещё мгновение назад прильнула к моим губам в поцелуе. Я был вне себя от ужаса, и не решился захоронить тебя. Я искал различных монахов и колдунов, которые могли бы помочь. Наконец, один из них рассказал мне о храме демонов. Я нашёл комнату с демоническими статуями, и провёл ритуал, заключив сделку с демонами. Они должны были вернуть тебя к жизни, а взамен я должен был отдать им одну из своих частей тела по прошествии двенадцати полнолуний. Но, демоны не сообщили о том, что проклятие осталось в силе. И через два дня ты вновь умерла на моих руках. Я понял, что нам нельзя целоваться и вступать в близость, и вновь пошёл на сделку с демонами, чтобы оживить тебя, пообещав им следующую часть своего тела. До окончания двенадцатого полнолуния было ещё далеко, и я надеялся что-нибудь придумать, чтобы избежать расплаты, а заодно и то, как снять это проклятие. Ты вновь была жива, и мы стали жить как брат с сестрой, избегая близости. Так прошёл целый месяц, пока ты случайно не взяла меня за руку. Я видел твою смерть снова и снова. В конце концов я попытался прогнать тебя, но ты была невыносимо упрямой, прям как сейчас, — сказал Хяккимару и горько улыбнулся.

—Ты что, оживлял меня, пока не отдал демонам все части своего тела? — ошеломлённо спросила Дороро.

Хяккимару не ответил. Его молчание — самый громкий ответ.

—И что, что было потом? — нетерпеливо спросила Дороро, у которой прошёл мороз по коже от всей этой истории.

—Последнее, что я пообещал демонам, это были мои глаза. Я скрывал от тебя, каким образом возвращал тебя к жизни. В итоге я нашёл монаха, который вызвался помочь мне снять проклятие. Не знаю, как он это сделал, но он выточил из дерева эту статую богини Банмон, которая обладала невероятной священной силой. В ночь расплаты я пришёл в комнату демонов и поставил статую в центр каменного круга, окружённого демоническими идолами. Раздался страшный грохот и рёв, из глаз статуй засверкали молнии и пересеклись друг с другом, образуя круг, после этого пол стал уходить вниз, и я поспешил выбраться оттуда. Храм демонов погрузился под землю, а сами демоны оказались по ту сторону портала и больше не могли проникать в мир людей. Позднее на том самом месте были построены ворота Сюреймон. Казалось, с проклятьем покончено. Мы с тобой прожили счастливо ещё два года, но потом ты была отравлена императорским лазутчиком, когда я ненадолго отлучился из дома. После этого для меня пропал всякий смысл в жизни, и я искал смерти в бою, нанимаясь то к одному, то к другому лорду и участвуя в самых кровопролитных сражениях. Но, почему-то смерть обходила меня стороной и я прожил довольно долгую и мрачную жизнь, умерев от старости,— закончил свой рассказ Хяккимару.

—Так вот откуда твои боевые навыки, а я думала, тебя обучил Джукай, — воскликнула Дороро, у которой всё ещё оставалось некоторое подозрение, что Хяккимару специально сочинил такую сумасшедшую историю, чтобы уже точно отделаться от неё.

—Джукай тоже так думал, но, конечно же, я бы не смог так быстро овладеть всем этим да ещё и находясь в таком состоянии, — сказал Хяккимару с лёгкой усмешкой.

—Но демоны всё-таки забрали твоё тело? И какую роль в этом играет Дайго Кагэмицу?

—Всё случилось в тот день, когда Дайго отвёз меня на Окинаву, где я участвовал в соревнованиях. Моя мать к тому времени уже была больна, жалко, что я больше так и не увидел её. После соревнований отец решил зайти на территорию дворцового комплекса замка Сюри, где в то время велись реставрационные работы, которые он спонсировал. Ему сообщили, что когда раскопали нижнюю часть опоры ворот Сюреймон, то обнаружили полость, ведущую в какое-то древнее сооружение, находящееся под землёй. Был уже вечер, и рабочие закончили свою смену. Из любопытства я захотел пролезть внутрь и посмотреть на древнюю комнату. Как будто меня туда тянула какая-то неведомая сила. Мой отец проследовал за мной. Он хотел посмотреть на деревянную статуэтку в центре каменного круга и оценить, какую ценность она представляет. Рабочие уже сообщали ему о ней, но в тот день не решились трогать статуэтку, так как она была как будто замурована в каменное углубление и они побоялись вытаскивать её без специальных инструментов. Отец говорил, чтобы я ничего не трогал, но мне по дурости захотелось попробовать вытащить деревянную богиню Банмон самому, думая, что у меня это получится лучше, чем у рабочих. К моему удивлению, как только я схватился за неё рукой, статуэтка легко поднялась, как будто и не была застрявшей в каменном углублении. А потом откуда ни возьмись под землёй загудел ураганный ветер, поваливший меня с ног и возникла полная тьма, в которой я чувствовал, как будто меня режут тысячи лезвий и вырывают из меня органы, я хотел кричать, но уже не мог, — Хяккимару на какое-то время замолчал, нахмурившись, так как ему было очень тяжело вспоминать об этом, а потом продолжил, — Для меня тьма уже не рассеялась, а Дайго, увидев, что сделалось с его сыном, просто бросил меня там, догадавшись, однако, прихватить статуэтку с собой, так как понял, что она обладает необычной силой. Сдвинув статуэтку, я открыл портал, и все демоны вырвались наружу, получив возможность беспрепятственно путешествовать между мирами, а заодно и забрали у меня то, что я им задолжал. Когда они съели мои части тела, одновременно с этим я вспомнил, кто я, и каждый момент из своей прошлой жизни. Я не думал, что выживу, но когда попал к Джукаю, у меня появилась слабая надежда, что возможно, если в этой реальности есть я, то должна быть и ты. Я думал, что со временем он сможет вернуть мне способность видеть. Ты не представляешь, как я по тебе скучал и мечтал ещё хоть раз увидеть твоё лицо.

—Что-то ты мне не очень обрадовался при нашей первой встрече, да и за всё время, проведённое вместе, ничего ко мне не проявлял, — скептически заметила Дороро.

—В начале я тебя не узнал. Да и как я мог узнать, если ничего не слышал и почти ничего не видел. Когда я уже вернул слух и пришёл в себя после полученной раны, то узнал твой голос, как только ты заговорила со мной. Но в то же время я понял, что в этой жизни ты тоже любишь меня, а пока ты меня любишь и портал с демонами открыт, проклятье всё ещё действует и тебе угрожает смерть, — сказал Хяккимару серьёзно.

—Но почему Дайго держал тебя в своём особняке? — задала Дороро последний оставшийся у неё вопрос.

—Когда Дайго забрал себе статуэтку, демоны вышли с ним на контакт, чтобы вернуть её. Демоны могут прикасаться к этому священному предмету, только если человек сам добровольно вручит им её. Дайго понял, что демоны очень боятся, что кто-то снова закроет портал, и решил шантажировать их. Таким образом, некоторые из демонов перешли к нему в услужение. Но они требовали, чтобы он держал меня запертым в особняке, из которого я никогда не выйду, так как опасались, что я начну их убивать. Моя мать умерла как только увидела, что случилось со мной, а для отца в таком состоянии я потерял всякий интерес как сын. Но его заинтересовали мои необычные протезы и он решил сделать дополнительную прибыль, выдав себя за их разработчика. Я согласился сесть к нему на катер только для того, чтобы отделаться от тебя. К счастью, Дайго всё это время думал, что статуэтка по-прежнему лежит у него в сейфе, ничего не подозревая о её краже, иначе бы он не отпустил тебя, — объяснил Хяккимару.

—И ты сейчас хочешь закрыть портал? Тошико нас убьёт. Она ни за что не захочет уходить из этого мира и расставаться с Саном. К тому же, тогда ты так и не сможешь вернуть себе руки, — заметила Дороро.

—Поэтому я и не хочу, чтобы ты шла туда со мной, это слишком опасно. А что касается рук… Конечно, я бы очень хотел прикоснуться к тебе своими настоящими пальцами и снова всё чувствовать. Но я должен успеть закрыть портал до того, как Тошико догадается, что ты её обманула, — ответил Хяккимару и Дороро заметила на мгновение вспыхнувшую горечь в его глазах, когда он говорил о руках.

Они помолчали, а потом Дороро медленно взяла его за искусственную ладонь и сжала в своей.

—Эй, что ты делаешь, хочешь чтобы проклятие исполнилось прямо сейчас? — встревожено спросил Хяккимару но на этот раз был не в силах от неё отстраниться.

—По факту, я к тебе не прикасаюсь, ведь эта рука не настоящая. И запомни, хоть я и не могу вспомнить свою прошлую жизнь, но мне достаточно того, что я люблю тебя в этой, и отныне я всегда буду рядом с тобой не смотря ни на какие проклятья, даже не пытайся больше от меня избавиться, — уверенно сказала Дороро.

Хяккимару не стал ничего возражать и неуверенно обнял Дороро своей второй искусственной рукой.