Глава 2: Глава 2. Дар внутри.

Ветер налетел сильнее, а глаза блестели любопытством в свете полной луны. Оля наконец отпустила Ангелину и выпрямилась, встав в свою фирменную позу.

— Так что за сила? — повторила Изосимова, сложив руки домиком и покачиваясь вперёд-назад.

— Дар, которым обладает очень малый процент людей на планете. Эзотерический дар, — продолжил Артём, тем самым привлекая внимание девушек.

Глаза Якубович вспыхнули от удивления и радости.

— То есть я могу стать настоящей ведьмой и летать на метле?

Парни рассмеялись. Их сиплый и звонкий смех слились в одно. Якубович надула губы и скрестила руки на груди, притворяясь обиженной. А вот Ангелине, судя по выражению лица, сиплый смех Максима запомнился особенно — глубоко, почти на уровне подсознания.

— Это не так работает, — всё ещё улыбаясь, пояснил Максим. — Ведьмой, может, и станешь... но летать на метле — вряд ли, — добавил он с новой усмешкой.

Он закурил сигарету и предложил Артёму присоединиться. Тот с удовольствием взял одну.

Ангелина недовольно отмахнулась от табачного дыма, шагнула ближе и пригладила волосы.

— Так как этим даром пользоваться-то? И как его раскрыть?

— Попробуйте прочитать мысли друг друга... — пробормотал Артём, сделав очередную затяжку.

— А потом в Академию вас запихнём, — добавил Максим. — Там как раз таких, как вы, много. — Он выпустил густой клуб дыма, от которого девушки тут же поморщились.

Вдруг Ангелина подошла ближе к Максиму.

— Я попробую. Подумай о чём-нибудь, — сказала она, заглядывая в его стальные глаза.

Прошла минута. И в её голове пронеслись мысли. Его мысли. Это было так странно и непривычно.

— Симпатичная девчонка, — прозвучал в её сознании его голос. Настоящий, отчётливый.

Ангелина распахнула глаза, на секунду застыла, а потом закатила их с лёгким сарказмом и ткнула Максима в плечо.

— Могу читать мысли. И с чего это вдруг такие мысли, а?

Левин пожал плечами и с усмешкой продолжил разглядывать каждую черту её лица.

Артём и Оля наблюдали за происходящим, хихикая, и сами того не замечая, подошли ближе. Ангелина повернулась к подруге, скрестила руки на груди и прищурилась.

— Ну-ка, давай, твоя очередь. Нечего тут хихикать.

Оля фыркнула, но всё же шагнула ближе к Артёму, прищурившись и слегка склонив голову, будто бы это помогло сосредоточиться.

— Думаешь о чём-то лёгком, да? — спросила она, — О пицце, например?

— Почти, — усмехнулся Артём. — Но ты промахнулась.

Оля нахмурилась, поджав губы, а потом вдруг её глаза расширились.

— Я думал о тебе, — прошептала она, словно не веря сама себе.

Артём кивнул, уже не шутливо, а почти серьёзно.

— Не так уж и сложно, когда отпускаешь контроль, — сказал он. — Дар сам тебя найдёт.

Максим откинулся назад, бросив взгляд на Ангелину.

— Похоже, у вас действительно есть потенциал. И если вы уже это умеете... в Академии вы не просто ученики. Вы — открытие.

Ангелина молчала. В груди у неё медленно нарастало ощущение чего-то большого, будто их обычная жизнь осталась где-то далеко позади. Она не знала, радоваться или бояться.

— А что, если я не хочу в Академию? — вдруг тихо спросила она.

Максим затушил сигарету и посмотрел прямо в её глаза.

— Тогда тебе придётся учиться самой. И надеяться, что сила не сожрёт тебя изнутри.

Тишина легла между ними, как пелена. Только ветер шелестел в кронах деревьев, раздувая волосы Ангелины. Она смотрела на Максима, будто пытаясь угадать — он ей друг или опасность?

Оля нарушила молчание, пытаясь разрядить обстановку:

— Ну, мы ведь не обязаны сразу решать, да? Можно... подумать?

Артём кивнул:

— Конечно. Академия — не тюрьма. Но такие, как вы, долго не остаются незамеченными. Кто-то другой найдёт вас раньше.

— Другой? — переспросила Ангелина. — Кто?

Максим опустил взгляд.

— Люди, которые считают, что дар нужно подчинять. Использовать. И уж точно не делиться им с "детьми".

Он говорил спокойно, но в его голосе проскользнула какая-то тень — не страх, но опыт.

Ангелина прикусила губу, задумчиво глядя на свои ладони. Пальцы чуть дрожали. Что-то внутри неё будто просыпалось — нечто дикое, необузданное.

— Я сегодня почувствовала... как будто внутри меня открылась дверь. И что-то смотрит в ответ.

Максим поднял на неё глаза. Сталь в его взгляде смягчилась.

— Именно так всё и начинается.

Оля шагнула к подруге и тихо сжала её ладонь. Артём смотрел на них троих — и впервые за всё время выглядел напряжённым.

— Нам пора. Место стало слишком тихим, — сказал он, оглядываясь. — Это не предчувствие. Это интуиция.

Максим коротко кивнул. Он подошёл к Ангелине и едва слышно произнёс:

— Если почувствуешь, что теряешь себя — не борись. Дай дару проявиться. А потом — выбирай, кто ты. Пока ты выбираешь сама, ты сильнее, чем думаешь.

Он коснулся её плеча — легко, как дым — и развернулся.

Ночной воздух постепенно остывал. Луна по-прежнему висела над городом, но магия момента уже начала рассеиваться, как дым от затушенной сигареты. Ветер стих, и тишина стала почти гулкой.

— Пора, — коротко сказал Артём, поднимаясь с парапета.

Оля зевнула, как будто вся энергия внезапно покинула её тело. Она взглянула на часы и скривилась:

— Почти три...

— После такого я вряд ли усну, — пробормотала Ангелина, подходя к люку. Металл был холодным под пальцами. Она последней бросила взгляд на крыши домов, словно хотела что-то запомнить.

Они по очереди начали спускаться вниз по узкой лестнице. Старая вентиляционная шахта глухо звенела от шагов. Артём держал фонарик, чтобы остальные не оступились. Свет выхватывал ржавчину, куски облетевшей краски и паутину в углах.

— Осторожно, не зацепись, — бросил Максим, придерживая люк, пока последняя ступень скрипнула под ногой Оли.

Когда они вышли на тёмную, пустынную улицу, город казался другим. Как будто за то время, что они были на крыше, что-то поменялось. Слишком тихо. Слишком непривычно.

Максим сунул руки в карманы, глядя на Ангелину.

— Ты всё ещё хочешь понять, кто ты? — спросил он тихо.

Она кивнула.

— Тогда не теряй то, что почувствовала сегодня. Даже если это испугает.

Он повернулся и зашагал в сторону пустынного перекрёстка, где редкие фонари бросали длинные тени на асфальт. Артём догнал его, и вскоре их силуэты исчезли за углом.

Оля взяла Ангелину под руку.

— Ну и вечер, да?

Ангелина молча кивнула, задумавшись. Словно крыша была другим миром, а улица — возвращением в прежнюю реальность. Только вот реальность уже не была прежней.

Они шли молча, и только шаги звучали в пустоте.

А где-то за ними, в окне одного из домов, мелькнула тень.

Прошло два дня.

Ангелина проснулась от лёгкого покалывания в пальцах. В комнате было тихо, только за окном шумел рассветный город. Оля спала рядом, свернувшись калачиком на её кровати. Они решили не расставаться ни на минуту — с той самой ночи крыши.

Дар не давал покоя.

— Снова щекочет? — пробормотала Оля, не открывая глаз.

— Будто ток под кожей, — ответила Ангелина, глядя в потолок. — Как будто внутри кто-то двигается. Но это я.

На подоконнике дрогнул стакан. Вода в нём закачалась, хотя в комнате не было ни ветра, ни звука. Оля села, удивлённо уставившись.

— Это ты?

Ангелина не ответила. Сосредоточилась. Стакан слегка дрогнул ещё раз — и остановился.

— Нам нужно учиться. Сами мы так себя только напугаем.

Их тренировки начались с простого. Угадать слово, загаданное подругой. Почувствовать настроение друг друга. Заставить лист бумаги пошевелиться. Иногда получалось, чаще — нет. Но внутри росло ощущение, что всё это не зря.

На третий вечер, когда они пытались мысленно представить одно и то же число, в дверь позвонили.

На пороге стоял Артём.

— Готовы?

— К чему? — переспросила Оля, но уже знала ответ.

— Академия ждёт. Решение вы уже приняли, когда не отступили.