Глава 2: Незваный гость

Незваный гость

7

1

Pот Purple_Gluk
Поделиться

Звонок домашнего телефона бил по мозгам с такой силой, что создавалось ощущение, будто ему на голову одели металлическое ведро и теперь бьют со всей силы по нему чем потяжелее. По началу Уилл старался игнорировать трезвонящего, обложив перед этим всеми матами у себя в голове, но когда человек на том конце провода не угомонился спустя ещё 3 звонка, стало уже не до сна. Злость заставляла делать немыслимые вещи. Потеряв терпение мужчина подскочил с дивана и даже не покачнувшись подлетел к телефону, дабы обложить на чём свет стоит звонящего. Правда стоило только поднять трубку, как ему по ушам прошёлся обеспокоенный возглас:


– Уильям, что с тобой случилось?! - Стоило только услышать столь знакомый голос, как с небес на Афтона свалилось осознание того,
что он проспал работу.


– Не кипишись Генген, со мной всё хорошо. Нечего так беспокоится. Я проспал. - Стоило попробовать успокоить друга, пока самому стоило осмыслить весь вчерашний день и быстро принять решение о дальнейших действиях.


– Как я могу не беспокоиться! Тебя не оторвать от работы, ты даже приходишь всегда раньше положенного и вдруг не слуху не духу! Я успел столько всего надумать пока звонил тебе! - Всё не мог угомонился на том конце провода Генри. Его волнение можно понять, Уильям был трудоголикам, даже во время болезни лез с головой в работу.


– Ух, я скоро буду. А ты пока угомонись и приготовь мне пожалуйста от боли в горле, кажется я сорвал голос. - Говорить было очень больно, всё же вчера те крики обернулись к нему задницей. Будь это кто-то другой, он бы в своей манере послал куда подальше наглеца, задевавшего его гордость. С Генри Эмили немного иначе. Они дружат с первого курса университета. За это время у них выстроились довольно хорошие доверительные отношения. Они видели друг друга при взлётах и падениях, поэтому ему было не страшно рассказать о некоторых своих слабостях. Этому человеку в принципе очень хочется рассказать всё на свете, даже самые идиотские свои мысли.


Солнечный, тихий и понимающий, таким был Генри. И это притягивало к нему людей, а в особенности детишек, которые единогласно в какой-то момент стали называть его Дядя Генген. Что уж вилять, даже Уильям подцепил это прозвище, по началу чисто из желания подколоть, а после как-то оно само собой вошло в обычную речь. Сколько Эмили не пытался так и не смог вытравить это прозвище, хотя он и не сильно старался, скорее из смущения.


– Ух... Уилл как ты так умудрился? - Вопрошает, но по отдалённому звуку закипающего чайника и звону кружек, понятно, что в просьбе не отказал.


– Ээээ. Выпил лишнего, ничего толком не помню... Может решил устроить караоке дома. - Врать ему не привыкать, но именно старому другу это было сложнее всего. Вроде бы давно похороненный стыд скрёбся своими ржавыми когтями о стенки горла всякий раз стоило, хотя бы немного, соврать этому светящемуся человеку. А сейчас это ощущение усиливалось чуть ли не в 10 раз и всё из-за его необдуманного поступка.


Быстро попрощавшись, Афтон стал со скоростью солдата собираться на работу. Вчерашние вещи полетели в стиралку, а новенькие он подобрал максимально отличающиеся от предыдущих. Вместо чёрного пиджака и белой тонкой рубашки, была взята приталенная рубашка, но в нежно фиолетовом цвете. Обычно Уильям одевал её на неформальные встречи за пределами пиццерии, но она больше всего остального отличалась от его вчерашнего наряда. Вместо плотно прилегающих тёмно-фиолетовых брюк, выбор пал на свободные чёрные штаны. Жаль только галстук не было чем заменить, его единственный сейчас немного "испачкан", а другие он не покупал из любви к тому самому. Сколько же всего эта вещь пережила, но оставалась почти как новенькая из-за тщательного ухода своего хозяина. Ковёр был брошен в ванну с горячей водой, к его приезду вся грязь должна будет отойти и останется только тщательно промыть с душа и смыть. А телевизор... Чтож. Он так и не придумал что с ним делать. Хотя почему нет? Лучше по возвращению разобрать его на запчасти, а всё ненужное выбросить. Да, так лучше всего. А пока пусть постоит на кофейном столике ещё пару часов. Вдох, выдох. Пора начинать новый день как ни в чём не бывало. Ключи, его любимая тёмно-фиолетовая тачка. Уильям любил лишь 3 вещи: себя, свою работу и фиолетовый. Этот цвет по его мнению успокаивал и придавал аристократичный вид. По пути был обдуман также план как отстрагировать себя от скорых поисков девочки.


«Однозначно нужно вычистить Чику от трупа, только вот как это сделать, чтобы никто меня не разоблачил? Ломать аниматроника не вариант, Генри будет первый на очереди кто захочет самолично увидеть что в его творении сломалось. Его я ни в коем случае не хочу втягивать в это болото. Надеется, что бездари на помощниках ещё не вывели её на сцену тоже не стоит. Днём, когда повсюду носится народ такую авантюру проворачивать крайне опасно. Хотя... Есть идея, если не сработает будет не поздно притвориться тем, кто нашёл труп.» - мыслительный процесс работал всю дорогу до Пиццерии "У Фредии".


У основного входа как всегда не протолкнуться, множество семей с их радостными чадами стремились попасть в заведение. Бизнес процветал. Пройдя по вытаптаной всем персоналом тропинке он попал к двери для персонала. Невольно всплывали образы вчерашней трагедии. Скребли черепную коробку с удвоенной силой, вновь вызывая тошноту. Нужно потерпеть. Не хватало сплоховать перед работниками. Всё по чётким правилам в голове: с глотнуть слюну, выпрямить спину и спрятать за ней дрожащую руку, натянуть на лицо рабочую улыбку. Дверь открылась не спеша, будто он не спешит поскорее в кабинет к Генри боясь выблевать желудочный сок прямо на месте. Идёт, стараясь не вспоминать расчленённое тело девочки. По пути ему бросают лишь короткие: " Здравствуйте, Мистер Афтон.". Мужчина с первого рабочего дня прямо говорил каждому новичку не разговаривать с ним без надобности, Уильям терпеть не мог когда его втягивали в бесполезные разговоры "про погоду". Быстро пролетали двери и шахматное покрытие пола, от которого только ещё сильнее кружилась голова. Нужная дверь выделилась среди этого однообразного месива, даруя долгожданное облегчение. Генри почему-то при перестройки здания под их заведение пожелал себе
деревянную дверь, вместо привычных железных, которые поставили на остальные проходы. Уилл предлагал ему выбрать как у него с простенькими узорами, дабы и выделялось и было безопасно, но друг стоял на своём, пришлось уступить. На ходу Афтон хватает ручку двери и влетает внутрь, запирая её за собой. Наконец можно хоть немного расслабится и наконец прикрыть рот рукой, в надежде остановить тошноту. Его за сгорбленный плечи хватают и приобнимая куда-то ведут, направляя, не давая влететь в стол. Когда перед лицом оказывается подоконник, а в лицо дунул прохладный осенний воздух, стало чуть лучше. Ещё лучше стало, когда мужчина высунулся чуть ли не на половину на улицу через окно, налегая на несчастный подоконник. Он хватал ртом воздух, пока сзади ему придерживали волосы, дабы не испачкались, если вдруг его вырвет. Услужливо молчали, не давя лишними звуками на мозг. Даже когда тошнота стала умеренной и лишь неприметной неприятностью, а сам Уильям соизволил слезть с окна обратно в помещение, попутно меняя в нём режим на форточку. Без слов ему протянули чашку ромашкового чая, а он без слов принял. Пока Уилл приходил в себя, Эмили вернулся к своим документам. Такое родное шуршание бумаг и редкое постукивание ручкой вводило в некий транс. Первым прервал молчание Генри, будто почувствовав когда второй допьёт свой чай.


– Что случилось? -, Очень тихий, но беспокойный голос, вырвал из небытия, вновь возвращая в реальность, где Афтон неприлично долго пялился на своего друга, прожигая в нём дыру.


– С чего ты взял? Всё хорошо, просто маленько не рассчитал количество вливаемого в себя пойла... -,
Нагло врёт, отчего, почему-то не сдохнувшая в его мерзкой душонке совесть, даёт увесистую пощёчину.


– Это на тебя совсем не похоже... Так напиваться без причины. Уильям, ты никогда не был алкоголиком. -, Тихо негодует Эмили. Его эмоции очень легко прочесть, да даже банальное: Он называет Уилла полным именем, когда сердится или волнуется.


– Прости-прости. Я был так зол из-за случившегося вчера, что кхх... Не выдержал и напился, чтобы не разнести весь дом. -, Это отчасти правда, по началу он хотел так и сделать, так как выпивка его каким-то чудом успокаивает.


Глубоко вдохнув, Генри вернулся к своим документам. На этом разговор закончен, хотя ответ его не устроил, судя по нахмуренным бровям и ссутуленной спине. Сам Афтон посидел ещё минуты две, ожидая когда чай подействует. Хотя не только чай приносил ему успокоение. Рыжая кудрявая шевелюра, которую его друг умудряется укладывать, заставляла всех поблизости улыбаться, Уильям не исключение. Сколько не смотри, но вид серьёзного и строгого бизнесмена никак не складывался. Всё, начиная от бежевой водолазки, поверх которой был тёмно-синий пиджак с большим воротником, заканчивая зелёными глазами, которые блестели каждый раз стоило ему улыбнуться. Даже удивительно, как он ещё не нашёл себе девушку. Хотя возможно это из-за его одержимостью своими творениями. В чём уж они похожи, так это в любви к работе. Только Уильяму больше нравилась бумажная работа, а Генри копаться в механизмах. Другую работу они не исключали, поэтому не редко менялись, прям как сейчас. Эмили разбирал бумаги своего друга, пока второй ещё откровенно тупил. Неизвестно сколько бы они ещё так просидели, но громкое карканье птиц за окном, всё же заставили Афтона встать и поблагодарив за помощь, вышел за дверь. Уже прошло половина дня, но самое трудное ещё впереди.


Собственный кабинет встречает гробовой тишиной. Даже наличие света не помогало избавится от давящей атмосферы в помещении. Минимум предметов, а те что имелись расставлены по полочкам. Поверхности блестят на свету, так усердно их натирали. Создавалось ощущение, что сюда только принесли вещи и не успели толком обжиться. Выделялось только мусорное ведро, которое почти всегда было доверху забито скомканными, а временами и изорванные в клочья, листами бумаги. Шум в заведении сюда не проникал из-за толстых стен. Тишина помогала сосредоточится, в ответ никто не слышал снаружи, как в приступах гнева, когда вновь что-то шло не по плану, Уильям орал и бил кулаками по тем же стенам. Плюсом работники лишний раз не решались соваться сюда, другим такая атмосфера мешала спокойно дышать. К нему заходили только в экстренных случаях, когда всё грозилось или уже неслось в одно крайне неприятное русло. Уж испытывать на себе гнев второго владельца никто не хотел, такое запомнишь на долго и не дай Бог ещё приснится в самом худшем кошмаре.


«Судя по идеальному порядку - ко мне пока никто не заходил. Замечательно.» -, Подметил для себя Афтон по пути к своему креслу. Вчера он не успел разобрать кое-какие бумаги из-за стресса, самое время покончить с этим и перейти к планированию своего плана.


Всё таки он не идиот, чтобы откладывать на завтра важные дела, среди всей стопки остались лишь незначительные бумажки, которые как на автомате проверялись. Кто-то просился в отпуск, а кто-то с него возвращался. Проверка рабочего состава.
Как обычно дела так себе с охраной. Одни старики, либо пивные животы, которым хотя бы себя защитить, что уж говорить о целой пиццерии. В таком маленьком месте целая удача найти идеального сотрудника на роль охранника.


«Только кто меня послушает! Если в этом мелком городишке все друг друга знают, это не значит, что в какой-то момент нас не обворуют. Вот случится что-то плохое и я буду злорадствовать над ними!» - Будто по щелчку менялись эмоции, а почерк будто подражал своему хозяину из плавного превращаясь в острый и наклонный, такой довольно сложно прочитать, поэтому бумага тут же отлетела в мусорное ведро, а на место пришла копия. Зная о своих вспышках, и в желании довести всё до идеала, Афтон делал заранее 2 копии документа, на случай если его не устроит предыдущий. Вдох, выдох. Нужно успокоится. Порассуждать о чём-то простом и лёгком.


Спустя ещё 4 безжалостно выброшенные бумаги, работа была окончена. Возможно пострадало бы ещё меньше, если бы не настойчивые мысли о мёртвом теле совсем рядом. Завтра прекрасный шанс от него избавится и забыть о его существовании. Сегодня воскресенье, слишком много народа и плюсом сегодня очередь Генри закрывать пиццерию, уж он не уйдёт пока все не покинут здание. Зато в его силах сделать всё, чтобы труп не обнаружили раньше времени. Он уже заполнил два документа за растрачивание электричества. Если первый без единой ошибки, то во втором пришлось приписать парочку лишних цифр, чтобы казалось, будто в этом месяце они значительно привысили свой привычный трафик. Это поможет убедить друга в необходимости
не отапливать всё заведение, а лишь будку охранника. Осеннее похолодание будет способствовать более медленному разложению трупа, а значит и запах гнили появится не скоро. Встав из-за стола, путь был положен в кабинет Эмили. В голове уже выстроился примерный диалог, где всё пройдёт легко, но придётся приложить максимум усилий, чтобы отговорить Генри самому лезть и разбираться. В кабинете его не оказалось. Благо мимо проходил один из работников. Уж он и рассказал, что второй владелец сейчас в главном зале. Меньше всего Уильяму хотелось лезть в это шумное месиво. Шумные, тупые дети и не сильно отличающиеся от них родители.


А в главном зале, всё как обычно. Яркость ламп слепит глаза, а громкая музыка оглушает. Отличное сочетание, чтобы вызвать у себя головную боль. Афтон планировал по быстрому найти своего друга и утянуть в более спокойное место, ещё он будет перекрикивались здешних детей. Отдельно время поисков заняли попытки не споткнуться об какого-нибудь мелкого гада, как будто на зло бегающего под ногами. Парочку мамаш даже были безжалостно растолканы, пока взору не предстала довольно обыденная, но заставляющая всех невольно улыбнуться, картина. Эмили сидел за свободным столиком, а вокруг него семенили детишки разных возрастов. Одни на перебой о чём-то говорили, другие показывали свои детские шедевры, а один из них даже устроился на коленях весело поедая кусочек пиццы. И для всех них Генри уделял внимания, при этом выглядя абсолютно счастливым. Уилл видимо никогда не поймёт его доброжелательность абсолютно ко всем. Собственно самого бизнесмена они побаивались. Поэтому только заприметив грозного друга их любимого дяди Генгена, то утихли, а малыш на коленях схватился грязными руками за рукав в поисках защиты.


– Ох, что-то случилось Уилл? Ты обычно обходишь главный зал чуть ли не десятой дорогой. - Немного удивлённо произнёс Эмили, отпуская испуганного мальчика к своей маме, даже не отругав за испачканный рукав.


– Да. Это очень срочно, поэтому давай отойдём поговорить. - Тут в дело вступили все его актёрские способности, дабы убедить в срочности дела. Хотя на деле сильно играть тревогу ему не приходилось, от предстоящей лжи, которая легко могла бы пошатнуть их дружбу, ему хотелось что-нибудь кинуть в стену.


Генри тут же нахмурился и поспешно встал со стула, напоследок попрощавшись с малышнёй. Афтон тут же втянул его в пустой коридор. Вдох. Осталась самая сложная часть. Листок с ложным счетами без лишних слов был передан другу. За пару минут можно было увидеть чудное преображение лица Эмили из внимательного в поражённого. Нужного эффекта он добился, в состоянии шока человеком легче манипулировать, главное создать видимость заботы. Широкими шагами Уильям оказался прямо перед коллегой, нарушая всякое подобие свободного пространства. Тяжёлая рука легла на чужое плечо в ободрение, а также заставляя оторвать шокированный взгляд от бумаги. Ох, Генри выглядел таким потерянным, что Уильям невольно вздрогнул, когда по его позвоночнику прошёлся разряд.


– Уилл, к-как так получ-чилось?.. - с небольшими запинками прошептал. С этими тонкими тёмно-рыжыми бровями, сложенными домиком и большими зелёными глазами, которые от волнения стали в несколько раз ярче, Генген выглядел поистине потерянно...


–КХМ. Я понимаю твою тревогу, мне самому было больно видеть данные цифры, но ничего не поделаешь. В этом месяце мы превысили нашу норму затрат на электричество, но
переживать не стоит, Я уже разобрался с этим. Осталось лишь ТВОЁ одобре​ние. - сначала он говорил спокойно, но в конце гр​адус давления вырос чуть ли не втрое, особенно когда Уильям акцентировал на принятии решения здесь и сейчас.


Эмили стоял в нерешительности, тупо пялясь в документ. По бегающим глазам и прикусанной губе можно было догадаться, что он взвешивает все за и против.


«Ах. Как же я тебя понимаю. Если бы мне в подобной ситуации пришлось бы кому-то довериться, то сошёл бы с ума.»- Подметил у себя в мыслях Уилл.


Наконец послышался тяжёлый вздох, который ознаменовал финальный вердикт:


– Хорошо... Доверяю эту работу тебе. Не подумай! Мои долгие раздумий были не по причине недоверия, ты знаешь меня давно, я просто очень хотел бы помочь..


– Не переживай Генген. Из-за меня тебе и так пришлось беспокоится, так ещё выполнять мою работу. Мне бы хотелось отплатить тебе. Можешь быть спокоен, всё будет в наилучшем виде! - Вновь практически не врёт. Да, проблемы на самом деле и нету, но сделать что-то, в благодарность за помощь, Афтон желал всей душой.


В завершении разговора оба пожали руки. Правда после такой серьёзный момент разбавил Генри, взлахматив волосы Уильяму. Бизнесмен только выдавил ухмылку в ответ на такой жест поддержки. Это ещё малая часть того, насколько Эмили мог быть тактильным человеком. Афтон уже привык к такому способу проявления эмоций. Пожелав друг другу удачи, друзья разошлись по своим делам. Можно было расслабится, самая сложная часть выполнена, осталось предупредить охранника, который придёт на ночную смену, о том, что пусть сидит в своей комнатушке и не высовывается лишний раз, если не хочет заболеть и остаться без зарплаты. Этим "охранником" был высокий, но тонкий как ветка Майк Шмидт. Слабак мягко говоря, такой не то, что вора остановить не сможет, дай Бог поднимет ребёнка. Единственная причина, почему его приняли, была его ответственность. Не смотря на свои недостатки паренёк был покладист, всегда выполнял работу качественно, старался. Что самое главное не пил. Это превозносило его кандидатуру "шпалы" на фоне всего остального шерпотрепья. Разговор с ним прошёл очень коротко. Уильям просто поставил его перед фактом отключения отопления везде кроме его будки, а тот просто молча кивнул. Даже не стал задавать глупые вопросы. За это Афтон его ценил.


Наконец-то этот день подходит к концу. Будто его запястья освобождаются от тяжёлый цепей, наконец давая полную свободу. Уилл ликуя внутри себя, от успешного выполнения своего плана, неспеша пошёл к своей машине, даже что-то напевая себе под нос. Уже совсем скоро он выкинет из головы эту девчонку, избавившись от её тела. Осталось только хорошенько выспаться и подготовится к долгой завтрашней ночи: подготовить необходимые инструменты, взять одноразовый фартук, чтобы не перепачкать всю одежду, мешок и лопату. План по их незаметной доставке в пиццерию и последующему использованию строился сам собой в голове, пока Уильям ехал домой.


Проезжая мимо очередного светофора его остановил внезапно выбежавший на проезжую часть мужчина, яростно размахивающий руками. Чертыхнувшись про себя, Афтон притормозил и свернул на обочину, открывая окно, куда тут же подошёл тот смельчак. Рассмотрев поближе, у бизнесмена рухнуло сердце в пятки:
это был отец убитой девочки. Крупный мужчина, работавший плотником. При переезде он в первые дни зарекомендовал себя хорошим работником, к которому многие молодые семьи стали обращаться с просьбой о помощи в ремонте дома. Из-за своей работы он был довольно хорошо сложен и силён. Бизнесмен сразу как увидел его способности, пригласил работать у себя охранником. Как же печально, что мужчина отказался. Своей крупной рукой отец убитой схватился за опустившиеся стекло автомобиля, то ли в попытке привести себя в чувство, либо не допустить того, чтобы машина уехала. Какое-то время они молча пялились друг на друга. У Уильяма уже взмокла вся спина от холодного пота, при этом лицом стараясь не выдать внутренний страх.


– Простите мистер Афтон... Я хотел бы узнать... Вы не встречали мою малышку, Сару? - Всё ещё переводя дыхание, с большими паузами, проговорил своим взволнованным голосом.


– Приветствую, Филл. Я с детьми, в отличие от Генри, не контактирую. Так что твою дочь не встречал. Что-то случилось? - Будто он не знает что с ней случилось, будто это не он буквально вчера убил её и расчленил, засунув в костюм.

«Ты отвратителен. Как трус лжёшь всем подрят и уходишь от ответственности. Дворовое воспитание не вытравишь. Пусть ты и оделся в дорогую шкуру»


– Молю вас, если хотя бы что-то узнаете о её местонахождении, позвоните мне по этому номеру... Я и Лили очень беспокоимся. - Под конец его голос надломился. Прикупив губу, Филл убрал руку со стекла, предварительно протянув свою визитку с личным номером, отступил в сторону, наконец давая уехать.


Стоило только взгляду отца соскользнуть с лица Афтона, как того перекосило от тошноты. Вновь перед глазами мелькали эти отвратительные воспоминания. Руки до дрожи вцепились в обивку руля, пытаясь вернуть своё сознание в норму. Не хватало ещё разбить машину, нужно срочно ускорится и быстрее добраться до дома. Дорога перед глазами плыла и упрямо не хотела собираться в целостную картину, наклоняясь то в одну сторону, то в другую. Пришлось вновь открыть окно у машины и почти на половину высунуться наружу, вдохнуть отрезвляющий воздух. Благо к этому моменту он скрылся за поворотом, подальше от глаз папаши. В уголках глаз скопилась влага, ещё сильнее затуманивают обзор.
Отвратительно. Он чувствовал себя настолько жалким, что хотелось кричать. Как хорошо, что сегодня желания поесть не возникало, иначе вся еда вышла прямо сейчас наружу. Оставалось давится желудочным соком. Уильям пытался зацепиться хоть за что-то в том беспорядке, что творится у него в голове. Мысли толком не успевали сформироваться, как их перекрывали тысячу других.


«
Телевизор»


Как Великое откровение вспыхнула мысль в больном мозгу. Афтон совсем забыл про этот хлам. Загадочная вещица, которую он в ту роковую ночь утащил с места преступления. Сжав зубы до скрежета, Уильям оперелся одной рукой о дверь машины и рывком затащил себя обратно в салон. Оказавшись внутри и не смотря на ещё не пришедшее в норму зрение, ударил по газам, ориентируясь по знакомым пятнам. Спустя где-то по ощущениям минут 20 собственный дом наконец-то показался на горизонте. Такое облегчения и радость от мысли закрыться дома после пережитого дня, Уилл не испытывал уже довольно давно. Последний раз такое было после первого дня открытия пиццерии. Правда тогда он был в восторженных чувствах, хотя и валился с ног от усталости, а сейчас хотелось просто засесть в ванне и желательно там же утопиться. Припарковав машину у дверей гаража, бизнесмен вывалился из салона и спотыкаясь побежал в дом. Хлопок двери. Теперь он в безопасности. От такого осознания Афтон рухнул на пол, переводя прерывистое дыхание. Мысль о том, что теперь он знатно под сядет на успокоительные, вызвала у него нервный смешок. Ну точно едет крышей.


Ванна. Первым делом ему хотелось бы остыть. Смыть с себя всю грязь и кровь, которой не было, но по ощущениям всё его тело покрыто этой мерзостью. Стекает по спине и груди, неприятно холодя разгорячённую кожу. Засохла неприятной толстой коркой на руках, от неё слиплись волосы, а в нос бьёт запахом железа. Даже стоя в одежде Уильям чувствовал себя полностью голым и грязным. Ванная комната находилась недалеко. Дверь туда была как раз в гостиной. Афтон особо не заморачивался, быстро снял обувь и откинул куда-то в сторону, позже поставить в полочку. Широкими шагами он прошёл в зал и небрежно сбросил всю одежду на
пустой кофейный столик, оставшись в одном нижнем белье. По пути в ванну пару раз споткнулся о сброшенные со столика бумаги. Наконец достигнув цели, Уильям даже не стал запирать дверь. Всё равно он один. Бросив боксёры к остальным грязным вещам в корзине, он даже не стал дожидаться когда вода полностью наполнит ванну. По началу холод стали вызывал неприятные мурашки и холодил кожу. Было блаженством спустя какое-то время почувствовать подступающую горячую воду, которая дарила тепло и успокоение душе. Уж что, а мороз Афтон ненавидел, ему было намного проще пережить удушающую летнюю жару, чем чувствовать как все твои мышцы каменеют от ужасающего холода зимы. Хотя особо часто не болел. Когда вода подступила к горлу, то пришлось выключить кран. Приняв лежачее положение, можно было наконец-то отбросить все события дня. На пару минут он даже прикрыл глаза и немного задремал. Проснуться пришлось из-за остывающей воды и глухому звуку удара. Последнее немного насторожило Уилла. Хотя возможно он неаккуратно положил свой кошелёк и тот спустя время упал со столика. На последок занырнув с головой под воду, мужчина вылез из ванны. Хотя хотелось ещё понежится в воде, но стоило доделать все дела и пойти спать.


«Например стоит прибраться. Нужно убрать с пола всю бумагу и сложить её обратно на кофейный стол. Стоп...
Разве когда я уходил они не были разложены по стопочкам?»- Закралась неприятная мысль. Неужели он уже начинает забывать события которые были этим же днём? Ясно проскочили воспоминания, где он в попытках собираясь, перед тем как выйти, собрал все разбросанные собой бумаги.


Это очень сильно насторожило Афтона. Спешно отдажав волосы и одев новые боксёры, он выглянул в зал. Бумага всё также валялась на полу, а его вещи мятым комком лежали на столе. Тут то наконец дошло осознание. Столик пуст...
Куда-то делся тот злосчастный телевизор. Это ещё сильнее напугало только успевшего расслабится бизнесмена. Заметав взглядом по всему дому, он подметил другие странности. Диван сдвинут в сторону, будто кто-то случайно задел его, к также непонятные следы чего-то цветастого на полу, которые вели к его спальне, дверь в которую была закрыта. Дыхание Уильяма вновь участилось, а зрачки сузились. В его доме кто-то есть. Дальше он не особо помнит события, так как его мозг полностью отключился, давая управление инстинкту самосохранения. Первым делом Афтон метнулся к одежде и накинул на себя только свою рубашку, толком не застёгивая. В одежде он ощущал себя более защищённым и смелым. Немного пришёл в сознание он, только когда стоял у той самой двери, держа в правой руке самый большой нож, что ему удалось найти на своей кухне. Левая рука замерла в паре сантиметрах от ручки. По ту сторону была абсолютная тишина, но если прислушался был слышен еле уловимый шум, как от телевизора, что потерял связь с тарелкой.


«Что за бред?! Это хозяин телевизора пришёл за украденным? Тогда нахрена ему прятаться! Ну же смелее, не трусь. В случае если противник сильнее, ты всегда сможешь убежать. Ты справишься Уилл.»- Будто мантру говорил сам себе. Надеясь таким способом успокоить самого себя. Правда помогало это с натяжкой. Хотелось просто прямо сейчас развернуться и вызвать полицию. Но об одной только мысли о ней, становилось страшно за свою судьбу. Сам ведь не чист душой. Вдруг когда возьмутся за это дело, то вскроют его убийство? Уж этого хотелось меньше всего. Поэтому надо действовать самому. Заодно сможет потренироваться в захоронении трупов.
Везде же надо искать плюсы?


Собрав все силы в кулак и сжав покрепче рукоять ножа, заранее замахнувшись, Уильям резко распахивает дверь и ударяет ножом по пустоте. Никто не скрывался за дверью, никто не предпринимал попыток на него напасть. Казалось, что всё хорошо. Правда, то что предстало перед его глазами заставило усомнится в собственной адекватности. Мужчина даже на пробу ущипнул себя за щеку, боль он чувствовал. Значит, это существо с аномально высоким ростом, одетое как стандартный ведущий на какой-нибудь телепрограмме и имеющее вместо головы телевизор, экран на котором был на половину покрыт паутиной трещин из которых текла та самая странная цветастая субстанция, и на котором высвечивалась испуганная рожица, ему не снится. Сидевшее создание у стены было в крайне плачевном состоянии. Экран сильно потрескался, отовсюду искрились электричество, а одежда во многих местах была порвана. Они так и замерли, смотря с ужасом и непониманием друг на друга.

КОММЕНТАРИИ

Пока нет комментариев. Будьте первым!

2 из 5