Репрезентация важна. Как романтическая проза помогает подсвечивать важные и табуированные темы
Летом 2026 года на английском языке вышла книга “Thighs wide shut” («С широко закрытыми бёдрами» — на манер фильма «С широко закрытыми глазами») американской писательницы Хейли Флеминг. “Thighs wide shut” — дебютный роман Флеминг, написанный в жанре романтической прозы о молодой женщине, решившей принять собственную уязвимость. Мы не знаем, есть ли шанс на русскоязычное издание этой книги, но точно уверены, что репрезентация в ней — важная составляющая, актуальная для многих девушек. В материале разбираемся, о чём рассказывает книга Флеминг, почему важна репрезентация в литературе и медиа, чем отличается репрезентация и селф-инсерт, и почему романтическая проза — сила, с которой стоит считаться.
О книге “Thighs wide shut” Хейли Флеминг
Главная героиня книги — Эмма, ей почти тридцать, и она бывшая учительница, которая переехала на другой конец страны, только чтобы обнаружить, что поселилась прямо под мужчиной, которого пыталась избегать годами.
Эмма не видела Харрисона со студенческих лет и бурной ссоры, которая разрушила всё, в том числе и возможность чего-то большего между ними. Теперь, когда его квартира располагается прямо над её, Эмма в курсе всех подробностей его активной личной жизни.
При этом она корит себя за то, как они разошлись: она оттолкнула его в страхе и стыде. Эмма страдает от вагинизма — состояния, при котором непроизвольно происходит спазм мышц тазового дна, из-за чего вагинальное проникновение (половой акт, использование тампона или осмотр у гинеколога) становится болезненным или вовсе невозможным.
Такая близость Харрисона — возможность снова попробовать разжечь их отношения, кажется Эмме. Но героиня понимает, что для этого ей придётся столкнуться со своими проблемами, которые мешают ей строить близость, а ещё по-настоящему открыться партнеру — во всех смыслах.
О репрезентации и уязвимости
В эссе для журнала People авторка романа Хейли Флеминг признается, что и сама страдает от вагинизма. Первопричину этого состояния она вообще находит в отсутствии сексуального просвещения в школе, незнании своего тела, непонимании, что и как работает.
Она не знает, была бы её жизнь другой, если бы она больше была осведомлена как о своём теле, так и о сексе в целом, но предполагает, что, возможно, её жизнь могла бы сложиться иначе.
При этом Флеминг пишет:
Потребовались годы терапии — часть для решения психологических проблем, часть для проблем с мышцами тазового дна — чтобы мой вагинизм стал управляемым. Интересно, что одними из самых полезных, хотя случайных, ресурсов оказались любовные романы. Благодаря чтению я смогла усвоить уроки, которым меня не учили в школе. Я читала о согласии. Я читала о здоровой сексуальности. Я узнала о своём теле то, чему меня никто никогда не учил. Тем не менее, ни у одного из персонажей, о которых я читала, не было тела, похожего на моё. В любовных романах физическая связь, кажется, никогда не является проблемой. Вместо этого есть межличностные конфликты, раздутое эго, расстояние или миллиардное наследство, которые разлучают влюблённых. Но что произойдёт, если сама близость тоже станет источником конфликта? Что произойдёт, если попытки персонажей преодолеть первый поцелуй настоящей любви наткнутся на метафорическую — или, возможно, вагинальную — кирпичную стену?Хейли Флеминг в эссе для журнала People, 2026
Так у писательницы появилась идея для романа, в котором не только она сможет увидеть себя, но и, как она надеялась, многие читательницы, которым не хватает актуальной репрезентации в литературе и медиа.
Я начала писать свою дебютную романтическую комедию “Thighs wide shut”, чтобы заполнить этот пробел [в репрезентации]. Началось это как весёлое хобби и интересное интеллектуальное упражнение, но по мере того, как я всё глубже погружалась в процесс написания, я обнаружила, что он оказывает на меня неожиданно целительное воздействие. Работая над характером главной героини Эммы, разбираясь с её внутренними конфликтами, конфликтами с друзьями и собственным телом, я также проходила свой собственный процесс исцеления. В самые худшие моменты Эмма считает, что из-за вагинизма она никогда не сможет быть хорошей партнёркой. Моя задача заключалась в том, чтобы показать, как она преодолевает это ошибочное убеждение на протяжении всей истории. При этом я размышляла о миллионе и одной разных причинах, по которым наличие вагинизма не делает человека плохим партнёром — даже если этим человеком являюсь я сама.Хейли Флеминг в эссе для журнала People, 2026
Кажется, написать книгу, честно освещая все проблемы такого буквально интимного состояния как вагинизм, требует огромной уязвимости и храбрости. Судить эту книгу в категориях «хорошо» или «плохо» — не самая нужная вещь, хотя и возможная.
Иногда для читателей важнее увидеть себя в средней книге, чем не увидеть — в идеальной. “Thighs wide shut” в этом плане как раз про это: важность репрезентации, которая важнее, чем уникальность сюжетных поворотов.
О важности репрезентации
Репрезентация важна в медиа, кто бы что ни говорил про «повесточку» и «воук»-приколы.
При этом репрезентация служит для отражения реальных групп, которые могут увидеть себя в произведении, быть услышанными и подумать краешком сознания: «о, про таких людей как я тоже пишут художественные книжки!». Репрезентация служит для отражения разнообразия общества, а также нормализации маргинализированных, или попросту незаметных маленьких групп людей.
То же самое делает Хейли Флеминг в своём романе “Thighs wide shut”. Прочитав немало романтических книг, авторка замечает, что в них совсем нет героинь, которые сталкиваются с теми же проблемами, что и она, поэтому она решает написать книгу, чтобы заполнить этот пробел.
О силе женщин
Романтическая проза, несмотря на свою популярность, всегда была явлением маргинализированным. Даже сейчас к ней относятся с предубеждением — мол, чего там читают пачками эти женщины.
При этом романтическая проза — это практически всегда про репрезентацию женщин, их чувств, их проблем и чаяний. Возможно, за это её и ругают: всегда проще обругать за что-то женщин, чем мужчин, которые без зазрения совести пытаются найти уникальность в десятом по счёту фильме «Форсаж».
Романтическая проза не была бы так популярна, если бы не была востребована: женщины находят в ней то, что редко попадается в реальной жизни. Отражение себя и уважительное к себе отношение, искренняя любовь, мужчины, держащие слово и готовые на смелые поступки во имя любви. Как бы окружающие не ругали ромфант, его количество — это во многом отражение нужд общества. А ещё это всегда напоминание: ты — не одна.
Жаль, что никто не преподал мне этот урок [о том, что вагинизм не делает меня плохой партнёркой и неправильным человеком], когда мне было восемнадцать и мне только поставили диагноз. Но я надеюсь, что “Thighs wide shut” поможет другим усвоить этот урок раньше, чем это сделала я. Я много думаю о том, как бы отреагировала я в юности, услышав, что однажды напишу роман о девушке с вагинизмом. Её лицо, вероятно, покраснело бы, если бы в её присутствии произнесли слова “Thighs wide shut”. Она бы ненавидела знать, что я написала эту книгу для неё, и именно поэтому я должна была её написать. И я не одинока в своей борьбе, и именно поэтому я должна была её опубликовать.Хейли Флеминг в эссе для журнала People, 2026
Романтическая проза, какой бы легкомысленной она ни казалась, как бы её ни ругали и не закатывали на неё глаза, всё же говорит с женщинами на языке, который актуален именно им о проблемах, которые для них важны. Быть честной в письме так, чтобы это потом откликнулась огромному количеству читателей — это большая сила. У Хейли Флеминг она есть.
