Кто такой ньюген?

Ньюген (от англ. new generation — «новое поколение», в русском фандоме часто также встречается уничижительное «ньюфаг»)  — это те фаны, которые пришли в фандом позже лично вас. Противоположность ньюгену — олдген, «старое поколение». То есть те, кто были тут давно. 

Что такое «ньюген» конкретно — зависит от фандома, кое-где их разделяют буквально поколения, кое-где разница ровно между двумя сезонами. Но обычно любой фан, как бы недавно он ни пришел в фандом, найдёт ньюгенов, чтоб на них пожаловаться.

Многие фандомы живут очень недолго. Один удачный фильм оборачивается несколькими месяцами активного написания текстов и поклейки эдитов, успевают провести небольшой фест — а потом всё затихает, потому что появилось что-то ещё. Несчастные астронавты из Among Us когда-то были на каждом рюкзаке — и где они теперь?

Но большинство фандомов живёт всё-таки иначе. Сериализация, сиквелы и спин-оффы с нами с начала прошлого века, и если франшиза удаётся, по ней пишут и снимают снова и снова. 

Все прочли «Властелин Колец» и успокоились — а потом фильм собирает одиннадцать Оскаров; фаны посмотрели фильм во всех возможных версиях — а тут «Хоббит» вышел, с Мартином «Ватсоном» Фрименом. Мангу экранизируют в аниме, аниме замечает Нетфликс. Нолан открывает для себя Гомера. И так далее.

И с каждой такой волной в фандом набегают новые люди. И у них совершенно другая точка вхождения во вселенную. Часть из них вообще не намерена читать первоисточник. Многие другие с охотой прочтут, но воспримут-то уже через линзу нового медиа, и выводы сделают совершенно другие.

Кто такие ньюгены? Это новое поколение фанов, соответствующее новому поколению канона. Если канон развивается, то волн ньюгенов будет много, и это прекрасно — потому что фандом должен развиваться вместе с каноном!

Впрочем, так бывает не всегда — некоторые новые части не просто не привлекают новых фанов, а даже уменьшают количество старых. Нет ни одного человека в этом мире, кто заинтересовался бы «Гарри Поттером» потому, что прочёл «Проклятое дитя». 

И самое интересное тут то, что со временем ньюгены точно так же становятся олдгенами со своими устоявшимися штампами, которые новопришедшие варварски подрывают. Автор этих строк помнит вой и скрежет при выходе трилогии приквелов «Звёздных войн», ненависть к Джар Джар Бинксу, геноцид юнглингов и забирающийся повсюду песок. Но спустя много лет он с удивлением обнаружил людей, пришедших в фандом на новую трилогию. Каким-то образом. Как Палпатин.

Строго говоря, любой фандом подобен айсбергу. 

Надводная часть, видимая зрителю со стороны — это канон. То, что написано чёрным по белому, показано на экране или, в крайнем случае, появлялось в спин-оффах, играх или комиксах. Именно это привлекает человека, желающего войти в фандом, именно об этом у него появляются идеи и предположения, которыми он хочет поделиться или из которых хочет сделать текст.

Его ожидает большой сюрприз. Потому что, кроме надводной, фандом скрывает и огромную подводную часть. 

Во-первых, это устоявшийся фанон. Вещи, которых в каноне никогда не было, но люди коллективно решили, что это круто звучит и соответствует духу канона: Санс и его питьевой кетчуп, Дамблдор и его зависимость от лимонных долек. Так уж тут заведено.

Сюда же идут хедканоны людей, влиятельных в фандоме здесь и сейчас. Давайте не будем обманывать себя — как и в любом другом социальном хобби, в фандомах силен момент личного влияния и харизмы. В какой-то момент личные решения действительно хорошо пишущего автора выходят из его текстов и становятся не то чтобы обязательными, но привычными, наполняя фанон. Хорошо, если это просто традиция называния кораблей во флоте Федерации. А если, например, вспомнить момент увлечения российского фандома «Гарри Поттера» эстетикой и политикой Упивающихся?

Во-вторых, это вопрос полноты канона, о котором мы уже упоминали. Новичок в фандоме строит своё понимание канона из того, что он увидел. И если от фанона он легко может отмахнуться — «Это только ваше мнение, в каноне такого нет!» — то что делать, когда олдген потянется в архивы?

Допустим, вы прошли Mass Effect. Все три части, и даже концовка вас не так травмировала, чтобы вы не захотели по нему писать. Особенно вас заинтересовал Призрак, неуловимый и загадочный глава Цербера. Вы написали хороший текст, с разумно показанной политикой и зажигательной боевкой, где выписали ему подробную биографию. А потом кто-то пришел в комменты и презрительно спросил: «Ты что, комиксы не читал?». Так вы узнали, что по «Масс Эффекту» есть официальные комиксы, куда биографию Джека «Призрака» Харпера и вынесли.

Все эти вещи — и обскурные уголки канона, и сложившиеся за десятки лет фаноны — для олдгена обычно очевидны и привычны. Он скорее объявит новую часть официальной франшизы совершенно неканоничной, как это произошло, например, с фильмами Джей Джея Абрамса по Star Trek. Ньюген же этих построений не знает и полностью игнорирует. Раздражая людей, которые в фандом ходят за комфортным и привычным.

Но на стороне ньюгенов будущее.

Без ньюгенов фандом не живёт. 

Если в фандом не вливается свежая кровь, он понемногу умирает, перерабатывая одни и те же идеи до тех пор, пока всем не надоест. Мёртвых фандомов много, и среди них те, которые, казалось, будут жить вечно. Фаны братьев Винчестеров были когда-то везде, но сейчас «Сверхъестественное» не получает подпитки многие годы, и всё, на что способны СПН-фаны — это ностальгия.

На этом фоне необходимо из раза в раз смотреть на самих себя и думать — не впадаем ли мы, старые фаны, в никому не нужный снобизм? Каждая шутка фанов Питера Джексона над теми, кому, несмотря ни на что, понравились «Кольца власти», точно повторяет шутки над ними самими со стороны читателей двадцать пять лет назад, и не очень далеко ушла от «Да какой ты фанат Профессора, если ты не читал «Неоконченные Сказания»?». Все наши пассивно-агрессивные жалобы на «девочек из буктока» говорят больше о нас, чем о них.

Потому что, хотим мы того или нет, именно девочки из буктока и мальчики, узнавшие о Брэндоне Сандерсоне из Fortnite, определят жизнь книжных фандомов. И только от нас зависит, как мы будем их встречать, и сможем ли мы показать им, чем ещё хороши вещи, которые мы любим.

***

Нам нужны новые перспективы. Нам нужны люди, не замыкающиеся на утвержденных трактовках, а приносящие новые. Нам критически нужны авторы с новым опытом и новыми точками зрения — они не сломают фанон, а лишь обогатят его.