Как написать хороший детектив? Выбираем жанр

Самый известный подвид классического детектива  — логический.

В центре всегда находится интеллектуальная загадка (убийство, ограбление), которую читатель в теории может раскрыть сам — место преступления, улики и список подозреваемых крайне ограничены.

В конце автор устами следователя рассказывает, что же произошло на самом деле. Большинство произведений Артура Конан Дойла и Агаты Кристи строятся именно по такому принципу.

Полицейский детектив очень похож на логический, но с акцентом на внутреннюю работу органов правопорядка: сбор и анализ улик, экспертизы, перекрёстные допросы, в некоторых случаях ещё и командная работа группы следователей и даже хитросплетения бюрократии. От писателя здесь требуются профессиональные знания процедур и реальных расследований. Новичкам для создания правдоподобной картины придётся провести серьёзное исследование. 

Близок к вышеперечисленным поджанрам частный детектив. Как правило, сюжет в нём работает на харизме главного героя. В отличие от Пуаро и Шерлока, чьё прошлое авторы почти не раскрывают, у главного героя есть довольно подробная биография.

Даже сами дела могут быть частично или целиком связаны с персонажем, а он должен быть мотивирован дойти в деле до конца. Как правило, начинается всё с того, что у такого персонажа появляется клиент с каким-то сложным заказом, и детектив начинает распутывать клубок интриг и событий.

Отличным примером здесь служит Корморан Страйк из серии детективов Роберта Гэлбрейта.

Отдельным пунктом стоит упомянуть военные, шпионские и политические» детективы. Сюжеты в них куда глобальнее и связаны с судьбами государств, а не обычных людей. Порой в сюжетах фигурируют тайные общества, секретные правительственные документы, чертежи новых технологий или тайны художников, оставляющих послания на своих картинах. Роман «Тайна семи циферблатов» Агаты Кристи, к которому недавно вышла экранизация, попадает именно в этот поджанр.

Неклассические детективы — это огромное многообразие сеттингов, жанров и фантазий авторов. Тут могут быть даже произведения, которые сами авторы не называют детективами, но по своей сути именно ими они и являются. Наоборот тоже может быть.

Ярчайшим и самым приметным неформатным представителем поджанра принято считать крутой детектив, в дословном переводе с англиского — «крутосваренный» (hard boiled detective). 

Слово возникло в годы Первой мировой, и изначально им называли особенно лютых военных офицеров. Крутой детектив близок к частному, однако здесь главный герой становится антигероем и вершит самосуд.

В этом поджанре важна не логика, сложность дел и интеллектуальные возможности главного героя. На первом месте: криминальная атмосфера, стрельба и постоянное действие. Это почти что приключенческие романы, но по ходу событий главный герой всё-таки раскрывает дела.

Но добро редко побеждает по-настоящему — его в этих историях убивают в самом начале, а читателю остаётся смотреть лишь на оттенки зла.

Всё куда менее жёстко в поджанре криминального детектива. Здесь в центре не просто главный герой, а преступник, который совершает преступление и пытается запутать следы.

Писателю нужно донести мысль, что не всё плохое всегда таким было и уж тем более оно плохое не целиком. Возможно, преступник на самом деле всё делает из лучших побуждений, и на полную включается читательское сопереживание главному герою.

Среди других неформатных детективов есть множество очень странных поджанров, которые мы не будем разбирать подробно, но всё-таки упомянем — они могут натолкнуть вас на интересные идеи.

Например, можно забраться в дебри постмодернистского детектива — в нём важно как именно персонаж идёт к цели, а не сама цель. Преступление может быть не раскрыто, преступник не найден (а то и вовсе его может не оказаться), а сам автор произведения специально запутывает читателя, чтобы тот ничего не понял. Образец постмодернистского детектива — «Имя розы» Умберто Эко. 

Мета-детектив — ещё сложнее. В этих детективах автор обращается напрямую к читателю, а персонаж вполне может знать, что он герой книги. Иногда расследование происходит внутри другого произведения. Энтони Горовиц в «Сороках-убийцах» сделал роман в романе: героиня расследует смерть писателя по его же роману про убийство.

Наконец, взяв поджанр анти-детектив, писатель может творить всё, что угодно, лишь бы нарушить все ожидания читателя. И детектив дурак, и преступник не гений, и расследование какое-то сюрреалистичное. Повезёт, если будет хоть какая-нибудь концовка. У Фридриха Дюрренматта в «Судье и его палаче» расследование завершилось, но все персонажи вскоре просто умерли по разным причинам.

Нужная атмосфера в произведениях всегда идёт им на пользу, но у детективов атмосфера может создавать собственные поджанры.

Самый известный из них — нуар-детектив. Читателю должно быть здесь неуютно. Истории полны пессимизма и жизненных разочарований, а одной из главных задач писателя становится создание чувства тотальной безысходности. 

В рядовом нуаре частный детектив (или преступник со сломанной судьбой) знакомится с роковой красоткой, которая втягивает его запутанную и крайне мутную историю. Иконы нуарного детектива — Дэшил Хэммет и Рэймонд Чандлер.  

Чуть менее депрессивные, но порой не менее мрачные детективы называют психологическими. В них фокус смещается с преступлений на внутренний мир персонажей. В этих детективах главная загадка — это сами люди.

Автор проводит экскурсию по внутренним страхам героев и проводит анализ их действий. Сюжет ищет ответ не на вопрос «Кто это сделал?», а «Почему он это сделал?». А ответом чаще всего оказывается внутренний эмоциональный слом.

При допросе здесь молчат не только преступники, но и свидетели. Иногда в таких произведениях преступником оказывается тот же, кто вёл расследование, а иногда сам следователь переходит на сторону преступника. В поджанре отметились Патриция Хайсмит и Томас Харрис — автор романов о Ганнибале Лектере. 

Но психологический детектив — это не последний атмосферо-ориентированный поджанр, где само преступление находится на втором плане. Есть ещё и философский детектив — здесь интрига вообще не важна. Как и в прошлом поджанре, здесь даже не важно, кто совершил преступление. Куда важнее путь героя к разгадке: через самокопание, изучение культуры, истории, религии. Через всё это читатель может тоже начать задавать себе морально-этические, философские и культурные вопросы. Если задал — писатель справился. И совершенно не важно, логичной ли была развязка истории. Например, роман «Имя Розы» Умберто Эко, где главный герой несколько распутывает серию загадочных убийств, сколько философствует о вере. Или «Мистерия пасьянса» (в разных переводах «Таинственный пасьянс» или «Тайна пасьянса») Юстейна Гордера, где мальчик находит книжку, пересказывающую судьбу человека.

Место действия и время детектива — важные подсеттинги жанра, но если писатель выбрал работать в реализме.

Например, что такое исторический детектив объяснять не нужно. Однако при написании такого детектива возникнет масса трудностей: нужно досконально знать эпоху, а главное — пользоваться её особенностями. Если этого не делать, то, возможно, не стоит вообще лезть в историю.

Исключение — если детектив является приключенческим, а то и вовсе слегка фантастическим. В одном из романов про Эраста Фандорина ему встретился лично Шерлок Холмс — такое сложно воспринимать всерьёз, да читатель и не пытается.

Другим интересным решением использования поджанра может стать расследование преступления, которое совершено в далёком прошлом, но ведёт его современник или даже группа персонажей нашего времени. У автора приключений Фандорина как раз есть такая серия книг — «Приключения магистра».

Если же детектив лишён исторических моментов, то он становится просто современным детективом. Тут писателю куда комфортнее в плане орудий сыщика: микрокамеры, микрофоны, УФ-фонарики, тесты ДНК и прочие удобные для следствия девайсы.  

По месту же действия с поджанрами всё ещё проще. Городской детектив — место действия в городе, провинциальный — в провинции, деревне, ну а региональный детектив завязан на этническом колорите, национальной концептосфере и столкновении этносов. Пример такого сюжета — «Снеговик» Ю Несбё. 

Конечно, сложно начать с чего-то более распространённого, чем фантастический детектив и научно-фантастический детектив. Расследования во времени, в космосе, на других планетах — всё это маркеры поджанра. Даже если вы берёте недалёкое будущее, то произведение сразу становится фантастическим. А для киберпанка и неопанка расследования — это буквально часть ДНК, они все появились из детективных романов.

Примеров масса, и культовых произведений среди них хватит на отдельный железнодорожный товарный состав. «Видоизменённый углерод» Моргана, «Нейромант» Гибсона, «Флешбек» Симмонса и многие другие.

Куда меньше существует произведений в жанрах мистический детектив и паранормальный детектив». Разница между двумя поджанрами ровно в одном — в мистическом порой обходится без сверхъестественных сил, хотя изначально читателю кажется, что они есть в истории, тогда как паранормальный всегда использует фантастические элементы.

Агата Кристи, кто бы о ней чего не думал, частенько писала именно такие рассказы. В сборнике «Гончая смерти» можно найти «Красный сигнал», «Лампа» и «Четвёртый человек», «Я приду за тобой, Мэри!». В первых рассказах есть призраки и переселение душ, а во последнем была проделана замысловатая мистификация с радиоприёмником и призрачным голосом.

Однако не все такие детективы нуждаются в присутствии сил зла. Агата Кристи написала четырнадцать историй о Мистере Кине (Арлекине) — духе, который помогает раскрывать преступления, где замешаны любовь и смерть. То есть это паранормальные детективы, но дух лишь даёт толчок персонажам, чтобы они сами разобрались. Это уводит жанр даже не в мистику, а в обычный для писательницы логический детектив.

Но пойдём дальше и разберём фэнтези-детектив. Не самый популярный жанр, но определённо самый продаваемый благодаря землякам Агаты Кристи — сэру Терри Пратчетту и Джоан Роулинг. 

Истории Пратчетта, например, цикл о городской страже, сделаны по всем лекалам жанра, с героями, преступниками, убийствами и расследованиями, порой, с совершенно неожиданными финалами. А с историями о Ведьмах у него ещё лучше — это представители поджанра инвертированный детектив, о котором расскажем позже.

«Гарри Поттер» — это фэнтези-детектив, спрятанный под большим количеством магической атмосферы. Роулинг никогда не скрывала, что хотела побыстрее разобраться с историей про Гарри, чтобы начать делать реалистические детективы — чем и начала позже заниматься под псевдонимом Роберт Гэлбрейт, чью серию про Страйка мы упоминали ранее. 

В России этот жанр тоже крайне популярен — достаточно вспомнить серию Виктора Дашкевича про графа Аверина и её многочисленных подражателей.   

Для поджанра надо: побольше волшебства сверху, необычных рас, но главное, чтобы магия помогала детективной истории, а не просто «была».

Прежде, чем лезть в глубины мрачных детективов с истиной на дне бутылки, стоит взглянуть на их противоположности. Существует огромный литературный пласт, состоящий из очень популярных детективных поджанров. В них нет никаких сложных задач, моральных дилемм и самокопаний. Это, как правило, простые и понятные истории с хорошим концом, где Скуби-Ду получает косточку.

Например, женский детектив. Совсем не обязательно, чтобы его написала женщина. В таких историях важно не то, кто написал, а то, о ком. В центре истории находится девушка или женщина, переживающая сложные эмоции или проходящая через череду жизненных испытаний. Расследование преступления идёт параллельно, но именно в бытовых вещах или в своих отношениях она находит ключ к разгадке тайны. 

Авторов в поджанре довольно много, но если хочется сразу начать долгоиграющие циклы, то можно взглянуть на творчество Мелинды Ли — у неё выходит по нескольку женских детективов в год. А если хочется чего-нибудь обстоятельного, но без смертей, то можно обратить внимание на «Забвение пахнет корицей» Кристин Хармель — тут идёт расследование не преступления, а прошлого человека.

Отдельно стоит выделить поджанр романтический детектив. В женском любви может и не быть, а вот в романтическом — это важный кусок истории, а иногда и весь сюжет. Хорошо, если возлюбленный не окажется преступником, но он или она обязательно должны быть как-то связаны с преступлением. Ну а дальше буря эмоций, настолько яркая, что можно и совсем про дело забыть. 

Добавляем в копилку лёгких поджанров и детские детективы. Как правило — это не очень длинные произведения про детей, расследующих тайны (даже не преступления). Бывает, что и сюжета в таких детективах нет — в книгах просто описаны задачки для малышей, которые они могут решить с родителями. Параллельно со взрослой серией детективов «Чёрная кошка» выпускалась детская «Чёрный котёнок» — крайне популярная в России в середине 90-х. 

А вот подростковые детективы могут предложить куда больше — и преступление (с убийством или без), и полноценное расследование. Эти истории имеют и другие особенности: там должна быть дружба, верность и какие-нибудь приключения, чтобы читатель не заскучал. В идеале там должна быть школа и проблемы персонажей, связанные с учёбой или одноклассниками.

Ну а с уютными детективами сталкивались, пожалуй, все. Эти истории редко завязаны на жестокости и действительно страшных преступлениях. Одно убийство — это предел, но и его может не быть. Расследования ведут не сыщики и не полиция, а обычные люди, имеющие, однако, ряд навыков: внимательность, хорошую логику и подвешенный язык. Яркий герой такого рода романов — Мисс Марпл, старушка, которая просто оказывается в нужном месте в нужное время и помогает следствию идти по верному пути.

Напоследок — то, что само по себе не является поджанром, но в народе всё равно используется — иронический детектив. Это не поджанр по одной простой причине — не важно, какой сюжет в произведении, не важно, кто герой и даже кто писатель. «Ироническими детективами» принято считать любые детективы, где есть юмор, и, быть может, немного буффонады, самоиронии и колкостей. Тут сложно не вспомнить Дарью Донцову — автора около трёх сотен детективов, которые попадают под это определение.

Время, когда произошло преступление, тоже обладает своим поджанром. По сути, это будет первооснова вашего сюжета. Преступление могло произойти задолго до начала повествования и персонажи начинают свой путь, столкнувшись с последствиями. Преступление может произойти прямо на страницах, а если преступлений много, то могут быть и оба варианта.

Интересный подход был у Агаты Кристи в «Лощине» — убийство произошло практически в последней трети романа, и знаменитый сыщик Пуаро впервые появляется сразу после этого.

Далее — преступник. Простой вариант: читатель не знает, кто он и вместе с персонажами пытается догадаться в том, что было и кто это сделал.

Куда более сложный вариант имеет поджанр инвертированный детектив. В таких произведениях читатель сразу знает кто убийца, почему и зачем он это сделал. Тогда он уже следит за тем, как детектив и преступник двигаются навстречу друг другу. Начинается борьба умов, расставление ловушек антагониста и протагониста.

Написать такую интересную историю сложно, ведь здесь совсем не классическая интрига: не «что произошло / кто это сделал», а «как найдутся улики / как свяжутся персонажи». Яркие примеры: «Коломбо» и «Мистер Мерседес».

Агата Кристи, впрочем, придумала довольно занятный вариант, соединив «читатель не знает кто убийца» с «читатель знает кто убийца». В романе «Убийства по алфавиту» читатель видит историю со стороны Александра Бонапарта Каста (инициалы ABC). Всё намекает на то, что именно он убийца, который находит жертв по алфавиту, и даже сам персонаж не спорит с этим. Тем не менее и он, и читатель заблуждаются, ведь за всем этим стоит хитрый манипулятор. Примерно этим подходом вдохновлялся Райан Джонсон при написании сценария к детективу «Достать ножи» — там тоже главная героиня (а вместе с ней и зритель) полностью уверены, что именно она случайно совершила преступление.

С поджанрами детективов мы разобрались, и, возможно, вы уже выбрали то, что вам подходит. В следующем уроке нам предстоит придумать для будущего произведения всех главных персонажей.